Но это же глупо! — В тебе я этого не вижу и не хочу, чтобы наши отношения нас в конец поломали. Прости…
— Заебись! Ну извини, что я не твой папочка! Такого второго не бывает…
— А жаль. Тарас, мне правда пора…
— И даже прощальных слов не будет? — меня задело. Безумно задело это детское сравнение и оправдания. Я снова злился и уже не пытался чем-то хорошим прикрыть злость и сарказм. Если мне больно, то пусть будет и ей.
— Всё будет хорошо.
— Конечно! Это ведь не ты тут пытаешься любимого парня остановить и удержать! Что ж, ты права. И всего хорошего, заноза, — отвесил поклон и пошёл к байку, мечтая поставить новый скоростной рекорд и разбиться на хрен.
***
«Заебись приехал», — первая мысль, и я криво улыбнулся. Почему сюда? Ведь теперь мог ехать куда душеньке угодно, но нет, примчался на техстанцию Медведя, чтобы ещё больше сыпать соль на раненную душу.
Отшвырнув шлем куда-то в сторону, сел возле больших ворот одного из боксов и откинул голову на холодный металл. Так тошно мне ещё никогда не было. Даже когда отец умер. А сейчас умерла моя душа. Нет, её просто жёстко потоптали и забрали с собой, оставив одну оболочку Аверина Тараса.
Даже желания напиться не было. Я просто сидел и смотрел в чистое голубое небо, уже не надеясь и не веря ни во что. Жалеть себя? А смысл? За какой-то короткий миг жизни я познал много: предательство, подставу, дружбу, преданность и, главное, любовь. Что осталось? Разочарование.
Пустота всё больше окутывала сознание, а по небу бежали белые тучки-барашки. Где-то недалеко пела маленькая птичка. И вроде мир не изменился, жизнь продолжается, вот только как теперь в ней жить, я совершенно не представлял.
— Ты прав…
Тень легла на лицо, и лишь по голосу я понял, что это не моё воображение. Хотя…
— Ты же улетела.
— Нет, я не смогла, — Соня села рядом, а я даже не пошевелился. — Ты прав во всём. В том, что я не смогу без тебя…
— Папа мозги вставил на место?
— Немного, — Соня положила голову мне на плечо, а я смог оторвать взгляд от неба и увидеть улыбающегося в машине Медведя. Валера пару раз посигналил и уехал, оставив занозу со мной. — Всё, что я тебе наговорила, — полный бред. Сама себе не верила, а продолжала… Тарас, ты нужен мне… вот такой.
— Какой? Свободный мустанг? — не смог сдержаться.
2 Ұнайды
Я уже говорил, что вечер пошёл хреново?
1 Ұнайды
— Хочу дочку, — тихо прошептал на ухо занозе, наблюдая, как дочка Медведя и дочка Сергея лепили из песка замок принцесс.
— И я… Я даже комнату уже выбрала, — Соня оторвала голову от моего плеча, ослепляя меня взглядом полным любви и надежды.
— Кайф! Сегодня займёмся расширением семьи, — я посадил на колени сына и притянул ближе к себе жену. Вот оно счастье — когда родные рядом!
— Всегда верил, что моя дочь сделает из тебя настоящего мужика! — Медведь в своей манере с силой хлопнул по плечу так, что я чуть не согнулся.
— Не пойму — это ты похвалил или унизил?
— Похвалил. Нравится, очень нравится.
А когда я дошёл до пункта «избалованная Злата и её папочка», она слегка укусила за плечо в порыве ревности.
— Я ведь правда думала, что у тебя другая! Ты со своей скрытностью нас чуть до развода не довёл…
— Прости. Но ведь всё классно получилось? — я улыбнулся и положил занозу на себя, поглаживая по спине.
— Да, но… Чёрт, Тарас, я не хочу через такое снова проходить. Это очень больно.
— Могу я принести извинения своей безумно ревнивой и обожаемой жене шампанским и собой?
— Наше? Тарас… но, как такое возможно?
— Возможно, Сонь. Я хотел сделать тебе подарок на нашу годовщину, но немного не успел и чуть всё не испортил.
— Ничего не понимаю… Я же думала, что ты… — Соня повернулась в моих руках и заглянула в глаза, боясь договорить, а я и так всё понял.
