позволишь?! – гневался маг, лиловая полоска эфирного поля уже вовсю искрилась.
– С меня хватит твоих обвинений! – прокричала я, вскакивая со скамейки.
Он не прижимался! – возмутилась я. – Он просто что-то говорил мне на ухо…
– Ах, говорил на ухо!.. – взгляд Маркуса потемнел. – А мне показалось, что он целовал это самое ухо.
– Маркус, ты с ума сошел? – Я даже повысила голос от возмущения. – Неужели ты думаешь, что я позволю ему при всех…
– А не при всех ему
– Он из тех, кто не умеет ухаживать. У таких, как он, один вопрос: «В вашу спальню или в мою?»
К сожалению, примирение с женихом было недолгим. Я убежала в спальню, чтобы привести себя в порядок.
Он знал, что я чувствовала свою вину перед маленьким пожилым троллем за случившееся.
Мы торопливо прошли в министерский корпус и поднялись по лестнице на четвертый этаж. Разговор проходил в кабинете, в котором несколько дней назад состоялось наше совещание с министром Бьорном. Хранитель сидел в большом кресле и едва доставал мысами туфель до длинного ворса на ковре. На мужчине был все тот же красный стеганый пиджак, напомнивший мне домашний халат. Увидев нас с Маркусом, мистер Эсперантус добродушно улыбнулся, отчего мне стало не по себе. Ведь именно из-за меня он оказался в столь щекотливой ситуации. Надо отдать должное господину Тьеру и леди Ингрид, допрос проходил в дружественной обстановке за чашкой душистого чая. Чтобы не мешать беседе, мы с Маркусом прошли в дальний угол комнаты и устроились на диване.
– …Мистер Эсперантус, – продолжил задавать вопросы следователь Тьер, – вы утверждаете, что дочь лорда Адриануса леди Инга забрала в тот день одну капсулу крови?
– Да, – важно подтвердил тролль и шумно отхлебнул чай из тонкой фарфоровой чашечки. – Для изъятия капсулы были медицинские показания. В тот год заболела ее дочь, какое-то редкое заболевание. Ни врачи, ни целители не могли помочь бедному ребенку. Для изготовления магического зелья была необходима кровь сильнейшего в роду. Тогда леди Инга с разрешения императора Юлиана обратилась в хранилище для изъятия одной капсулы крови лорда Адриануса.
– Но вы точно не знаете, подошел ли этот образец? – вставила свой вопрос леди Ингрид.
Она вела себя как настоящий следователь – пристально смотрела в глаза хранителю, говорила с жесткими нотками в голосе, во взгляде читалось недоверие.
– Дорогая моя, – мистер Эсперантус повернулся к леди Бьорн, вскинув пушистую бровь, – я же не эскулап. Я – хранитель. Могу припомнить дату прихода леди в Кровавую комнату – это произошло семь лет назад, двадцать первого октября. Я помню целителя, сопровождавшего леди Ингу, но…
– Мистер Эсперантус, – перебил следователь Тьер, – а что за целитель сопровождал леди Ингу?
– Ну как же, целитель из императорской клиники. Мне были предоставлены документы о болезни юной Агаты, дочери леди Инги.
дом с целителем стояла худенькая темноволосая женщина в точно таком же одеянии