Оглавление

Глава 1: Туманные грани реальности

Во времена отважных рыцарей и смелых путников существовал мир, известный как Эденор — мир людей, наполненный светом, гармонией и древними традициями. Но когда тьма и свет переплетались в мистическом танце, родились два дитя, не принадлежащие ни этому, ни тому миру. Эти существа, словно воплощение судьбы, стали семенами нового мира — Андекрауна, царства чудовищ, магии и древних тайн.

Прошло время, и юная дева, олицетворение перемен и магической силы, возжелала расширить горизонты своего царства. Её сердце пылало мечтой объединить два мира, сотканных из света и тьмы, чтобы Эденор и Андекраун слились в единое целое. Так началось Великое слияние миров. Границы между ними стали тонкими, как дыхание ветра, и чудовища начали проникать в мир людей, принося с собой магию, законы, чуждые привычной жизни Эденора. В то же время люди, ведомые любопытством и страхом перед неизвестным, начинали попадать в Андекраун, где их ждал мир, полный загадок и угроз.

Но слияние, как оказалось, не было без изъяна. Юная дева, чье желание объединить миры было столь сильно, исчезла так же внезапно, как и появилась, оставив после себя лишь тень недоумения. Врата между мирами захлопнулись, словно никогда и не существовали, заперев навсегда в каждом из миров тех, кто случайно оказался не в своей стихии — будь то люди или чудовища.

Прошло шестьдесят лет с тех пор, как Великое слияние оставило свой след на землях. Разрушенные территории, где некогда сливались два мира, теперь стали ареной для жестокой борьбы великих королевств. Люди, стремясь восстановить порядок и вернуть утраченную гармонию, начали нанимать отважных авантюристов. Эти смелые души, ведомые чувством долга и жаждой приключений, выступили в роли защитников мира, очищая земли от чудовищ, которые врезались в судьбу Эденора. Одним из отважных авантюристов был Ариан Гримм. Ему было 26 лет, и он выделялся высоким ростом — почти метр девяносто пять, и впечатляющим мускулистым телосложением, которое говорило о многолетних тренировках и боях. Его карие глаза светились решимостью и храбростью, а коротко стриженные тёмные волосы подчеркивали его выразительные черты лица, вписываясь в образ стойкого воина. Ариан с гордостью носил двуручный клинок — клеймор, который, казалось, был неотъемлемой частью его сущности. Его легкий нагрудник обеспечивал необходимую защиту без утяжеления движений, а сверху он носил мантию с капюшоном, что позволяло ему согреваться холодными ночами. На спине у него висел небольшой рюкзак, всегда наполненный необходимыми вещами для путешествий: провизией, картами и полезными инструментами. Но, пожалуй, самым важным было то, что Ариан занимал положение лидера своего отряда. Он привлекал к себе уважение и доверие своих товарищей. Не только своим мужеством в сражениях, но и способностью принимать мудрые решения в трудных ситуациях. Первым спутником Ариана был весельчак Роналд. В свои 19 лет он обладал удивительной способностью находить позитивное во всем, что его окружало, и даже в самых сложных ситуациях умел поднять настроение своим товарищам. Его характер был настолько жизнерадостным, что все вокруг чувствовали себя более уверенными и смелыми, когда он находился рядом. Роналд был невысокого роста — около 170 см. Несмотря на худощавое телосложение, в нем ощущалась легкость и энергия, которые позволяли ему быстро перемещаться и маневрировать в бою. Яркие зеленые глаза, искривленные в улыбке, предавали его лицу живое выражение, а длинные светлые волосы, заплетенные в хвост, свисали ему на спину, добавляя легкости в его образ. Он предпочитал простую, но удобную одежду — свободные рубашки и брюки, которые не сковывали движения. Основной элемент его наряда — мантия, которая была немного поношенной, но аккуратно заплатанной. Эта мантия не только защищала от непогоды, но и оттеняла его игривый нрав, позволяя немного скрыться в тени, когда это требовалось. Используя лук, он мог издалека прикрывать своих товарищей, а также оказывал поддержку своим спутникам, поднимая их боевой дух при помощи весёлых шуток и непринужденных комментариев. Вторым спутником был священник по имени Гаррет. Несмотря на свои 45 лет, он излучал энергию и готовность к приключениям, с радостью путешествуя вместе со своими молодыми друзьями. Гаррет был человеком мудрым и спокойным, способным не только дать ценный совет в трудную минуту, но и поддержать необходимую игривую атмосферу, смеясь над шутками Роналда. Его добродушие и чувство юмора делали его желанным участником любого собрания, особенно когда обсуждались победы и фокусы на поле боя. Ростом он был на уровне Роналда — около 170 см. Гаррет имел среднее телосложение, что свидетельствовало о том, что он не увлекался ни чрезмерным спортом, ни чрезмерным отдыхом. Его карие глаза, полные доброты и понимания, прекрасно сочетались с короткими волосами, слегка покрытыми сединой, рядом с небольшими щетиной, придающей его облику некоторую мужественность и пережитый опыт. Гаррет был облачен в длинную мантию, символизирующую его священный статус. Несмотря на ее простоту, ткань выглядела качественно и была вполне удобной для путешествий. В бою он использовал священную магию, управляя стихиями огня и молнии, что делало его мощной поддержкой для товарищей. А также часто работал в паре с Роналдом. Третьим и последним спутником была Нора — чуткая и ответственная девушка, всегда готовая прийти на помощь, являясь правой рукой Ариана в их приключениях. В свои 26 лет, она была ровесницей своего друга и обладала ростом 165 см, что придавало ей стройную и грациозную фигуру. Нора имела карие глаза, в которых читалась решимость и преданность, а её темные волнообразные образные волосы обрамляли лицо, подчеркивая её выразительность и сосредоточенность. Она предпочитала носить простую, но удобную одежду: свободную рубашку, облегающие штаны, что позволяло ей легко двигаться в бою и не сковывало её действий. Нора всегда стремилась быть готовой к любым вызовам, и её образ соответственного бойца был ею выбрано с учетом функциональности. В бою Нора использовала два кинжала — её меткость и ловкость в ближнем бою были поразительными. Она действовала как тень рядом с Арианом, прикрывая его и поддерживая в моменты схваток. На поясе Норы висела небольшая сумка с бомбами и ножами, которые она использовала для ослепления противников, создавая тактические преимущества для своей команды. Как и Ариан, Нора носила на спине небольшую сумку, в которой хранила необходимые припасы и боеприпасы для своих кинжалов и бомб. Её внимание к деталям и готовность всегда быть на чеку делали её незаменимым членом отряда, а её чуткость позволяла сохранить баланс между стратегией и импровизацией во время сражений. Поздно ночью в таверне, освещенной тусклыми свечами, наши герои сидели за столом, празднуя успешно выполненный заказ. За столом царила атмосфера веселья и дружбы, их смех разносился по всей таверне, смешиваясь с запахом дыма и запахом еды.

