Всем известно, — все по крайней мере утверждают, что порода мелких тиранов перевелась или почти переводится у нас на Руси. Мне однако ж случалось встречаться с подобными личностями; впечатление настолько еще живо, что могу без особенного усилия передать читателю один из таких образцов.

Это было в июле месяце, в самый зной, в жгучую пору года, прозванную народом «страдой». Желая предохранить себя и лошадь от томящей истомы, я укрылся под широким дощатым навесом постоялого двора, одиноко стоявшего на окраине большой проезжей дороги. Хозяин, бывший дворовый из крепостных, — был мне знаком. В молодости он имел тощий вид и казался всегда каким-то расслабленным; теперь же он представлялся брюхастым и плотным, с припухлыми толстыми кистями рук, шеей как у быка и всклокоченными волосами, в которых заметно пробивалась седина. Он постоянно ходил в узком тугозастегнутом кафтане, перетянутом под ребрами узеньким пояском; чулков он никогда не носил; галстух также отсутствовал. Когда он сымал кафтан, рубашка его, низко подвязанная тесьмою, широко оттопыривалась, открывая на нижней части его тела черные плисовые шаровары. Благодаря уму, сметке и вообще деловитости, он приобрел состояньице, не возбуждая против себя ни подозре