Глава 1
Самым главным в доме бабушки и дедушки были часы. Большие деревянные часы. Они представляли собой прямоугольный ящик со стеклянной дверцей, из-за которой бледным лицом смотрел круг циферблата, под ним — маятник, как оладушек на сковородке с длинной ручкой, отстукивал такт: клок-клак; рядом был прикреплен ключик и крошечная канистрочка с маслом — ухаживать за механизмом. Часы висели на стене так высоко, что Ульяна не могла бы дотянуться до них, даже залезь она на стол. А если бы и могла, то не посмела бы. Только дедушка мог прикасаться к часам: открывать их, заводить, толкать маятник, когда тот замирал. Только дедушка мог возвращать время на свое место.
Дедушка отвечал за часы. А бабушка — за швейную машинку.
— Ну-ка, подойди ко мне, Ульяна! Да стой ты спокойно, стрекоза.
Бабушка, зажав булавки во рту, по одной подкалывала ими платье на беспокойной фигурке.
— Колется!
— Где колется? Потерпи минуту, егоза, не вертись — и колоться не будет.
Бабушка шила для Ульяны нарядные платья, брючки, пальтишки, наволочки для подушек с кружевами и вышивкой, одежду для кукол; а во время прогулки просила внучку пробежаться вперед:
— Дай я на тебя посмотрю. Ах, да платье! Кто же тебе такое сшил?
Бабушка много болела, лежала и иногда вздыхала:
— Вот умру я, некому тебе будет платья шить…
В ее комнате странно пахло. Ульяне казалось, что это запах из подземного царства. Девочка не понимала, что такое «умру». Знала только, что тогда бабушка бережет для этого специальное бледно-желтое платье с тесьмой на вороте, которое, проложенное букетиками лаванды, лежит в гардеробе вместе с маминой свадебной фатой. Мысль о том, что больше не будет новой одежды, смущала, но не так захватывала девочку, как другой вопрос: а если и дедушка тоже «умрет», кто тогда будет заводить часы? Ведь маятник замрет навсегда! Что же тогда будет?
В гости к Ульяне часто приходили девочки из двора, они вместе играли в посудку, в