Ариан резко распахнул глаза, его грудь судорожно вздымалась, а сердце билось так, словно он только что вырвался из кошмара, что был слишком реален, чтобы быть просто сном. Горло пересохло, в висках стучала глухая боль. Он поднял руку к лицу, ощущая липкую испарину на лбу. Медленно переведя взгляд, он осмотрелся. Теплый, приглушённый свет свечей отбрасывал мерцающие блики на деревянные стены таверны. Воздух был пропитан запахами жареного мяса, пряностей и дешёвого эля, а где-то в углу лениво бренчал лютнист, наполняя зал простой, но уютной мелодией. За столом сидели Роналд и Гаррет. Оба были навеселе, их лица раскраснелись от выпитого, а смех звенел в полупустом зале.

— Ха, веселый сегодня выдался денек! — радостно воскликнул Роналд, поднимая кружку пива. Вы видели, как я попал в глаз тому троллю? Он так разозлился и начал все крушить, вот это было забавно!

— Ты сегодня навеселе, Роналд. Даже больше обычного! Но смех, смехом, не стоит недооценивать своих противников, — предостерег Гаррет, с улыбкой потянувшись за своим напитком. Кто знает, что может произойти! Роналд повернулся к Гаррету с широкой улыбкой: а ты всё так же читаешь мне нотации, ворчливый старик. Но знаешь, за это ты мне и нравишься. Гаррет лишь хмыкнул в ответ: спасибо за комплимент, Роналд. Но не такой уж я и старый, мне всего лишь 45.

— Эти двое, как всегда, любят подкалывать друг друга, — сказала Нора, усмехнувшись, наблюдая за их взаимодействием.

— Угу, — довольно угрюмо пробормотал Ариан, не отвлекаясь от своих мыслей.

— Что с тобой? Выглядишь сегодня мрачнее обычного. Ариан поднял на неё взгляд. В свете таверны её лицо казалось особенно мягким, но в глазах читалась искренняя обеспокоенность.

— Кошмары, — тихо ответил он, потирая переносицу. В последнее время они снятся мне всё чаще… Даже не понимаю, почему. Нора задумчиво наклонила голову.

— Хм… А расскажи мне о них. Что ты видел? Может, если ты поделишься, тебе станет легче. Ариан некоторое время молчал, пытаясь подобрать слова, затем тяжело вздохнул.

— Во сне я чувствовал, как моя душа растворяется в пустоте. Я слышал отголоски забытых голосов, но не мог понять, кому они принадлежали. Это было чувство, когда каждое воспоминание, каждая крупица моего прошлого исчезают, оставляя лишь холодную пустоту, где я уже не узнаю себя. Он сжал кулаки, вспоминая ту холодную тишину, что окутывала его во сне. Там не было ни единой души… кроме меня. Я сидел на цветочном холме, но даже этот холм казался мёртвым. Полное одиночество… Нора внимательно смотрела на него, её лицо стало чуть серьёзнее, но затем она улыбнулась, накрыв его руку своей.

— Наверное, это ужасно — осознавать, что ты один и не помнишь ничего, — мягко сказала она. Но знаешь… сны — это просто наши фантазии, порождённые усталостью и мыслями. Они никак не связаны с реальностью, так что не переживай. С тобой такого никогда не случится. Она сжала его руку чуть крепче, её голос был тёплым и обнадёживающим.

— Да, наверное, ты права. Нелегкий выдался сегодня денек. Ну да, ладно уже. Довольно поздно, пойду пройдусь. Нора, ты уж пригляди, чтобы эти двое не выпили лишнего, а то нам утром уходить. Не хотелось бы возиться с ними во время похмелья.

