Глава 2

Нож и вилка

Феня потерла лапками голову.

– Каждый раз, кода мы с Черчилем уезжали по делам, в Мопсхаусе начинались трудности. Поэтому я приняла решение: когда муж в командировке, я остаюсь дома, чтобы держать все под контролем. Но сейчас прямо голова кружится! Жози, перестань размахивать ложкой. И вообще, все прекратите пользоваться этим прибором. Куки, не ешь лапами творожную запеканку.

Сестра заморгала.

– Фенечка, и как мне поужинать, если нельзя использовать лапки?

– М-м-м, – простонала хранительница библиотеки и архивист Прекрасной Долины.

– Разрешите помочь вам, многоуважаемая Феня, – раздался голос Зефира.

Все, кто находился в столовой, повернули головы на звук и увидели мопса, который вернулся в столовую.

– Да, конечно, – закивала Феня, – очень рада, что Черчиль вас пригласил. Мой муж – самый умный на свете, он всегда видит проблему и находит способ ее решить. Но у супруга очень много дел, поэтому кое-какие обязанности возложены на его жену, то есть на меня. Я занимаюсь воспитанием младшего поколения. И лишь сейчас поняла, какую ошибку допустила! Я тщательно слежу за успехами сестер в школе, проверяю, сделали ли они уроки. Но совершенно упустила прививание хороших манер. Они все едят только ложками! Болтают во время ужина! Мафи вытирает нос лапой! Куки использует когти, как вилку! И те, что постарше, не лучше. Зефирка села к столу, не помыв лапки!

– Они совершенно чистые, – возразила лучшая портниха.

– Марсия чавкает, – с отчаяньем воскликнула Феня. – Ну почему я раньше не замечала их плохих манер? В собаке все должно быть прекрасно: и ум, и воспитание!

– Любезная Феня, прошу вас утешиться, – улыбнулся мопс, – то, что расстраивает хранительницу библиотеки и архива, легко исправить!

Феня подняла лапы к потолку:

– Коим образом?

Глава 3

Сплетни

Зефир окинул взглядом стол.

– Мне кажется, что надо положить на стол необходимые приборы. Сейчас я вижу только ложки. И большой нож, которым нарезали хлеб.

– Вы кто? – опешила Мафи.

Зефир улыбнулся.

– Разрешите представиться, я гувернер.

– Гувер кто? – заморгала Жози.

– Гувернер, – повторил мопс, – воспитатель. Тот, кто научит вас красиво есть и еще кой-чему.

– Ой, такого не надо, – объявила Куки, – нам хочется просто вкусно покушать.

– Дорогая, – укоризненно произнесла Феня, – подобные слова говорить неприлично.

– А как прилично говорить? – тут же заинтересовалась Мафи.

– Очень приятно с вами познакомиться, уважаемый Зефир, – подсказала лучшая портниха Прекрасной Долины.

– Но это неправда, – подпрыгнула Жози, – если говоришь «уважаемый», значит, ты собаку уважаешь! Я с кувернером только сейчас встретилась, может, его уважать не за что?

– Куки, – простонала Феня, – Зефир тебя старше. К нему следует почтительно относиться из-за его возраста!

– Значит, надо уважать и овчарку Нюсю, которая уехала жить в село на берегу Соленого ручья? – прищурилась Куки. – Ее жители нашей деревни попросили смыться, потому что Нюся про всех гадости придумывала.

– Ну и ну! – ахнула Муля, которая внесла в столовую большой чайник. – Куки, кто рассказал тебе сплетню?

– Наша учительница по математике зайчиха Зина поведала про овчарку таксе Розе, которая у нас литературу мира людей преподает. Оказывается, Нюся говорила, что у Зины в голове солома, – затараторила Мафи, – но это определенно неправда. У зайчихи и у собаки в голове – мозг!

Пагль постучала себя лапой по макушке.

– Он здесь находится. Овчарка – врунья!

– Невозможно поверить, что учительницы вели при детях подобные разговоры, – удивилась Муля. – И Роза, и Зина умные педагоги, хорошо воспитанные.

– Нет, они болтали у зайчихи дома, – засмеялась Куки, – а мы подслушали.

– Неприлично заниматься подобным делом, – сердито произнесла Феня.

– Зато столько интересного услышишь, – захихикала Жози, – ежиха Катя говорила таксе Оле, что Зефирка плохо сшила брюки коту Персику, он все время жалуется, что обновка ему мала!

Лучшая портниха Прекрасной Долины вскочила:

– Что? Я? Плохо сшила брюки? Персику?

– Ага, – закивала Жози.

Зефирка кинулась к двери и убежала в коридор. Эрик поспешил за женой, говоря на ходу:

– Милая, ты куда?

– Хочется побеседовать с Персиком! – крикнула жена. – Задать ему вопросы.

– Остановись! – занервничал Эрик и помчался за супругой.

Феня всплеснула лапками.

– Жози, посмотри, что ты натворила! Рассказала Зефирке глупую сплетню! А она поверила в нее и полетела к коту!

– Ни словечка не соврала! – надулась мопсишка. – Точно передала слова Кати: «Зефирка отвратительно сшила брюки Персику, они на нем не застегиваются, да еще коротки!»

– Ткань, – начала Мафи, – она… ой… нехорохая!

– Не надо говорить с полным ртом. Пожалуйста, сначала прожуй, а потом рассказывай, – попросила Муля.

– Мафи следует вообще замолчать! – отрезала Феня.

– Пошему? – заморгала пагль.

Глава 4

Зуб пропал

Куки начала смеяться.

– Мафи, ты всегда странно говоришь, но сегодня прямо обхохочешься. «Нехорохая», «пошему» – таких слов нет.

Пагль затрясла головой.

– Ешть! Нехорохая – это нехорохая. Пошему – это пошему!

– Ой, не могу, – веселилась Куки. – «Нехорохая – это нехорохая».

– Разрешите остановить вашу беседу и высказать свое мнение? – тихо произнес Зефир. – Все дело в зубах.

– В чем? – встрепенулась Феня.

– Посмотрите на тарелку милой Мафи, – улыбнулся гувернер, – там лежат два зуба. Думаю, «нехорохая» надо понимать как «нехорошая». А «пошему» является вопросом «почему?».

– Ага, – закивала Мафи. – Ой! Шубы!

– На улице тепло, зачем тебе манто? – округлила глаза Марсия.

– Милая Мафи произнесла «зубы», – уточнил Зефир, – на месте выпавших клыков получились дырки, по этой причине возникла шепелявость!

Пагль быстро схватила клыки, всунула их в пасть и зачастила:

– Зефирка взяла для брюк Персика плохую ткань, самую дешевую. Кот отдал постирать штаны, они стали короче, у́же и вообще ужасно выглядят. Так говорила ежиха. Я личными ухами слышала.

Феня схватила салфетку и начала ею обмахиваться.

– Еще одна любительница незримо участвовать в чужих беседах! Мафи, у тебя меняются молочные зубы. Надо пойти к стоматологу! И слова «ухи» нет! Надо говорить «уши».

– Нет! Ни за что, – испугалась пагль, – у него есть машинка со звуком. И-и-и-и-и, визжит, как Жози. Как услышу, так прямо сердце в желудок падает, а он в пятки рушится. Почему уши? Одно-то ухо! Значит – ухи, когда много. А если уши, то одно ушо!

Феня встала.

– Муля, пожалуйста, вели Мафи завтра же отправиться к дантисту. И запрети младшим сестрам разносить сплетни. Отвратительная забава. Ваше мнение по этому поводу, Зефир?

Мопс вздернул правую бровь.

– Солидарен с вашим мнением. Доктора необходимо посетить. А насчет досужих разговоров… Могу лишь посоветовать щенкам всегда вспоминать истину: «Не верь ушам своим, а верь глазам своим».

– Не поняла, – фыркнула Жози.

– Если ты узнала о ком-то сплетню, то не надо считать ее правдой. Верить можно лишь тому, что увидела лично, – объяснил мопс. – Давайте сыграем в испорченный телефон.

– У нас дома трубка работает, – быстро сообщила Мафи, – ой!

Марсия засмеялась.

– У тебя зуб изо рта выпал и упал на голову Куки.

Пагль повернулась и, прежде чем Куки успела ахнуть, схватила свой клык с макушки сестры и запихнула в пасть.

– Испорченный телефон – веселая игра, – заверил Зефир. – Муля сейчас шепнет на ухо Фене какое- то слово. Старшая сестра услышит речь мамы и тихо скажет это же слово Марсии, та передаст его Куки, она – Мафи, пагль сообщит Жози, последняя …

– Почему я всегда в самом конце? – возмутилась мопсишка. – Хочу первой слушать слово! Или я не играю с вами.

– С удовольствием поменяюсь с тобой, – согласилась Феня. – Начинайте, Зефир.

Мопс приблизил голову к уху Мули, мама прищурилась, потом шепнула что-то Жози, та подпрыгнула на стуле и схватила Марсию за лапу.

– Слушай!

– Тсс, – прошипела лучший стилист, – не кричи. Так, поняла, какое слово. Куки, наклонись.

Через короткое время Мафи начала нашептывать что-то прямо в ухо Фени, потом чихнула и крикнула:

– Все ясно?

Феня вздрогнула, отпрянула в сторону, схватила со стола салфетку, вытерла ухо и объявила:

– Кукуруза!

– Нет! – хором воскликнули все, кроме Зефира.

