Какой ещё смысл? Не понимаю. Не любите вы жизнь, оттого вам и смысл какой-то ещё нужен, отдельный. Всё мудрите, ищете, ум исхищряете, а только мудрее жизни ничего нет. Всё в ней. Вся премудрость, вся радость, вся загадка. Рождение — загадка, смерть — загадка, любовь — загадка... Что важнее этого на свете есть? Ничего нету. А кто это сотворил и для чего — разве это человеческого ума тайна? Оно, конечно, лестно человеку тайну эту открыть, да только отгадка-то все равно человеческая будет. Один — так повернет, другой — эдак. А истину один только Бог знает.
1 Ұнайды
Марк. Уеду скоро, не беспокойтесь. Вот Ольгу дождусь и поеду. (Пауза.) Странно... И за что вы меня так не любите?
Старуха. А за что тебя любить? Бесполезный ты для людей человек
Марк. Я, бабушка Настя, между прочим, в отпуске. Так сказать, отдыхаю по закону. Деньги я вам заплатил. Если мало...
Старуха. Деньги мне твои ни к чему, а только... не мужик ты
Ольга. Вот! Посмотри на неё! Посмотри! В чём она ходит?! Она же молодая девушка! Невеста! Знаешь ли ты, что у неё даже зимнего пальто нет? А ты... вместо того, чтобы купить дочерям... купить дочери... раз в жизни... Последние крохи — своей сучке! Да я тебя!..
Аня. Оля, не смей! Мне ничего не нужно. Что ты его трогаешь? Пусть живёт! Это моё дело! Я прокормлю. Уйди, Оля, уйди...
Ольга (со смехом). О, да! Ты прокормишь, ты добренькая! Да только я этого больше не позволю, хватит! Если же он сегодня не уберется прочь, я... я сдам его в дом престарелых!
Я сегодня письмо получил. От Нинки... Ну, баба моя тамошняя, понял? Молодая ещё, пятидесяти пяти нету...
Ольга. Ты можешь мне ответить на один вопрос? Только серьезно? Серьезно! ... Зачем я тебе нужна? Нет, правда, не понимаю. Ты можешь мне объяснить по-человечески, зачем я тебе нужна? Ведь ты меня нисколько не лю... Ведь у тебя сердце по мне ни капельки не болит... Ведь ты меня презира... Господи, за что?! Что я тебе сделала, за что?
Марк. Оля, да я пошутил! Слышишь, Ольга! Ну, перестань! Я по-шу-тил.
Ольга. Зачем ты живешь со мной, раз я тебе так противна? Раз ты ненавидишь меня, зачем? Ну, разведись! Я тебя умоляю, брось меня, разведись, оставь! Я и так всю жизнь одна. Пусть лучше одна. Я верну тебе эти две тысячи, я клянусь! Я расписку тебе напишу, только не мучай меня больше, не мучай!
Марк. Какие две тысячи? О чём ты говоришь?
Ольга. О том! Я говорю о том! Разве мы муж и жена? Разве у нас есть что-то общее, связывающее нас воедино? Мы же временные. Понарошечные. У нас же всё врозь! Мы даже ребёнка... Даже ребёнка и то... Тебе же и дела нет до моих страданий!
Марк. Не боишься одного отпускать?
Ольга. Ну чего же бояться? За женщинами надо ухаживать, хлопотать, а тебе лень.
Марк. Это верно
Аня. Зачем тебе столько денег, Оля?
Ольга (кричит). Затем, что мне нужен дом! Мне нужен дом! Аня, мне тридцать лет! Дом мне нужен, понимаешь ты? Дом! Крыша над головой! Четыре стены! (Пауза. Тихо.) Потому что ни один человек в мире, запомни, Аня, ни один не даст тебе дом. Это всё иллюзии, не обольщайся. Как бы тебе ни казалось, что тебя любят, ни один, никто. Свой дом ты должна построить себе сама! (Пауза.) Но прежде я швырну ему их в лицо, эти его две тысячи! Чтобы он не считал себя благодетелем. (Пауза. Смеётся.) Ему же очень нравилось, Аня, спасителем себя воображать. Только эта роль быстро приелась. Тяжело. Устал. Выдохся. Надоело... Я верну ему эти деньги! Пусть строит себе свой кооператив! Пусть женится! На ком хочет! Только пусть оставит меня, наконец, в покое! Ненавижу! Ох, как я его ненавижу!
Аня (плачет). Оля! Я не виновата, Оля! Я не виновата, что на десять лет младше тебя и не помню всех этих ужасов. Ну, прости меня, я не виновата! Он приезжал к нам с Колей в интернат на праздники и всегда улыбался. Казался всегда таким несчастным, жалким. Он привозил нам какие-то конфеты, пряники, а мы радовались, потому что к другим детям вообще никто не приезжал. Оля, я не виновата, я не могу его ненавидеть. Ну, прости меня, прости! Ты скоро уедешь, у тебя семья, муж. Ну, потерпи немножечко, Оля. Я же здесь одна... Я всю жизнь одна! Я с ума схожу!.. Я тебе не говорила, тут есть один человек, шофер... Куликов, ему сорок лет почти... Оля, у него жена умерла, две девочки... Я с ним целоваться хожу, по ночам... Оль... Пусть он останется... Оля, пожалей нас... Ты же красивая, добрая... Ты же всё равно скоро уедешь
Ольга. Что ты заладила, как попугай: отец, отец? Я не знаю, что такое отец. Что ты имеешь в виду? Объясни! Через три месяца после смерти мамы он бросил нас! Бросил! Тебе год был! Коле — три! В десять лет я стала для вас и отцом, и матерью! Я стирала ваши штаны, варила каши и водила в ясли. Я! Десятилетняя девочка, которой самой ещё хотелось поиграть в куклы! А этот, как ты его называешь, отец...