Царапины и глитчи. О сохранении и демонстрации кино в начале XXI века
Қосымшада ыңғайлырақҚосымшаны жүктеуге арналған QR
goole playappstore
RuStore · Samsung Galaxy Store
Huawei AppGallery · Xiaomi GetApps

Кітаптан алынған дәйексөздер  Царапины и глитчи. О сохранении и демонстрации кино в начале XXI века
автор Юрий Меден

Ksenia Lieshchynskaya
Ksenia Lieshchynskayaдәйексөз келтірді1 апта бұрын
Он знает, что сохранение аналоговых фильмов зависит от постоянно нестабильной смеси желатиновой эмульсии и кристаллов серебра. Он знает, что сохранение цифровых фильмов зависит от изначально нестабильной природы свободного рынка. Он знает, что его основная миссия зависит от того, что поэт и философ дикой ферментации Шандор Кац назвал «историческим пузырем охлаждения», в которым мы сейчас и живем.
Комментарий жазу
Ksenia Lieshchynskaya
Ksenia Lieshchynskayaдәйексөз келтірді1 апта бұрын
Итак, мы живем в эпоху дискретных областей знания, которые совершенно невежественны по отношению ко всем другим областям; в эпоху, которая на уровне реальной политики все еще отвергает глубокую корреляцию между доминирующим экономическим устройством и двумя смертоносными процессами: глобальным потеплением и неравенством; мы живем в эпоху, которая верит в идею сохранения материального культурного наследия.
Комментарий жазу
Ksenia Lieshchynskaya
Ksenia Lieshchynskayaдәйексөз келтірді1 апта бұрын
Ролан Барт описывал такую темноту кинотеатра как «саму суть мечтательности» и определил ее как совершенно необходимое условие для восприятия медиума: «Именно в этой темноте кинозала (анонимной, переполненной, людной темноте — что за скука и разочарование эти частные показы!) и заключается очарование самого фильма (каким бы он ни был).
Комментарий жазу
Ksenia Lieshchynskaya
Ksenia Lieshchynskayaдәйексөз келтірді1 апта бұрын
«Человеческая потребность иметь уединенное пристанище, границы которого нерушимы, с глубокой древности сохранялась в цивилизованных обществах, но сегодня оказалась под угрозой, по мере того как надзорный капитал создает мир, из которого „выхода нет“, что влечет за собой глубокие последствия для человеческого будущего на этих новых рубежах власти»
Комментарий жазу
Ksenia Lieshchynskaya
Ksenia Lieshchynskayaдәйексөз келтірді1 апта бұрын
И если уж дело доходит до оценки культуры, XXI век успел обучить нас тому, что оборотная сторона каждого предписания — упущение. И чем точнее и строже предписание, тем объемнее, существеннее упущение. Каждый раз, когда фильм (т. е. стиль, жанр, бюджет, гендер, идентичность, цвет, политическая позиция, история, культура) соответствует предписанию (для занесения в коллекцию, сохранения, каталогизации или же для демонстрации), сотни других все глубже погружаются в забвение, некоторые — безвозвратно
Комментарий жазу
Ksenia Lieshchynskaya
Ksenia Lieshchynskayaдәйексөз келтірді1 апта бұрын
То, что мы видим по телевизору, — лишь тень фильма, сожаление о фильме, ностальгия о нем, его эхо: никогда не настоящий фильм».
Комментарий жазу
Ksenia Lieshchynskaya
Ksenia Lieshchynskayaдәйексөз келтірді1 апта бұрын
Жан-Поль Сартр определял свободу не чем иным, как присутствием воли, и добавлял, что просто проявлять волю недостаточно, необходимо проявлять волю к воле.
Комментарий жазу
Ksenia Lieshchynskaya
Ksenia Lieshchynskayaдәйексөз келтірді1 апта бұрын
Опять же, эксклюзивной привилегией музеев кино — мест, где кураторские программы кино продолжают существовать вне всяких трендов и коммерческих императивов, — является противостояние воинствующей тенденции культурной гомогенизации и поддержание (или возвращение) цвета местной традиции на бледном лице мировой синефилии.
Комментарий жазу
Ksenia Lieshchynskaya
Ksenia Lieshchynskayaдәйексөз келтірді1 апта бұрын
Будто собаки Павлова, при упоминании «Гражданина Кейна» мы думаем о глубоком фокусе и потолках, но не о злодействах олигархии. Или при упоминании «Броненосца „Потемкина“» — о стремительном монтаже и откровенной пропаганде, но не об обещаниях пролетарской революции.
Комментарий жазу
Ksenia Lieshchynskaya
Ksenia Lieshchynskayaдәйексөз келтірді1 апта бұрын
Энрю Сарриса, который разгромил одного режиссера — тот осмелился плыть против течения воинственной маскулинности, которая на тот момент ассоциировалась с американским кино в целом, — рассудив, что этот режиссер «имеет дурную привычку говорить, что имеет в виду, но не показывать этого».
Комментарий жазу