Государь вышел из Летнего сада в четвертом часу. (Лейхтенбергские остались гулять в саду.) На Невской набережной у решетки сада стояла обычная толпа— глазели. Так бывало всегда, когда царь выходил из Летнего сада после традиционной дневной прогулки. Полицейский, лениво прогуливавшийся вдоль толпы, увидел подходившего государя и привычно вытянулся. Рядом с коляской скучал жандармский унтер-офицер. Он тоже заметил вышедшего из сада государя и тоже вытянулся. Все было как всегда.
Александр, подобрав длинные полы шинели, готовился сесть в коляску…
И в этот момент раздался оглушительный хлопок.
Тотчас из расступившейся толпы выскочил кто-то молодой, высокий и бросился наутек по набережной в сторону моста. Полицейский и жандарм уже бежали за ним… Полицейский догнал его, опрокинул на землю, вырвал пистолет. Жандарм бил упавшего по лицу. Тот защищал лицо от ударов, истошно крича одно и то же: «Ребята, я ведь за вас стрелял!» Его подняли, подвели к государю.
Министр