Мопс посмотрел на Мулю.

– Пожалуйста, назовите то, что я сказал вам.

– Кастрюля, – засмеялась хозяйка Мопсхауса.

– А зачем ты произнесла: «Кактус»? – изумилась Жози.

– Наверное, мама решила пошутить, – захихикала Марсия. – А вот по какой причине Жози заявила: «Календарь»?

– Говорила «Кактус», – начала возражать самая маленькая мопсишка.

– Календарь, – стояла на своем лучший стилист Прекрасной Долины.

– Календарь? – заморгала Куки. – Да ладно! Капуста. Мне так пробормотала Марсия.

– Я четко произнесла «Календарь», – возмутилась сестра, – у тебя уши глухие.

– Сама такая, – быстро огрызнулась Куки.

– Похоже и мой орган слуха болен, – пробормотала Феня. – Кукуруза! Вот что передала Куки.

– Что у тебя в ушах? – вознегодовала Куки. – Тыквобананы там растут?

– Такое ощущение, что в ухе появилась какая-то посторонняя часть, – согласилась Феня, – навряд ли, конечно, тыквобанан…

– Дай посмотреть, – закричала Жози и прежде, чем жена Черчиля сумела вымолвить слово, подбежала к ней, засунула свой нос в ухо старшей сестры и завопила что есть сил: – Там зуб! Феня! У тебя в ушах выросли клыки!

Глава 5

Нашествие мышей

– Ого! Фенюша теперь может ушами жевать, – восхитилась Куки. – Дай-ка глянуть! А что в другом ухе?

– Жози, ты так крикнула, что я оглохла, – затрясла головой хранительница библиотеки и архива.

– Зуб выпал, – разочарованно отметила Куки.

– Он мой, – занервничала Мафи, подняла клык с пола и засунула в пасть.

Зефир кашлянул.

– Прошу всех успокоиться.

– Они врут! – снова начала возмущаться Жози. – Напридумывали свое!

– Нет, – возразил мопс, – все сказали правду. Просто ты не расслышала хорошо то, что шепнула Муля, Марсия же восприняла слово как «Календарь». Для Куки оно стало «Капустой», для Фени – «Кукурузой». Неизменной осталась лишь первая буква «К». Игра «испорченный телефон» отлично демонстрирует, как распространяются сплетни. Один подслушал чужую беседу, не все понял, что-то изменил, передал информацию другому, тот – третьему. И что в результате? Вместо «Кастрюля» – «Кукуруза».

– Добрый день, что у вас случилось? – спросил знакомый голос.

Феня повернулась к двери и обрадовалась.

– Антонина! Как хорошо, что ты пришла!

Чихуахуа кивнула.

– Да, сразу побежала, когда от пуделя Рони новость услышала.

– Выпей какао, – засуетилась Муля.

– С удовольствием, только лапы вымою, – кивнула Антонина и ушла.

В ту же секунду в окне показалась рыжая мордочка кошки Лесси.

– Помощь нужна?

– Только при поедании кексов, – засмеялась Муля.

Лесси легко вспрыгнула на подоконник.

– Сколько лет живем рядом? Сосчитать невозможно. Мы – прекрасные друзья. От меня можно не скрывать беду. Вот!

Лесси положила на стол мешочек.

– Тут триста золотых монеток. Наверное, надо больше, но у нас с мужем нет большого запаса! Предлагаю объявить сбор. Не надо стесняться. С каждым случиться может! Бульдог Аркадий – прекрасный врач, но он дорого берет. Зато потом никаких хлопот. Вот, смотрите.

Кошка подняла верхнюю губу и пощелкала зубами.

– О! Лучше своих!

– Лесси, – изумилась Муля, – зачем ты принесла нам огромное количество денег?

– Вы для меня родные соседи, – вздохнула кошка, – любимые. Прямо заплакала, когда услышала, что Зефирка Мафи зубы выбила! Стукнула ее стулом! Прямо по морде! Клыки дождем на пол посыпались! Знаю, как дорого челюсть чинить. Вот и примчалась с монетками. Собирали на новый трактор, он мужу нужен для обработки нашего поля с картофелегорохом. Но и старый еще работает. Сделайте Мафуне вставные челюсти, прямо сейчас бегите к бульдогу. Поверьте, Аркадий лучший! Вот!

Лесси снова продемонстрировала свои роскошные челюсти.

В столовой стало тихо, потом раздался звук шагов, в комнату вернулась Антонина. Она с порога заговорила:

– Так. Давайте решать проблему. Кто пойдет к начальнику полиции, чтобы объяснить, что Куки просто маленькая, она еще не умеет своими чувствами, эмоциями…

– Неправда, – закричала Мафи, – вообще ложь! Зубы! Мои! Все на месте! Лесси, смотри!

Кошка заглянула в открытую пасть пагля.

– Мафи, ты бесконечно добрая! Понятно, хочешь выгородить Зефирку. Но сейчас я вижу в челюсти проплешины. Несколько клыков отсутствуют.

– Они просто выпали, – возразила Куки. – У Мафи меняются молочные зубы.

– Куки? – попятилась Антонина. – Тебя уже отпустили?

– Куда? – удивилась мопсишка.

– Домой! – ответила чихуахуа.

– Я в Мопсхаусе всегда живу, – растерялась мопсишка.

Мафи оглушительно чихнула.

– Зуб вылетел, – обрадовалась Лесси. – Милая, ты воткнула клыки на место? Но они там не удержатся.

– Куки, – укоризненно произнесла Антонина, – понимаю, ты занервничала, но не очень хорошо сдергивать с Персика брюки в магазине и толкать кота в кадку с солеными огурцами. Он в ней едва не утонул!

Куки приоткрыла пасть, да так и осталась сидеть. Муля вскочила.

– Антонина, кто тебе это наговорил?

– Да все, – ответила чихуахуа, – зашла в магазин, а там толпа обсуждает, как Куки, чуть не утопив кота, унесла его штаны.

– Я сшила прекрасные брюки, – произнесла Зефирка, вбегая в столовую. – Персик их испачкал, отнес в стирку, а енот Лена, владелица прачечной, бросила вещь в машину, не посмотрев на состав ткани. Конечно, шерсть дала усадку, штанишки уменьшились на размер. Вот, смотрите! Знаю, как исправить неприятность, сейчас. Ой! Ой! Кто это?

– Где? – завертела головой Жози.

– Там, у стены, – дрожащим голоском уточнила лучшая портниха, – меховые шары.

– Мыши! – засмеялась Куки. – Они наши друзья!

Меховые шары зашипели, увеличились в размере, вскочили на стол и начали быстро уничтожать еду.

– Это какие-то другие мыши, не наши приятели. Те так себя не ведут, – ахнула Феня. – Надо не пойми кого вежливо попросить уйти. Многоуважаемые гости, уже поздно, хозяева хотят спать. Мы вам дадим угощенье с собой и попросим покинуть наш дом.

Один шар раздулся до размера чайника, открыл рот.

– Мама, – перепугалась Куки, – сколько у него языков! Длинных! Спасайся, кто может.

Марсия кинулась под стол, Зефирка бросилась к дивану, схватила плед, который висел на подлокотнике, и закуталась в него с головой. Что сделали остальные, Жози не увидела, потому что она выскочила в окно, побежала в огород, встала меж грядок со свеклокапустой, сняла с шеи цепочку со свистком и начала дуть в него.

В воздухе запахло озоном, послышался шум, на небе промелькнула тень, она опустилась на дерево яблокогруши.

Глава 6

Вруши

– Добрый вечер, Вильям, – обрадовалась Жози, – как хорошо, что ты услышал меня.

– Рад встрече с тобой, – ответила летучая мышь, – давно не виделись[2]. Чем могу помочь?

– На нас напали твои подданные, – начала жаловаться самая маленькая сестра, – появились ниоткуда, целая толпа! Залезли на стол, едят все, что на нем находится, шипят. И у них много языков! Не один, как у всех.

– А-а-а-а, – протянул Вильям, – ясно.

– Помоги, пожалуйста, – взмолилась Жози, – вели им уйти.

– Твари меня не послушают, – мрачно произнес собеседник.

– Как? Почему? – впала в недоумение мопсишка. – Ты же Мышиный Царь!

Вильям сложил свои крылья и закутался в них.

– Верно, но вруши не мыши, они никому не подчиняются, они сами по себе. Для них нет никаких законов.

– Марсия, Зефирка, – раздался крик Мули, – запирайте погреб, опускайте железные жалюзи. Грызуны наши запасы слопают.

Жози сложила лапки.

– Вильям! Слышал? Они сейчас уничтожат припасы!

– Жаль продукты, – пробормотал Царь, – но овощи, фрукты можно вырастить. Вот с другим проблема.

– Куки забыла закрыть окно в моей спальне, – полетел над садом голос Зефирки. – Мои пуговицы! Тесьма! Все украдено.

– Твоя комната, тебе и ставни захлопывать, – завопила Куки.

– Плохо дело, – нахмурился Вильям, – похоже, вруши уже везде наследили.

– Да кто они такие, эти вруши! – разгневалась Жози. – Гадкие мышатины!

Царь закрыл глаза.

– Неприятно слышать подобные слова.

– Прости, – спохватилась мопсишка, – случайно вырвалось.

