Оглавление

Маленькая Аля провела первые пять лет своей жизни почти в полной изоляции с родителями на крошечном острове на западном побережье Шотландии. Однако пришло время покидать остров и начинать школьную жизнь на большой земле. Не всё оказалось просто для чувствительного одаренного ребенка, привыкшего только к овечкам, полям и океану вокруг…

Глава 1.
Аля и её камень

⠀

Аля. Девочку звали Аля. И девочка, как это ни странно, жила на острове. Остров назывался Танера Мор — так и назывался двумя словами. А вокруг был настоящий Северный Атлантический Океан. Ну, конечно, она жила не одна. Дети одни не живут на островах. Девочке было пять лет. Заканчивался август, было тепло, хотя этот остров был в океане около Шотландии, и там даже когда тепло, — то прохладно, а когда прохладно, — то холодно, а когда холодно, — то очень холодно. Но Аля привыкла.

Конечно, Аля жила с мамой и с папой. У них был маленький домик. В этом месте в Шотландии деревья не растут, поэтому вокруг были только кусты, мох и сплошные камни. Родители занимались хозяйством, у них были овцы, которые паслись на этом острове. А папа занимался ещё и рыбной ловлей. На острове была маленькая бухта. Ты знаешь, что такое бухта? Это маленький залив, куда заходят лодки, чтобы спрятаться от волн.

Конечно, они жили на острове не одни. На острове жило еще две семьи — тоже мама с папой и еще мама с папой. Но у них были мальчишки, и мальчишки были большие, то есть уже в таком возрасте, когда они помогают своим родителям по хозяйству — во время каникул, конечно. Раньше на острове жило много семей, поэтому тут и там остались от этих семей каменные дома без крыш, окон и дверей. А когда на острове родилась Аля, там жило всего три семьи. Остров был небольшой. Если взять и идти по всему его берегу, то можно его обойти может быть за час или за два, в зависимости от того, прыгать по камням быстро или медленно.

Конечно, на острове у всех были машины, но эти машины были без номеров. Зачем номера, когда на острове нет дорог. Этими машинами пользовались просто для хозяйственных целей. Например, на лодке привезли что-нибудь в бухту, разгрузили в машину и повезли к себе домой.

Аля тут жила с самого детства, и она привыкла к тому, что она целыми днями одна, потому что мальчишки всегда были старше неё. И даже когда она была совсем маленькая, они уже ходили в школу. И сейчас, когда осень, зима или весна, мальчишки не живут на острове, они живут на большой земле и ходят там в школу. Поэтому, с точки зрения Али, остров был её полностью. Взрослые не в счёт.

Аля очень удивлялась, почему её родители так мало разговаривают с родителями этих мальчиков. Вообще в Шотландии каждая семья принадлежит какой-то своей определенной группе. Группа называется Клан. Алина семья принадлежала к клану Страчанов, а те две семьи принадлежали к другому клану. Поэтому те две семьи друг с другом общались, но тоже мало. У каждого клана в Шотландии своя ткань со своим узором. Аля знала, что у них дома в сундуке хранится из ткани с таким узором юбка для Али, юбка для мамы и юбка для папы. Да, папина юбка называлась только не юбка, а по-другому — килт. На самом деле Аля считала, что это всё просто юбки. Она совершенно спокойно относилась к тому, что всем иногда удобнее ходить в юбке. И почему тогда папа не может ходить в юбке? А иногда всем удобнее ходить в штанах.

Аля всё время думала, почему все три семьи не встречаются и не сидят за общим столом. Это же так весело. Но мама как-то ей объяснила, что представь себе, Аля, если мы вдруг возьмем и за этим застольем, когда будем сидеть вместе, вдруг мы поссоримся. Как нам жить, если мы поссорились, когда мы живем на одном острове? Поэтому, когда семьи живут на одном острове, они стараются друг с другом много не общаться. Тем более наши дома далеко, мы друг друга не видим. Остров достаточно большой, чтобы мы вообще друг с другом не пересекались. Мы помогаем друг другу привезти продукты и всё.

Конечно, они жили на этом острове не изолированно. У них была своя лодка, они часто ездили на большую землю. Плыть было недалеко, ну, может быть, километра два. Большая земля была видна отсюда, и там ночью загорались огоньки, в отличие от их острова, где ночью было совсем темно, потому что на острове не было электричества. На острове у каждого дома был свой генератор. Когда нужен был свет, они вечером включали генератор, и он тарахтел. А потом, когда все ложились спать, генератор выключали. Электричество для холодильников получалось из аккумуляторов. А так генератор у каждой семьи был свой. Он потарахтит, и всё. И никаких, конечно, не было уличных фонарей, потому что не было и дорог. Аля вечерами часто смотрела в окно на огоньки дальней большой земли и думала, как хорошо, наверное, там, где огоньки, и как у нас тут скучно.

Мама с папой, конечно, всегда брали её с собой на большую землю, потому что в городе Полгласс, который был ровно напротив их острова, на берегу жил брат мамы и жила сестра папы. У них были свои семьи, и Аля к ним ездила, иногда проводила с ними даже несколько дней. Почему такое случалось? Потому что иногда были большие волны. А когда большие волны, то нельзя было взять и вернуться обратно на остров, потому что лодочки были очень маленькие у всех трёх семей.

Поэтому часто в непогоду все три семьи жили на острове в окружении большой земли, но как бы взаперти. Со всех сторон была видна большая земля. Можно было взять бинокль, посмотреть и увидеть, что со всех сторон есть дома, есть дороги и есть машины, которые ездят по этим дорогам, но до них нужно было плыть два или три километра. Большой земли не было только на западе от их острова, там был необитаемый островок Танера Бег и ещё несколько совсем мелких островков. А за ними уже океан до самой Америки или Гренландии. Если была плохая погода, то не на чем было переплыть пролив до большой земли. Не было таких кораблей у этих трёх семей. Мама с папой всегда переживали, а вдруг что-нибудь случится с Алей или с ними в такой момент? Как они тогда доберутся до большой земли, до больницы, например? Поэтому давно-давно правительство сделало у них вертолетную площадку на тот случай, что, если вдруг что-то случится, то прилетит вертолет, например, с врачами и окажет какую-то помощь. Один раз он и прилетал, когда корова не могла родить телёнка. Прилетел ветеринар и помог. И улетел. И больше вертолётов не было.

Аля настолько привыкла к своему острову, что знала его как свои пять пальцев и воспринимала его как своё большое хозяйство или двор или владение. Она знала не только растения, не только лично всех овечек, которые свободно жили на острове, но и вообще всё, что было на острове, она знала. Каждый камень. Каждый куст или тропинку. Она могла по овечке сразу определить, чья она, какой семьи. Она даже имена им всем раздала и помнила их. Из любой точки острова она в туман и пасмурную погоду могла показать рукой направление на свой дом и не заблудиться. А ещё у неё был на самом верху острова её Большой Камень. Почему у неё? Потому что только она к нему ходила почти каждый день. Мальчишки всегда занимались своими делами. И родители тоже. Единственный человек из всех, кто жил на острове, была Аля, у которой было время ходить к этому камню. А камень был большой, чёрный и очень гладкий, как будто отполированный.

Мама с папой говорили, что это очень древний камень, что этот камень лежит тут тысячи лет, и отполирован он потому, что на этот остров раньше приплывали древние люди и у этого камня совершали разные молитвы и ритуалы, ходили вокруг этого камня и трогали его руками. Поэтому он стал такой гладкий. Может быть, это и сказка. Может быть, Аля и слушала это вполуха, а может быть, это и правда, но камень ей очень нравился. А когда было тепло, а это было не каждый день, но когда было тепло и не было ветра, а без ветра тоже было не каждый день. Так вот, когда было тепло и без ветра, на вершину камня забиралась маленькая ящерица и сидела там, подняв гордо голову, и смотрела во все стороны. Аля всегда подходила к камню и боялась шелохнуться. Потому что ей очень нравилось, что на вершине камня сидит маленькая ящерица. Камень был такой большой, что Аля никогда на него не смогла бы залезть и не мечтала даже об этом. Камень был, наверное, высотой со взрослого человека. Он был такой большой, тёплый и покатый, и она видела, что на вершине камня сидит ящерица. Конечно, ей хотелось её погладить, но она не могла её достать. Аля даже не знала — это одна и та же ящерица сидит или каждый раз другая, потому что она не могла её рассмотреть вблизи. А потом ящерицы так друг на друга похожи, что очень трудно понять, это та же ящерица, которая была вчера, или нет. Даже если эта ящерица убежит и вернется через пять минут. Даже в этом случае нельзя понять, это та же ящерица или другая. Но Аля считала, что это одна и та же ящерица, и что эта ящерица — королева острова. Потому что она так прочитала в одной книжке, в одной сказке, что у каждого острова есть своя королева-ящерица. А может быть, ей это просто когда-то приснилось.

И вот она приходила к этому камню с этой ящерицей и говорила этому камню и этой ящерице все свои проблемы. Она приходила, когда мама или папа её ругали, или когда у неё ломалась любимая игрушка, или когда мама заставляла её есть пережаренные сосиски с кислой капустой, или когда её просили сделать что-то скучное и неприятное, Аля приходила к этому камню и жаловалась.

А когда солнечных дней не было, Аля сидела дома и ждала, ждала солнце. И вот приходил солнечный день, и Аля бежала к своему камню, трогала его, убеждалась, что он уже тёплый, и ждала свою ящерицу. Как только появлялась ящерица, Аля выкладывала ей всё, что накопилось.

И в этот раз в эти последние дни августа Аля тоже прибежала к этому камню жаловаться. Но теперь жалоба у нее была очень и очень большая. В жизни Али предстояло произойти очень большому событию, и Аля не знала даже, о чем попросить эту королеву острова, эту ящерицу. Она даже не знала, как и с чего начать. Она подходила к этому камню, смотрела на ящерицу и не знала, как сформулировать то, о чём она хочет её попросить. А дело заключалось в том, что Але этим летом исполнилось пять лет, а с пяти лет надо было обязательно идти в школу.

