Оглавление

Она тебе нужна

От автора

Разочарование в женщинах, в семейной жизни и самом институте брака, и неожиданный поворот судьбы, подвергающий сомнению все, сделанные ранее, выводы — история именно об этом, и быть может, кому-то она покажется интересной. Как правило, банальной эрудиции и кругозора любознательного человека, вполне достаточно, чтобы связно излагать мысли и оформлять их соответствующим образом. Кроме этого, эпистолярный жанр более обезличен, чем персональный аккаунт, например, и вряд ли нарушает чьи-то индивидуальные границы.

В жизни есть место чуду! Да-да! Сказки, даже в зрелом возрасте, ещё никто не отменял! И, всё-таки — это быль! Сама по себе не новая, и возможно, не такая уж необычная, поэтому я позволил себе немного порассуждать над вопросами симпатии, любви и необходимости жениться или выходить замуж. Комментарии социологов, психологов и философов, на эту тему, предсказуемы, и на мой взгляд, слишком обобщены и банальны. «Копаться» в своих наблюдениях, основанных на житейском опыте трёх браков и исключительно мужской логике — занятие, куда более увлекательное!

Заранее извиняюсь за стиль и форму моего изложения, а также за непреднамеренную риторику рассуждений и поступков моего героя, которые могут показаться неуместными и надуманными.

Два слова о названии повествования: «Она тебе нужна». Это — строчка из песни группы «Премьер-министр», и каждый может поставить в конце свой знак препинания, кто точку, кто многоточие, кто вопросительный знак. Я же, ставлю знак восклицательный!

Искренне Ваш, Павел N-ский

Как бы мне найти в этом мире её?

И не потерять, что сложнее ещё!

Жизнь бы с ней прожить до скончания дней…

Ещё сложнее!

«Чи-Ли» и Гоша Куценко — «Сказки»

Предисловие

Осень, 2008 г.

Моложавый мужчина вышел на крыльцо небольшого, двухэтажного дома в подмосковном коттеджном посёлке и закрыл за собой дверь.

— Бесполезно выяснять отношения с женщинами…

Он сказал это вслух и без эмоций, не вкладывая в слова какой-то особый смысл. В интонации больше звучали усталость и разочарование. Лежащий около будки, пёс поднял на мужчину недоумённый взгляд и радостно завилял хвостом. Время вечерней прогулки ещё не наступило, но поводок в руках хозяина явно говорил о том, что намечается «неурочный», обеденный променад.

— Барклай, идём гулять!

Красавец, бернский зенненхунд, достаточно взрослый и даже старый, по собачьим меркам, заскулил словно щенок и попытался облизать мужчину с ног до головы в порыве своей собачьей преданности. Здоровенное тело собаки, весом под 60 килограммов, извивалось, словно у змеи, норовя завалить хозяина в приступе нежности.

— Я тоже тебя люблю! Дай мне пристегнуть поводок, ты меня сейчас свалишь! Слонёнок!

Мужчина потрепал собаку по холке, и пёс покорно замер, ожидая команды. Неспешно преодолев жилую территорию посёлка, пара вышла на опушку леса. Освободившийся от поводка, пёс мирно потрусил по знакомой тропинке. Прогулка по лесу была ритуалом, причём весьма приятным, не только для собаки, но и для хозяина, привыкшего к регулярным пешим променадам на свежем воздухе. Кроме прочего, размеренная ходьба «причёсывала» мысли, настраивала их на философский лад, а зачастую была необходимостью для разрядки обстановки в моменты скандалов с женой. Прогремевший вдалеке гром заставил и мужчину, и его лохматого друга, посмотреть на небо. «Свинцовые» тучи красноречиво намекали на то, что прогулка окажется недолгой и вскоре ливанёт дождь. Хозяин задержал свой взгляд на завораживающей картине облаков, чуть дольше, чем убежавший вперёд пёс. Тяжёлые, будто живые, тучи наплывали одна на другую, сбиваясь в причудливые нагромождения, недовольно ворча одна на другую, глухими раскатами грома.

— Словно мысли в моей голове, — произнёс мужчина и улыбнулся своей способности, иногда говорить вслух, даже в отсутствии собеседника.

Зачастую слушателем выступала собака, но обычно, мужчина вёл незримые диалоги с собой, доказывая ту или иную точку зрения, причём достаточно эмоционально, так, словно оппонент был перед ним. Мысли снова побежали в его голове, наскакивая одна на другую.

— Я снова говорю и делаю одно и тоже. Вряд ли очередная порция аргументов, с моей стороны, сможет что-то изменить и в этот раз. И оставлять всё, как есть, тоже больше нельзя. Каждый последующий конфликт становится сильнее предыдущего, поэтому я лишь оттягиваю время неминуемой катастрофы в отношениях, которые давно себя изжили. Необходим не просто очередной разговор, а кардинальное решение, которое изменит весомость моих доводов в настоящем и позволит избежать плачевных последствий в будущем.