– К сожалению, не только ты считаешь врушей моими подданными, – горько заметил Вильям, – те жители Прекрасной Долины, которые их видят, не сомневаются: перед ними граждане страны мышей. А что следует думать, когда глаз замечает серое или коричневое тело, длинный хвост, узкую мордочку. Кто это? Да сразу ясно – мышь! Конечно, не каждый мой вассал хорошо воспитан. Кое-кто прожорлив, вороват, способен залезть в чужой дом, утащить вкусное, что оставили без присмотра…

Вильям тяжело вздохнул.

– Сейчас бы соврал, сказав: «Все мыши умны и никогда ничего не возьмут без спроса». Но, Жози, они тащат только продукты, тряпки, какие-то мелочи. Неприятно, если у тебя пропали кексы, испарилось посудное полотенце. Но маффины можно заново испечь. Большинство жителей Прекрасной Долины хорошо понимают: хулиганят не взрослые, а дети, подростки, и стараются с ними подружиться. Муля накрывает в саду стол для таких безобразников. Юнцы лакомятся и уходят, в Мопсхаусе они не бесчинствуют. А взрослые граждане ценят хорошее отношение твоей мамы к детям, старательно роют у вас на огороде подземные ходы, создают вентиляцию для корней растений. Мои подданные уничтожают комаров, мошек, мух. В Прекрасной Долине граждане живут дружно. Но есть те, кому мир, радость, улыбки как нож острый в сердце. Таков Флор, правитель врушей. Да, они не откажутся от кексов Мули.

– Их все обожают, – закивала Жози.

– Но основную пищу тварей составляют эмоции обитателей Прекрасной Долины, – договорил Вильям. – Понимаешь значение слова «эмоции»?

– Нет, – призналась Жози.

– Любовь, ненависть, радость, горе, печаль, восторг – все это вместе называют одним словом «эмоции», – объяснил Царь. – Они есть положительные и отрицательные. Сообразила?

Жози опустила голову.

– Нет.

– От доброго поступка делается хорошо на душе, от злого – плохо, – растолковал Вильям, – доброта – положительна, злоба – отрицательна. Эмоции существуют парами. Любовь – ненависть, жадность – щедрость, радость – уныние. Вруши обожают самые гадкие эмоции, они ими питаются с огромным удовольствием. В вашей деревне у Синей горы живут две сестры, мопсихи Варя и Нина. Варвара уходит хранить людей на много лет, порой она пятнадцать-шестнадцать годов в своей человеческой семье проводит и возвращается в Прекрасную Долину не потому, что ее тело износилось, а из-за моральной усталости, очень ведь трудно оберегать своих людей, вечно они норовят поскандалить. С Ниной иначе, та через шесть-семь лет делается нездоровой, у нее отказывают лапы, начинаются проблемы с сердцем. Нина ни разу не провела с теми, кого хранит, даже десяти годов. Почему так? По какой причине Варя никогда не болеет, а у Нины постоянные проблемы со здоровьем? Они же сестры, очень похожи, но есть у них одно отличие. Какое? Можешь ответить?

– Варя всегда улыбается, не сердится, никого не ругает, ее все любят, – перечислила Жози. – Нина постоянно кричит, злится, говорит неласковые слова, вот с ней не хотят дружить.

– Верно, – согласился Вильям, – от Варюши идут положительные эмоции, они врушам не нужны. От Нины – отрицательные, и вруши тут как тут. Нина для них – прямо шикарный ресторан. Чтобы блюда в нем не заканчивались, гадкие создания постоянно шепчут мопсихе в уши: «Посмотри, Варе подарили цветы, а тебе – нет!» Или: «Варвару позвали на день рождения, а тебя не пригласили». Собака начинает злиться, скандалить, кто-то ей отвечает, плохие эмоции собираются тучами. Вот он, пир для врушей.

– Почему они так называются? – полюбопытствовала Жози. – Почему не злюши? Или крикуши?

– Потому что самое вкусное для них – сплетни, – поморщился Вильям. – А что такое сплетня? Ложь! Кто-то что-то кому-то сказал, а кто-то услышал, дальше передал, но переделал сведения на свой лад.

– Кастрюля – кукуруза, – подпрыгнула Жози, – мы играли в испорченный телефон!

– Да, дорогая, прекрасное сравнение, – обрадовался Вильям, – сплетни подобны детской забаве под таким названием, но никакой радости от них нет. Но если к вам прибежали вруши, значит, в доме есть сплетник!

– Да, мы немного поболтали, – всхлипнула Жози, – но вруши молчали, только шипели. Они не умеют разговаривать?

– Еще как умеют, – поморщился Мышиный Царь, – просто в Прекрасную Долину, как правило, десантируются дети, они полагают, что испугают всех, если станут издавать странные звуки. Малыши всегда прибегают первыми. Если сразу не принять меры, может случиться беда.

– Как их прогнать? – пролепетала Жози.

– Вам надо побеседовать с котом Бастианом, он подскажет, как попасть в город врушей, – посоветовал Вильям.

– Зачем нам туда? – испугалась мопсишка.

– Сейчас объясню, – спокойно продолжил Мышиный Царь, – слушай внимательно. В городе врушей встретите того, кто…

Глава 7

Сборы в поход

– На дворе ночь, – произнесла Куки и зевнула, – спать очень хочется. Но боюсь глаза закрыть! Вдруг вруши в кровать залезут!

– Все в деревне начали ссориться, – печально произнесла Мафи и всхлипнула.

– Ой, – испугалась Жози, – перестань!

– Что я не так сделала? – надулась пагль.

– Зажми лапками пасть, не произноси ни слова, только слушай! – приказала Жози.

– Самая маленькая мопсиха не имеет права командовать нами! – заявила Марсия.

– Если вы меня не выслушаете, вруши сначала захватят деревню у Синей горы, потом разбегутся по всей Прекрасной Долине, – с отчаянием воскликнула Жози, – и нашей страной начнет править Флор! Дайте мне рассказать, что Вильям объяснил.

Марсия встала.

– Ночь настала, в саду сыро, пойду спать. Жози, советую тебе перестать читать сказки. На свете есть лишь одна вруша, это ты! К нам пришли обычные мыши. Феня и Антонина разбросали по моим указаниям в саду ветви лимоно-апельсина. Грызуны терпеть не могут их запах. И еще ими застелили полы в комнатах. Где находилась Жози, когда все работали? Она якобы беседовала с Мышиным Царем! Ха!

– Ты забыла, как Вильям помог нам? – обомлела Жози.

– Ну, я-то не находилась в гимназии бульдога Именалия, – фыркнула Марсия, – и хорошо знаю: если предстоит утомительная работа, ну, например, нарезать стебли лимоноапельсина, аккуратно их разместить на большой площади, то все идут трудиться. А где Жози? Ее найти не могут. Самая маленькая мопсиха появится тогда, когда все будет сделано, и закричит: «Ой! Почему меня не позвали?!» И сегодня тоже так получилось.

Марсия встала со скамейки и убежала.

– Ее и правда тогда с нами в ужасной школе не было[3], – заметила Куки, – а я помню Вильяма.

– Почему мне надо молчать? – обиженно спросила Мафи.

– Потому что ты собралась заплакать, – пояснила Жози, – сказала: «Все в деревне начали ссориться», и давай всхлипывать. Слезы приманивают врушей. Вильям посоветовал действовать как можно быстрее. И ни в коем случае не спорить, не скандалить, не врать, не сплетничать, не бояться, не плакать, не унывать. Надо смеяться…

– Ха-ха-ха, – во весь голос закричала Мафи.

– Тише, – шикнула Жози, – вопишь, как слон!

– Сама только что велела смеяться, – возразила пагль.

– Но не орать же! – возмутилась самая младшая сестра.

Мафи опустила хвост.

– Тебе не угодить, зачем вредничаешь?

Куки показала лапкой на куст ежемалинки:

– Ветки шевелятся. Мафуня, замолчи!

Мафи зажала пасть лапами.

– А сейчас не двигаются, – обрадовалась Куки, – наверное, ветер пробегал.

– Вильям посоветовал прямо сейчас бежать к коту Бастиану, он нам поможет, подскажет дорогу в город врушей. Идти одной нельзя. Мафи, Куки, вы со мной? – спросила самая маленькая мопсиха.

– Да, – ответили сестры.

– Нас трое, – быстро посчитала Жози, – Вильям говорил, что отряд должен состоять не меньше чем из пяти членов, иначе опасно. Кто у нас еще есть?

– Муля, Феня, Зефирка, Антонина, Эрик, Марсия, – перечислила Мафи, – еще Дёмочка.

– Муля и Феня должны остаться дома, – протянула Жози, – Дёма совсем малыш, он не в счет. Марсия мне не поверила.

– Эрика нет, – вспомнила Куки.

– Куда он делся? – удивилась Жози. – Зефирка и Эрик – муж и жена, всегда ходят рядом, держатся за лапки.

– Они с Зефиркой поругались, – завздыхала Мафи, – никто не знает из-за чего. Эрик обиделся и убежал.

– Какая плохая новость! – ахнула Жози. – Это вруши! Они начинают нашу семью на куски разламывать. Эрик мог бы нам помочь, он сильный и умный!

– Но его нет, – пробормотала Куки. – Марсия нам не поверила, ушла спать.

– Возьмем Зефирку, – решила Жози.

– Она медленно ходит, – возразила Мафи.

– Ничего, – остановила пагля Куки, – все равно пригодится. И есть еще Зефир.