Вообще-то в школу надо было ходить с четырех. Но в силу тех обстоятельств, что Аля живет на отдельном острове, в местном органе власти местный мэр сказал: «Ну, хорошо, пусть она идёт в школу в пять лет, но в пять лет надо идти в школу обязательно». А куда пойти в школу в пять лет, если она живет на острове? Поэтому родители приняли решение, что с сентября Аля будет жить у брата мамы или у сестры папы, как ей понравится. И та и та семья готовы были её принять. Ждали и очень любили. И очень хотели её заполучить себе, потому что Аля была хорошая девочка, а у них были мальчики. Аля сама хотела побыстрее побывать у них, но она очень боялась, что ей там не понравится. Ещё она очень боялась идти в школу, потому что Аля провела пять лет практически одна на острове, и ей страшно было идти в школу, потому что там были другие девочки. Она уже ходила в эту школу на пробный день, вроде бы ей всё очень нравилось, но она боялась того, что вдруг ей потом не понравится. И что делать, если она не понравится в школе? И поэтому она всё время просила родителей: «Давайте я буду вечером возвращаться домой». А папа говорил: «Ну как это сделать, если, например, будут волны? Если будут волны, мы не сможем вернуться. Например, смотри, ты закончишь занятия, и я поеду за тобой, стану на лодке, ты придёшь, и поднимется волна, и мы не сможем вернуться. Что тогда делать?» Аля понимала, что из-за этого нельзя оставаться на острове и жить дома, потому что может быть и другая ситуация. Аля, например, может утром проснуться, а утром волна, и она не сможет пойти в школу. Поэтому она знала уже, что и у брата мамы, и у сестры папы для неё есть в каждом доме маленькая комнатка, которую ей приготовили. Они очень хотят её поселить у себя, эти родственники. Поэтому и те и те приготовили ей комнатки и сказали: «Вот где тебе захочется жить, там и живи». А школа была рядом с этими обоими домами. Поэтому нельзя сказать, что Аля ехала в пустоту. Аля ехала в новую жизнь. Но она очень боялась этого. И она не знала, о чем попросить королеву острова, эту маленькую крохотную ящерицу.

Но у Али возникла идея, и она хотела об этой идее рассказать ящерице. А идея заключалась вот в чем. Этот остров когда-то давным-давно был под римлянами. Когда Британию захватили римляне, они этот остров использовали как форт, как место, с которого они должны были защищать весь залив. И они для этого форта сделали дорогу. Они проложили дорогу, каменную дорогу между этим островом и берегом. С тех пор за две тысячи лет воды в океане стало больше, и дорога эта теперь всегда под водой. Но во время сильного отлива эта дорога до сих пор видна. Когда нет волны, можно было подняться на гору, наверх, к Алиному камню, и в отлив увидеть, что остров соединён этой дорогой с берегом. Но самое интересное другое. На острове у всех трёх семей были тракторы, старые-старые тракторы. То есть кроме машин, которые им достались от своих родственников, которые просто не захотели держать этот хлам в городе, у каждого был свой трактор, и было определённое расписание, когда очень низкая вода, когда низкий отлив, а низкий отлив бывает не каждый день, то можно взять и прицепить к трактору тележку, сесть в неё и прямо по низкой воде поехать с острова на большую землю по старой римской дороге и назад и привезти большой груз.

При этом дорога может быть на глубине всего полметра. Можно, в принципе, и пешком пройти, там воды по колено. Аля ездила несколько раз на тракторе в этой тележке туда-сюда. И она говорила маме и папе, когда была совсем маленькая: «Я когда пойду в школу, то вы будете меня возить на этой тележке каждый день». А мама и папа говорили: «Мы не можем тебя возить каждый день, потому что низкая вода бывает не каждый день. Но ведь надо ещё, чтобы была не только низкая вода, но и чтобы не было волн. Это редко когда бывает». Поэтому у Али возникла идея — она решила попросить эту ящерицу-королеву острова, чтобы она сделала так, чтобы уровень воды в океане стал чуть-чуть пониже. Тогда можно этой дорогой пользоваться каждый день, и она сможет ходить в школу каждый день просто пешком по мелкой водичке и возвращаться назад или на велосипеде ехать по этой дороге. Ну, немножечко вода будет заливать её, ничего страшного, и она будет возвращаться на велосипеде назад. Конечно, это была фантазия маленькой девочки, но зато у Али возникла хоть какая-то идея, и она за несколько дней до отъезда пришла в тёплый день к этой ящерице и стала ей объяснять, показывать руками, что сейчас вот столько воды, а мне надо вот столько, или хотя бы вот столько чтобы было.

«Пожалуйста, дорогая ящерица, сделай так, чтобы вот настолько воды было меньше, и чтобы не было волн». Ящерица смотрела на нее, вращала головой и пыталась, возможно, понять, что говорит девочка. А девочка, видя, как ящерица отворачивает от неё голову, перебегала к другой стороне камня, чтобы лицо ящерицы было обращено к ней, и опять начинала показывать: «Вот сейчас столько воды! — Аля показывала на свою юбочку на своих коленках, — а мне надо вот столько», — руками показывала. А ящерица опять от неё отворачивались в другую сторону, потому что ящерица просто смотрела по сторонам. А девочка думала, что ящерица просто не хочет её слушать. Она подбегала с новой и с новой стороны и повторяла: «Дорогая ящерица, пожалуйста, сделай так, чтобы я…» — и опять рассказывала всю эту историю. Но ящерица вдруг взяла и убежала. Аля очень-очень расстроилась, потому что она подумала, что ящерица обиделась. И она оставшиеся два или три дня до отъезда провела очень грустно. Она грустила не только потому, что боялась идти в школу, но ещё она грустила, что она так и не объяснила королеве острова, этой ящерице, чего она хочет.

Она никому не рассказывала про эту королеву. Это была её тайна. Ни мама, ни папа не знали про королеву острова. Только Аля знала. И вот наступил день, когда нужно было ехать с родителями к родственникам. Решили, что сначала её повезут к брату мамы…

У брата мамы жена очень добрая, большая и веселая — тётя Оля. И мальчик у них очень хороший. Он, конечно, старше Али, но ненамного. И вот рано утром Аля надела свои красивые одежды. Мама собрала ей чемоданчик, и они решили поплыть на лодке. Но в этот день воды оказалось очень мало. Вот наступил тот самый случай, когда не было волн, и был очень низкий отлив. И папа сказал: «А давайте мы поедем на тракторе! Чего нам на лодке плыть? Сейчас такая низкая вода, что мы на тракторе успеем её отвезти и вернуться назад на остров». Аля подумала, а вдруг это ящерица услышала её желание и так сделала. И Аля очень обрадовалась. Мама и папа не могли понять, почему она так радуется. Даже немного обиделись, ведь это был день расставания. А Аля бегала, хлопала в ладоши, просто кричала и всё повторяла: «Ура, ура! Мы поедем на тракторе, потому что воды мало!» Потому что Аля подумала, что это ящерица сделала так, что воды мало, и её теперь всегда будет мало.

Аля на радостях выскочила на улицу, чтобы в последний раз взглянуть на свой камень хотя бы издали. Она стояла, прижавшись спиной к холодной каменной стене дома, смотрела большими глазами в сторону камня и шептала: «Спасибо, спасибо, спасибо!» Потом вдруг задумалась: «Ну как же так, этот момент отъезда всегда был потом, завтра, завтра, завтра, а сейчас он вот он — наступил. Ну как же так?!» У неё что-то забурчало в животе, и она почувствовала, что её сейчас вот-вот вырвет. Она стояла и прислушивалась к себе. Она услышала, как мама кричит: «Алечка, нам уже пора!» И в этот момент она почувствовала, как что-то хрупкое надломилось в ней, какая-то её маленькая пружинка в ней лопнула, она как бы немножечко обмякла и испугалась, что сейчас упадёт. Голова её склонилась вниз. И вдруг она увидела маленькую божью коровку, ползущую вверх по её сапожку. Аля зашептала ей: «Ну, куда ты ползёшь?! Прячься скорее! Уже сентябрь наступил. Будет холодно. Кто тебе поможет?! А я уеду с острова». Алино внимание переключилось. Она немного ожила. Взяла эту маленькую божью коровку в ладошку и прошептала ей: «Не бойся, я тебя спасу», — и побежала в дом на зов мамы.

Забежав в дом, она сунула божью коровку в шкаф и вздохнула с облегчением. Теперь она как-то совсем по-другому себя почувствовала, улыбнулась сама себе и пошла забирать свои вещи и садиться в тележку.

И вот она сидит в тележке с мамой, и тут же все её вещи. Это была такая старая деревянная повозка, в которой возят разные вещи. Папа положил в телегу сено, как будто это был 19 век, постелил большую ткань, и они с мамой сели просто замечательно. Было вечернее низкое солнце, было абсолютно безоблачное небо. Папа включил мотор, и они осторожно спустились в воду и поехали по этой древней дороге. Со стороны казалось, что они плывут. Аля смотрела во все стороны. Она была очень задумчива и невероятно счастлива и расстроена одновременно. Потому что она почти поверила, что не надо жить там на той стороне постоянно, так как вода теперь низкая, но она боялась быть школьницей.

Але очень нравилось, как они едут или плывут. Она видела, как колеса крутятся по мелкой воде, как там лежат под водой какие-то большие каменные плиты, по которым они катятся.

Как рассыпаются какие-то мелкие рыбёшки. Вода рассекалась колесами, и было очень мелко, было так мелко, что ей казалось, что можно сейчас спрыгнуть и пойти пешком рядом с тележкой. Она была почти уверена, что это ящерица сделала так, что стало так мелко. И она думала: «Ой, как хорошо теперь, может быть, папа меня и заберёт завтра из школы и вернёт домой, чтобы я не ночевала в гостях у этой тёти. Или я даже сама смогу прийти домой по этой дороге. Конечно, тётя очень хорошая. Конечно, и дядя хороший. Но мне всё равно очень хочется домой».

