Людям, которые не в состоянии сказать ничего вразумительного, не стоит предоставлять сцену и микрофон. Что ни говори о старых средствах массовой информации, но они все же предполагали некий контроль качества.
3 Ұнайды
Тому, кому однажды явилась Истина, трудно вернуться в прежнее слепое наивное состояние. Чувство избранности и просвещенности имеет тенденцию заслонять прежние разумные проявления
3 Ұнайды
Ясное дело, приходится тебе, бедняжке, иногда спускаться вниз, чтобы попинать ногами нас, простых смертных. Обзывать нас мерзкими и тупыми, хотя на самом деле ты даже не понимаешь, о чем речь.
1 Ұнайды
Карина питала самую большую страсть к чтению. Проглатывала книги, как другие поедают лепешки.
Биргитта, мама которой работала врачом в Питео, а папа возглавлял ракетную базу, была самой амбициозной из всех
1 Ұнайды
нам дана жизнь, чтобы ее прожить, а не война, чтобы ее выиграть.
Было бы потрясающе побывать на собственных похоронах. Услышать, что о тебе говорят люди после твоей смерти.
— Послушай, — сказал он, — извини за бестактность, но где твой папаша?
Подняв на него глаза, Агнета впервые в жизни рассказала все, как есть.
— Мама не з-знает, к-кто он. Их было несколько.
И она снова разрыдалась.
Это случилось в один из первых маниакальных периодов. Мама отправилась автостопом в Стокгольм, где ее подобрала компания молодых парней, ехавших на ралли. После того, как она — более или менее добровольно — позанималась сексом с ними со всеми, мания отступила, и мама, пристыженная, вернулась домой, получив изрядную дозу спермы.
— Тебе знакомо имя Роберта Д. Хейра? — спросила Гитте.
— Ты меня спрашиваешь? — переспросила Карина.
— Канадский ученый, профессор в области криминальной психологии, — продолжала Гитте. — Он дал определение термину «психопат». Уверена, что не слышала о таком?
Карина опустила веки. Гитте выпрямилась на диване, уставившись прямо ей в глаза.
— Он описывает психопатов, как хищников среди людей. У них нет совести и эмпатии, они берут что хотят и делают что хотят. Они провоцируют и прибегают к насилию, не испытывая ни малейшего чувства стыда или раскаяния.
— И что ты имеешь?..
— Они умелые манипуляторы, часто умны, склонны к промискуитету, их невозможно вылечить при помощи психотерапии. Психотерапия нередко делает их еще опаснее, потому что они понимают, как должны себя вести. Им становится легче скрывать свои психические отклонения.
Карина откинулась в кресле, скрестив руки и ноги.
— Кроме того, — продолжала Гитте, — женщины-психопатки обычно страдают тяжелой формой алекситимии. Часто у них — ярко выраженные черты нарциссизма, гипертрофированное эго, отсутствие адекватной самооценки, самомнение, граничащее с манией величия, они патологически лживы, но в точности так же, как и мужчины, могут быть весьма опасны для близких и общества…
— Сам не понимаю, что на меня нашло, — пробормотал он. — Понимаю, что ты испугалась — я сам себя испугался. Мне было тяжело. Я много думал о том, что я наделал, и понял, что мне нет оправданий. Если ты хочешь быть со Стефаном, то, конечно — это твое право, я просто так чудовищно… да, рассердился и расстроился.
— Это ничего не значит, — проговорила Биргитта. — И ты все отлично знаешь. Это не оправдание.
— Понятное дело, нет, — ответил Викинг.
Она занималась сексом со Стефаном Алатало на вечеринке. Там все ужасно перепились, они с Викингом тоже, к тому же она мешала алкоголь с таблетками, так что мозги совершенно отрубились. Викинг бродил по дому в поисках ее, в то время как она кувыркалась со Стефаном в спальне у чьих-то родителей. Узнав об этом, Викинг пришел в ярость.
— Насколько ты был близок к тому, чтобы меня ударить? — спросила она.
Он покачал головой.
— Я бы никогда этого не сделал. Никогда не ударил бы девушку.
— Никогда не говори «никогда». Ты не можешь знать. Вполне вероятно, что очень даже и мог ударить. Со всего размаху.
Он не ответил.
— Мне кажется, — проговорила она, — что ты и сам до конца не понимаешь, до какой степени насилия ты можешь дойти. Ясное дело, тебе тяжело — когда ты осознал, что можешь представлять опасность для других. Ты для того пришел сюда, чтобы я погладила тебя по голове и сказала, что на самом деле ты хороший мальчик? Что все это было недоразумение?
Он закрыл глаза и тяжело вздохнул.
— Вовсе нет, — ответил он.
— А все эти твои постоянные допросы — что я делала и с кем, как ты это назовешь?
Он вскинул глаза, посмотрел на нее с искренним удивлением.
— Что ты хочешь сказать?
Она заполнила легкие воздухом.
— «Что ты делала во вторник?», «А ты правильно ответила на все вопросы в контрольной?»
Он развел руками.
— Но ведь я просто спрашивал! Разговаривал с тобой.
— «Что у тебя на шее?»
— Но ведь это был огромный засос!
Да, строго говоря — его оставил тот парень из отдела пластинок в Tempo.
Викинг откашлялся и постарался сесть прямо, что не так-то легко сделать, сидя в складном кресле. Снова уставился в пол или же на носки своих ботинок.
— Я просто хотел попросить прощения.
Он опустил глаза и отвернулся.
— I’m sorry, — проговорил он, — but we have some work to do tonight… [18]
Она сглотнула, пока до нее доходил смысл сказанного. Он поимел ее и теперь мечтает как можно скорее от нее отделаться. Она стала нащупывать рукой трусики. Он снова зашел в ванную, закрыв за собой дверь.
Джемпер оказался под кроватью, где было полно пыли. Карина бережно отряхнула его — его связала одна из тетушек, за которой ухаживала на дому ее мама. Джемпер любимый, из красной мягкой пряжи, не колется.
— Я ухожу! — крикнула она в сторону ванной.
Американец не ответил.
Взяв куртку и сумку, она вставила ноги в ботинки и вышла из номера. Коридор показался ей бесконечным, ей пришлось схватиться рукой за стену, чтобы остановить качку. Дверь, за которой исчезли коллеги американца, стояла приоткрытая, внутри горел свет, и там вечеринка была в полном разгаре. Все трое мужчин работали одновременно, девушка стояла на четвереньках, члены во всех отверстиях. От этой сцены Карина охнула, импульс возбуждения пронесся в ее пострадавшем паху. Инстинктивно нагнувшись вперед, она попыталась закрыть дверь, но дверь не закрылась — в ней застряла сумка. Карина задвинула ее ногой в комнату, но только когда дверь закрылась и щелкнул замок, в мозгу возникло осознание того, что она увидела: сумка была кожаная, из дубильни в Бёлебю.