– Ковернер? – уточнила Мафи. – Он не член нашей семьи! Чужой! Мы вообще его не знаем.

– Ты права, – закивала Жози, – давайте сложим рюкзаки, да побыстрей, не так медленно, как это делает Капитолина!

– Капа! Мы про нее забыли! – заликовала Мафи. – Вот кто нам нужен!

Жози опустила голову.

– Она захочет стать начальницей отряда.

– И правильно, – закивала Мафи, – у нашего лучшего ювелира ум, опыт и мозг вот тут.

Пагль постучала себя лапкой по макушке.

– Надо будить Капитолину, – согласилась Куки. – Жози, твое мнение?

Самая маленькая мопсишка молча кивнула.

– Ой! – зашептала Мафи. – На крыльцо залез кто-то! Большой! В свете луны его видно!

– Вруша, – обомлела Куки.

– Мы не ссоримся, – залепетала Куки, – и не ругаемся из-за того, кто станет главным. Сразу решили – руководитель Капитолина. Да? Жози?

Мопсишка встряхнулась так, словно вылезла из бассейна.

– Точно, – быстро произнесла она, – без Капитолины никак. Она умнее меня. Я не смогу вами руководить. Не сейчас. Вот подрасту, тогда, наверное, возглавлю поход. А сегодня нет!

– Там не враг, – радостно отметила Мафи, – там здоровенная корзина, с которой мама за ежемалинкой ходит.

– Времени у нас мало, – опомнилась Жози. – Вильям объяснил: ночью жители Прекрасной Долины в основном спят, судачить они не станут. А тех, кто даже после ужина посплетничать захотят, очень мало, они много вруш не приманят, и противные создания набьются в дома тех, кто другим кости перемывать сейчас решат. Улицы останутся свободными, нас не заметят. Поступим так. Я разбужу Капитолину и Зефирку, Куки и Мафи пока соберут рюкзаки, и вперед, к коту Бастиану!

Глава 8

В гостях у Бастиана

– Что стряслось? – спросил кот, одетый в теплую пижаму. – Если ко мне приходят ночной порой гости, значит, случилась беда.

– Дело спешное, – ответила Жози. – Нас к вам отправил Мышиный Царь Вильям.

Бастиан поднял лапу.

– Друзья моего друга – мои друзья, входите. Жози, Куки, Капитолина, Мафи, я узнал вас. А кто еще там стоит? Большой, весь закутанный в одеяло? И в шапке?

– Зефирка, – засмеялась Мафи, – она, если не выспится и не поест после того, как ее разбудили, всегда трясется от холода. Правда?

– М-м-м, – пробормотала лучшая портниха Прекрасной Долины.

– Садитесь, – велел Бастиан, – рассказывайте, что произошло. Окна закрыты ставнями, никто вас не увидит и не услышит. Кто главный?

Все показали на Капитолину.

– Правильный выбор, – одобрил Басти. – Говори!

– Меня выбрали руководителем, – подтвердила лучший ювелир, – но ситуацию лучше объяснит Жози, она первый помощник.

– Не рано ли ей тебя замещать в случае непредвиденных событий в походе? – удивился Бастиан.

– Жози справится, – кивнула Капитолина. – Рассказывай, дорогая.

Пока маленькая мопсишка рассказывала о врушах, Мафи украдкой рассматривала кухню, в которой они сейчас находились. Помещение оказалось маленьким, в нем уместились лишь плита, рукомойник, стол и стулья. Совсем не похоже на место, в котором распоряжается Муля. У мамы прямо зал! Чего в нем только нет! И наборы кастрюль-сковородок-ножей, и шкафы со специями, и банки с мукой, крупами, и овощерезка, и огромные ковши для варки варенья… А еще там есть дверь, она ведет в кладовку, в ней хранятся варенья, соленья, овощные консервы. У Бастиана же чайник и пара сковородок. Все. Пусто у кота там, где готовят еду. Единственное украшение: два портрета на разных стенах. Слева полотно с изображением красивой кошки в голубом платье, на шее у нее висит необычный медальон в виде бутылочки. А слева симпатичная кисонька в одежде того же цвета, у нее бусы из жемчуга. Жози замолчала. В тот момент, когда самая маленькая мопсиха перестала говорить, Мафи не сумела сдержать любопытства, из ее пасти сам собой выпал вопрос:

– А это кто?

Бастиан посмотрел на пагля:

– Тебя заинтересовали картины?

– Ага, – ответила Мафи.

– Дорогой Басти, – быстро заговорила Капитолина, – не обижайтесь на Мафуню, она пока не научилась управлять своими желаниями, поэтому сейчас и повела себя неподобающим образом.

– Все наоборот, уважаемая Капитолина, – возразил хозяин дома, – в любом походе вам понадобятся честность, открытость, искренность, доброта. И любопытство не помешает, если только у любопытствующего нет цели узнать что-то о жителе Прекрасной Долины, а потом начать сплетничать на его счет, да еще и привирать. На картинах моя жена Элли и сестра Кэт. Две кошки, которых я люблю всем своим сердцем. К сожалению, их нет.

– А где они? – пропищала Куки.

Капитолина ущипнула сестру за бок.

– Ой, – взвизгнула Куки. – Кто мне больно сделал?

– Вопросы делятся на две группы, – прошипела Капитолина. – Приличные, например: «Уважаемый Бастиан, как вам удается вырастить такие большие бананолимоны? Сделайте одолжение, поделитесь со мной своим опытом». И неприличные вопросы, их, как правило, задают плохо воспитанные собаки и кошки. Например: «Какое количество золотых монеток вы накопили?» Поинтересоваться, сколько у Куки денег, может… ну… например, Федор, торговец машинами. Ты приходишь к нему с желанием приобрести автомобиль, а Федя спрашивает: «Размер твоей копилки?» Он не проявляет любопытство, продавцу необходимо знать количество средств у покупателя, чтобы предложить ему автомобиль по карману. Или белка Люда говорит: «Назови свой вес». В этом случае тоже интерес оправдан, Людмила – врач. А вот когда ты задаешь вопрос: «Какую цифру видит на весах енотиха Катя?», то это одно любопытство!

Мафи опустила голову.

– Ну… я не хотела Бастиана обидеть. Просто интересно, где его семья? В мире людей?

Капитолина закатила глаза.

– Мафуня! Ты ничего не поняла из моих объяснений?

Мафи кивнула.

– Я хорошо разобралась. Есть приличные и неприличные вопросы. Но мне просто любопытно!

Капитолина раздула щеки, вздыбила усы, развернула хвост в прямую линию.

– Капа, не сердитесь, – улыбнулся Бастиан, – ваш отряд состоит в основном из детей, а им трудно всегда вести себя так, как велят взрослые. Мафи, увы, я не знаю ответа на твой вопрос. К сожалению, две мои самые любимые кошки оказались не способны поладить друг с другом. Кэт постоянно делала замечания Элли, говорила: «Ты в наш дом пришла, здесь я хозяйка, изволь вести себя так, как мне хочется. Не ставь чайник на стол! Наливай напиток в чашки на кухне и приноси в комнату на подносе!» Элли отвечала: «Я жена Басти, мы с ним пара. Теперь я в доме хозяйка. И буду вести себя так, как я хочу! Принесу в столовую чайник». По любому поводу они спорили, потом дело, похоже, до драки дошло. Вернулся я с работы, ни жены, ни сестры нет! На кухне разгром, все расшвыряно, на плите сковородка с обгорелой картошкой… Где они? Что с ними?

Бастиан опустил голову.

– Сейчас только сообразил. Не зря Царь Вильям вас ко мне направил!

Глава 9

Где Элли и Кэт?

– Да, да, да, – закивала Жози, – я спросила, как попасть в город врушей. Мышиный Царь ответил: «Вам надо побеседовать с котом Бастианом».

– Поэтому мы и прибежали к вам! – дополнила Капитолина. – Вы точно знаете дорогу к врушам!

Бастиан почесал лапой голову.

– Понятия не имею, как к ним попасть. Однако спасибо Вильяму, он прислал вас ко мне, чтобы я узнал, где Элли и Кэт. Они вечно ругались, из-за этого попали в город врушей! И как я сам не догадался!

– Всегда знала, что от мышей одни проблемы! – в сердцах воскликнула Капитолина. – Шныряют везде, засовывают свои носы повсюду, грязь разводят! У Пети, ротвейлера, от них в магазине полное безобразие! Скинули на пол…

– Капа, ты все видела сама? – попытался остановить речь лучшего ювелира Бастиан.

– Нет, – отмахнулась командир отряда, – мне о бесчинствах рассказала борзая Жанна, а ее в курс дела ввела зайчиха Аня. Мыши разгромили лавку! А теперь их Царь отправил нас к Бастиану! Похоже, он решил поиздеваться! Кот ничего не знает!

– Вероятно, Вильям хотел с вашей помощью дать мне понять, где находятся Элли и Кэт, – тихо ответил Бастиан. – Спасибо, что пришли. Самое страшное – неизвестность. Сейчас мне стало легче, а то прямо измучился, думал о судьбе моих любимых. Теперь понял, где они, стану размышлять, как жену с сестрой выручить!

– Следовало взять веник и наподдать своим любимым, – пошла вразнос Капитолина, – а потом объяснить: нельзя ругаться в доме. И опять метлой их! Если не утихнут, еду отнять!

– Капа, – занервничала Мафи, – успокойся, пожалуйста!

