Потому что у твоего отца есть отцовский инстинкт. Ты знаешь, что это такое?
– Знаю. А у дедушки есть дедушкин инстинкт, а у мамы – мамин. И все эти инстинкты говорят им о том, чтобы я тепло одевалась и не забывала взять плащ, если идет дождь.
6 Ұнайды
ты только не обижайся, Громозека…
– Все понятно, – сказал мой друг печально. – Все понятно. Ты, моя девочка, попала в руки к жестокой женщине. Ты опасаешься, что она может причинить мне, твоему другу, зло.
– Нет, ты меня не так понял…
– Я тебя отлично понял. Профессор!
– Что? – спросил я и постарался сдержать улыбку.
– Немедленно возьми своего ребенка из этой школы. Ее там замучают. Если ты этого не сделаешь, я завтра же сам пойду туда и Алису спасу.
– Алиса сама кого угодно спасет, – сказал я. – Не бойся за нее. Ты мне лучше скажи, на сколько дней ты собираешься ее забрать?
– Дней на тридцать-сорок, – попросил Громозека.
– Нет, об этом и не мечтай.
– Тогда на двадцать восемь дней.
– Почему на двадцать восемь?
– Потому что я с тобой торгуюсь и ты уже выторговал у меня два дня. Торгуйся дальше.
Временщики рассмеялись.
– Никогда не знал, что космические археологи такие веселые люди, – заметил Ричард.
– Да я не собираюсь с тобой торговаться, – сказал я Громозеке. – Неужели не ясно, что ребенку надо ходить в школу?
– К такому монстру, как Елена, которая мучает мышей и пауков? Которая могла бы на меня напасть, если бы не Алисино предупреждение?
– Да, к такому монстру, к очаровательной, доброй и чуткой женщине – не в пример тебе, толстокожему эгоисту.
– П-погодите, не спорьте, – вмешался тогда Петров. – Когда у Алисы начинаются каникулы?
– Через пять дней, – сказала Алиса.
– Они длинные?
– Недельные.
– Вот и отлично. Пустите, профессор, вашу дочку с нами на неделю. Наверное, мы все равно не успеем до каникул закончить погрузку.
– Стойте! – обиделся Громозека. – Я еще не успел толком поторговаться с профессором. Отпусти дочку на двадцать шесть дней.
– Нет.
– На двадцать два!
– Не отпущу!
– Ты жестокий человек, Селезнев. Я жалею, что подарил тебе вчера скромный букет цветов. Восемнадцать дней, и ни минутой меньше.
– Но зачем вам так много времени
1 Ұнайды
несмотря на все меры, тоже заболели.
Вот тогда эту болезнь и назвали космической чумой.
Был объявлен карантин, и патрульные корабли крейсировали вокруг Плутона, чтобы кто-нибудь случайно туда не залетел. Тем временем лучшие врачи Земли и других планет старались разгадать тайну болезни. Казалось, что против нее нет никакого средства и ничем ее не остановить. Не помогали ни лекарства, ни толстые стены изоляторов.
И лишь через три месяца ценой громадных жертв и усилий несколько тысяч ученых нашли причину болезни и узнали, как ее победить.
Обнаружилось, что справиться с чумой было так трудно потому, что ее переносили вирусы, которые обладали двумя удивительными свойствами: во-первых, они умели маскироваться под своих безвредных собратьев и найти их в крови было совершенно невозможно, а во-вторых, все вместе они были разумным существом. Каждый вирус сам по себе не
Лет пятнадцать назад на Землю вернулась экспедиция из восемнадцатого сектора Галактики. Как и положено было в те времена, дальняя экспедиция причалила не к самой Земле, а к базе на Плутоне, для того чтобы пройти карантин. Это и спасло нашу планету.
Два члена экипажа были больны неизвестной болезнью. Их отправили в изолятор. Но, несмотря на все лекарства, им становилось все хуже и хуже. На следующий день заболели остальные члены экипажа, а еще через два дня – все, кто был на базе.
На Земле была объявлена тревога, и специальный медицинский корабль понесся к Плутону. Несколько дней подряд продолжалась борьба за жизнь космонавтов и сотрудников базы. И закончилась поражением врачей. Им не только не удалось вылечить заболевших, но и они сами,
«Здесь маленьких детей и слабонервных женщин нет?»
– Не расстраивайся. Может, тебе еще поставят памятник на этой планете.
– Не нужен мне их памятник, – сказала Алиса. – Главное, что они остались живы и здоровы.
Она помолчала и добавила:
– Только обидно, что в истории написано, будто я поливала их духами.
– В истории остается только главное, – сказал Громозека. – А детали могут и не сохраниться в памяти людей.
Кроме общей профессии, у них не было ничего общего.
– Ох, – вздохнул Громозека, – вечно меня перебивают! Но когда я узнал, что они все равно готовят машину времени для поездки, я им сказал: «Что такое одно озеро, когда в вашем распоряжении будет целая планета? А на озеро вы всегда успеете съездить, потому что каждому школьнику известно, что Александр Невский все равно победил всех рыцарей.
Всякое доброе дело не только для одного человека – оно всех касается.
- Басты
- ⭐️Приключения
- Кир Булычёв
- День рождения Алисы
- 📖Дәйексөздер