Они приехали в городок. Аля пошла в свою комнату, и мама с папой стали с ней прощаться. Аля держалась и не плакала. Она же знала, что завтра она поедет домой. Все вышли провожать маму и папу до лодки. И когда они подходили к берегу, то папа вдруг сказал: «Нам надо спешить, потому что вода прибывает. Смотрите». И все увидели, что вода стала выше, и что трактор только-только может поехать назад. Что вода уже дошла до осей колёс. И тут Аля внезапно страшно расстроилась, потому что она вдруг поняла, что это просто прилив, что ящерица, которая стоит каждый тёплый день на чёрном камне, возможно, просто ящерица, просто ящерица на камне. И, наверное, это просто чёрный камень. А папа с мамой сейчас уедут на этом тракторе на остров на целую неделю, а потом поднимется волна, а потом поднимется вода, и у Али начнется новая жизнь. Аля опять почувствовала, что что-то ломается у неё внутри, как это было пару часов назад около каменной стены дома. Але опять стало нехорошо, но она опять взяла себя в руки и опять она стала поступать так, как от неё ждут окружающие, а не так, как хочется её хрупкой душе — взять и полететь сейчас над водой домой, побежать к своим овечкам, залезть с головой под одеялко в своей комнатке и только слышать через стенку родные приглушённые голоса родителей.

Аля очень-очень крепко обняла маму и так держала её долго, очень крепко обняла папу. И мама с папой оба заметили, что Аля вдруг стала очень серьёзной и грустной, и ещё они поняли, что в этот момент Аля стала немножечко взрослее.

Глава 2. Аля пошла в школу

Але дали маленькую-маленькую комнатку, свою собственную комнатку у тёти Оли, где она стала жить. Аля называла её тётя Оля, хотя она была не родная тётя, потому что родным был её муж, брат мамы. Но она с тётей Олей чувствовала себя лучше. Аля стала обживать свою комнатку. Ей дали всё новое, у неё стоял новый чемоданчик, рюкзачок для школы, где была новая форма, новые карандаши, новые тетрадки. Всё было новое. Новое постельное белье и даже новая пижамка. Всё у нее было новое, но она всё равно грустила, потому что она боялась этого всего нового. А ей очень хотелось назад домой. Тётя Оля специально поселила её в этой комнате. Она могла поселить её в комнате побольше, но она поселила специально в этой, потому что из окна этой комнатки был виден Алин остров, и можно было через окно рассматривать и видеть даже свой дом. Аля смотрела и видела маленькую-маленькую белую точку на этом острове. Это был её дом. Вечером в этой точке зажёгся огонёк, и точка превратилась в маленькую звёздочку. Аля почти в полной темноте сидела на кровати, обхватив ноги руками, и смотрела на эту звёздочку. И вспоминала всё, что у неё там было хорошего.

На следующий день Аля пошла в школу. Тётя Оля повела её. Аля сначала сказала: «Тётя Оля, я знаю, где школа, я могу сама дойти». Но тётя только рассмеялась в ответ. Аля не знала, это хорошо или плохо. И ей так же было непонятно и в школе. Она была там не Алей, она просто была там некой новой девочкой. Ей очень странно было смотреть на всех этих шумных детей вокруг, потому что она никак не могла понять, как с ними общаться. Аля вообще никогда с большим количеством детей не общалась, но она общалась с большим количеством живых существ. Это были овечки. Аля общалась с овечками, которые жили у неё на острове и принадлежали их семье. Аля знала их всех в лицо, хотя их было много — около 40 или 30, иногда до 50. Но она знала их всех и даже некоторых соседских. И она не только знала их всех, она даже следила, кто с кем дружит, кто с кем враждует, кто с кем что-нибудь против кого-нибудь замышляет. Она же проводила с ними очень много времени.

Аля с овечками проводила больше время, чем с собаками и кошками. Почему-то овечки ей нравились больше. Наверное, потому что их было много, они были пугливые, тихие и беззащитные. Собаки у них тоже были — большая одна и маленькая одна. Но собаки были громкими, бесстрашными и не выглядели как те, кто требует защиты Али. И были кошки. Кошки были очень странные. Кошки на острове совершенно непонятно себя вели, потому что кошки менялись хозяевами. Бывало так, что у них живет кошка, и потом она уходит в соседский дом, а из соседнего дома приходит кошка соседнего дома и живет у них. Потом они как карусель меняются. Эта традиция на острове существует много-много лет. Она была еще тогда, когда на острове жило не три семьи, а намного больше. Видимо, кошки по своей традиции считали всех хозяев общими и остров тоже своим общим.

Алю после школы встретила тётя Оля. Аля была задумчивой и молчаливой. Тётя Оля не знала, как её порадовать, и всячески пыталась её взбодрить. Расспрашивала про первый день. Но Але было как-то не понятно — вообще понравилось ей в школе или нет в первый день. Ей вообще не был понятен этот вопрос… Какая разница, понравилось ей или нет, если в школу всё равно надо ходить, и если другой школы всё равно нет в поселке. Тётя Оля после первого дня школы повела Алю в кафе. Так и спросила: «Аля, а хочешь в кафе? Мы там отпразднуем твой первый день». Аля знала, что всегда надо отвечать «да», потому что все люди, которые её окружают, они очень хотят ей добра. Если сказать «нет», то можно их обидеть. Поэтому она сказала «да», и тётя Оля повела её в кафе.

Кафе было единственное в этом городке, потому что в этом городке слишком мало было домов. И школа была маленькая, и кафе одно, ещё был один ресторан и всё. Магазин, заправка, почта — это было, как водится везде. А кафе было только одно. Как только тётя Оля пришла туда с Алей, тут же налетели подружки тёти Оли. Подружки были разные и были похожи на разных птиц: на сороку, на ворону, на синицу. Некоторые были очень смешные, некоторые были в платочках — они совсем были похожи на курочек. Аля всегда пыталась сравнивать людей с животными, потому что Аля больше знала животных. Она и машины сравнивала с животными. У неё всегда все машины были или добрые лицом или злые. И вот эти птицы в кафе стали её рассматривать. Ей казалось, что они её клюют своими взглядами. Але это очень не понравилось. А тётя Оля заметила это и сказала: «Алечка, извини, это мои подружки. Они случайно совершенно пришли сегодня в кафе». Аля подумала: «Ничего себе, случайно. Что же они каждый день тут собираются после школы? Вот такой большой компанией?» А тётя Оля всё расхваливала Алю, и разные тёти Алю спрашивали: «Ты действительно с острова? А ты знаешь, Страчанов? А твоя мама Страчан и твой папа Страчан? А как тебе в школе понравилось?» Але это всё было очень неприятно. Аля взяла и отвернулась. Тётя Оля сказала: «Аля у нас такая, с характером. Не будем ей мешать». Аля тогда повернулась к тёте Оле и сказала: «Можно я пойду домой?» Тётя Оля ответила: «Нет, ты же знаешь, у тебя такой возраст, что ты не можешь ходить одна домой. Вот на острове ты могла ходить одна, а тут, на большой земле, дети не могут одни ходить домой». Для Али это был удар. Она никогда не знала, что дети не могут ходить одни. Она всю жизнь ходила одна. Целый остров был в её владении. Она ходила, куда хотела. А тут нельзя. Аля очень расстроилась, расстроилась так, что прямо захотела расплакаться. Тётя Оля увидела, что Аля готова расплакаться, схватила её за руку, и они вышли на улицу. Тётя Оля спросила: «Ты чего? Что случилось?» А Аля сказала: «Как это я не могу ходить, где я хочу. Я всю жизнь свою хожу там, где я хочу». А тётя Оля говорит: «Ну, Алечка, на большой земле по-другому. А вдруг ты встретишь какого-нибудь плохого человека или плохого зверя?» Аля посмотрел на тётю Олю и спросила: «А что, тут водятся плохие звери и плохие люди?» Тётя Оля растерялась. А Аля говорит: «Зачем же тогда я сюда приехала? У нас на острове нет плохих зверей и нет плохих людей». Тётя Оля стояла и не знала, что ответить: «Ну… тебе же надо учиться». Тётя Оля поняла, что Алю надо быстрее вести домой.

Аля пришла домой и первым делом стала звонить маме. Да, у них был телефон, но связь не всегда очень хорошая — иногда есть связь, а иногда нет. Мама услышала Алин голос и стала её расспрашивать, как дела, что да как. Но тётя Оля позвала Алю на обед, и Аля сказала: «Мама, давай я тебе перезвоню, потому что тётя Оля меня сейчас кормит». Мама сказала: «Хорошо, Аля».

После обеда Аля убежала в свою комнату, где у неё тоже был телефонный аппарат. И сразу набрала мамин номер и стала ей жаловаться. Мама хотела расспросить Алю про школу, но Аля не унималась:

— Мама, ты представляешь, тут нельзя выходить из дома без взрослого.

— Ой, я забыла тебе сказать это, да.

— Ну как же так? Как же, как же так? Я что, не могу выйти из дома? Это что, тюрьма?

— Ну, нет, ну так на большой земле действительно дети не могут гулять сами себе.

— А с кем же я буду гулять?

— Ну, или с моим братом или с тётей Олей. Ну, или там есть ещё сестра папы и муж сестры папы, и ещё много разных родственников. Но ты не можешь гулять одна. Только со взрослыми.

— Я не знала такого. Как же я? Как же можно? Как же можно запрещать ребенку гулять, где он хочет?

— Ну, так устроено на большой земле.

Аля была потрясена этим новым знанием, она опять очень расстроилась. Но нашла в себе силы рассказать маме про первый день в школе и спросить маму, как дела. Мама стала ей рассказывать, что всё на острове в порядке. Только тут Аля оживилась и стала расспрашивать, как дела у собаки, как дела у маленькой собачки, как дела у кошки. Мама подробно рассказывала, что опять кошка ушла, и мы опять не знаем, вернется эта кошка, или взамен неё придет другая. Аля спросила: «А как наши овечки?» Мама ответила, что всё нормально.

— А Рита? — продолжала интересоваться Аля.

— Какая Рита?

— Ну, у которой левое ушко повреждено.

