Такие полянки обычно любят художники, выезжающие осенью на пленэр… Все здесь соединилось в гармонии – и деревья по кругу, молодые и старые, и несколько мшистых пеньков, и просвет солнца сквозь выходящую на поляну заросшую высокой травой просеку.
Вот жизнь, людоедская штука! Закрутишься в делах, и совесть вокруг тебя тоже разматывается тонкой ниткой. А когда она тонкая, ее и не замечаешь, и не чувствуешь. Вот если бы цельный клубок был да не разматывался.