– Не тебе старшим замечания делать, – фыркнула Капитолина, – сначала научись пользоваться вилкой! Уф! У кота в доме невозможная духота! Уф! Дышать нечем! Уф! Выйду в сад, постою минут пять, потом вы ко мне присоединяйтесь, и вернемся домой! Глупая затея, искать город врушей! Она лишь неразумным собакам, таким, как Куки и Жози, в голову взбрести может. Уф! Смотрите на часы, жду вас через пять минут!

Лучший ювелир Прекрасной Долины умчалась. В комнате воцарилась тишина.

– Что с ней случилось? – нарушила молчание Жози.

Бастиан поднял лапу.

– Давайте не осуждать вашу сестру. Она нервничает, поэтому и потеряла самообладание.

– Значит, вы не знаете, как попасть в город врушей? – уточнила Жози.

Кот опустил голову.

– Понятия не имею. Но сейчас подумал: Элли и Кэт ругались, грубили друг другу, налетали на меня, каждая кричала: «Немедленно выгони ее». Наверное, Вильям хотел, чтобы я рассказал вам про свою семейную беду. Для чего? Это же дорога в город врушей! Способ попасть туда – скандал и драка.

– Странно, что мы не подумали: зачем нам шагать к врушам, – занервничала Мафи. – Жози, ты спросила об этом у Вильяма?

– Да, – протянула самая маленькая мопсиха, – он ответил: «В городе врушей вы встретите того, кто вам поможет и наведет порядок не только в деревне у Синей горы, но и повсюду. Только вам придется его поискать». Потом повторил: «Идите к Бастиану, он подскажет путь» – и исчез, имени того, кто все уладит, не назвал.

– Как можно искать того, не зная кого? – заморгала Мафи.

– Вильям всегда говорит загадочно, – вздохнула Жози. – В гимназии Именалия я решила, что он мне какую-то ерунду сообщил. А потом выяснилось: все правда. Мышиный Царь видит будущее. Наверное, Бастиан прав. Путь в город врушей откроется, если мы поскандалим. Как думаете? А?

– Зефирка, почему ты все время молчишь? – удивилась Куки.

Лучшая портниха Прекрасной Долины начала кашлять и тоже умчалась из комнаты в сад, как Капитолина.

– До свидания, Бастиан, – тихо попрощалась Жози, – мы начнем искать путь к врушам. Если Элли и Кэт там, мы найдем их и постараемся вернуть домой.

Бастиан сдернул со стола салфетку и уткнулся в нее мордочкой.

Жози быстро обняла кота.

– Не плачь! Все будет хорошо!

Глава 10

Сумки на тропинке

– Зря ты ему все это наговорила, – укоризненно заметила Куки, когда они с Жози вышли в сад Бастиана. – Вспомни слова Черчиля: «Никогда не давай обещаний, которые не сумеешь выполнить».

– Так жаль кота стало, – зашептала Жози, – остался один, где жена и сестра, не знает. Захотела его приободрить.

– Ага, – протянула Куки, – теперь он станет ждать, что мы ему кошек вернем.

– Если встретим Элли и Кэт у врушей, то постараемся так сделать, – произнесла Жози. – Где Капа? И Зефирки нет!

– Наверное, они пошли домой, – предположила Куки.

– Без нас? – удивилась самая маленькая мопсишка. – Странно.

– Капа разозлилась на Бастиана, – начала объяснять Куки, – сказала ему грубые слова. Наверное, ей теперь стыдно, вот и удрала. А Зефирка просто спит на ходу. Делать нечего, возвращаемся в Мопсхаус.

Собачки медленно пошагали по тропинке, продолжая вести беседу.

– Зефирка сегодня сама на себя не похожа, – заметила Жози, – обычно она не сидит с закрытым ртом.

– У нее на все имеется свое мнение, – захихикала Куки. – Как пойдем домой? Через лес или по полю?

– Конечно, между деревьями, – объявила сестра, – так намного короче.

– Мама всегда говорит: «После того, как стемнело, не бегайте по деревне и не вздумайте идти в лес», – протянула Куки.

Жози остановилась.

– Мы уже ее не послушались! И как нам спасти деревню у Синей горы от врушей, если будем сидеть дома?

Куки тоже притормозила.

– Но ведь сейчас мы возвращаемся в Мопсхаус!

– Угу, – мрачно согласилась Жози, – и поступаем неправильно. Дорога в город врушей существует!

– И где она? – заморгала Куки.

– Идем через лес, – распорядилась Жози, – и не спорь! Капа назначила меня своим заместителем.

Куки молча пошагала по тропинке, самая маленькая мопсишка ринулась за сестрой.

– Дорога есть!

Куки молча кивнула.

– Она существует, – не утихала Жози.

Куки зевнула.

– И как ее найти? А? Ой! Смотри!

– Что? – завертела в разные стороны головой Жози. – Кто?

Куки попятилась.

– Впереди, прямо на тропинке! Видишь?

Самая маленькая мопсиха приоткрыла пасть.

– Да!

– Эй, – раздался сзади голос Мафи, – почему меня не подождали? Вас только двое? Куда подевались Капитолина и Зефирка?

Куки и Жози одновременно показали лапами вперед.

– Там!

– Что? – полюбопытствовала пагль. – Ой-ой! На дороге лежит рюкзак Капы! И очень старая сумка Зефирки! А-а-а! Сообразила! Понять не могла, что меня удивило, когда лучшая портниха с нами пошла! Ее торбочка!

– Почему? – прошептала Куки.

– Зефирка постоянно шьет себе новые сумки, – ответила Мафи, – она прямо жить без них не может! Старые прячет в свою гардеробную.

– Да у нее теперь есть целый домик во дворе, – развеселилась Жози, – шесть комнат. Я спросила: «Зачем тебе столько?» А она ответила: «Храню там только самые нужные вещи: старые, совсем старые, совсем-совсем старые, древние, те, что стану носить, когда похудею, и отдельное помещение для сумок и обуви». Зефирка не способна ни одну свою вещичку выбросить.

Мафи подняла матерчатую кошелку.

– Даже эту, которая у нее считается самой нелюбимой. Зефируша Муле ее отдала, мама в торбочке хранит упаковки перчаток для работы в огороде. Сумка не в домике-гардеробной, она в кладовке при кухне висит. Странно, что сестра именно ее взяла с собой, собираясь в поход.

– Капа оставила свой рюкзак, – испугалась Куки, – я ей его подарила на день рождения. Специально заказала! В нем снаружи сто карманов разного размера, а внутри два огромных отделения. Капа всегда основательно собирается в путешествие. Все возьмет: лекарства, еду…

Куки открыла рюкзак.

– Во! Подушку свою прихватила!

– Странно, странно, – затвердила Мафи, – Зефирка пошла с нелюбимой торбочкой, а Капа бросила все необходимое в походе.

– Ожерелье! – закричала Жози. – На ветке! Наверх смотрите! На дубоберезу!

– О-о-о! – простонала Куки. – Высоко висит! Жози, как ты его заметила?

– Сама не знаю, – воскликнула мопсишка.

– Важнее понять, каким образом украшение Капы оказалось на дереве, – задумчиво произнесла Мафи, – Капитолина его обожает. Оно с мелкими кусочками камня Маюрми, который ей подарил мопс Лаки. Капа сделала колье, поместила чудесный кристалл в центр и подарила изделие маме, но, когда ювелир обрабатывала Маюрми, остались крохотные осколочки. Капитолина украсила ими ожерелье, которое теперь носит сама. Наверное, она его и на ночь не снимает!

– Интересно, Лаки женится на Капе? – поинтересовалась Куки. – Он ее постоянно в кино приглашает, на прогулки, но дальше дело не идет.

– Сейчас интереснее иное, – перебила ее Мафи. – Как украшение Капы очутилось на ветке?

– Сестра залезла на дубоберезу и оставила ожерелье, – закричала Куки.

– Вот уж глупость тебе в голову взбрела, – засмеялась Жози, – лучший ювелир карабкается по стволу? Да она никогда даже на первую ветку не заберется!

– По-твоему, я глупая? – рассердилась Куки. – Да?

– Ага, – подтвердила Жози.

– Сама такая, – завопила Куки и схватила самую маленькую мопсишку за шкирку.

– Ой, больно, – взвизгнула та и стукнула обидчицу.

Куки не осталась в долгу и укусила Жози за ухо.

Собачки начали драться. Мафи, которая уже успела повесить себе на спину рюкзак лучшего ювелира, а на шею сумку Зефирки, бросилась разнимать сестер. Но те кричали друг другу злые слова и не хотели прекратить бой.

У Мафи ослабели лапы, голова закружилась, глаза закрылись.

«Надо отдохнуть», – подумала пагль, и в ту же секунду кто-то больно стукнул ее по затылку.

Глава 11

Жгучие кусты

– Уважаемая Мафи, как ваше самочувствие? – осведомился тихий голос.

Пагль открыла глаза, села, увидела Жози, которая сидела на траве, и Зефирку, по-прежнему закутанную в одеяло, в шапке на голове. Она почему-то стояла в кустах.

– Это ты ударила меня по голове? – изумилась Мафи, глядя на старшую сестру.

– Конечно, нет, – возразила лучшая портниха, – вы упали с неба прямо перед моими лапами и стукнулись затылком о землю.

Мафи начала ощупывать свою голову.

– Ну и ну! У меня шишка размером с ананасогрушу.

