Даже что-то вроде травмы при резком сгибании или разгибании шеи способно на краткое или более длительное время прервать поток воспоминаний.
Туман цеплялся за все вокруг, тянулся лентами, не желая признавать власть солнца.
мысль призрачным угрем ускользнула обратно в подсознание.
отпуская Киру на волю.
– Да ну тебя! Перерыв на обед у меня в час дня. Встретимся в кафе. И помни: я буду очень расстроена, если до этого тебя убьет какой-нибудь доктор-недоучка.
– И тебе хорошего дня! – бросила Кира через плечо, сворачивая
После четырех лет не дотерпеть пару месяцев? – Зои издала что-то среднее между смешком и раздраженным фырканьем. – Слушай, я не говорю, что от него надо спасаться бегством и все в таком духе, но… Просто будь осторожна. Он что-то скрывает. И вообще, я уверена – он серийный убийца, которому пришлось бежать из кампуса, чтобы его не поймали.
«Вот это поворот».
Кира рассмеялась, подхватила свои пакеты и, обогнув Зои, подошла к двери.
– Ну, не знаю. Но спасибо, что беспокоишься обо мне.
Зои тяжело вздохнула, затем помахала рукой, отпуская
зрение и глаза работать вместе и показать ей призрак. Ей казалось, что она бьется о невидимую стену. Но вот, наконец, преграда треснула, рухнула, и Кира внезапно увидела то, что находилось по ту сторону.
Резко втянув воздух, она отшатнулась. Налетела спиной на дерево, прижалась к нему, чувствуя, как бешено колотится сердце, как горит от напряжения голова. Всего на секунду, но Кира увидела их – призраков кладбища Блайти, обезображенных, недовольных, рассеянных среди могил, наблюдающих за ней. Их были десятки…
– Ой-ой, – прошептала Кира
. Кира облизнула губы и продолжила: – Теперь я знаю твое имя. Я найду, кем ты была при жизни и как умерла и… Не могу обещать… Не знаю, как много сумею сделать… Но что бы тебе ни было нужно, я постараюсь.
По-прежнему никакого ответа. Кира вновь напрягла зрение и стала оглядываться. Что-то промелькнуло справа. Нет… слева! Силуэт растворился, как только Кира попыталась его рассмотреть.
Сумерки быстро сгущались. Она предприняла еще одну отчаянную попытку. Пульсирующая боль вспыхнула в затылке, растеклась по всей голове. Кира терпела, пытаясь заставить внутреннее
Она стояла на могиле. Надгробие было маленьким и скромным – традиционной плитой с зауженным верхом, без украшений. Чтобы прочитать вырезанные на ней слова, Кире пришлось подойти к призраку гораздо ближе, чем ей бы хотелось.
Эмма Картидж
1955–1981
– Это твоя могила? – Кира подняла глаза, но женщина исчезла.
Кира отступила на шаг, огляделась.
– Эмма?
Надгробия безмолвствовали.
– Я попытаюсь помочь, – ее голос прозвучал
становилось то плотнее, то прозрачнее, в зависимости от густоты тумана.
Призрачная женщина брела прямо по могилам, но Кира старалась не наступать на них. Она не могла объяснить себе почему, но это казалось ей неуважением к мертвым. Чтобы не отставать, приходилось петлять и даже перелезть через несколько оградок.
Они приближались к лесу. Беспокойство Киры усиливалось.
«Умоляю, только не в лес…»
Женщина остановилась, обернулась. Подождала, пока Кира ее догонит, затем кивнула в сторону
умерли на языке. Тело содрогалось от холода, мысли путались от нервного напряжения и страха, но Кира знала, что не может уйти. Пока не может.
Мертвая женщина повернулась и пошла вдоль ряда надгробий, не обращая внимания на то, что идет по чужим могилам. Остановившись, она оглянулась через плечо. На ее лице была мольба – она хотела, чтобы Кира последовала за ней.
Кира поднялась на дрожащие ноги. Ее одежда уже промокла, отяжелела. Едва Кира сделала шаг к женщине-призраку, как та снова пошла вперед сквозь туман. Ее тело начало светиться