Мама не помнила, у какой овечки левое ушко повреждено. Но так как все были в порядке, то она сказала: «Так все в порядке».

Но Аля продолжала:

— А Зоуи. А как она с Аликой?

— Какая Зоуи, какая Алика?!

— Ну, Зоуи, у неё хвостик налево. А Алика — у неё один глаз синий, а другой зелёный.

Мама подумала и ответила: «Ну, всё у всех хорошо». Но Аля продолжала расспрашивать про всех остальных: «А Пэтти? А Сбруя?» Она сыпала именами, а мама никак не могла понять, что происходит с ребёнком. Она вспомнила, что раньше Аля, когда была маленькая, то ложилась спать и говорила ей, что опять Бетти поссорилась с Руной. Мама спрашивала, кто это? Аля говорила:

— Ну, Бетти, у неё ещё чёрное пятнышко под левым глазом.

— А Руни?

— Ну, а у неё, помнишь, ножка болела, и папа ее лечил.

Мама тогда не обратила внимания на то, что Аля всех овечек знала по именам, которые она же им и раздала. То есть она их знала по лицам. Она знала всех овечек. И она не только знала их всех, она знала все проблемы этих овечек.

И вот теперь, когда Аля находится далеко от дома, в трёх километрах или в двух километрах, мама поняла, что она, конечно, ошибалась с дочерью: что надо было больше внимания уделять ей, раз её дочка так внимательно могла смотреть за овечками, присваивать им имена и жить с этими овечками, как с настоящей группой людей. Аля продолжала засыпать маму вопросами про овечек. А мама замолчала и вспомнила, что как-то за обедом Аля стала рассказывать, что Ронни ревнует к Бобби. А мама тогда спросила, кто такая Ронни, кто такая Бобби, и Аля ей всё рассказывала, но мама уже не обращала внимания. И вот теперь мама поняла, что Аля привязана не только к маме, к папе. Она привязана к каждой овечке, и к каждой овечке она привязана, может быть, даже больше, чем к собакам и кошке. Почему так случилось? Мама не знала, но запомнила это.

Мама стала её успокаивать и говорить, что дома всё нормально. А как только ты куда-нибудь захочешь пойти в городке, с тобой сразу же пойдет тётя Оля. А по поводу овечек не беспокойся, они тебя ждут. И как только ты приедешь к нам в выходные, они будут радостно тебя встречать. В общем, она немножечко успокоила Алю, и Аля сказала: «Я пойду сейчас к тёте Оле, а то мне очень нехорошо, что я ушла и так и не поблагодарила её за обед. И мы с тобой так долго говорим». И повесила трубку. Аля была очень воспитанная девочка.

Так началась её учеба. Вечером в первые дни Аля просто сидела дома и никуда не ходила. Она не хотела тревожить тётю Олю походами на улицу. Аля читала книжки или смотрела в окно, смотрела на свой остров. Но в эти дни погода была не очень хорошая. А через два или три дня погода стала отличная, и Аля вышла на улицу. Но вышла не на ту улицу, где машины ездят, а во двор. И вышла она как раз перед окном своей комнаты.

И она увидела, что перед окном её комнаты лежит большой гладкий камень, очень похожий на тот огромный камень, который лежит на вершине её острова. Она стала разглядывать этот камень и удивляться: «Надо же, какое странное совпадение, ведь на моём острове тоже такой же большой камень. Этот, конечно, поменьше и не такой чёрный».

Аля легко на него залезла и встала на его вершине. Всё равно этот камень ого-го, наверное, будет ей по пояс или выше. Это большой камень, но её камень, её родной камень, на который взбирается королева-ящерица, её камень чёрный, а этот камень серый.

Аля вдруг подумала, что если этот камень покрасить в чёрный цвет, то, может быть, этот камень нагреется от солнца, и на него заберется какая-нибудь ящерица — местная королева, королева этого поселка. Аля этой королеве поселка начнет передавать всякие просьбы. Например, что ей очень хочется пойти и прогуляться пешком прямо по римской дороге на остров, чтобы вода была такая низкая, чтобы можно было по этой старой дороге пройти прямо ножками. Аля так зажглась этой идеей, что решила, что она наверняка найдёт общий язык с местной королевой. И наверняка в каждом поселке есть королева-ящерица, которая взбирается на свой самый тёплый камень. Аля понимала, что камень должен быть чёрный, чтобы он стал тёплый под солнечными лучами. Она помнила, что когда ящерица сидела на камне, а она подходила к камню и трогала его, камень всегда был тёплый, потому что ящерица была только в тёплое время дня, в солнечный день, когда камень нагревался. Аля во все глаза смотрела на этот большой валун. Это так называются большие камни. И вечером побежала к дяде со словами: «Дядя, дядя, давайте мы камень, который лежит под окном моей комнаты, давайте покрасим его в чёрный цвет!»

Дядя очень удивился, и тётя удивилась, потому что Аля была необычным ребёнком, и они всё следили и думали, что, может быть, этот необычный ребёнок настолько необычный, что можно сказать, что он уже немножко ненормальный. Потому что вообще-то все жители, все эти три семьи, живущие на этом острове, они все какие-то немножко ненормальные. Что они там, на этом острове, забыли? Как они там живут без людей?! И все люди, живущие на большой земле, всегда с некоторым недоверием относились к людям, живущим на острове. И тут ещё эта девочка Аля странная с её просьбой покрасить камень в чёрный цвет. И тётя Оля говорит Але: «А зачем?» А дядя Алин вдруг говорит: «Аля, а хорошая идея, между прочим. Я знаю, зачем!» Аля во все глаза стала смотреть на своего дядю:

— Как ты догадался?

— А потому что на острове наверху большой-большой чёрный камень. Так?

— Да.

— Так ты хочешь просто, чтобы у тебя под окнами был такой же, но маленький камень, как бы в память о твоём острове, чтобы у тебя было меньше тоски по дому. Правильно? Чтобы тебе было просто веселее. Правильно?

— Правильно.

— Всё, завтра ты пойдешь в школу, а я возьму, у меня осталась чёрная краска, и покрашу камень в чёрный цвет.

Аля посмотрела на своего дядю совсем другими глазами. Он стал ей чуть-чуть ближе. Может быть, даже ближе, чем тётя Оля, потому что он сразу понял её замысел. Аля в этот вечер первый раз легла спать с каким-то приятным ощущением внутри и с утра побежала в школу с большим удовольствием.

Когда она пришла из школы, было очень тепло. Дядя действительно покрасил камень в чёрный цвет. Это выглядело, конечно, странно, но камень был абсолютно чёрный. Аля подбежала к нему, стала его трогать. Краска быстро высохла, поэтому уже можно было его трогать. От солнца камень сильно нагрелся и немножечко пах то ли бензином, то ли керосином. Аля подумала, что если он так пахнет, то на такой запах, конечно, не придет королева-ящерица. Нет, надо чтобы камень совсем высох и был без запаха, и тогда он прогреется, и ящерица придёт. И Аля побежала звонить маме, рассказывать про свою задумку. А мама никак не могла поверить, что Аля это придумала только для того, чтобы не так сильно скучать по дому. Тем более мама не очень даже и волновалась за Алю, потому что это был уже четверг, а на следующий день была пятница, и в пятницу мама должна была приехать и Алю забрать домой на выходные. Поэтому мама слушала ее вполуха и сказала: «Аля, я понимаю, что чёрный камень тебе будет напоминать про твой дом, но я же рядом, ляжешь спать, а завтра я уже приеду». Аля легла спать со спокойным сердцем. Утром она побежала в школу. Тоже с большим удовольствием, потому что знала, что вечером мама приедет и заберёт её домой. Но днём, когда она была в школе, поднялся ветер. Аля знала, что ветер — это волны, а волны — это значит, что мама с папой могут с острова и не выплыть, потому что в сильный ветер нельзя плыть на лодке. Аля очень огорчилась. Она смотрела с обидой на небо, на солнце и на редкие облака.

Аля никак не могла понять, как же так, солнце светит, а ветер сильный. Понятно, когда солнце не светит, тучи, облачно, и тогда ветер, и тогда понятно, что непогода. А сейчас день был такой осенний, красивый, чистый, солнце светило. Но был ветер, и она боялась, что ветер нагонит волны и тучи. После школы она побежала к своему камню. Камень был очень тёплым, совсем высох и уже не пах. Но был очень сильный ветер. Такой сильный, что она побежала к себе в комнату, села у окна и стала смотреть на камень, потому что надеялась, а вдруг на этот тёплый камень придёт ящерица, и она успеет её попросить о чём-нибудь. Она позвонила маме. Мама сказала: «Мы надеемся, что волны улягутся. Действительно сейчас большие волны. Но мы попробуем к тебе проплыть. Не волнуйся». Аля сидела и смотрела на камень, потому что ей ну совершенно не хотелось никуда идти. И очень хотелось, чтобы на камне появилась хоть какая-нибудь ящерица. Любая. Какой будет та самая ящерица, которая и есть королева этого городка, Аля не знала. Но ящерицы не было, становилось всё темнее и темнее. А Аля всё не выходила из комнаты, а тётя Оля не хотела её тревожить, потому что тётя Оля позвонила маме, а мама ей по секрету сказала, что, может быть, они сегодня даже не смогут приплыть, потому что очень сильные волны. И тут вдруг тётя Оля услышала крики из Алиной комнаты. Аля кричала. Тётя Оля очень испугалась, бросила трубку и побежала в Алину комнату.

Как только она открыла дверь, Аля с криком проскочила мимо неё и выбежала на улицу. Аля бежала к чёрному валуну. Она подбежала к камню, схватила какую-то палку и стала по этому камню бить со всей силы. Просто палкой бить, бить по камню: «Бум, бум, бум, бум, — и кричать: Уходи, уходи! — Бум, бум, бум, бум! — Уходи, уходи!» Тётя Оля подумала, что с Алей что-то случилось. Тётя сбежала вниз, схватила Алю в охапку и понесла домой. А Алечка дёргалась и кричала: «Пусти меня, я её всё равно найду, я её ударю». Тётя Оля ничего не могла понять в том, что случилось. Она принесла Алю домой и попросила успокоиться. Дала ей воды и сказала: «Расскажи, что случилось. Ну что случилось?» А Аля плакала, сидела за столом и плакала.