— Не беспокойся, положись на меня. После этого Ариан ушел, а Нора, Рональд и Гаррет еще некоторое время оставались в таверне, делясь воспоминаниями и планами на завтра. Наутро они собрались вместе и отправились дальше в путь. Покидая таверну, Ариан и Нора шагали бодро, скрывая за хмурой решимостью остатки беспокойства. Позади них, шатаясь, плелись Гаррет и Роналд, едва не спотыкаясь на каждом шагу.

— Эй, хмельной святоша и лучник пьяный глаз, — бросил через плечо Ариан, сверля их ледяным взглядом. Вы хоть когда-нибудь собираетесь догнать нас? Или мне расписание тележек на завтра узнать?

— Чёрт возьми, потише можно? — простонал Гаррет, обеими руками зажимая виски. Голова трещит, как от раскатов молота.

— Меньше пить, больше спать — и будет вам счастье, — буркнул Ариан, ускоряя шаг. А то идёте, как две потрёпанные черепахи после землетрясения.

— Эй! — возмутился Роналд, морщась от солнечного света. А почему ты только нас гнобишь? Нора ведь тоже с нами пила!

— Потому что, в отличие от вас, — усмехнулся Ариан, не оборачиваясь, — она хоть знает меру и не напивается так, чтобы искать дверь в мир духов через подвал.

— Жестоко… — протянул Гаррет, спотыкаясь и едва не целуя камень под ногами. У тебя нет сердца, мой друг.

— Оно есть, — холодно ответил Ариан, — просто оно у меня не забродило, как ваше вчерашнее пиво. Нора хмыкнула, еле сдерживая улыбку, и легонько подтолкнула Ариана локтем:

— Всё-таки ты умеешь мотивировать. Ариан лишь вздохнул:

— Не столько мотивировать, сколько тащить за собой этих двух праздников жизни…

После этого авантюристы замолчали и погрузились в свои мысли. Молча шагая по направлению к ближайшей деревне, группа героев с каждым шагом все глубже погружалась в свои мысли и переживания. Сумерки медленно окутывали лес, превращая его в место еще более загадочное и таинственное. Приближаясь к вечеру, группа решила разбить лагерь. Гаррет собирал сухую ветку для костра, а Роналд устанавливал палатки, прикрывая их от ветра и возможного дождя.

— Каков наш следующий шаг? — тихо спросила Нора, поправляя котелок и добавляя в воду щепотку сушёных специй. Ариан хмуро посмотрел в огонь, словно в нём пытался разглядеть карту будущего.

— Город. Гильдия. Нужно доложить о зачищенных землях, получить повышение. А заодно обновим снаряжение. Без новых клинков и брони мы долго не протянем, — его голос был спокоен, но в нём звучала скрытая тревога. Нора кивнула, задумчиво подбросив в огонь сухую ветку.

— Это верно. Чем больше мы чистим местности от опасностей, тем выше наш ранг, и тем больше наше влияние в гильдии. Соответственно, мы становимся более известными и востребованными, что открывает новые возможности. — Ага, но только если мы останемся живыми. Разговор затих. Огонь потрескивал, вечер становился прохладнее. Роналд, расставив палатки, подошёл, отряхивая руки от земли.

— Эй, народ! Я закончил! Как-то ту у вас тихо — если не считать кривых песен Гаррета, что отпугнули бы и демона.

— Молодец, Роналд, — улыбнулась Нора, поднимаясь. Ужин почти готов. Позови Гаррета — пусть бросает свои хворостины.

— Хе, будет сделано, мадам повар, — с шуточным поклоном ответил он и двинулся к спутнику.

— Эй, старый вепрь! — крикнул он. Хватит ломать кусты, жратва готова! В этот момент небо прорезал низкий рокот грома, и молния хлестнула в землю метрах в двадцати от них, осветив лес мертвенно-белым светом.

— Ой! Что за… — Роналд отскочил с вытаращенными глазами. Это сейчас было?! Кто разозлил богов?! Гаррет, не торопясь, выпрямился, ухмыляясь сквозь седую бороду:

— Прости, старость. Показалось, что меня зовёт какой-то крикливый гусь. Ну или дух несварения. Обменявшись взглядами, вся компания рассмеялась — даже Ариан, впервые за долгое время, позволил себе кривую полуулыбку. Когда все сели у костра, Нора ловко разливала дымящийся суп по мискам.

— Грибной крем-суп с сушёными кореньями и каплей вина, — объявила она, словно представляла изысканное блюдо на пире. Гаррет, обнюхав пар, благоговейно произнёс:

— Хвала богам, если я и умру сегодня — то хотя бы с этим вкусом на языке!

— Да, только не умри в тарелку, а то нам снова твою харю откапывать, — буркнул Роналд, уже загребая ложкой. Ночь медленно опускалась на лес, и, хоть тревога не уходила с их плеч, рядом с огнём, под звуки хруста веток и булькающего супа, на душе у каждого было чуть-чуть спокойнее. После трапезы группа посидела у костра, обсуждая предстоящие приключения, и затем легла спать, окруженная плотной темнотой леса. Ночью Ариан метался во сне, его тело вздрагивало, а из горла вырывались приглушённые, едва слышные звуки. Его тело скрутило на пропитанном потом простыне, пальцы впились в грубую ткань, словно пытались удержаться за реальность. Веки дёргались, а из горла вырывались хриплые, звериные звуки — будто кто-то душил его изнутри. Внутри черепа плясали образы, от которых кровь стыла даже в жилах: Он стоял в центре деревни, где вместо домов торчали обугленные скелеты балок. Небо висело низко, свинцовое и беззвёздное, а под ногами хрустел не снег, но лёд — чёрный, как застывшая смола. Его латы звенели при каждом шаге, но звук был неправильным: будто под металлом шевелились существа с когтями и зубами. Тени липли к доспехам, обвивая запястья змеиными петлями, а в щели шлема пробивался шёпот: Ты наш. Феи. Он заметил их слишком поздно. Крошечные создания метались среди руин, их крылья — перепончатые, мерцающие ядовито-бирюзовым — оставляли за собой следы, словно слёзы. Одна замерла перед ним, в её глазах отразился он сам: чудовище с пустотой вместо лица, с клинком, чьё лезвие было выточено из вечной стужи.

