Эта книга посвящена всем территориям Восточной Европы и великой России, наполненным красотой, историей, культурой и чудесами.
Questo libro è dedicato a tutti i territori dell’Europa orientale e della grande Russia, straripanti di bellezza, storia, cultura e meraviglie.
Комментарий Профессор
Коррадо Венециано
Нет, Алессандро Далль’Ольо не хочет умереть в Петербурге. Вожделенным местом для него, скорее всего, является греческий Парнас, возвышающийся над Дельфи. Он стремится сюда, к Кастальскому источнику (его последнее желание? заветная мечта?), где можно дышать-писать-говорить-смотреть. Здесь он предается необременительной беседе с Аполлоном в окружении девяти Муз под защитой Урана и Геи. Здесь он счастлив, а посему возносит хвалу чистейшему мгновению, абстрактному и насыщенному, перепоручая его (себя) Абсолютному, смерти.
Нет, Алессандро Далль’Ольо не хочет умереть в Петербурге. Наиболее подходящим местом для его последних дней стал бы, скорее всего, Город Солнца. Место вымышленное, но памятное и насущное. В нем чистота форм созвучна чистоте идей и геометрии ландшафта. В нем (в месте, которого нет, οὐ-τοπος значит не-место), как равно и в протяженности иных абстракций Алессандро обретает то пластичное и невесомое пространство, в котором обостряется восприятие судьбы, недолговечности, мимолетности, тленности жизни человеческой, но понимание лишено тревожности.
Алессандро не хочет умереть в Петербурге. Он выберет любое место, где ему будет вольно жить, где будет его «путь начертан полувечностью», где спутниками ему станут «закаты и рассветы», где не надо будет бояться «перемен», где кладь «полна надежды // и обжигающей как изморозь мечты». В этом измерении можно ощущать себя аполидом, космополитом. Что ж, из всего бессчетного количество мест на земле — из ближайшего прошлого, из древности, из были, мест чарующих, мест-образов,
