Оглавление

1. За гранью
2. I
3. II
4. III
5. IV
6. V
7. VI
8. VII
9. VIII
10. IX
11. X

I

Какая-то серость окутала меня, мои мысли, мой дом и этот город. Я не могу от нее сбежать. Куда я собрался? Я не уйду и не уеду отсюда. Ни денег, ни настроения, еще эта жара достала. Остается терпеть. Я думаю. Я слишком много думаю, пора бы перестать это делать. Кто много думает — тот не живет, у него не хватает времени жить. Еще один день начался, еще нет десяти, а солнце так и палит в окно надеясь спрятать свои лучи в самые пыльные углы моей маленькой комнаты. Ах, хитрое! В шкаф тоже пытается залезть! Моя комната настолько мала, что в ней, действительно, от одного лучика становится так светло, аж глаза режет. Я очень рад такому утру. Безумно люблю, когда всё вокруг светится. Свет, будто вода. И дышать легче становится. Сижу в углу, за столом. В руках чашка кофе, без сахара. А ведь прекрасно помнил, что он кончился вчера утром. Лень сходить. Сквозь радостное свое наслаждение этим прекрасным и не сладким утром, я слышу стук в дверь. — Да, чего хотели? — Открой! — ответил вполне знакомый и ожидаемый голос. Я подошел к двери, повернул ключ. Дверь распахнулась. В коридоре, как я и говорил, стоит ожидаемая личность: мой сосед и по совместительству одногруппник. — Ну что? Мы во сколько выходим? — сказал он точно так же, как и каждое утро

— Минут, эдак, через пятнадцать — ответил я, точно так же, как и каждое утро.

— Я уже готов. Нам ведь к десяти? — он спросил. Я отхлебнул немного кофе, претворившись, что он горячий, тянул с ответом. Я не знаю, зачем это делаю, но мне захотелось заставить этого человека ждать.

— Угу — сглотнул я — Ты же знаешь, зачем спрашиваешь?! Доброе, кстати, утро. — Улыбнулся я.

Он взглянул на меня слегка глуповатой физиономией, помахал рукой и ответил:

— Доброе, доброе! — И растворился в темноте коридора.

Этот мой сосед-одногруппник, был личностью странной и временами идиотически-надоедливой. Не стану расписывать его внешность. Скажу кратко, у него есть три специфические и характерные черты: несуразная угловатая полнота, острый нос и маленькие серые глаза; черты без которых он был бы не он, а уже совсем другой человек.

Непонятно для чего, я постоял еще пару секунд в забвении. Потом открыл портфель, кинул туда телефон и стал обуваться. Кеды… шнурки…. Мне кажется, что я их завязывал вечность. Я снова растворился в себе.

Как и многие студенты, я живу в общежитии, оно не отличается уникальностью своих условий. Грязные толчки, забитые души, вечно пьяные соседи. Меня зовут Макс, а моего соседа — Лосось. Мы начали этот многотысячный день с того же с чего начинали многосотые. Мы отправились на учебу. Всю дорогу, пока мы ехали давиться научным гранитом, я слушал музыку. О, как я люблю слушать музыку! Она уносит меня за грань мыслей, куда-то далеко, дальше чем в бесконечность. Куда-то внутрь самого себя. Я наслаждаюсь моментами, когда музыку можно слушать часами. Она мой проводник к немыслимо прекрасному. Но сегодня что-то нарушает это, не то настроение что ли, а может быть жара, пропитавшая собой все от крыш домов до последнего слоя асфальта. Все вокруг пылает и тает. Я тоже таю. Я давно уже таю и это не от жары, но она добавляет колорита.

Ездить в автобусах в такую жару — самоубийство. Уж лучше пройтись пешком и везде опоздать, за то выжить. Мне плохо, мне противно. И снова, на меня что-то накатило — внезапный приступ агрессии. Со мной частенько стало такое случаться. В эти моменты я готов без объяснения кого-нибудь убить или что-то прокричать во все горло. Я зол. Я зол так что аж мне заложило уши. День начался не так как надо. Ура, кажется, потихоньку отпускает. Ну конечно, я рано радуюсь, это только чуть-чуть приостыло, теперь и искорки хватить для того чтоб разожглось вновь. Я сегодня обязательно с кем-нибудь поругаюсь. А как не хочется. Я ведь, по натуре своей, человек добрый и не конфликтный, Но в последнее время стал очень раздражительным. Стресс наверно.

