Путешествия — это прекрасная возможность поразмыслить и подвести итоги. Между отправлением и прибытием у пассажира есть время для себя, время, которое в противном случае поглотила бы повседневность.
сомневалась, что любую физическую боль вытерпеть намного легче, чем душевную, с которой живет годами, но этот приступ поколебал ее уверенность. Впервые она убеждена, что умирает.
Как только боль после инъекции проходит, ей уже не противно
Вещи — единственное, за что можно ухватиться на этой берлинской кухне, как и на пражской или цюрихской. Вещи дают ей ощущение бытия. Без них она была бы совсем потерянной.
Путешествия — это прекрасная возможность поразмыслить и подвести итоги. Между отправлением и прибытием у пассажира есть время для себя, время, которое в противном случае поглотила бы повседневность.
По мнению Фрейда, скорбь — это нормальный процесс, из которого человек возвращается в реальность, а меланхолия — это как раз отстраненность от реальности. И еще хуже — самообвинение, из-за которого человек чувствует себя еще менее достойным. «Утрата Объекта трансформируется в утрату Эго», — пишет Фрейд
«Успокойтесь, это важно для вашего выздоровления». Капли. Порошки. Инъекции. Ванны. Массаж. Но как только она успокаивается и погружается в сон, ее атакуют воспоминания. В ней скопилось печали на несколько жизней
Путешествия — это прекрасная возможность поразмыслить и подвести итоги. Между отправлением и прибытием у пассажира есть время для себя, время, которое в противном случае поглотила бы повседневность.
юных лет родители учили ее ответственности, умению смотреть на вещи с разных сторон и сомневаться в собственной правоте. Иногда она думает, что такое воспитание сделало ее неуверенной в себе.