— Пожалуйста… — прошептала фея, но её голос утонул в рёве бури. Его рука взметнулась сама собой. Клинок взвыл, выпустив вихрь инея. Воздух раскололся хрустальным треском — и фея рассыпалась, как разбитая ёлочная игрушка. Осколки её крыльев впились в землю, превратившись в алмазные шипы. Остальные бросились врассыпную, но их крики резали слух: не страх, а презрение. «Предатель!» — визжали они, и это слово жгло сильнее льда. Он убивал. И не чувствовал ничего. Даже когда кровь фей — густая, фиолетовая, пахнущая медью — застывала на его латах узорами, похожими на руны.

— Разве не это твоя истинная сущность, мой дорогой консорт? — сказал таинственный женский голос сзади.

Он резко обернулся, но в тот же миг всё вокруг затрещало, и ледяной мир разлетелся на осколки. Ариан дёрнулся, резко распахнув глаза. Его тело было покрыто потом, а сердце бешено стучало в груди. Он тяжело дышал, чувствуя, как ужас сна медленно отпускает, но оставляет за собой что-то… глубже. Что, если это был не просто кошмар? Время спустя остальные члены отряда начали просыпаться один за другим, начав готовиться к продолжению пути. Пока некоторые занимались сборами, Ариан, ведущий своих товарищей, собирался погасить костер. В воздухе витала атмосфера ожидания и некоторой напряженности, словно невидимая угроза поджидала их в каждом звуке леса. Но внезапно он почувствовал, как острый конец меча приставили к его горлу. Сердце Ариана замерло на мгновение, когда он поднял взгляд и увидел банду разбойников, окруживших их. Их лица скрывали тени, но их уверенная поза и настороженные движения говорили сами за себя.

— Не слишком-то вежливо тыкать в кого попало сталью, не потрудившись представиться. Манеры нынче не в моде?

— Ах, простите великодушно, — произнёс он, изображая театральный поклон. Забылся. Мы — ударный отряд банды «Ястреба». Приятно познакомиться, и это последнее, что вы услышите. На губах Ариана появилась едва заметная усмешка.

— «Ястреба», говоришь? Что ж… А у вас там, случаем, нет отделения «Куропатки света» или «Голубей справедливости»? Название-то как у детского театра. Лес наполнился коротким смешком одного из разбойников, но глава отряда смерил подчинённого взглядом, и тот тут же умолк. Его собственная ухмылка стала жестче, а голос приобрёл жёсткие нотки:

— Смешной, да. Но юмор тебе не поможет, когда я буду вырывать твои кишки, парень.

— Тогда не тяни, — спокойно ответил Ариан, выпрямляясь. Посмотрим, как ты поёшь, когда кровь окажется на твоём языке.

И в этот момент всё замерло. Несколько секунд — вечность, в которой пламя костра трепетало, мечи скользнули из ножен, а воздух сгустился до предела. Тишина на мгновение повисла в воздухе, как перед раскатом грома. Лишь хруст листьев и тянущийся ветер предупреждали о буре, что вот-вот обрушится. Ветви деревьев скрипели под тяжестью десятков фигур — лучники уже заняли позиции. Взгляд Ариана метнулся по сторонам. Он понял: засада. И выхода нет. В этот же миг рядом за его спиной резко прозвучал голос:

— Нас окружают, — прорычал Гаррет, стискивая священный том в руке, вторая уже начала светиться бледным золотистым огнём.