Потом Аля потихоньку успокоилась. Успокоилась, но плакала, плакала и плакала. Тётя Оля сидела и ждала, когда Аля полностью придёт в себя. Наконец Аля совсем успокоилась и стала ей рассказывать всю эту историю про то, что у них на острове есть Большой Камень. На этот камень забирается королева острова маленькая ящерица, и Аля ей рассказывает все свои желания. И королева выполняет. Аля всхлипывала и рассказывала, как королева сделала так, что они приехали не на лодке, а на тракторе, потому что она попросила, чтобы была низкая вода, так низко, чтобы можно было проехать на тракторе. И что она хотела бы, чтобы тут тоже появилась такая же ящерица-королева на этом чёрном камне, с которой она будет разговаривать и просить её выполнить разные задания. А тётя Оля говорит: «Хорошо, а сейчас что случилось?» Аля отвечает: «Представляешь, я ждала ящерицу, а на этот камень села большая жаба, лягушка, огромная лягушка».

Тётя Оля спрашивает: «Ну и что?» Аля изумилась: «Ну как ты не понимаешь? Лягушки же едят ящериц. А вдруг эта лягушка взяла бы и съела королеву-ящерицу? Ты понимаешь, что могло произойти? Поэтому я побежала прогнать её и ударить. Хотела побить по ней палкой». Тётя Оля смотрела на Алю и никак не могла понять, насколько Алечка ко всему этому относится серьёзно, насколько она во всё это верит. Выглядело так, что Аля совершенно искренне ей говорит о том, во что она верит и чего она опасается. В конце концов тётя Оля приготовила ей к ужину сладкого какао, которое Аля обожала. После ужина как раз позвонила мама и сказала, что, к сожалению, они не смогут приплыть. Аля немножечко всхлипнула, немножечко всплакнула и пошла спать, потому что сегодняшний день у неё уже оказался слишком плохим. Пришла эта лягушка на камень, который Аля приготовила для королевы-ящерицы. И мама не приехала. И всё как-то было плохо.

А когда она заснула, тётя Оля позвонила маме и долго ей рассказывала всю эту историю про то, как тётя Оля схватила Алю, понесла внутрь, как Аля плакала, как потом успокоилась и рассказывала ей про эту ящерицу. Мама сказала: «Да, да, я помню, она нам тоже рассказывала про эту ящерицу. Она придумала себе, что у нас на острове есть эта королева-ящерица, она к ней ходит и всё время ей о чём-нибудь рассказывает. Но у нас на камне ящерица появляется очень редко, только когда солнце и хорошая погода. В такую ветреную погоду никаких ящериц у нас не может быть на камнях. И у вас, конечно, на камне, даже если он тёплый, в такую ветреную погоду ящериц не будет. Да и осень уже. Конечно, лягушка может оказаться на таком камне, но никак не ящерица. Бедная, бедная моя девочка, — вздыхала мама. — Как же мне с ней быть?»

Но на следующее утро море стало спокойней. Мама с папой приехали на лодке. Мама взяла Алю за руку и спросила: «Куда ты хочешь сходить, может быть, в кафе?» Аля ответила: «Я хочу быстрее поплыть на остров». Они сели в лодку. Мама сказала: «Хорошо, сегодня и завтра ты будешь опять дома с нами, а потом мы тебя привезем в школу». Аля ответила: «Хорошо». И они поплыли домой. Аля была страшно довольна, что она едет домой. Как только они подплыли к берегу, Аля хотела побежать наверх острова, на вершину, к своему камню. Вдруг там есть ящерица. Мама не отпускала её руку и спросила: «Ты хочешь пойти посмотреть на ящерицу?» Аля взглянула на маму и поинтересовалась: «Откуда ты знаешь?» Мама говорит: «Ну, потому что я знаю, как ты ценишь свою дружбу с этой королевой-ящерицей». Аля не верила своим ушам. Раньше такого никогда не было, чтобы мама говорила с ней о королеве-ящерице. Аля удивилась: «Откуда ты это знаешь?» Мама говорит: «А я догадалась. Ты же хотела увидеть ящерицу на маленьком камне, около своего окошка, около своей комнаты». Аля согласилась: «Ну да».

«А можно я с тобой тоже пойду?» — спросила мама. Аля замешкалась, но потом согласилась: «Пойдём». И они пошли вместе. Пошли вместе к камню, но на камне не было ящерицы, потому что осенью ящерицы уже прячутся. Ящерицы хладнокровные животные, им в холодную погоду не живётся. Они впадают в зимнюю спячку и вылезают из своих норок, из своих трещин только весной.

Аля с мамой походили вокруг. Аля хоть и не увидела королеву-ящерицу, но начала улыбаться и смотреть с интересом по сторонам. У неё было уже хорошее настроение, потому что она была дома. Она всё жаловалась маме и рассказывала про школу. Она рассказывала, что в школе очень смешные дети.

— Ты с кем-то познакомилась? — спросила мама.

— Я познакомилась со всеми, — ответила Аля.

— А ты с кем-то подружилась?

— Нет, я ни с кем не подружилась…

— Почему?

— Ну, потому что они очень смешные.

— Ну и что же в них смешного? — захотела знать мама.

— Ну, они всё время на переменках бегают, они всё время кричат, всё время друг с другом толкаются, что-то выясняют, что-то говорят постоянно. Мам, ты знаешь, они очень похожи на наших овечек. Они точно также друг с другом всё время что-то хотят выяснить, поспорить, чего-нибудь друг у друга вырвать, как-нибудь друг друга толкнуть. Я на них, когда смотрю на переменке, я всё время вижу перед собой наших овечек. Я уже всех знаю, я уже вижу, кто к кому как относится, кто с кем дружит, кто с кем не дружит. Я всё это вижу…

— Ну, а почему же ты с ними не дружишь?

— Мам, я с ними дружу, дружу, конечно, я с ними дружу, как я дружу с овечками.

— Ну, это всё-таки же люди, не овечки.

— Ну, мам, они, эти дети, они какие-то очень странные.

— А… ну да. Но, с их точки зрения, ты тоже очень странный ребенок. Ты ходишь в школу и не дружишь с ними.

— Это точно, — согласилась Аля.

Они пошли вниз домой. Дома всё было, как и прежде. Большая собака встретила Алю и стала ей пытаться лизнуть лицо. Маленькая собака стала прыгать вокруг и тыкаться носом в коленки. Кошка пришла. Та самая кошка, которая год назад у них жила, тоже стала ходить вокруг ног и тереться хвостом об Алю. Аля стояла и чувствовала себя абсолютно счастливым человеком.

Мама говорит: «Это ты ещё к овечкам не ходила. Я думаю, если ты сейчас пойдёшь к овечкам, они на тебя просто набросятся и повалят тебя». Аля засмеялась и вдруг поняла, что, наверное, она засмеялась первый раз за неделю. Она стояла и смеялась. У неё накопилось за эту неделю очень много смеха — она же не смеялась всю неделю. И вот она стояла и смеялась. Мама, видя, что Аля смеётся, тоже стала смеяться. Собаки, не понимая, почему Аля смеется, тоже стали смеяться и прыгать вокруг неё ещё быстрей, ещё больше её толкать. Аля от их поведения стала смеяться ещё больше. И вот они все стояли и смеялись. Аля смеялась, мама смеялась, вошёл папа и тоже стал смеяться. И все смеялись, потому что собаки тоже понимали, что если ребёнок смеётся, если мама с папой смеются, то им, собакам, тоже нужно смеяться. И вот так они стояли и хохотали. И в этот момент Аля поняла, что не так уж плохо всё.

А ещё Аля в субботу вечером перед тем, как ложиться спать, пожаловалась маме на тётю Олю. Аля пришла к маме и сказала: «Мам, попроси тётю Олю сделать так, чтобы она не показывала меня всем своим подругам, как будто бы я какое-то редкое чудище». Мама говорит: «Как так?» Аля ей пояснила: «В первый день после школы тётя Оля предложила пойти в кафе, и мы пошли туда. В это кафе слетелись все её подружки и стали меня разглядывать. Мне было очень неприятно». Мама сказала: «А как они там оказались в кафе днём?» Аля говорит: «Ну, наверное, тётя Оля им позвонила и сказала, что сейчас приведёт свою племянницу. И вот они все прибежали. А потом она мне ещё всю неделю говорила: „а пойдем к этим“, „а пойдем к тем“, „а пойдем к этим“. Я всё время ей отказывала, потому что она хочет меня водить всем и показывать, как будто бы я какое-то редкое животное. Мне это не нравится. На меня все смотрят и говорят: „А, ты та самая девочка с острова, ты та самая девочка с острова, ты та самая девочка, которая гуляет сама по себе“. Мне это очень не нравится». Мама гладила Алю и говорила: «Ничего, ничего. Я поняла, я с Олей поговорю. С тётей Олей поговорю. Она не будет так мучить тебя. Всё понятно. Зачем же ходить и показывать тебя, как будто ты какой-то дикий ребёнок? Ты хороший ребёнок, ты наш ребёнок, ты умный ребёнок, ты замечательный ребёнок». Так мама успокаивала Алю, и Аля чувствовала себя дома очень хорошо.

Аля легла спать в свою родную кроватку дома, где все запахи родные, и все звуки родные. Где так спокойно и хорошо. К ней в комнату зашла мама, села на кровать и спросила: «Можно с тобой поговорить ещё перед сном?» — и стала рассказывать Але про то, что она разговаривала с тётей Олей, и тётя Оля рассказала ей всё про королеву-ящерицу. «Неужели ты думаешь, что на нашем острове есть ящерица, которая является королевой?» — спросила мама у Али.

— Мам, конечно. Я же вижу, как она встаёт на камень, на самую вершину и во все стороны смотрит по-хозяйски, как будто бы это её остров.

— Ну, это же скорее сказка.

— Ну и что, что сказка? Но она самая главная. И она может такие вещи делать, такие решения принимать, что ты не представляешь.

