Дивной мерзости нрава молодой человек, должен вам признаться, Ниночка, никогда прежде таких не встречал. Зато уж если его разозлить как следует, он горы свернет, а вот если начнет себя жалеть и убеждать в собственной никчемности — пиши пропало.
Одно я поняла совершенно точно: как человек, как личность я Давлетьярова не интересовала. Ему было интересно, что можно сделать из такого «сырого» материала, насколько яркая бабочка может получиться из серенькой гусенички, а еще — просто удобно иметь меня под рукой, вот и все.
— Шон, только не говори, что ты тоже работаешь в конторе «круче, чем полиция», — невесело улыбнулась я.
— Нет, я пашу на частную лавочку, — ухмыльнулся Шон. — Но там тоже не лохи сидят. Так как тебе идейка?
