Дорогой, а ехали мы целых два дня, мы с Элен говорили о том, как хотели бы жить, когда войны не будет, о любимых книгах, о рецептах пирогов, какие пекли нам бабушки, и я открыла для себя другую Элен, ранимую, измученную войной. Я не спрашивала ее ни о чем, но мы обе поняли, что очень сблизились. Мы не сказали ни слова о том, что для каждой из нас было самым важным, не поделились, какие пережили потери, расставания, исчезновения близких, скорбь, голод, страх, но почувствовали: между нами протянулась ниточка, невидимая, но на удивление крепкая.