— Ну, расскажи мне, какие решения.

— Нет, мам, ты же считаешь, что она не королева. И мне не хочется рассказывать тебе про неё.

— Ну, хорошо, завтра мы тебя отвезём опять к тёте Оле. Что ты хочешь, чтобы я сделала?

Аля задумалась и потом сказала: «Я хочу, чтобы ты взяла фонарь…» — «Какой фонарь?» Аля объяснила: «Какой-нибудь поярче, и чтобы ты его включала в окне в ту сторону, в которую наш посёлок виден и дом тёти Оли. А у меня же из окна у тёти Оли виден наш дом. Издали. Я возьму бинокль у дяди и буду в этот бинокль смотреть на твой огонёк из твоего окна. Мне будет приятно. Я буду знать, что это огонёк из твоего окна, мама. А если мы с тобой будем разговаривать, я буду смотреть в бинокль и просить тебя: „Включи лампу, выключи лампу“, — ты будешь включать, выключать, а я буду это видеть. Хорошо я придумала?» Мама рассмеялась и говорит: «Ну, здорово, конечно. Сколько между нами? Наверное, километра два или три. Ну да. Лампу так ты не увидишь, а в бинокль увидишь». «Ну, всё, договорились», — ответила Аля и спокойно заснула.

В воскресенье она сходила к овечкам, посмотрела, кто с кем теперь дружит, всех потрепала, всем почесала за ушком. Они все её пободали слегка. Она ходила среди них, радовалась, обнимала их. Потом Аля гуляла по острову с родителями вместе, что случалось очень редко. Родители всегда были заняты, сам остров не вызывал у них такого интереса, и Аля обычно гуляла сама. Да и пойти особенно некуда было втроём на острове, разве что подняться опять к камню и оттуда посмотреть на бескрайние просторы океана, островов и холмов большой земли. Потом все вернулись и обедали. А во второй половине дня Аля опять сходила к камню уже одна. Но было ветрено, в ветреную погоду никакая ящерица не будет сидеть на камне. Аля вернулась, и они пошли в лодку, чтобы папа отвез Алечку к тёте Оле, чтобы она пошла опять в понедельник в школу.

И началась Алина вторая неделя в школе.

Глава 3. Алино разочарование

Началась обычная школьная неделя. Все дни новой недели Аля чувствовала себя намного увереннее, потому что побывала дома и уже немного привыкла к школе. Каждый вечер, когда она звонила маме по мобильному телефону, она говорила: «Мама, включай свет, я смотрю в бинокль». Мама включала фонарь. «Ой, хорошо, я тебя вижу, твой огонек. А теперь погаси?» Мама гасила. Аля говорила: «Ой, хорошо, я вижу, что ты погасила, теперь включай». Мама включала.

Аля говорит: «Ты не выключай, я ночью буду вставать, если мне вдруг захочется на тебя посмотреть или мне, например, будет страшно. Я буду подходить к окну, брать бинокль и видеть твой огонёк». Мама говорит: «Хорошо, договорились».

После этого Аля успокоилась. Даже тётя Оля заметила, что Аля после выходных успокоилась. Тётя Оля часто обсуждала с мамой Алю. Конечно, мама рассказала тёте Оле, что она держит включенную лампу на подоконнике, чтобы Аля могла смотреть на нее в бинокль.

И, конечно, дядя сразу дал Але бинокль в первый же день. Он теперь лежал у нее на подоконнике. Даже когда Аля занималась чем-то, рисовала или читала. Она брала бинокль и смотрела на свой дом. Дом в бинокль выглядел просто как домик, и свет лампы не был виден днём, поэтому мама выключала лампу днём. А вечером, когда Аля звонила маме, она её включала.

Однажды, когда была хорошая погода, Аля сказала тёте Оле: «Пойдем в порт». Ну, это не порт, конечно. Это просто то место, куда подплывают лодки. Была как раз низкая вода. И Аля подошла к тому месту, где начиналась старая римская дорога, которая находилась под водой. Она её показала тёте Оле и спросила: «Ты знаешь про эту дорогу?» Тётя Оля ответила: «Конечно, знаю. Мы же иногда по ней в низкую воду ездили на телеге на остров и назад». Аля стала лицом к острову. Было тепло и солнечно. Она сказала: «Тётя Оля, отойдите, пожалуйста, мне надо сейчас посекретничать». А тётя Оля спрашивает: «С кем же ты будешь секретничать? Ты же одна». А Аля говорит: «Ну, у меня есть с кем посекретничать. Отойдите, пожалуйста». Тётя Оля отошла на несколько шагов. Аля обратила глаза на остров, на самую его вершину, где должен был быть этот камень. Он не виден был, конечно, с такого расстояния. И она стала этому камню говорить: «Уважаемая ящерица, королева моего любимого острова, моего дома, сделай так, чтобы вода становилась всё ниже и ниже, чтобы в конце концов я могла взять детский велосипед и просто по этой дороге проехать до дома и назад. Можете такое сделать? Ну, пожалуйста!» Постояла, повернулась, подошла к тёте Оле и сказала: «Всё, я закончила. Пошли». И они пошли домой.

В школе Аля тоже стала себя чувствовать намного более уверенно. Как-то учительница сказал тёте Оле: «Да, она стала больше общаться с детьми». У них как раз была поездка в зоопарк. Аля, когда узнала, что они поедут в зоопарк, была очень рада, но это был такой условный зоопарк. Это была просто ферма. Они поехали туда посмотреть на животных, которые работают на ферме, живут на ферме. Это лошадки, козы, овцы. Для Али всё это было очень знакомо. Она ходила, хлопала их всех по бокам, по попкам, по ножкам, по щекам. Остальные дети были насторожены, не вели себя так, потому что они всё-таки были больше поселковые или городские дети. Они, конечно, видели этих всех животных рядом, но они не жили с ними так, как Аля — практически вплотную. Аля даже нашла болячку на ушке у какой-то овечки и закричала сотруднику этой фермы: «Смотрите, смотрите, тут надо быстро лечить. Смотрите, что у неё тут». Она сказала это название на местном диалекте, а подошедшая сотрудница говорит: «Какая маленькая девочка и знает, как это называется! Молодец, что углядела!» Этим Аля завоевала очень большое уважение в своем классе, что она так всё хорошо знает и разбирается как ветеринар. Аля совершенно спокойно всех трогала. У неё не было никакой боязни. А большинство девочек с очень большой опаской подходили к корове или к лошади, а Аля подходила к животным и кричала: «Привет! Как дела? Какая вкусная травка! Что хорошего можешь сказать мне? Как себя чувствуешь?»

Аля с ними разговаривала, как будто это были её одноклассники. Учительница очень удивилась тому, что ребёнок так свободно общается с животными. Ей даже показалось, что Аля с животными была более открыта, дружелюбна и весела, чем с одноклассниками. Ну, так и было. Аля с огромным удовольствием провела этот день, у неё стало ещё лучше настроение, чем в начале недели. Подходил конец недели. Аля была очень рада, что она скоро поедет домой. А дома в пятницу произошло очень странное событие, которое Алю очень огорчило, огорчило настолько, что она немножечко потеряла доверие к своим родителям. Вот что произошло дальше.

Аля приехала в пятницу вечером на лодке домой. Как всегда, её окружили собаки. Кошка была та же самая, кстати, которая приходила и в прошлый раз. Она в этот раз решила задержаться в семье Страчанов и жила тут уже целую неделю. Кошка уже обжилась и ходила везде, как у себя дома. Аля, конечно, сходила к овечкам, всех их кормила, гладила и всё поглядывала издали на свой камень. Думала, сейчас сходить или потом. Но сегодня было ветрено, хотя ей даже показалось, что на вершине камня сидит её ящерица и ждет её. Но она решила пойти завтра рано утром.

Рано утром Аля проснулась, и пока ещё родители спали, даже не позавтракав, побежала к своему камню, потому что утро было ясное, солнечное и безветренное. До камня было идти, наверное, минут 15, не больше. Запыхавшись от подъёма, Аля подошла к камню и с огромным восторгом увидела ящерицу наверху камня. Это такая редкость в сентябре! У ящерицы на голове Аля разглядела маленькую корону. Сначала Алю это очень обрадовало, но тут же радость сменилась страхом. Ей очень было страшно смотреть на ящерицу с маленькой короной. При этом ящерица сидела совершенно неподвижно, и Але показалось, что ящерица сейчас заговорит.

Корона была маленькая-маленькая, и непонятно из чего сделана. Аля не могла понять, как ей себя вести. Она подошла ближе вплотную к камню и стала говорить: «Уважаемая ящерица, обрати на меня внимание!» Но ящерица не поворачивала голову, Аля посмотрела внимательно на ящерицу и заметила, что ящерица сидит, не двигаясь.

Обычно ящерицы смотрят в одну сторону, потом через какое-то время быстро-быстро поворачивают голову в другую сторону, потом быстро ещё в одну сторону. Они как бы постоянно в разные стороны смотрят, а эта смотрела всё время в одну сторону. Аля обошла камень и закричала ей: «Эй, ящерица, поверни, пожалуйста, ко мне голову! Посмотри на меня!» Ящерица не поворачивала к ней голову, и Аля подумала, может быть, ящерица на неё обиделась? Непонятно. Ящерица была не очень похожа на себя. И потом, у ящерицы никогда не было короны. Аля стала вспоминать, видела ли она когда-либо корону на ящерице? Она так говорила, что ящерица — это королева острова. Но корона ей только снилась. Никогда, на самом деле, она никогда не видела ящерицу с маленькой короной. Але это всё очень не понравилось. Она обошла камень несколько раз вокруг и всё время повторяла: «Ящерица, уважаемая королева, посмотри на меня, обрати на меня внимание. Пожалуйста, пожалуйста!» А ящерица никак не поворачивала голову и не обращала на неё внимания. Она была совершенно неподвижна. Аля на неё очень сильно за это обиделась, она на неё закричала: «Почему ты не смотришь на меня? Я все время думаю о тебе. Я к тебе приехала. Я столько раз к тебе обращалась за советом, а ты даже на меня не посмотришь. Эй, эй!» Она кричала всё громче и громче. Ящерица не обращала внимания.

