Уже не сегодня, еще не вчера,
Еще далеко до утра!
И значит, игра
Продолжается.
2 Ұнайды
Что связывает нас, всех нас?
Взаимное непонимание.
Георгий Иванов
Сияли фонари. Текла спокойно Сена.
Я не предчувствовала зла.
И вдруг...
Нет, это не любовная измена,
Не африканской ревности недуг.
Нет, это проще и больней во много раз.
Я плачу. Слезы катятся из глаз:
— Прощай — прощайте,
мой последний друг.
Сомкнулся навсегда порочный круг
Обиды, одиночества и тьмы,
И больше «я» и «вы» не составляем «мы».
Взаимное непониманье,
Смущенное пожатье рук.
Прощенье это иль прощанье?
Не все ль равно, ведь навсегда.
Без обещанья: — До свиданья.
Что делать мне теперь? Идти куда?
О если б зло предчувствовать заране.
Сократ когда-то говорил
(Сократ? А может быть, Эсхил?):
«Друзья мои, нет на земле друзей».
И с этим надо помириться.
1 Ұнайды
Я живу день изо дня
Океански одиноко
И не знаю, отчего
Нет ни одного
Друга у меня.
И казалось — что грустней,
Безнадежней и темней
Горестной моей судьбы?
Ну а вот, поди,
Бьется радостно в груди
Сердце.
Если б, если б да кабы
Улететь бы мне в Америку,
В Тегеран, на Арарат,
В Индию, в Китай, и к Тереку,
И в Москву, и в Петроград,
Чтобы встретиться с тобой.
Друг далекий, друг и брат,
Где бы ни жил ты на свете,
На одной со мной планете,
Разве встрече ты не рад?
Нашей встрече долгожданной,
Нам обещанной с тобой
Нашей общею судьбой?
Ты читаешь строки эти,
Ты в глаза мои глядишь,
Сонно закрываешь веки —
Остальное свет и тишь,
Как в раю —
навек,
навеки.
1 Ұнайды
Это все вчера,
А теперь пора
Днями жить, а не ночами,
Стать портретом в пышной раме,
От тоски и от удушья
Научиться равнодушью,
Одиночеству вдвоем.
Принимать, вести свой дом.
Быть женою экономной,
Томной, скромной, вероломной...
Вся земная суть,
Вся земная жуть.
1 Ұнайды
Вот дни мои и все мои дела:
Как мало доброго. Как много зла!
1 Ұнайды
Но все спокойно и просто,
Только совсем особенный свет.
У окна папиросу курит
Не злой и не добрый поэт.
Что связывает нас, всех нас?
Взаимное непонимание.
Георгий Иванов
Сияли фонари. Текла спокойно Сена.
Я не предчувствовала зла.
И вдруг...
Нет, это не любовная измена,
Не африканской ревности недуг.
Нет, это проще и больней во много раз.
Я плачу. Слезы катятся из глаз:
— Прощай — прощайте,
мой последний друг.
Сомкнулся навсегда порочный круг
Обиды, одиночества и тьмы,
И больше «я» и «вы» не составляем «мы».
Взаимное непониманье,
Смущенное пожатье рук.
Прощенье это иль прощанье?
Не все ль равно, ведь навсегда.
Без обещанья: — До свиданья.
Что делать мне теперь? Идти куда?
О если б зло предчувствовать заране.
Сократ когда-то говорил
(Сократ? А может быть, Эсхил?):
«Друзья мои, нет на земле друзей».
И с этим надо помириться.
За окном сухие ветки,
Ощущенье белки в клетке.
Может быть, я, как и все,
Просто белка в колесе?
И тогда мечтать не вправе
Я о баснословной славе?
Слава все равно придет,
Не сейчас, так через год.
1950
Я сегодня с утра весела,
Улыбаются мне зеркала,
Олеандры кивают в окно.
Этот мир восхитителен... Но
Если б не было в мире зеркал,
Мир намного скучнее бы стал.
Если б не было в мире стихов,
Больше было бы слез и грехов,
И была бы, пожалуй, грустней
Невралгических этих дней
Кошки-мышкина беготня —
Если б не было в мире меня.
- Басты
- ⭐️Поэзия
- Ирина Одоевцева
- Двор чудес
- 📖Дәйексөздер