– Следует приложить к ней что-то холодное, – посоветовала Зефирка, – вон там ручей, в нем, наверное, лежат камни. Возьмите один, используйте его как источник холода.

Мафи поспешила в указанном направлении.

– Умойтесь, – крикнула ей вслед Зефирка, – а еще лучше окунитесь целиком, только не пейте воду, вдруг она не пригодна для приема внутрь.

Мафи подбежала к ручейку.

– Он мелкий. Поплавать не получится. Брр! Холодно! Ух! Прямо ледяная вода! Спасибо тебе, голова прошла.

Встряхиваясь на ходу, Мафи вернулась к Зефирке.

– Где мы?

– Точно не знаю, но думаю, неподалеку от города врушей, – тихо ответила сестра. – Я забеспокоился, когда Капа убежала из дома Бастиана. Нашел повод выйти во двор, увидел мопсиху, поинтересовался…

– «Забеспокоился, вышел, увидел», – перебила лучшую портниху Мафи, – ты сейчас ведешь рассказ, как Черчиль!

– Слишком лестное для меня сравнение, – прогудела лучшая портниха. – Черчиль – самый умный мопс Прекрасной Долины.

– Дело не в уме, – пробормотала пагль, – девочки произносят: «вышла, увидела…» А ты сейчас говоришь как мужчина. И… почему называешь меня на «вы»?

Мафи посмотрела на фигуру, закутанную в одеяло.

– А ну, покажи свои лапы.

Из-под пледа высунулась одна конечность.

Мафи отшатнулась.

– Бежевая шерсть! Ты не Зефирка! Немедленно назови свое настоящее имя!

– Тсс, – раздалось из кустов, – собака, не кричи! Иначе попадешь в тюрьму.

Пагль отпрыгнула в сторону.

– Кто еще тут?

Из зарослей высунулась лохматая мордочка, потом ветви раздвинулись, появилось круглое тело, одетое в рубашку и широкие брюки.

– Вруш, – обомлела Жози.

– Точно, – подтвердил незнакомец, – только не кричите. На звук прибегут королевские стражники, вот тогда всем плохо придется. Меня выдадут замуж за Себастиана! А вас засунут в клетку!

– Ты девочка? – растерялась Жози.

– А ты общаешься только с мальчиками? – задала свой вопрос вруша.

– Стараюсь дружить со всеми, – возразила Жози. – Просто у тебя одежда, как у паренька.

– Вы лучше сначала мопса освободите, – посоветовала вруша, – ему сейчас больно. Еще хорошо, что он в шапке и в одеяле. А то бы уже плакал.

– Почему? – пропищала Жози.

– Много вопросов задаешь, – скривилась вруша, – просто раздвинь ветки, которые собаку окружили, тогда она сумеет выйти из кустов!

Самая маленькая мопсиха подбежала к растению, схватила один побег, отбросила его и заплакала:

– Ой-ой-ой!

Мафи кинулась к рыдающей сестре и села около нее.

– Скорей покажи, где больно?

Жози вытянула лапку и прошептала сквозь слезы:

– Вот.

– Ана! – громко произнес кто-то. – Ана!

Мопс, который живо выскочил из зарослей, скинул с себя одеяло и шапку.

– Какие ожоги! – ахнула Мафи и начала дуть на раны.

– Быстро к ручью, – скомандовал мопс, – надо прополоскать болячки.

– У Капы в рюкзаке точно есть мазь, – сообразила Мафи. – Жозенька, мы сейчас тебя вылечим.

Пагль побежала к вещмешку, остановилась, обернулась и громко икнула:

– Ик! Зефир! Ну и ну!

Глава 12

Правило добрых дел

– Да, это я, – согласился гувернер.

– Как вы сюда попали? – изумилась Мафи. – И почему я вас сразу не узнала? Перепутала с Зефиркой, она тоже не худенькая, но не такая толстая, как ковернер.

Мопс улыбнулся.

– Гувернер. Согласен, меня нельзя назвать стройным. Скорей уж я корпулентный!

– Просто толстый, – всхлипнула Жози, которая старательно полоскала лапки в ручье.

– Видите ли, уважаемая Жозефина, слово «толстый» имеет отрицательный окрас, – заговорил Зефир. – Говорят: «толстый», а про себя думают: «жирный, неповоротливый, обжора». Не спорю, лишний вес чаще всего возникает от неуемного аппетита. Но порой он – следствие болезни или обусловлен генетически. Мой отец и мать имели лишний вес, от родителей и я получил большой объем. Ну и мало двигаюсь. Произнося «толстый», вы можете обидеть жителя Прекрасной Долины. А слово «корпулентный» означает крупный. Вроде тоже толстый, но такое слово никого не…

– Где Зефирка? – перебила мопса Жози.

– Отлично помню, как будила ее, – добавила Мафи.

– О нет, вы подняли меня, – объяснил Зефир. – Муля хотела уложить гувернера в комнате для гостей. Но там хлипкая кровать оказалась, я сел на нее, и ножки у мебели сломались. Конфуз! Так неудобно: Эрик пошел извиняться перед хозяйкой, в коридоре столкнулся со своей тезкой, рассказал ей, в какое неприятное положение попал. Лучшая портниха сказала, что муж Эрик позвал ее на ночную рыбалку. Я могу лечь в ее спальне, а завтра все уладится. Зефирушка помогла принести из гостевой одеяло, подушку, постельное белье и ушла. Я лег! Потом пришли вы.

– Вы не ковернер! – закричала Жози. – А…

Вруша бросилась к мопсишке:

– Тсс! Хочешь помочь друзьям?

Жози яростно закивала.

– Тогда говори шепотом, – велела местная жительница, – на любой крик, гнев, злость, скандал прилетят стражники правителя Флора. Да и простые жители тоже не упустят момента, чтобы поймать шпиона Прекрасной Долины. За ваши головы можно получить новый красивый дом, из пещеры в него перебраться. И подняться в титуле.

– Ничего не поняла, – выдохнула Жози.

– Потом объясню, – пообещала вруша. – Вы хоть знаете, куда попали?

– Да, – ответила Мафи, которая старательно намазывала лапки сестры мазью от ожогов, – когда найдем Капу, расцелую ее во все щеки. Она полную аптечку прихватила. Как тебя зовут?

– Софи, – представилась вруша.

– Почему ты нам помогаешь? – всхлипнула Жози.

– В городе жить плохо, – вздохнула Софи, – хочу вернуться домой, искупаться в речке Апельсинке! Вода так приятно пахнет.

– Постой, ты из Прекрасной Долины? – обомлела Мафи.

Софи кивнула.

– У нас не живут вруши, – отрезала Жози, – не верю тебе. Если ты и впрямь из нашей страны, то никогда бы не велела мне жгучие ветки лапками хватать! Зачем ты так поступила? Мне очень больно!

– Слишком много вопросов, – покачала головой вруша, – отвечу на все. Но вы же пришли сюда не для того, чтобы со мной беседовать? Хотите найти своих?

– Точно, – согласилась Мафи.

– Многоуважаемая Софи, – завел Зефир, – почему вы сейчас не в городе, а в лесу? Насколько мне известно, простая вруша, не стражник, не принцесса, не княгиня, не может выходить из города без особого пропуска. Предвидя ваш справедливый вопрос: откуда я настолько осведомлен, сразу отвечу. Мое главное и единственное увлечение – книги. В особенности я радуюсь находке древнего издания. Левретка Марго, букинист, всегда сообщает мне, если в ее лавку поступает нечто интересное. Пару лет назад в мои лапы попал очень старый том, творение автора, который писал под псевдонимом Кошкин. Оно называется «Жизнь и побег». Какая-то собака, натворив много плохого, оказалась в городе врушей. И ей удалось убежать. Я с интересом изучил издание и узнал массу подробностей о неизвестном мне народе.

– Вы правы, – согласилась Софи. – Я не простая горожанка и хочу вернуться в Прекрасную Долину.

– Значит, правило добрых дел работает? – уточнил Зефир.

– Да, – кивнула Софи, – если совершишь подряд десяток хороших поступков. Подряд! Не перемешивая их с плохими! То тебя объявят врагом города и бросят на самый нижний уровень!

– А там есть тайный проход в Прекрасную Долину, им и воспользовался автор книги, – закивал Зефир. – Вы, наверное, читали произведение.

– Нет, нет, честное слово нет, – испугалась Софи, – даже не слышала о нем. За такую литературу можно угодить в каменное озеро.

– Озеро может стать каменным? – удивилась Жози.

– Вода густая, как желе, – поежилась Софи, – того, кто совершил преступление против Флора, опускают в нее по шею. Голова снаружи остается. Жидкость тебя обхватывает и становится твердой, можно простоять там много- много лет. Судья у нас сердитый, может и на пару тысячелетий наказать.

– Ужас, – испугалась Жози, – нам надо найти Капитолину! С ней стряслось что-то плохое, раз она бросила свой рюкзак. Софи, однако, ты охотно отвечаешь на вопросы.

– Да, – кивнула вруша, – у меня уже сделано девять добрых дел. Вы окажетесь десятыми. Появляется крохотный шанс на спасение.

– Интересно, почему тогда тебе пришло в голову причинить мне боль? – снова спросила Жози. – Как подобное может считаться добрым делом?

Софи сложила лапки на груди.