— Сжаться ближе! — отрезала Нора и, не теряя ни секунды, метнула под ноги дымовые шашки. Взрыв приглушённого света, шипение, и мгновенно густая завеса дыма окутала их, размывая очертания, пряча движения. Враги растерялись. Это был их шанс. Из мглы, подобно призраку, вырвался Роналд. В его глазах горел холодный, смертельный фокус. Словно сама тьма давала ему точность. Он выстрел за выстрелом уничтожал лучников на деревьях. Одна — стрела вошла в шею, вторая — прямо в сердце. Листва под ними окрасилась кровью. Из-за спины Роналда выскочили двое с мечами, но он с ловкостью хищника отбил первый удар, ударил луком по лицу первого — хруст черепа, короткий вскрик. Второго он ловко обхватил луком за шею, притянул к себе, придушил, а затем — быстрая стрела в висок первому противнику. Гаррет отступал медленно, словно сам был живой барьер. Его голос прогремел заклинанием, и из руки ударили огненные зарницы. Два противника вспыхнули, как факелы, их крики заглушили треск пламени. Один из разбойников с ревом бросился на него, но Гаррет, уклоняясь, дотронулся до его доспеха. Разряд молнии прошёлся по броне, тело выгнулось в неестественной дуге, и разбойник рухнул, дымившись, с вытаращенными глазами. Нора, словно сама смерть, металась по дыму. Её руки двигались молниеносно. Метательные ножи один за другим вспарывали глотки, пробивали сердца. Один враг упал с ножом в горле, второй даже не понял, откуда пришла смерть. Всё ради одного — расчистить путь Ариану. Ариан шагнул вперёд. Из дыма он вышел, как демон войны. Его двуручный меч, сиявший полировкой, стали, жаждал крови. Один из врагов бросился на него — Ариан встретил его удар и развернул клинок, разрубив живот, кишки вывалились на землю, а затем — резкий замах, и голова полетела в сторону. Второй атаковал слева — Ариан уклонился, нырнул, и подняв меч под углом, разрубил его тело почти надвое. И тогда перед ним предстал он — главарь разбойников. Между ними не было слов — только взгляд, в котором пылало взаимное признание: один из них падёт. Удар Ариана был могуч, но враг ловко заблокировал его. Искры посыпались при столкновении клинков. Внезапно клинок разбойника скользнул в сторону и ударил в правую руку Ариана, рассёк ткань, кровь брызнула. Ариан рыкнул от боли, но тут же ударил рукоятью своего меча снизу — глухой стук, затем сверху клинком — всплеск крови, и рука противника отлетела вместе с оружием. Разбойник отступил, но не сдался. Он был воином. Извернувшись, он вцепился в меч другой рукой и с последним отчаянным рывком ударил. Ариан поймал это движение. Сердце билось, как боевой барабан. Его клинок пошёл вперёд, вонзаясь в грудь врага. Глухой вскрик, захлёбывание кровью. Меч Ариана прошёл сквозь рёбра, в самое сердце. Главарь разбойников обмяк, а в следующее мгновение, с последней каплей силы, он ухмыльнулся — дерзко, почти уважающе — и упал на колени, а затем лицом вниз. После тяжёлой, но победной битвы Гаррет осторожно залечивал рану на плече Ариана. Его руки двигались ловко, но с заботой, а сам Ариан, стиснув зубы, едва заметно морщился от боли. Когда всё было закончено, он поднялся на ноги и бросил взгляд на тела павших врагов, разбросанных по поляне.

— Обыскать трупы, — коротко бросил он, не оборачиваясь. Нора, до сих пор молча стоявшая в стороне, вскинула голову и нахмурилась.

— Зачем? — спросила она, в её голосе прозвучала и усталость, и отвращение.

— Припасы, оружие, золото… — ответил Ариан холодно, — всё, что может нам пригодиться. Они уже мертвы, а нам — жить дальше.

— Но тогда… мы ничем не будем отличаться от них, — её голос стал тише, будто она сомневалась в собственной уверенности. Грабить мёртвых, Ариан? Это не то, ради чего мы сражаемся. Он на миг остановился, обернувшись, и посмотрел на неё долгим, тяжёлым взглядом.

— Разве? — тихо произнёс он. А ради чего мы сражаемся, Нора? Ради чести? Идеалов? Благородства? Их нет в этом мире. Есть только голод, холод и смерть, поджидающая за каждым поворотом. Мы боремся за выживание. Она опустила глаза, прикусив губу. Её руки дрожали, но она ничего не ответила.

— Сильные выживают. Слабые — становятся добычей, — продолжил Ариан, уже глядя на мертвецов. Если мы не воспользуемся их вещами — воспользуется кто-то другой. А нам это может стоить жизни. На секунду повисла гнетущая тишина. Затем Нора выдохнула, почти неслышно.

— Значит… теперь и мы такие. Ариан отвёл взгляд.

— Мы стали такими в тот день, когда взялись за оружие.

Закончив обирать трупы разбойников, отряд продолжил свой путь, внимательно осматривая окрестности на предмет новых опасностей. Идя по дороге, они внезапно наткнулись на целое войско солдат, разбивших свой лагерь неподалеку. Стройные ряды воинов, подготовленные и вооруженные, демонстрировали впечатляющую силу и организацию. Проходя мимо лагеря, освещённого багровыми отблесками костров, отряд путников услышал оклик.

— Эй, ребятки, вы же из гильдии, верно? — раздался насмешливый голос, принадлежавший мужчине с крепкой осанкой и повадками бывалого солдата. Это был капитан одного из патрульных отрядов. Его прищуренные глаза уставились на Нору с явным пренебрежением.

— Да, мы из гильдии, — спокойно ответила она, не показывая ни капли волнения. Капитан хмыкнул, скрестив руки на груди.

— Прости, малютка, но ты действительно считаешь, что способна уничтожать чудовищ? Не обижайся, но вы, женщины, не для битвы рождены. Меч держать — это тебе не цветы собирать. Вы либо не сможете добить врага, либо разревётесь после первого удара. В глазах Норы что-то вспыхнуло. Гнев, словно пламя, затопил её грудь.

— Слышь, — произнесла она срывающимся от ярости голосом, — даже не думай ставить под сомнение мою силу только потому, что я женщина. Я не просто держу меч — я живу с ним в руке! Сколько тварей пало от моего клинка — тебе и не снилось. И если ты хочешь проверить, на что я способна — будь добр, не прячься за словами. Дай мне шанс показать тебе, как сильно ты ошибаешься. Капитан довольно усмехнулся, заметив, как бойцы за его спиной зашептались, наблюдая за разгорающейся сценой.

