, но он подскочил к ней и потащил к теннисному столу.
– Я не умею! – протестовала Рада.
– Вот сейчас будем учиться!
– Давно пора, – поддакнул Шурик и одобрительно кивнул Раде.
Мальчишки из компании Руслана предложили свою помощь, но Руслан так на всех зыркнул, что они отступились.
Руслан обучал хорошо, как настоящий тренер. Рада увлеклась. Они вместе хохотали, если Рада делала нелепые движения или паниковала, когда мяч летел на нее.
Руслан встал вплотную за спиной Рады, взял ее руку с ракеткой в свою и стал показывать, как делать мах ракеткой.
– И – раз, и – раз. Молодец.
У них была словно одна рука на двоих. Они двигались вместе вправо и влево, будто исполняли красивый бальный танец.
Он порывисто накрыл ее курткой и приобнял.
Ночью Рада проснулась от того, что кто-то тронул ее за плечо. Подскочила на кровати. Увидела силуэт с прической-ежиком. Возле кровати на коленях сидел Руслан. Уже забрался в ее комнату, вот шустрый!
Рада уже сама смогла перелезть через забор и бесстрашно прыгнула в руки Руслану. Протягивая ей руки, он как-то умудрялся тянуться к ней весь. Вот его лицо, обращенное только к ней. Вот его глаза, смотрящие только на нее. Даже его улыбка тянулась к ней, летела навстречу. С этой радостной улыбкой он легко поймал ее. Осторожно поставил на землю.
Потом опять протянул руки и сказал:
– Прыгай.
Еще несколько раз он ставил ее то на постамент какого-то памятника, то просто на камень, чтобы она хорошенько рассмотрела бывшие «Дубки».
И каждый раз:
– Прыгай!
Ему нравилось ее ловить.
А ей, кажется, нравилось прыгать. Ни один из ровесников, особенно из ее отряда, не смог бы ее удержать. Они все были маленькие и слабые. У Руслана – крепкие ладони, сильные руки. Интересно, каким видом спорта он занимается? Шахматист Алешка точно не смог бы удержать Раду.
Проводив ее до скамейки перед корпусом, Руслан порывисто схватил ее за руку.
– Ты пойдешь со мной в поход?
– Что за поход? – Рада прикинулась, что ничего не знает.
– Наш отряд идет за гору. Там очень красиво, тебе понравится! Там озеро. Костры будем жечь. Ночевать в палатках. Всего на два дня. Мне разрешили пригласить тебя, я уже спрашивал.
Руслан говорил отрывисто, ужасно волновался. Рада улыбалась, глядя на него.
– А я-то там зачем?
– Как – зачем? Я хочу быть с тобой. Будем вместе!
Похоже, Руслан был уверен, что по-другому и быть не должно.
– Слушай… я совершенно не приспособлена к походам. Я ничего не умею. Я могу упасть в мелкий ручей и утонуть.
– Подумаешь, ручей! – возбужденно заговорил Руслан. – Я буду перетаскивать тебя через родники на руках! Я буду…
Руслан осекся, не зная, что еще сказать. Он уселся на скамейку, подтащив ее к себе за руку.
– Скажи: «Да!» – попросил он.
– Ну… наверное…
Он вскочил и со свистом рассек ракеткой воздух.
– Ес-с! – выкрикнул он, снова подскочил к Раде, потянул за собой, присел на скамейку и порывисто обнял ее за талию.
Раде передалась его радость. Она подумала, что нужно, наверное, обнять его в ответ. Стоя возле него, она тихонько провела рукой по жесткому ежику на голове, погладила по макушке, по коротко стриженному до колкости затылку.
Тут, как в сказке, должна включиться какая-то мелодия. Классическая. Как в старых волшебных мультфильмах… Но в голове не закрутилась ни одна мелодия. Тишина…
Дроздова-младшая на все указания и вопросы матери отвечала с готовностью, четко и бойко. Видимо, «отличность» становится чертой характера, которая влияет на поведение и манеры.
Вероятно, этим двум мамам очень хотелось с гордостью сказать кому-то: «Наши дети дружат!» Ну хорошо, дружат. А дальше-то что? Не жениться же. То-гда какая разница, в самом деле, с кем дружить? С троечником или отличником. Что это определяет? Опыт общения, ладно. Но как это влияет на выбор в будущем?