Наконец то. Нам уже выходить. Думал не вынесу. Двери открылись. Я вышел. Дальше путь мой лежит через сквер. Я вытащил наушники и мой мир вновь потерял цвета и обрел границы.

— Мы не опаздываем! Думал, как обычно встанем в пробку на час. Я рад. — позади меня, теребя себя за футболку, шел Лосось. Я подумал, что не вежливо будет проигнорировать его бессмысленную реплику:

— Какая мелочь может доставить тебе счастье и радость. Это хорошо. — Я сжал губы в улыбке. Он что-то пропыхтел про жару, но я старался не слушать, я расслабился и наслаждался видами давно знакомых деревьев, фонтанов, лавочек. Я постарался прочувствовать малейшее прикосновение ветерка. Мы прошли сквер. Перешли дорогу, бредем не торопясь по тротуару вдоль длинного здания — в нем я учусь. На тротуаре стоят знакомые мне люди, все они курят. Это давно уже не кажется мне таким удивительным. Если бы многие из них не курили, у них бы поехала крыша. Хотя я даже понятия не имею о том, легче ли курящему или нет. Я не курю и мне не плохо, только депрессии чаще и чаще я зол. Совершенно неожиданным для меня в эту минуту было столкнуться с девушкой. Я летал в своих мыслях, а она появилась так резко. Мы столкнулись на углу, когда мне надо было бы повернуть, но я почему-то пошел вперед. Она едва не упала, бедняга. Я подхватил ее:

— Эй, осторожнее, куда же ты так торопишься?

— Убери руки! Пусти меня! — Она оттолкнулась от меня и исчезла так же резко как появилась. Я не стал смотреть ей вслед. За то посмотрел Лосось и, к тому же еще что-то прокричал. Я не слышал что. Потом он, смеясь, обратился ко мне:

— Ничего себе, вот это жесткие словечки от такой хрупкой девушки, чуднАя она какая-то. Ты ее знаешь?

— Нет, хотя может быть. Я не помню. Она разве у нас учится? По-моему, нет. Так что считаю нужным забыть о ней, как и обо всех людях, которые себя странно ведут. Не думаю, что о ней вообще стоит разговаривать. — Ответил я, вспоминая ее странную внешность: высокая, худая, растрепанные коричневые волосы, на фоне бледно-мертвенной кожи как фонари блестели карие глаза, а под ними синяки. Может она больна, подумал я и забыл.

— Ну да. У нас первым что? Философия, по-моему. Нам можно сразу на третий подниматься. — Лосось хлопнул меня по плечу, и перешагивая через ступеньку поднялся на третий этаж быстрее чем я. Я не торопился. Философия — это конечно замечательный предмет, удивительно интересный, интереснее какой-то там математики или геометрии. Но я просто не хочу торопиться. Я поднялся на второй этаж, зашел в актовый зал, там, как и всегда, сборище творческих личностей стремившихся то ли заработать этим, увеличив свою новогоднюю стипендию, то ли отыграть свои оценки за семестр. Я к этим людям отношусь с большой любовью, потому что я в их рядах. Но занимаюсь я этим исключительно из огромного интереса к творчеству и еще большего потенциала.

В актовом зале таилась прохлада и темнота. На сегодня это, пожалуй, лучшее место.

— Я останусь здесь жить! — прокричал я во весь голос. Со всех сторон послышались ответы и смех. Я шел к сцене, там сидели ребята, с которыми мы хорошо общаемся, человек пять, в полумраке не разглядеть. Они всегда там сидят. Кто-то вышел мне навстречу.

— Макс, Здравствуй! — девушка обняла меня. Я ее узнал, это была Кира.

— Привет, а что за приступ нежности? — с ухмылкой ответил я, обняв ее в ответ. — Почаще бы. — Естественно я не в серьез. — Привет, ребята!

Компания дружно поздоровалась со мной.

— Чем вы тут с утра пораньше занимаетесь? — спросил я, чтобы быть в курсе. Ответил мне парень, сидевший на краю сцены:

— Скоро выпускной и преподы попросили что-нибудь придумать вот сидим и думаем.

— Ясно. Удачи вам. — улыбнулся я.

— А ты разве не хочешь нам помочь с этим? Я думала мы вместе будем репетировать. — с досадой вдруг заговорила Кира.

— Странная ты сегодня утром