— Ахаха, смелая, ну что ж… Давай устроим маленький дружеский поединок. Пусть один из моих лучших, Джером, сразится с тобой. Выиграешь — беру слова назад. Проиграешь — ты извиняешься и признаёшь, что женщинам в бою не место. Идёт? Нора взглянула ему прямо в глаза.

— Идёт.

— Джером! — рявкнул капитан. Из толпы вышел солдат в чёрной кожаной броне, вооружённый тонкой рапирой. Он был ухожен, самоуверен и, судя по выражению лица, не слишком серьёзно воспринял вызов.

— Эта? — кивнул он в сторону Норы. Ты уверен, капитан? А то мне неудобно будет, если она заплачет.

— Тогда я постараюсь, чтобы ты заплакал первым, — холодно ответила Нора, делая шаг вперёд и вынимая свой меч.

Они встали напротив друг друга, круг из солдат замкнулся вокруг, создавая напряжённую, почти гладиаторскую атмосферу. Капитан громко прокричал:

— Начинайте!

Толпа затаила дыхание. На выжженной тренировочной площадке, покрытой пылью и следами прежних боёв, схлестнулись взглядами два бойца. Один — выученный, дисциплинированный солдат Джером. Вторая — ловкая, быстрая, полная внутреннего огня Нора. Без лишних слов Нора рванулась вперёд, как пущенная стрела. Её правый кинжал блеснул в свете закатного солнца, устремившись к шее врага. Но Джером, несмотря на неожиданность атаки, уверенно отразил удар, поставив рапиру точно под лезвие. Лязг металла — искры — и Нора мгновенно нанесла второй удар левой рукой. Но Джером, словно предугадав её манёвр, отскочил назад, словно волк, избегающий капкана. Однако он не стал обороняться — он атаковал. Резкий разворот, и его рапира, будто живая змея, начала пляску смертоносных выпадов. Круговой удар с воем прошёл в воздухе, Нора еле увернулась, её волосы хлестнули по лицу. Следующие удары были быстры, как молнии. Один, два, три… Нора ловко отступала, но острие всё же коснулось её. На её руках открылись порезы, и кровь капнула на пыль под ногами. Но она не дрогнула. Наоборот — её глаза вспыхнули.

— Теперь моя очередь, — прошептала она, и с поразительной скоростью метнула шесть ножей. Один за другим они рассекали воздух, точно смертоносные искры. Джером едва успел парировать четыре. Один нож застрял в доспехе на груди, другой глубоко вошёл в плечо. Он зарычал от боли, но стоял. Схватка была не окончена. В этот миг Нора метнула в землю дымовую бомбу — вспышка, шипение, завеса мглы накрыла всё вокруг. Джером ослеп. Он прислушивался, пытаясь определить её местоположение. Но вдруг — удар кулака в лицо. Он пошатнулся, слюна с кровью полетела в сторону. Зрение затуманилось, дыхание сбилось. И всё же, несмотря на всё, он поднял рапиру. Взмахнул — боль в руке сковала движение, но он всё равно ударил, сжимая зубы от ярости. Его сталь рассекала воздух наугад. Когда дым рассеялся, картина, что предстала взору толпы, была величественной. Нора стояла вплотную к Джерому. Левая рука — сжавшая его запястье, не давая опустить рапиру. Правая — кинжал, холодно прислонённый к его горлу. Взгляд её был не злым — он был уверенным. Несгибаемым. Её грудь тяжело вздымалась от боя, капли крови стекали по рукам, но она стояла. Она победила. После поражения Джерома его отвели залечивать раны, а Нора отправилась к капитану. Пока Нора общалась с капитаном, Гаррет заботливо подлатывал её раны.

— Ну надо же, ты вправду смогла победить Джерома, сказал капитан, выражая своё восхищение. Я действительно ошибался в оценке тебя и других женщин. Ты — сильная, и благодаря тебе я осознал это.

— Я рада, что смогла показать вам, что я вовсе не такая слабая, как вы думали. Но зачем вы тогда нас звали? Неужели только ради того, чтобы мне все это сказать?

— Нет, конечно, ответил капитан, я звал вас по делу. Но увидев тебя, я начал сомневаться, выполните ли вы его. Теперь же я буду даже рад, что его будешь выполнять ты.

— Так что там за дело, о котором вы говорили? Капитан вздохнул, глядя вдаль, словно видя перед собой суровое испытание.

— Несколько дней назад я отправил двух своих разведчиков исследовать дорогу для дальнейшего передвижения, начал он, его голос звучал напряженно, отражая тревогу. Но, к сожалению, они не вернулись… Тогда один из добровольцев отправился проверить, что с ними случилось, продолжал капитан, его слова прерывались тяжелыми вздохами. Единственное, что он нашел, это наполовину съеденные тела, а также услышал вой. После этого он сбежал, оставив тела, и доложил нам. Капитан поднял взгляд, в его глазах горело решимость и непоколебимая воля. Я хочу, чтобы вы исследовали это место и убили эту тварь, чтобы мы смогли двигаться дальше.

— Ну а почему ты сам не отправишься вместе с группой людей это проверить? — спросил Ариан, смотря на капитана с некоторым недоумением.

— Потому что мы не знаем, что это. Если это обычные волки, то потеряем просто время и силы. Но если это что-то другое, то мы можем понести лишние потери, которые я хотел бы избежать.