Аля замолчала и задумалась. Никогда до этого не было случая, чтобы ящерицы на такой громкий её крик не обращали внимание. Когда ящерицы пугали её в детстве своим внезапным появлением на каком-нибудь выступе камня, она просто кричала на них, и они разбегались. Всегда ящерицы поворачивали голову на голос, а эта не поворачивала. Тогда Аля решила присмотреться к грудке ящерицы. В грудке ящерицы находятся сердце и легкие, и обычные ящерицы очень часто дышат. Очень часто. И грудка у них от этого колеблется тоже часто. Аля встала прямо перед ящерицей и стала к ней присматриваться. Между Алей и ящерицей было, наверное, метра четыре или пять, потому что камень был очень большой, и она не могла заметить, было ли у этой ящерицы какое-то колебание грудки. Аля не знала, что делать — уходить или продолжать кричать на ящерицу. Что делать? Аля решила, что надо уйти и прийти попозже. Она не понимала, что происходит. Она не понимала, ящерица ли это вообще, или что это такое, что это там такое стоит, и почему на ней маленькая корона, и почему она ни на что не реагирует. Аля решила пойти домой.

Придя домой, она увидела маму с папой в очень весёлом настроении. Они завтракали, поставили перед ней завтрак тоже, и папа игриво спросил Алю: «Ну и как там твоя ящерица?» Аля посмотрела на папу, посмотрела на маму очень неодобрительно и спросила:

— Папа, почему ты меня спрашиваешь про ящерицу именно сегодня? Ведь ты про ящериц у меня никогда не спрашивал.

— Ну как? — немного растерялся от такого вопроса папа. — Я решил, что раз ты утром так рано побежала туда, то там, наверное, ты её видела.

— Вообще-то осенью ящерицы на камень не выходят, слишком холодно. И сегодня не такой тёплый день, чтобы камень прогрелся, и на нём появилась ящерица.

Папа задумался, посмотрел на Алю и сказал:

— Ты что, считаешь, что ящерица сегодня не должна была быть там?

— Да, ящерица не должна быть там. И потом, ящерицы не бывают в коронах.

— Ты что, видела ящерицу с короной?

— Да, там ящерица с короной.

— А какая же ящерица должна быть, если она королевой острова? Наверное, с короной.

Аля посмотрела на папу, внимательно изучая его лицо. А папа смотрел на Алю и почему-то улыбался. Але всё это очень не понравилось. Але не понравилось, что они так на неё смотрят, как будто бы они точно знали, что ящерица уже была там до того, как Аля вышла из дома. Але показалось, что мама с папой были уверены, что ящерица там. И у Али закралось сомнение. Она стала маму с папой кое в чём подозревать.

Она бросила ложку, выскочила из-за стола, надела сапожки, схватила курточку и побежала к камню. К этому огромному камню, на котором сидела ящерица. Она бежала туда и думала про себя: «Ну, мама, ну папа, ну мама, ну папа! Ну, если я сейчас увижу эту ящерицу с короной!» Подбежав к камню, она увидела ящерицу с короной в том же самом положении, в котором она была до этого.

Аля схватила камни и стала их бросать в ящерицу с криком: «На тебе! Вот тебе! На тебе!» Один из камней попал ящерице прямо в голову, и ящерица скатилась с камня в траву. Али побежала её искать и нашла. Ящерица была сушёная, засохшая. С короной, сделанной из золотой фольги! Аля схватила эту ящерицу с короной, сжала в ладошке до хруста и побежала домой.

И когда она увидела маму с папой, она крикнула им: «Это вы сделали! Это вы всё сделали! Это вы специально сделали! Вы самые противные родители на свете!» И бросила им эту ящерицу на стол: «Это вы? Это ваших рук дело!» И выбежала из дома и убежала далеко. Убежала плакать на другой конец острова. Весь день она ходила там и плакала. А потом пришла мама, нашла её за каменным уступом в укромном месте и стала её успокаивать: «Ну, Алечка, ну мы хотели как лучше. Ты так хотела, чтобы там была ящерица. И папа взял, нашел сушёную ящерицу, приделал к ней корону, взял лестницу, залез по лестнице на этот камень и приклеил ящерицу к камню. Мы думали, это будет очень хорошая идея». Аля говорит: «Ну как же так, мама, ну как ты не понимаешь? Ну как же так? Ну, так же нельзя. Там же настоящая живая ящерица бывает. Почему вы так ко мне относитесь? Почему вы не верите мне, что там ящерица, которая имеет силы какие-то особенные, что там бывает настоящая королева? Что же вы наделали?» Мама решила оставить её одну в этом месте, очень расстроилась и пошла к отцу, и они долго о чём-то разговаривали. А Аля долго ходила вокруг дома, потом уже вечером пришла, поужинала молча и молча легла спать.

И всю ночь она думала о том, как странно родители относятся к детям, к детским идеям и почему они поступают именно так. И почему они считают, что это хорошо, когда на самом деле это какое-то издевательство просто. На следующий день, в воскресенье, Аля не знала, как себя вести, и папа не знал, как себя вести, и мама, потому что и папа, и мама поняли, что они сделали очень большую ошибку, и им было тяжело. Они виновато себя чувствовали перед Алей. Аля видела, что родители очень переживают, и, в конце концов, перестала на них сердиться. И сказала им за обедом очень по-взрослому: «Мама и папа, пожалуйста, никогда больше так не делайте. Потому что… — Аля даже не знала, что сказать, — …потому что, потому что… Потому что это похоже… Это не смешно. Это просто не смешно». И мама с папой поняли, что они сделали ошибку, и поняли, что их маленькая дочка Аля уже совсем не маленькая, что она уже взрослая, у неё есть свой мир, свои идеи, свои радости, свои мечты, какое-то свое восприятие всего.

Вечером папа отвёз на лодке Алю к тёте Оле, и потом они с тётей Олей долго о чём-то разговаривали около лодки. Наверное, об этой истории. Тётя Оля стала после этого очень чуткой, вежливой и внимательной к Але. И вечером в воскресенье был первый день, когда Аля села у окна, взяла в руки бинокль, взяла телефон позвонить маме и не позвонила маме. Так обстояли дела в тот воскресный вечер…

Глава 4.
Алино счастье

Аля не позвонила маме в воскресенье вечером. Аля очень обиделась. Она пошла в школу в понедельник. И не знала, как себя вести. Она была очень грустная. Учительница заметила, что она грустная, и сообщила об этом тёте Оле.

Мама, конечно, поняла, почему Аля не позвонила, и позвонила тёте Оле, попросила её внимательней быть к Алечке. А сама на следующий день приехала в город и пошла к детскому психологу. И детский психолог сказал:

— Конечно, Аля придумала себе эту историю про королеву острова. Но вы не могли так эту историю разрушать. Вы же когда поставили эту засохшую мёртвую ящерицу на камень, вы же, по сути дела, шутили над тем, во что верит ваш ребёнок. Это нехорошо, этого нельзя делать, потому что это вопрос веры. Вы могли бы просто за столом начать говорить про это, может быть, пошутить и следить за реакцией вашей дочери. Тогда это не было бы так обидно. Вы же создали целую… целую, просто инсталляцию создали. Ведь ваш муж специально полез на этот камень и приклеил эту ящерицу. Она была плохо видна вашей дочери, поэтому ваша дочь могла принять её за настоящую ящерицу. То есть вы её обманывали очень изощренно, очень тонко. Она наверняка на вас очень сильно обиделась.

— Да, Вы правы, мы ошиблись, — ответила психологу мама, — и Аля очень сильно обиделась… Но что же нам теперь делать?

— Вам нужно что-то сделать такое, чтобы ребёнок понял, что вы тоже разделяете с ней в какой-то степени эту историю про королеву острова.

— Но мы же не верим в эту идею с ящерицей, нам что, надо соврать дочери?

— Я не знаю. Вы должны придумать и сделать что-то, чтобы вы были с ней соучастниками этого.

— А как Вы думаете, Аля по-настоящему думает, что это королева острова?

— Ну, нет. Дети всегда играют во что-то. Например, мальчики играют в войну, у них есть деревянные автоматы. Но они же понимают, что из этих автоматов не стреляют настоящими пулями. Но, тем не менее, когда они говорят: «та-та-та-та!» — то кто-то падает, как будто бы в него попала настоящая пуля. Вот и Аля думает, что это ящерица, она как будто бы королева острова. А потом — психолог подумал и продолжил, — ведь мы же не знаем, как устроено общество ящериц.

— Что Вы имеете в виду?

— Ну, вдруг среди ящериц есть какие-то особенные ящерицы, которые имеют определенное влияние. Вот мы же знаем, что в пчелином улье есть главная пчела, а когда обезьяны живут в стае, там есть главная обезьяна. Может быть, у ящериц тоже есть какая-то главная ящерица? Почему мы так уверены, что все ящерицы равны друг другу? Может быть, ваша Аля решила, что какая-то ящерица главная среди других? Тут, в её идее о том, что на острове есть ящерица, которая является королевой, нет ничего невероятного. Ящерицы достаточно умные существа, чтобы создать какую-то социальную структуру. И там, вполне возможно, может возникнуть какая-то главная ящерица, которая забирается на самую высокую точку. Я не биолог, я не знаю. Я просто хочу сказать, что дети могут придумывать такие вещи, которые потом оказываются настоящими открытиями. Они просто переносят, например, на ящериц отношение людей или детей. Поэтому вы должны с ней как-то разделить эту её идею. Конечно, это не значит, что ящерица обладает какими-то сверхспособностями, но она может быть королевой, понимаете?

В общем, мама уехала с большими вопросами. Вечером она с папой обсуждала, что же им делать. А Аля ходила в школу и довольно сильно грустила. Ну, конечно, на следующий день она всё-таки маме позвонила. И они поговорили, но не касались темы камня и ящерицы…

А тем временем папа кое-что придумал: «Давай я напишу историю про то, как у нас на острове появилась ящерица Королева. Напишу историю, нарисую картинки, распечатаю её, и у нас будет маленькая книжечка, и мы эту книжечку Але подарим». Мама говорит: «Отличная идея. А как она может быть королевой? Какая именно у тебя идея?» Но папа ответил: «Пока не знаю».