Мужчина оглянулся, пытаясь взглядом отыскать собаку, будто пёс сможет ему чем-то помочь в рассуждениях, и продолжил немой диалог с собой.

— Высказывая свои претензии, Вика знает, что в случае развода, мне некуда деваться. Подсознательно, она прекрасно понимает, что я не стану, что-либо делить с ней, несмотря на отсутствие у нас детей, и уверена в том, что я буду вечно терпеть её выходки. Отчасти, так и есть, квартира ей досталась в наследство от бабушки, а совместно построенный дом находится на земле, подаренной ей отцом. Хотя, квартира была давно продана и куплена уже новая, в совместном браке, а дом построен исключительно за мой счёт, по сути — это ничего не меняет.

— Можно уйти на съёмную квартиру, — возразил мужчина себе. — Но это будет выглядеть, как тривиальный ход супруга, который временно соглашается на вынужденные неудобства, показывает серьёзность своих намерений в желании разрешить конфликт и хочет вернуть былые отношения. А вот их-то, я больше реанимировать не хочу. Устал! Устал это делать уже сотню раз! Всё без толку! Тогда что?

— Что? Что? Развестись и наконец купить себе квартиру! Свою! Пока пройдёт, установленный законом срок рассмотрения заявления на развод и будет получен штамп в паспорт, можно поискать подходящий вариант жилья.

— Значит, всё-таки, развод… — мужчина устало вздохнул. — В третий раз! Кроме этого, снова ожидание. Хотя, даже если я приобрету квартиру в браке, рисков никаких нет, так как её стоимость значительно меньше стоимости того, что останется у жены в случае нашего расставания. Тогда зачем откладывать на завтра то, что можно сделать сейчас? Развестись сегодня, вряд ли получится. Тогда, может прямо сейчас, съездить, подобрать себе квартиру? — мужчина улыбнулся приятной перспективе, но тут же скептически вздохнул.

— Купить просто, если имеешь деньги, а если их нет? Покупка в кредит без первоначального взноса, как правило, имеет самые невыгодные условия и самые высокие проценты. И, что же? Ждать пока появятся деньги? Снова терпеть и притворяться?

Возмущение выплескивалось даже в мыслях.

— Ну, нет! Я уже решил, что ресурс перемирий исчерпан! Между нами не осталось ничего, кроме… равнодушия. Невозможно сохранить то, чего больше нет. Поэтому, ищу и покупаю себе квартиру, а параллельно с этим, начинаю процедуру развода, о чём ей сейчас и сообщу.

Раздражение временно отступило вглубь сознания, давая мужчине возможность задуматься над следующим шагом.

— А, как будем решать финансовый вопрос?

— М-да… Недальновидность не позволила мне скопить, даже маломальскую, «заначку» на «чёрный» день. Я был абсолютно уверен, что уж этот брак последний и навсегда. Как ни прискорбно, приходится признать, что все усилия и средства, я вкладывал в создание нашего общего жилища, которое теперь останется жене, но… лучше смириться с такой потерей, чем продолжать «закапывать» деньги, а заодно и себя, в бесперспективное мероприятие. Поэтому «прыгаю выше головы» и беру ипотеку, пусть и с «астрономическим» платежом.

Раскат грома раздался совсем рядом, предупреждая о скорой грозе не только в небе, но и в жизни, условно молодого человека, своеобразно поставив точку в его рассуждениях. Трудно принимать решение, а приняв его, всё становится на свои места.

— Барклай! Домой! — крикнул мужчина в начавший накрапывать дождь и присел, спрятавшись в траву. — Вот же, гулёна! Куда ты запропастился?

Замечательное качество зенненхунда: в отличии от других пород — не надо «рвать глотку», чтобы докричаться до питомца на прогулке. Пастушья овчарка непременно станет искать хозяина, если не увидит его в течении пяти минут. Горячее пыхтение собаки накрыло мужчину не с той стороны, с которой он ожидал, и пёс «материализовался» буквально из «ниоткуда». Его растерянный взгляд сменился на радостный блеск в глазах и привычное, удовлетворённое поскуливание.

— Не волнуйся, дождь пройдёт, и мы погуляем с тобой ещё, а сейчас, мне надо отъехать на пару часиков. Потерпишь?

Пёс ткнулся мокрым носом в щёку хозяина, соглашаясь с ним во всём, будто и впрямь, понимая человеческую речь.

— Я ведь, похож на тебя, только ты искал меня, а я искал выход в лабиринте семейных отношений. Оказывается, необязательно бежать, нервничать и суетиться, чтобы его обнаружить, достаточно остановиться, подумать, и решение непременно найдётся, хотя, возможно не совсем то, и не с той стороны, откуда ты его ждал, — теперь радостно блеснули глаза и у хозяина.