— Пошли, я покажу тебе наш дом, а потом всё подробно расскажу. И сразу скажу, — накрыл её губы пальцем, опережая протест, — ты единственная невыносимая женщина, которую я люблю больше жизни. Никто мне, кроме тебя не нужен, запомни ты это уже!
И чтобы моя заноза быстро не пришла в себя, подхватил на руки и занёс в дом.
— Тебе сразу устроить экскурсию или для начала показать нашу спальню, которая готова на половину, в отличие от других комнат?
— Спальню, — о, я хорошо знал этот блеск в глазах жены.
Мне только этого и надо было. И если честно, то я безумно соскучился по жаркому сексу, по стонам моей занозы и ярким оргазмам с ней. Мне хватило нескольких больших шагов по лестнице с любимой ношей на руках, чтобы добраться до желаемой комнаты. Нескольких торопливых движений, чтобы скинуть ненужную одежду в перерывах между страстными поцелуями…
Соня, моя заноза — красивая и абсолютно голая лежала на импровизированной кровати и ждала меня, покусывая нижнюю губу, а я сидел рядом и взглядом впитывал её, наслаждаясь каждой эмоцией, каждым вздохом. Мой член дымился от похоти, а сердце всё никак не могло наглядеться, запомнить её такую.
И всё же желание обладать шикарным телом победило. Оказавшись сверху, и приподнявшись на локтях, на секунду замер, позволяя Соня провести по моей спине ноготками:
— Ты сводишь меня с ума, — только и сказал, медленно погружаясь в Соню.
Соня слегка выгнулась, обхватив одной ногой мою поясницу, другую пристроив на моей ноге. Наши губы снова сошлись в пьяном поцелуе, терзая и покусывая, пока я очень медленно раскачивал ритм. Перехватив руки жены над головой, нагнул голову и сомкнул зубы на набухшем соске, языком нежно лаская его вершину. Ноги Сони ещё крепче сжали мой торс, а с губ сорвался хрипловатый тон. Но я только начал! Переключился на другой сосок, всё также покусывая и облизывая тёмные ореолы.
— Тарас… прошу…
— Знаю, заноза… Сам, еле сдерживаюсь.
И я не врал. С ума сходил, но держал себя, чтобы быстро не сорваться. Я хотел её дикого оргазма так, чтобы она тесно сжала меня до потемнения в глазах и тогда только отпустить волю. Соня обхватила ладошками моё лицо и притянула для поцелуя.
— Я слишком долго тебя ждала… Мы успеем потом ещё…
И я рыкнул. Обхватив за нежные ягодицы, слегка приподнял и стал мощно и быстрее врезаться в жену. Мы двигались в одном ритме на двоих, отключившись от всего мира, не теряя зрительного контакта. Я видел, как у моей занозы сбивается дыхание, как её стон становится всё громче. Соня отдавалась мне полностью и без остатков, приближая наш общий экстаз.
— Давай, родная… — прикусил мочку уха жены.
Крепко сжимая меня в себе, Соня забилась в оргазме. Мне пришлось немного замедлиться и дать жене прийти в себя, целуя стройную шею
Что за сговор за нашими спинами?
— Пытаюсь помирить твою дочь с мужем, но главную роль сыграешь ты.
— Ладно, выкладывай…
То, что Соловьёв попросил у Медведя вызвало вспышку гнева у последнего. Сергей дал ему время выговориться, себя обхаять и, когда Валера успокоился, привёл свои стопроцентные доводы.
— Ладно. Первый и последний раз. А этому гадёнышу я всё равно пару оплеух отвешу за секретность!
— Узнаю Медведя. Пошли выводить твою дочь из себя.
— Почему она опять ревела?
— Любит его… Ей тяжело, но это пройдёт. У Тараса мало времени, но он справится, — ответил Сергей, доставая телефон.
— Обожаю, блять, когда ты говоришь загадками!
— Медведь, я сейчас кое о чём попрошу. Тебе точно не понравится, но ты должен это сделать ради своей дочери и благополучия её семьи.
— Ради этого я всё сделаю…
— Отлично. Дай мне пару минут на звонок, — Сергей приложил к уху трубку. — Привет, что делаешь? Ясно… Короче дело такое. Всё переносится на сегодня… Нет, про нас не думай… Да, она плохо.