— Ладно, мы поможем тебе, но за бесплатно работать не станем.

— Само собой разумеется, я щедро вам заплачу в зависимости от того, что это была за тварь.

— Так, а куда нам идти?

— Идите на запад, там в 40 минутах ходьбы будет небольшая гора и лес. Вон там, под горой, и будет находиться эта тварь.

— Ясно, что ж, тогда идем. Примерно через 40 минут они добрались до места, и начало смеркаться.

— Что ж, мы на месте, — сказал Гаррет, оглядывая окрестности. В его голосе звучало сомнение. Но тут всё… слишком тихо. Ни запаха гнили, ни следов сражения. Будто никто здесь и не погибал.

— Нужно осмотреться, — хмуро произнёс Ариан, внимательно глядя на лес. Его глаза зацепились за едва различимое затемнение между деревьев. Кажется, там впереди пещера. Нора, будь добра проверь, что внутри. Остальные держите уши востро. Нора кивнула, сняла меч с плеча и тихо двинулась в сторону тени, притаившейся у подножия скалы. Лес, казалось, затаил дыхание. Даже птицы замолчали. Ариан, тем временем, остановился у ствола дерева. Поверхность коры была глубоко иссечена, словно её с яростью вспарывали огромные когти. Он провёл пальцем по борозде, нахмурившись.

— Это… не волк. И не медведь, — сказал он, полу вслух, полу себе. След слишком глубокий и длинный. Это что-то гораздо крупнее. Возможно, разумное. Он обернулся через плечо.

— Роналд, будь начеку. Это место — не просто логово. Тут кто-то охотится.

В тот же миг, за их спинами, что-то тяжёлое неторопливо зашевелилось среди листвы. Ветки поскрипывали под чьей-то тяжестью. Чуть выше на дереве послышался едва слышный скрежет когтей о кору. Ариан выхватил меч.

— Слышали? — спросил он, не отрывая взгляда от кроны. Сердце начало стучать чаще. Чутье подсказывало — оно рядом. И оно смотрит.

— Нора сейчас у пещеры… — начал Гаррет, но его слова утонули в резком, хищном рёве, что пронёсся по лесу, словно удар грома.

— Черт! Ариан резко обернулся в сторону пещеры. Нора! Беги сюда! Живо! И в этот момент чудовище набросилось на Ариана, но тот в свою очередь успел закрыться мечом и не дать себя убить. В этот же момент Роналд быстро среагировал и выпустил в зверя три стрелы, тем самым заставив монстра отскочить назад. Пред ними предстал облик зверя: двухметровое существо, стоявшее на двух задних лапах и напоминающее волка.

— Вот черт, что это? Оборотень? — спросил Роналд, судорожно сжимая свой лук.

— Нет, скорее всего, это волколак, ответил Ариан, затаив дыхание перед надвигающейся угрозой. Лес замер. Воздух сгустился, словно сам мир затаил дыхание. И тут раздался пронзительный, леденящий душу вой. Его звериный рёв, полный ярости и жажды крови, пронёсся эхом по деревьям, пробирая до костей. Его глаза — два раскалённых угля, сверкавшие в темноте, как предвестники смерти, метили в цель: Ариана. С нечеловеческой скоростью волколак рванулся вперёд. Его когти расчертили воздух, и удар был бы смертельным… если бы не Нора. Она метнулась навстречу, выхватывая из пояса связку петард. Меткий бросок, и яркий всполох света и грохот разорвали мглу, ослепив и дезориентировав чудовище. Волколак зашатался, заурчал, сжав челюсти, и тут же…

— Сейчас! — крикнул Ариан, и, в тот же миг, его меч вспыхнул в лунном свете. Он прыгнул вперёд, меч опустился дугой, перерезая живот монстра. Хруст разрываемой плоти и гортанный рык слились в один звук. Волколак взвыл от боли, а в этот момент из тени вынырнул Роналд. Его лук пел свою песню смерти — одна стрела за другой вонзалась в ноги зверя, затрудняя каждое его движение. Чудовище зашаталось, кровь капала с его лап, но он не падал. Напротив — он ярился, будто каждая рана лишь разжигала в нём безумную ярость.

— Назад! — гаркнул Гаррет, собирая магию. Его голос был как удар молота.

Вспышка — и молния с грохотом обрушиваясь на волколака. Следом пламя, вырвавшееся из ладоней мага, окутало зверя, вспыхнув на его меху. Волколак завизжал, отпрянул, но не отступил. Он вырвался из огня, охваченный яростью, и, издав душераздирающий рев, прыгнул. Нора снова пошла на риск. Она бросилась в сторону зверя с клинками в обеих руках. Но чудовище было готово. Его лапа ударила её с такой силой, что она отлетела в сторону, с глухим стоном ударившись о землю. Её дыхание сбилось, но сознание не покинуло её. Её взгляд метнулся к друзьям. Роналд продолжал стрелять, одна за другой его стрелы вонзались в тело волколака, но тот, как бешеный зверь, не чувствовал боли. Он обрушился на Гаррета, сбив мага с ног. Их тела рухнули в пыль, и чудовище прижало Гаррета к земле, раскрывая челюсти.

— Гаррет! — закричал Ариан, сердце его сжалось.

Гаррет подставил руку — клыки зверя впились в плоть. Кровь брызнула, Гаррет закричал от боли, но продолжал сопротивляться, сжимая зубы.

