Когда, еще дитя, искал я привидений
По чутким комнатам, взирая в темноту,
В лесу, при свете звезд, преследуя мечту —
Беседовать с толпой отшедших поколений.
П. Б. Шелли. Гимн духовной красоте (пер. К. Бальмонта)
– В этот раз он с вами разговаривал?
– Он обозвал меня.
– Как?
– Блядью.
– Вы сказали, что-то было у вас на лице. Вы помните что?
– Гном.
– Гном? Почему вы так говорите? Вы что-то видели?
– Нет. Я… мне просто показалось, что это гном.
Мужчины никогда не были с ней грубы. В ней не было ничего твердого, что мужчинам хотелось бы сломать или убрать. Они ценили ее, эту ранимость, красоту и податливость
Карлотта чем-то напоминала те здания в бедных районах Лос-Анджелеса. У которых проблемы с конструкцией – они стоят десятками лет. Потом происходит землетрясение. Остальные здания так и стоят. А эти обрушиваются в облаке щебня, оставляя голые балки на том месте, где раньше была здоровая психика.
Франклин стоял, солнце очерчивало его тонкие руки и квадратную голову золотым ободком. Он был силуэтом, двадцатипятилетний подросток. Он выжег себя, пытаясь остаться молодым, и ничто не могло вселить в него жизнь. Карлотте показалось, что он уже мертв.
Карлотта прислонилась спиной к стене. Впервые вид мужа, сидящего на кровати, готового к любви и обнаженного, вызвал у нее отвращение. Он был таким гротескным, отталкивающим. Внезапно ей захотелось домой. Но у нее больше не было дома.
Это кошмар: не сама болезнь, а перемены в человеке. Близкие становились другими, и ты мог их возненавидеть, желать отстраниться от тех, кого когда-то любил.