– В городе врушей нельзя никому верить. Сказать могут что угодно. Поэтому жители во время беседы часто восклицают: «А теперь сама попробуй, посмотри, потрогай…» Ну и так далее. Нафантазировать можно много всякого. А вот потрогать, увидеть, укусить лишь то, что реально существует. Зефир стоял молча, он не плакал.

– Рыдать взрослому псу как-то странно, – заметил мопс, – я ведь не щенок. И сначала не чувствовал ничего дурного, растение просто вцепилось колючками, не выбраться. Но потом стало жечь. И я понял: одеяло, в которое я закутан, меня защитило, а теперь оно пропиталось ядом. Затем возникли неприятные ощущения. Но хорошее воспитание велит не лить слез прилюдно.

– Ты терпел адскую боль из хорошего воспитания? – подпрыгнула Мафи. – Тогда я очень рада, что им не обладаю, могла бы в этом кустарнике визжать и рыдать.

– Я испытывал схожие желания, – признался Зефир. – Спасибо Жози, которая меня спасла. В противном случае я мог и не выдержать. Софи, у вас есть мысли о том, где может сейчас находится Капитолина? И куда подевалась Куки?

Глава 13

Гостиница

– Скорей всего их схватила стража, – вздохнула Софи, – давайте я отведу вас тайными тропами к гостинице. Наверное, они там!

– У вас есть отель? – удивилась Мафи.

– Там плохо и неуютно, – скривила мордочку Софи, – нет мебели, не кормят. В гостинице сидят до тех пор, пока судья Томас не придет и не назначит наказание.

– Тогда нам туда не надо, – возразила Мафи, – мы хотим вызволить Капу, а не сидеть вместе с ней!

– Я же не сказала: отведу вас в гостиницу, – перебила пагля Софи, – я по-иному выразилась: к гостинице! По дороге нельзя разговаривать и лучше не думать.

– В моей голове всегда мысли есть, – призналась Мафи, – разные. Например: красивое платье у Фени, надо выучить стих на языке людей, куда я задевала ключ от шкафа… И так без перерыва!

– Ты пой про себя песенку, – посоветовала Софи, – назойливую. Тогда в твоей голове зазвенит лишь мелодия. «В огороде огурцы, а в колодце вода, не придет она сама в огород. Ну-ка, Мафи, быстрей, огурцы ты полей…» Знаешь такую? В нее имя ребенка вставляют.

– Она любому знакома, – засмеялась Жози, – все мамы ее на ночь малышам поют, длинная такая, сто куплетов. Ни разу всю до конца не выслушала, всегда на середине засыпаю.

– Пошли, – велела Софи. – Зефир, вы сумеете поднять крышку?

– Смотря какую, – предусмотрительно ответил мопс.

Софи подошла к большому камню, сняла с шеи цепочку, на которой висел медальон, и приложила его к выемке в валуне. Глыба медленно отъехала в сторону.

– Ого! – восхитилась Мафи. – Лестница!

– Мы спустимся в необитаемое подземелье, – объяснила Софи, – доберемся до моего дома незамеченными. Зефир, идите первым.

– Слушаю и повинуюсь, – ответил мопс и пошел к отверстию.

– Ой, совсем забыла, – воскликнула Софи. – Мафи, можешь наполнить фляжку водой из озера? Только не из ручья, где Жози лапку мыла. Заодно и напьешься. Вдруг нас по дороге жажда охватит. Жози, теперь ты шагай по ступенькам.

Мафи схватила емкость, ринулась к небольшому круглому водоему, зачерпнула прозрачную жидкость, потом наклонилась и начала пить. Вода оказалась вкусной, сладкой, от нее пахло, как от плюшек с корицей, которые печет Муля. Пагль вспомнила Мопсхаус, уютную столовую, чайник с ароматным какао. По мордочке Мафи потекли слезы, она страстно захотела оказаться дома… И тут на голову пагля кто-то набросил одеяло.

Глава 14

Встреча с Лёней

В нос ударил резкий, неприятный запах, потом в ноздрях защекотало. Мафи пробормотала:

– Жози, отстань!

– Проснулась, – радостно запищал незнакомый дискант.

Пагль открыла глаза, отмахнулась от метелки, которая колыхалась прямо перед глазами, и спросила:

– Где я?

Откуда-то сверху раздался ответ:

– Валяешься в лесу, неподалеку от города врушей.

Мафи задрала голову и увидела небольшую птичку, которая показалась ей знакомой, она держала в клюве незнакомое растение.

– Ляля? – удивилась Мафи и села. – Пуховички могут летать около поселения врушей?

– На все твои вопросы имеется один ответ: «нет», – прочирикала пернатая. – Я – Лёня, сын Ляли. Хорошо знаю, как ты помогла нашей маме[4].

– Ничего особенного я не сделала, – смутилась Мафи, – но если не разрешено летать в этих краях, то как ты здесь очутился?

– Оставлю твой вопрос без ответа, – прочирикал Леня, – наши все боятся здесь оказаться, а я – нет. Услышал, как Мафи храпит на берегу озера гадких снов, и понял: ты в беде, надо выручать собаку.

– Озеро гадких снов? – изумилась Мафи и вскочила. – Лучше отойти подальше.

– Лучше тебе вообще было не подходить к этой луже, – отрезал Лёня.

– К луже? – повторила Мафи. – Лично мне показалось, что вода чистая, прозрачная, на вкус сладкая.

Лёня сел на траву.

– Ты около города самых гадких существ, лес и дорога – тоже их владение. Здесь нельзя никому и ничему верить. Запомни, если видишь пышные, свежие булочки с корицей, чуешь аромат, то ни в коем случае не хватай плюшку и не запихивай в пасть.

– Почему? – заморгала пагль.

– Потому что зубы поломаешь, – хмыкнул Лёня, – восхитительная выпечка окажется камнем! А вот если приметишь на столе комок глины, можешь есть, вот он окажется прекрасной плюшкой.

– Ну и ну, – опешила Мафи. – Как же в таком городе жить?

– Врушам нравится, – ответил Лёня, – они не могут без ругани, скандалов, сплетен. Если предложат нечто, по твоему мнению, вкусное, красивое, замечательное, не пытайся даже понюхать и уж тем более пожевать. В лучшем случае лишишься зубов, в худшем заболеешь, а врач тут глупый! Он от всех недугов велит сидеть в ядовитых кустах. От такого лечения только хуже делается. Кто тебе посоветовал из озера гадких снов водички похлебать? Или сама додумалась? Увидела лужу и побежала к ней?

– Меня Софи отправила, – ответила Мафи.

– Софи? – удивился Леня. – Кто такая?

– Вруша, – уточнила пагль, – такая толстенькая!

– Вруша, – повторил Леня, – ага. Зачем ты сюда пришла?

Пагль быстро рассказала птице, что случилось в Мопсхаусе, как жители деревни у Синей горы начали ссориться, как пропали Капитолина и Куки.

Леня внимательно выслушал собаку, он ни разу не перебил ее, а когда Мафи замолчала, воскликнул:

– Софи в городе нет. У вруш подобные имена не в ходу! Они любят, чтобы к ним обращались замысловато: Варвара восьмая из семьи богатых, Андрей пятнадцатый из дома прекрасных лгунов. Просто Софи никто не скажет. А если тебя так назовут другие, значит, они тебя презирают или ты преступник. У нарушителя закона отнимают право на длинное имя. Он становится просто Петя, Ваня, Надя… И оказывается в темнице! Вы столкнулись с врушей, которая караулила у прохода новенького. Ей повезло, она заполучила Жози и незнакомого мне Зефира. Вруши мерзкие, но они совсем не глупые. Та, что назвалась Софи, живо сообразила: с тобой ей сложно окажется. А вот другие сестры, они… – Лёня наклонил голову. – Не подумай, что хочу их обидеть, я люблю всех жителей Мопсхауса. Но! У каждого из обитателей Прекрасной Долины имеется слабое место. Если на него надавить… Например, Зефирка. Она любит поесть. Лучшая портниха Прекрасной Долины добрая, спокойная, шьет удивительно красивые вещи. Если у кого монеток нет, а обновку хочется, Зефирка ее подарит. Она постоянно садится на диету, старается избавиться от лишних килограммов. Но! Если Зефирушка увидит кексы с шоколадной начинкой! Вот тут мопсиха потеряет голову, сразу кинется к ним. Выпечка – ее слабость. А если у тебя имеется слабое место, то им может воспользоваться враг! Лучшую портниху Прекрасной Долины можно подманить на вкусную еду. Куки обидчива, ею легко управлять, если сказать: «Муля любит Жози больше, чем тебя».

– Это неправда! – перебила Мафи.

– Конечно, – не стал спорить Лёня, – но в случае с Куки работает всегда. Она услышит фразу, и дело сделано, вей из мопсишки веревки. Жози недовольна тем, что она самая маленькая. Ей хочется стать главной по всем направлениям. Пообещай Жози пост начальника, и та все, что угодно, сотворит. И у тебя имеется подобное слабое место – ты считаешь себя глупой.

– Так и правда я не обладаю великим умом, – согласилась пагль, – до Черчиля и Фени мне далеко.

– С ними никто не сравнится, – заметил Лёня.

– Муля гениально готовит, и вообще она самая лучшая мама на свете, – вздохнула Мафи. – Феня – талантливый писатель, ее книги даже в мире людей издают, правда, под человеческим именем[5]. Про Зефирку уже говорили. Капитолина – великий ювелир, Марсия – замечательный стилист, Куки и Жози умеют выращивать овощи, они дипломы на сельскохозяйственных выставках получают. А я…

Мафи шмыгнула носом.