Сергей сделал пару шагов взад и перёд, напряжённо что-то выслушивая. Медведь хмурился всё больше, догадываясь с кем говорит друг.
— Тарас… Всё, выслушай меня! Ехать тебе сюда не надо. Она сама приедет, доверься мне… У тебя чуть больше часа на подготовку. Давай лети на место. Не за что… Пока.
В итоге я приехал домой к полуночи и… Квартира оказалась пуста.
Я пробежался по комнатам, понимая, что никого не найду, но надежда не умирала. Искал причину её отъезда, хоть записку, а телефон жены был выключен. Она даже не прослушала моё сообщение! Вот же упрямая! И я догадывался, куда она могла уехать и подтверждением этого был совсем не ласковый звонок от Медведя.
— Слушаю.
— Ты вообще охренел, гадёныш?
— Валера, успокойся! Соня всё неправильно поняла… Они у тебя?
— Да. Что она не поняла?
Я сел на диван и взлохматил волосы, чувствуя вселенскую усталость.
— Валер, успокой её, пожалуйста… Мне нужно немного времени, и она и вы все всё узнаете.
— Что, блять, узнаем?
— Поверь, ничего плохого. Передай Соне, что я люблю её, безумно люблю.
— Смотри мне, иначе познаешь силу моих кулаков, — я хмыкнул, а Валера бросил трубку.
Решила дождаться мужа и посмотреть в его глаза. От тебя фонит до тошноты ужасно приторными духами.
«Злата, твою мать! В этот раз ты переборщила со своими обнимашками!». Оправдываться глупо, я лишь пожал плечами.
— Вот как… Даже не станешь отрицать?
— Соня, не устраивай сцен из-за пустяка. Я безумно устал и хочу спать.
— По-твоему приходить домой после какой-то бабы — это пустяк? Аверин, а не охренел ли ты?
Голос Сони повысился. Чёрт, вот только ссоры мне сейчас не хватает! И что я мог сказать, когда скоро всё решится и тогда я встану на колени и обо всём расскажу. Нет, надо это гасить сразу на корню.
— Нет. Это не так, — сел на край кровати, растирая лицо ладонями. — Я тебя очень прошу не делать поспешных выводов, не устраивать мне ссор и разборок. Потом сама же пожалеешь…
— Что? Тарас! Повернись ко мне и уже признайся, не будь трусом.
— В чём признаться? — я замер.
— Что ты мне изменяешь!
— Нет. Я тебе не изменяю — это правда.
Соня глубоко дышала и во все глаза смотрела на меня, а я видел, что не верит, она сделала выводы и в них верит. Ох, сложно будет. Я попытался сделать последнюю попытку на примирение — потянулся к жене, чтобы крепко обнять, поцеловать и действиями заверить в её заблуждениях. Но Соня отбила мою руку, морща носик. Как хочет.
— Не верю, хоть убей.
— Ты сейчас напоминаешь ворчливую жёнушку…
— Есть с кем сравнить? У тебя их много?
— Блин! Хватит! Нет у меня никого, кроме тебя! И люблю я только тебя, просто… просто сейчас у меня сложный период в жизни, а ты мне нихрена не помогаешь.
И я почти переборщил. Соня ещё больше вспыхнула. Такой фурией я её ещё ни разу не видел.
— А как я тебе помогу, если тебя постоянно нет рядом? Если ты не говоришь о своих проблемах? И что мне думать, когда мой муж приходит домой посередине ночи весь благоухающий духами?
— Да, ты права, у меня нет времени постоянно сидеть рядом у твоей юбки. Я работаю, Соня! И говорить о своих проблемах не стану, так как ты сразу побежишь к папочке…
«Всё, точно переборщил». Я мысленно ударил себя по голове и пообещал вечером быть дома пораньше с большим извиняющимся букетом. А сейчас надо бы нам обоим заткнуться, а мне лечь спать.
— Сонь, прости, — у жены слёзы в глазах заблестели, но она больше слова не проронила. Лишь покачала головой на моё «прости». — Я пойду в гостиную спать. Спокойной ночи.
Прихватил свою подушку и с тяжёлым сердцем вышел из спальни, зная, что утром она мне даже не улыбнётся.