Весь вторник и среду ходили, и папа ходил, и мама ходила, и придумывали. В конце концов, придумали. Папа написал, напечатал маленькую книжечку в одном экземпляре и сделал иллюстрации ручкой и цветными карандашами прямо в этой книжечке. А в пятницу вечером он на лодке приплыл за Алей. Она уже не была такая хмурая, как была в прошлый раз. Они вернулись домой, и вечером папа за ужином подарил Але эту книжечку. Аля спросила с сомнением: «Что это?» Папа ответил: «Это книжка — история про то, как на нашем острове появилась королева-ящерица». Аля очень неодобрительно из-под бровей посмотрела на маму и папу, потому что она не верила им и думала, что в этом будет какой-то очередной подвох. Аля говорит: «А откуда ты знаешь, как ящерица стала королевой?» Папа ответил: «Это моя идея, моя догадка. А откуда ты, Алечка, знаешь, что эта ящерица является королевой?» Аля задумалась: «Согласна. Это тоже только моя догадка». Папа подытожил: «Ну вот, у тебя своя догадка, у меня своя. Будем читать книжку?» Аля ответила: «Будем».

Вечером перед сном папа сел около кроватки Али, открыл книжку и стал читать.

«Давным-давно около острова разбился парусник. Большой корабль, и с этого корабля много грузов волной прибило на берег. И среди этих грузов были мешки с грецкими орехами. А в одном из мешков с грецкими орехами на остров попала ящерица, которую другие ящерицы встретили с удивлением, потому что они никогда не видели ящериц, прибывших из-за морей. И эта новая ящерица стала очень уважаемой, потому что она много чего знала. Она давно жила и много где побывала, она рассказывала, как она плавала на кораблях и видела очень много всего. И она спросила у ящериц, которые были на острове: „А какие у вас есть неразрешимые сложности?“ И все ящерицы сказали, что у нас главная проблема — это чайки. Бывают такие дни, когда чайки вдруг внезапно прилетают и начинают нас клевать, если мы вовремя не спрячемся. Они нас клюют, и мы для них становимся едой. Тогда вновь прибывшая ящерица сказала: „Я знаю правила поведения чаек. Для того, чтобы мы защитились от чаек, я буду в хорошую погоду залезать на самую высокую точку острова так, чтобы вы все меня видели, и смотреть во все стороны, смотреть, не появятся ли чайки. Если я на камне, то, значит, все ящерицы острова могут жить спокойно и видеть, что я контролирую небосвод, и чаек нет. Можно греться на солнышке, только надо поглядывать на меня и заниматься своими делами. Если меня на камне нет, значит, ветер такой, что чайки могут летать над нашим островом. И нам надо прятаться“. И так стали они жить. И после этого все ящерицы острова решили, что эта ящерица, которая прибыла с грецкими орехами из-за морей, будет у них считаться ящерицей-королевой». И на этом книжка закончилась. Аля была очень довольна. Она захлопала в ладоши и закричала: «Точно, точно! Ты угадал! Я тоже думала, что она сидит там для того, чтобы смотреть за чайками или за какими-нибудь еще врагами, — ястребами, соколами, какими-нибудь орлами. Точно, точно. Очень хорошо!»

Аля схватила эту книжку, прижала себе к груди, и тут же стала разглядывать картинки. Она просмотрела все эти картинки, и они ей очень понравились. Она смеялась и говорила: «Какие же вы у меня замечательные родители!» И легла спать, конечно, положив эту книжку под подушку.

А наутро, как всегда, она первым делом побежала к своему камню и стала смотреть, не появится ли ящерица. Утро было солнечное, тёплое и без ветра, и, к её счастью, ящерица появилась. Аля даже видела, как она забралась на свое место и стала смотреть во все стороны. Ну, прямо так, как описал папа в своей истории. Она опять не обращала внимания на Алю, а просто смотрела во все стороны. Аля теперь ходила вокруг этой ящерицы совершенно спокойно.

Она понимала, что эта ящерица — королева среди ящериц. Но всё равно, это просто ящерица. Может быть, она и обладает какими-то очень хорошими способностями соображать и следить за врагами ящериц. Но всё же эта ящерица не сможет сделать так, чтобы вода ушла, и Аля могла бы по старой римской дороге ездить на велосипедике в школу из дома и назад. Но всё равно Аля уже привыкла её о чем-то просить, и она попросила ящерицу о некоторых вещах. Во-первых, она попросила, чтобы родители больше на неё не обижались. Во-вторых, она попросила ящерицу, чтобы и она сама больше не обижалась на родителей. В-третьих, она попросила ящерицу, чтобы на её маленький камень под её окном в доме у тёти Оли тоже приходила ящерица. Просто для того, чтобы ей было бы не так одиноко. И, в-четвертых, она попросила ящерицу о низкой воде, чтобы, может быть, в этот день папа опять на тракторе, а не на лодке отвез её вечером к тёте Оле, потому что это замечательно — ехать на тракторе по морю. И Аля убежала домой.

Весь день она была в хорошем настроении, ходила, разговаривала со своими овечками и даже играла с кошкой. Вообще она не любила играть с кошками. Аля как-то к кошкам относилась странно, потому что кошки на острове для неё были не понятно чьи.

Вечером папа сказал: «Ну, пора собираться». Аля посмотрела за окно, а за окном был спокойный вечер. Папа вгляделся в залив за окном и сказал: «О, какая низкая вода сегодня! А не поехать ли нам к тёте Оле опять на тракторе как в первый раз?» Аля захлопала в ладоши и закричала: «Сработало, сработало! Сработало, Сработало! Сработало, сработало! Сработало, сработало!» Папа посмотрел на Алю и говорит: «Что сработало?» Аля, уже не стесняясь, сказала: «Я просто попросила нашу королеву острова, чтобы сегодня вечером была низкая вода. Она для меня это сделала». Папа рассмеялся: «Ну да, конечно. Хорошо. Да, давайте будем считать, что это сделала наша ящерица». Аля говорит: «А кто ещё может это сделать?» Папа ответил: «Вообще приливы и отливы бывают из-за того, что Луна крутится вокруг Земли и то притягивает, то отталкивает воду. Но мы с тобой, Алечка, будем считать, что это не Луна виновата в том, что сегодня низкая вода, а наша уважаемая королева острова ящерица».

И они сели, как в тот первый раз, на тележку, папа запустил трактор, и они опять поехали по воде, как будто поплыли. Аля вспоминала, как две недели назад она первый раз поехала в школу, и пока они ехали за трактором, она вспоминала всю эту историю, как она нашла возле дома тёти Оли камень, как попросила дядю покрасить его, как увидела там лягушку, как ходила со школьными товарищами в зоопарк, как игралась там с животными, как искала эту королеву-ящерицу, как увидела, что эта ящерица не живая, как она сбила камнем эту ящерицу, как обиделась на родителей, как придумала смотреть в бинокль на лампу, которую включала мама. Она вспомнила всё, всё, всё. И она ехала и думала, что всё в её жизни складывается очень хорошо, и уже не так было грустно у тёти Оли, и ей уже не так страшно было ходить в школу. И ей уже было понятно, какую роль в её жизни сыграла КОРОЛЕВА острова Ящерица. Вот такая история.

А потом Алин папа решил переписать книжку про королеву-ящерицу и описать всю эту историю более подробно. Так и возникла эта книжка, которую вы держите в руках. Всё, что тут описано, произошло в реальности совсем недавно на западном побережье Шотландии…

Послесловие

Отзыв на книгу литературного

критика Дакоты Лав[1]

На уединенном острове у побережья Шотландии маленькая девочка по имени Аля бродит по древним холмам. Гуляя среди руин былых времен и рядом с любимыми овечками, Аля одна из всех жителей знает величайшую тайну острова. На самой высокой точке острова возвышается гладкий черный камень, хранящий легенды и истории, давно затерянные в человеческой памяти. Здесь Аля тайно разговаривает со своим другом, которого знает только она. Но беззаботные дни на острове подходят к концу, когда Аля начинает учиться в школе на материке. Чувствуя себя одинокой среди толпы людей и отчаянно скучая по животным, с которыми ей легче общаться, эта маленькая девочка ощущает в сердце жестокую тоску по дому, когда она сталкивается с неумолимым и беспощадным врагом — неизбежностью перемен.

«Алин остров» А. Хрипко — невероятно глубокое повествование о трудностях перемен и чистой вере ребенка. Мне нравятся красивые описания этого изолированного острова, его дикая красота становится почти осязаемой, когда я перелистываю страницы этой книги. Аля — персонаж, с которым невозможно не идентифицировать себя в каком-то смысле, поскольку она ищет самое драгоценное сокровище в мире, в котором мы живем, — возможность быть понятым. Мы видим мир глазами этого маленького ребенка и чувствуем бурю эмоций в нашем сердце, когда Аля переживает горе, предательство, любовь, радость, печаль и, наконец, решимость. Эта история настолько проникновенно говорит о глубине человеческих эмоций, что невозможно не растрогаться. Этот вихрь внутренних трансформаций, — от необходимости адаптироваться к изменениям до формирования личного мировоззрения, обращён к самой душе читателя.

Мне понравились трогательные, нарисованные от руки иллюстрации, полные очарования классической книги. Они прекрасно дополняют историю, показанную с точки зрения ребенка и которая уводит нас от взрослой реальности, напоминая о тех невинных днях детства, когда всё было возможно.

Эта красивая история подходит для всех, кто любит рассказы, которые заставляют размышлять, вызывают эмоции и дают представление о далеких землях, наполненных самобытностью и очарованием. Книга идеально подойдёт для чтения холодным зимним вечером. Это великолепное повествование, нашептывающее воспоминания о волшебстве детства, несомненно, затронет жизнь каждого, кто его прочитает.