Марине стало стыдно. Нашла время ехидничать!
– Я как рассуждала? – продолжала Лариса. – Полетишь ты туда, все там тебя за меня примут, пока разберутся, время пройдет, а я потом тихонько прилечу к самому суду. Решили мы с Наташкой, что потом жене твоего хахаля позвоним, и она его не пустит, чтобы он не мешался под ногами, так получится, что ты одинокая.
– Не понадобилось, – сухо сказала Марина, – он и так отпал.
– Да уж, тот еще козел оказался, – хмыкнула Лариса, – так что тебе, считай, повезло.
– Повезло? А что меня тут убить два раза пытались, похищали, дрянью какой-то накачали – это тебе как?
– Ну, не убили же…
– Постороннюю женщину в пропасть сбросили вместо меня, по ошибке…
– У нее профессия рискованная была… Не погибла – так убили бы свои. В таких делах долго не живут.
Марина хотела спросить, откуда Лариса все это знает, но решила не уточнять, та ведь тоже может задать ей неудобные вопросы.
– И главное, эта дура Наташка фамилию твою мне не сказала, хотя я, наверное, и не обратила бы внимания, мало ли на свете Елисеевых. Почти как Ивановых