– Ни ума, ни таланта. Лапы кривые, все роняю, постоянно падаю, рву одежду. Соображаю не быстро!

– Твое слабое место – низкая самооценка, – подвел итог Лёня. – С одной стороны, это плохо, с другой – хорошо.

Глава 15

Правила врушей

– Что приятного в моей глупости? – удивилась Мафи.

– На твое слабое место сложно наступить, – пояснил Лёня, – и нет в тебе гордости, злости, вредности, жадности. Ты искренне считаешь себя неумной, хотя это не так, не лезешь в командиры. Пагль знает свой недостаток, пытается с ним бороться, – я часто вижу, как ты читаешь книги. Мафи – добрая, спокойная, довести ее до драки или крика сложно.

– Зачем махать лапами? И орать не имеет смысла, – поморщилась Мафи. – Лучше спокойно поговорить. И в драку я не лезу по причине трусливости. Я не самая сильная, могу крепко получить от противника. Еще зубы потеряю. Знаешь, без них плохо. Не поесть нормально! У меня два молочных клыка выпали, так шепелявить начала.

– Сейчас к твоей дикции придраться трудно, – удивился Лёня.

– Что такое дикция? – заморгала Мафи.

– Произнесение звуков, – пояснил Лёня, – ты четко говоришь.

– Прилепила зубы на смолу, соскребла ее с елесосны, пока держатся, – призналась пагль. – Очень боюсь к врачу идти.

Лёня засмеялся:

– Мафи, я тебя люблю! Софи, стану пока так ее называть, сообразила: с тобой ей трудно справиться. Ты не станешь тихо сидеть в тюрьме, удерешь, уведешь сестер. И не купить Мафи! Она считает себя хуже всех, такая собака неуязвима, и управлять ею невозможно. Поэтому и отправила тебя вруша похлебать гадкую воду. Она обладает снотворным действием, паглю предстояло заснуть эдак на пару месяцев.

– Ого! – испугалась Мафи. – Только я очнулась раньше.

– Правильно, – кивнул Лёня, – я увидел тебя около озера, услышал храп, понял – Мафуня в беде. Нашел куст бодрости, откусил ветку и начал тебя будить.

– Запах малоприятный у растения, но оно прекрасно подействовало, – вздохнула Мафи. – Спасибо тебе! Подскажи, как найти Капу, Жози, Куки и Зефира. Ковернер мне не нравится, но не оставлять же его в беде!

– Ковернер? – удивился Леня. – Кто это такой?

– Феня позвала Зефира, чтобы он нас научил красиво есть и правильно себя вести, – объяснила Мафи.

– Гувернер! – захлопал крыльями Лёня. – Мафуня, твои сестры определенно в городе. За каждого пойманного жителя Прекрасной Долины вруша получает награду! Капа, Жози, Куки, Зефир окажутся в темнице, а Софи дадут монетки. Много!

У Мафи на загривке шерсть встала дыбом.

– Софи захотела денег? И поэтому обманула нас?

– Думаю, да! – коротко ответил Лёня.

– Это подло! – возмутилась пагль. – Нельзя любить монеты больше, чем тех, кто тебя окружает!

– У врушей наоборот, – хмыкнул Лёня. – Они за золото сделают что угодно.

– В тюрьме плохо, – испугалась Мафи.

– У врушей ужасные темницы, – закивал сын птички-пуховички, – камеры раскиданы по всему городу. Часто стражники ленятся кормить узников, у них даже воды нет. Тебе надо узнать, куда заточили сестер и Зефира, и раздобыть карту! На ней указано, где находятся все тюрьмы и кто в них содержится. Такой план имеется не у каждого стражника, лишь у главного.

– Поняла, – обрадовалась пагль, – найду тюремщика и отниму у него документ.

– Действовать нужно хитростью, – начал объяснять Мафи Леня, – нельзя вступать в драку. Ты сейчас одна на свободе, если тебя поймают, никто не сумеет спасти жителей Мопсхауса и Зефира. Будь очень осторожна. Набери воды из озера гадких снов, она может пригодиться, это идеальное снотворное. У тебя есть фляга?

Мафи начала оглядываться.

– Была, а теперь, кажется, пропала! Расстраиваться из-за исчезновения фляги не стоит, в рюкзаке у Капы она определенно найдется, причем их может быть несколько, разных размеров.

– О предусмотрительности лучшего ювелира и ее гениальности как командира отряда в Прекрасной Долине знают все, – хихикнул Лёня. – Капитолина, собираясь летом на пляж, непременно прихватит лыжи!

– Точно! – развеселилась Мафи. – На всякий случай, вдруг снег пойдет, мороз ударит.

– Тсс, – прошептал Лёня, – замри, молчи.

Мафи зажала пасть лапами и застыла.

– Сядь на траву, не двигайся, – еле слышно произнес сын пуховички, – сейчас вернусь!

Лёня бесшумно улетел, Мафи опустилась на землю. Потекли минуты. Похоже, прошла целая вечность, прежде чем появился Лёня, он держал в клюве большой мешок.

– Фу, – выдохнула птичка, – переодевайся.

– Куда ты подевался? Почему велел не шевелиться? Не говорить? – начала задавать вопросы Мафи.

– Вруши вмиг услышат, если где-то скандалят, лгут, сплетничают, осуждают кого-то, – объяснил Лёня, – а мы с тобой посмеялись над тем, как Капитолина собирается в дорогу. Испугался. Вдруг нас обнаружат.

– Мы же просто шутили, – заморгала Мафи, – без злости.

– Да, – кивнул Лёня, – но решил подстраховаться. Правило «а вдруг»! О нем никогда нельзя забывать в городе.

– А вдруг? – удивилась Мафи. – Что за закон такой?

– Увидишь на дороге врушу, она попросит о помощи, – начал Леня, – ты поспешишь к бедолаге и… стоп. «А вдруг»? Прежде чем вытаскивать жителя города из неприятности, скажи себе: «Я среди тех, кто лгут, как дышат. А вдруг вруша говорит неправду?» Угощают вкусным? Стоп. А вдруг это отрава? Предлагают помощь? Стоп. А вдруг обманывают? Кто-то упал и сообщает: «Мне не больно». А вдруг! А вдруг он просто не хочет никому рассказывать, как ему плохо, в этом случае надо помочь! А вдруг? А вдруг!!! Мафи, не представляешь даже, какая сложная задача перед тобой сейчас стоит. Будь всегда настороже! Вынь из мешка костюм, надень его.

Глава 16

Незнакомка

– Вот теперь тебя никто не узнает, – заликовал Лёня, разглядывая Мафи, – прямо самая настоящая вруша получилась! Костюм отличный. И подошел так, словно на тебя его сшили.

– Где ты одежду раздобыл? – изумилась Мафи, натягивая на себя шкуру. – Пахнет противно.

– Эти костюмы остались от гномов, – хихикнул Лёня, – еще с тех времен, когда Страна Чудес существовала. Теперь ее нет, недорослики удрали, не знаю, где они сейчас[6]. Зачем им такой наряд? Кое-кто из подчиненных королевы Зинаиды занимался контрабандой, приносил врушам разный товар. Жители города ленивы, работать в огороде им невмоготу, да и вообще трудиться они не хотят. Правитель Маримар пытался вразумить горожан, он запретил гномам посещать город, говорил: «Мой народ должен бороться с ленью». Но вруши не хотели ничего делать, а недорослики готовы ради золотых монет на все. Они сшили костюмы, надевали их и под видом коренных обитателей проходили в город. Потом фею Зинаиду вместе с ее подданными прогнали, убегая, гномы бросили наряды вруш. Я знаю, куда их убрали. Подобрал для тебя самый большой. В этом мешке еще несколько шкур для твоих друзей. Ищи их в темницах. Знаю, что самая главная из них открывается особой печатью Флора, а остальные – ключами, которые носят охранники. Флор – правитель, он стал во главе города, когда Маримар исчез. Если кто-то начнет выпытывать твое имя, любопытствовать: «Где твой дом?», то отвечай: «Живу, где живу, здесь хочу луну купить».

– Разве она продается? – заморгала Мафи.

– Конечно, нет, – засмеялся Лёня, – это местный юмор. Тот, кто пристал с вопросами, поймет: такая вруша о себе ничего не расскажет. Давай, спускайся в подземелье, его плана у меня нет, но знаю: при любом расположении дорог, даже если их перед тобой сто штук, всегда выбирай самую узкую, темную, скорей всего не ошибешься. Не ходи по широкой, чистой, светлой тропе. В городе все наоборот. Жителям хорошо в грязи и плохо, когда вокруг порядок. Будь осторожна.

– Постараюсь, – пообещала Мафи, запихивая в рюкзак мешок, который ей дал Леня.

– У Капы необыкновенный вещмешок, – засмеялся сын Ляли, – прямо безразмерный. Ох, чуть не забыл! Тебя зовут «Мафи двенадцатая из последнего района». А сейчас приложи к камню правый рукав костюма, в него вшит отпиратель, он распахивает почти все двери и с его помощью можно войти в любой ход.

Мафи приблизилась к валуну, положила на него лапку, глыба отъехала в сторону.

– Вперед! Ничего не бойся! – скомандовал Лёня. – Трусу в городе врунов не поздоровится, а вот храбрый всегда победит!