— Не смей! — рявкнул Ариан, и в этот миг его меч описал дугу, сверкая в воздухе. Словно карающий молот судьбы, клинок с глухим звуком обрушился на шею зверя. Раздался хруст, всплеск крови, и в следующее мгновение массивная голова волколака с глухим стуком покатилась по земле. Его тело ещё трепыхалось, содрогаясь в посмертной агонии, а затем обмякло. Кровь волколака растекалась по земле, пропитывая её. После напряженной битвы с волколаком, в воздухе стояло напряжение, словно каждый вдох был невероятно ценен. Ариан, опустившись на колени, ощущал, как его сердце бешено бьется в груди, и его легкие горят, жаждой свежего воздуха. Он обернулся к Гаррету, чье лицо было бледным от усталости, и спросил: Ты цел?

— Да, благодаря тебе, уж точно. Он принял бутылку со спиртным, которую протянул ему Ариан, и сделал глоток, чувствуя, как огонь спирта проникает в его тело, успокаивая боль и напряжение. Вылив остатки спиртного на свою раненую руку, он ощутил, как она начинает пульсировать от боли. Следом он применил магию исцеления, ощущая, как теплота магии распространяется по ране, заживляя ее. Гаррет вздохнул тяжело и сказал: Дайте мне 5 минут, сейчас передохну маленько и пойдем. Его голос звучал устало, но в нем прослеживался настойчивый настрой. После небольшой передышки, вооруженные трофеем в виде головы волколака, они отправились обратно к заказчику. Путь обратно к лагерю казался бесконечным, каждый шаг был испытанием для их изможденных тел. Когда они, наконец, прибыли к лагерю, небо было уже погружено во тьму, и звезды ярко сверкали на его бездонном холсте, словно молчаливые свидетели их подвига.

— Эй, капитан, дело сделано! — выкрикнул Рональд, протягивая голову зверя. Взгляды остальных сосредоточенно обратились к нему, ожидая слова подтверждения.

— Ну надо же, так это был волколак! Значит, я не ошибся, что решил обратиться к кому-нибудь за помощью. И теперь понятно, что это был за вой. Что ж, вы отлично постарались. Он медленно повернулся к Ариану, у которого явно почувствовалось чувство удовлетворения после долгой борьбы.

— Вот, как и обещал вам щедрую награду, добавил капитан, протягивая мешочек, наполненный серебряными монетами. А еще вот, возьмите это благодетельное письмо от меня. Можете показать его в гильдии. Оно поможет вам с повышением ранга группы, а еще вам могут сделать выплату за него. Так что берите, не стесняйтесь.

— Спасибо, капитан, ответил Ариан, принимая мешочек и письмо с благодарностью. Он почувствовал теплое облегчение, понимая, что их усилия не прошли даром. Я хочу спросить, ты же не будешь против, если мы у вас заночуем?

— Нет, не против. Вы можете отдохнуть, вы это заслужили. Где-то в темноте ночи, под мерцающим светом костра, солдаты сидели в полукруге. В пламени потрескивали дрова, бросая золотисто-оранжевые отблески на лица слушателей. Запах дыма смешивался с ароматом жарящегося мяса и терпким привкусом дешёвого пива.

— Ну же, Роналд! — крикнул один из солдат, поднимая кружку. Расскажи, как ты прикончил волколака! Только не скучно, как в прошлый раз, а как ты умеешь с пафосом!

— Да, да! — поддержал другой. Мы ж на таких рассказах живём! Сразиться с чудовищем — одно, а пережить рассказ Роналда — совсем другое испытание! Роналд усмехнулся, поправил плащ и встал, как настоящий бард на подмостках.

— Ладно, слушайте, салаги, и учитесь у мастера! — сказал он, делая шаг ближе к костру. Мы направились в лес по приказу капитана. Лес был тёмным, ветви скрипели, словно шептали проклятия. Я почувствовал — беда рядом. И, конечно, я не ошибся. Он сделал паузу, придавая словам драматичности.

— Из тени выскочил волколак. Огромный! С клыками, как кинжалы, и когтями, будто он их в кузнице сам отковал! Бросается — и сразу на моего товарища! Солдаты напряжённо замерли, кто-то даже перестал жевать.

— Я не растерялся. Пять стрел — сразу, одна за другой! Тах-тах-тах-тах-тах! — сделал он рукой имитацию выстрелов. А потом меч! С разворота! С разворота, мать его, под ребро! Он взвыл так, что деревья облетели. И, знаете, что он сказал?

— Что? — разом спросили несколько голосов.

— Он сказал: «Пощади меня, доблестный воин, я ошибался!» — воскликнул Роналд высоким голосом. Но я, конечно же, не повёлся. Храбро вонзил меч ему в сердце! Пух и всё. Он пал. Я стоял над ним, как герой, а ветер трепал мою накидку… Солдаты заржали и зааплодировали, поднимая кружки.

— Герой! Да ты герой, Роналд! — смеялся один.

— Расскажи, как ты потом с тремя гарпиями дрался! — крикнул другой. Недалеко от весёлого круга стояли Ариан и Нора, наблюдая за сценой.

— Это так на него похоже, — покачал головой Ариан с полуулыбкой. Он всегда умел преподнести свою версию событий.

— Но признайся, — ответила Нора с теплотой, с ним никогда не скучно.