Поэтому навстречу челноку вылетел истребитель и попытался его задержать — бесполезно, такое впечатление, что на корабле находится самоубийца. Пришлось отдать приказ на уничтожение двигателей челнока.
Как только это было сделано, из челнока появилась фигура в скафандре и с тем же упорством полетела к нам. Я рассмотрел, кто находится в скафандре, и теперь не могу принять решение об уничтожении объекта.
— Твой знакомый? — по-прежнему удивленно спросил я.
— Скорее ваш, босс, — хмыкнул командор и показал мне образ, который увидел сам.
Я помрачнел:
— Ей-то тут что понадобилось?
— Босс, я вместе с вами участвовал в ее освобождении из тюрьмы, — продолжил линкор. — Поэтому сразу узнал и не смог убить человека, которого вы несли на руках. Так что решайте сами, одно ваше слово — и скафандр превратится в пыль.
Я задумался. Холод в моей душе никуда не делся, но что-то такое, чего я раньше никогда не испытывал, мешало мне отдать линкору приказ на ее уничтожение. Во мне боролись между собой гнев от последнего разговора с ней и то чувство, что я испытывал до того.
