У зрелой любви нет страсти, нет срока, нет возраста, нет социального статуса, нет обиды и упрека, ревности и зависти, нет желания обладать, у нее нет быта, денег, дома, машины, у нее даже может не быть секса – да, и такое возможно, – у нее
Она может быть настолько увлечена собственным героизмом и страданиями, что способна всерьез игнорировать потребности и чувства ребенка, заполняя его пространство своим страданием.
Что мешает многим людям стать зрелыми? Страх душевной боли, разочарование в себе, в близких, в том, как устроен мир. Но только опустившись на дно, открыв глаза, увидев реальность, прожив боль разочарования, можно стать осознанным.
Самый большой подарок, который может сделать родитель своему ребенку, – не отнимать у него право быть агрессивным, злиться, плакать, проявлять открыто свои чувства и реакции на давление, насилие или наказание.
из любви к родителю, а не потому, что его кто-то обязал быть благодарным. Мне кажется, требование быть благодарным, обращенное к кому-либо, а тем более к собственному ребенку, противоестественно – оно убивает любовь и свободу, но рождает вину и рабство. Любые долги убивают любовь, так как настоящая любовь – это свободное, беспрепятственное и безвинное течение энергии добра и сострадания.
Упрек – это обвинение, укор, замечание, претензия. И у того, кому он высказан, возникают чувство вины и желание обороняться, оправдываться. Естественно, человек начинает защищаться, упрекая в ответ.
Родитель, который требует у ребенка внимания и благодарности, в действительности сам еще ребенок, не насытившийся любовью своих родителей, изголодавшийся по любви или отдавший предыдущему поколению из чувства долга больше, чем мог.
Послания расщепляющей матери ребенку
«Я твой смысл жизни, а ты – мой. Ты моя собственность, поэтому подчиняйся мне. Я лучше знаю, как тебе поступать и что тебе чувствовать. Ты обязан меня успокаивать и слушаться. Я одновременно и люблю тебя, и ненавижу. Я пожертвовала ради тебя всей своей жизнью (часто: ты испортил мне жизнь). Не покидай меня и одновременно исчезни из моей жизни».
Мне кажется, требование быть благодарным, обращенное к кому-либо, а тем более к собственному ребенку, противоестественно – оно убивает любовь и свободу, но рождает вину и рабство. Любые долги убивают любовь, так как настоящая любовь – это свободное, беспрепятственное и безвинное течение энергии добра и сострадания.
Когда мы говорим нашим детям: «ты злишь меня, ты меня испугал, ты меня обидел, ты разочаровал меня», мы смещаем ответственность за свои чувства на ребенка. По сути, мы говорим ему: «Из-за тебя я так плохо чувствую себя». Но все наши эмоции – это наша ответственность, так как именно мы – пусть даже бессознательно – делаем выбор, что нам чувствовать в тот или иной момент