На этот раз, гром громыхнул прямо над головами необычных собеседников, аплодируя правильным выводам мужчины, хлынувшими струями дождя.

Пятью минутами позже, игнорируя недовольный вид супруги, «вчерашний» примерный семьянин объявил дражайшей жене о своём решении развестись, снял с себя мокрую одежду и сверился с информацией в интернете.

— Добрый день. Меня интересует «двушка», метров 60—70, — набрал он номер отдела продаж одного из популярных застройщиков недвижимости. — Покупка через ипотеку, при минимальном первоначальном взносе, — уточнил мужчина и назвал желаемый район Подмосковья.

— Да, конечно мы подберём Вам желаемый вариант на ваших условиях! Есть несколько уже готовых квартир в доме, только что сданном в эксплуатацию. Можете подъехать до конца рабочего дня, и тогда сможете выбрать и забронировать одну из них, — пообещала девушка на другом конце телефонной линии.

— Именно на это я и рассчитывал! Еду!

Вот ведь, как бывает. Утром ты ещё не догадываешься о значимых переменах в жизни, а к вечеру, эта самая жизнь, «галопирует», и вместо привычного размеренного уклада начинается новый «революционный» этап. И уж он будет точно лучше, чем предыдущий. Главное — решиться на такой шаг!

Глава 1

Весна, 2012 г, три с половиной года спустя

Павел перевернулся на спину, и не открывая глаз, улыбнулся. Он уже понял, что проснулся, но не торопился вставать и просто лежал с закрытыми глазами. Картинки событий предыдущих дней мелькали в голове, не задерживаясь в ней особо, перебиваемые главной мыслью, которая отчётливо повторялась с завидной регулярностью.

— Теперь у меня своя квартира и новая жизнь! Какое счастье — принадлежать себе и ни от кого не зависеть!

Улыбка не сходила с лица, и мужчина всё-таки открыл глаза.

— Конечно же, это не сон! — произнёс он вслух. — Так необычно, проснувшись, увидеть не гостиничный номер и не «унылую» вагонку мансардного этажа, своего предыдущего дома, — добавил он уже мысленно.

Новая квартира «улыбалась» в ответ, весенним солнцем за окном, его яркими бликами на натяжном потолке и прищуром десятка хромированных лампочек на замысловатой люстре. Шкаф-купе во всю стену, в зеркалах медного оттенка, отражал часть двуспальной кровати. Видима была, именно часть кровати. Импровизированная перегородка, в виде стеклянного книжного стеллажа, от пола до потолка, заполненная книгами лишь наполовину, отделяла спальную часть комнаты и не давала возможности увидеть лежащего на кровати, полностью. Говорят, по каким-то неписанным правилам, нельзя, чтобы кровать полностью отражалась в зеркале, поэтому Павел нашёл компромисс именно в такой организации пространства своей спальни. Ему нравилось, что зеркало шкафа-купе делало комнату просторней, но тем не менее, не нарушало выдуманного кем-то, «фен-шуя» помещения.

Павел сам придумал дизайн квартиры, сам подбирал материалы, сам решал в каком цвете, и как всё должно было выглядеть. Каждый светильник, каждая штора, каждая вещь были куплены именно такими, какими он хотел их видеть. Это было его «детище», от начала и до конца. Только его и ничьё больше! Никто не указывал ему, что покупать и как делать, и он не подстраивался ни под чьё мнение. Реализовать свои замыслы он хотел именно так, а не иначе. Пришлось, терпеливо, сначала гасить «убойные» суммы процентов по ипотеке, в течении пары лет, и лишь потом заниматься ремонтом, на который также ушло, без малого, два года. Но, что значат эти годы, в сравнении с тем, сколько он эту квартиру ждал!

Как же так? Как много должно было пройти времени, чтобы он к этому пришёл. Не достиг этого, а именно пришёл! У него за плечами была целая жизнь, яркая и тем не менее незамысловатая, с жёнами, детьми, надеждами, победами и разочарованиями. Павел играючи шёл по ней, чувствовал, что в его жизни, что-то «не так», но никак не мог понять истинную причину своего дискомфорта. В стремлении разобраться в своих ощущениях, он не то, чтобы был инертен или зависим от чужого мнения, просто обостренное чувство ответственности перед людьми, с которыми он был близко знаком, зачастую заставляло его идти «в разрез» своим желаниям и быть терпеливым к желаниям других. Быть может, он просто искал оправдание себе, пытаясь никого не обидеть своими поступками? Вполне возможно, но так не бывает! Как правило, пытаясь что-либо изменить в лучшую сторону для себя, мы обязательно, вольно или невольно, раним тех, кто рядом с нами. Причем, отодвигая проблему и надеясь, что все «рассосется» само собой, мы зачастую лишь усугубляем ситуацию, поэтому и тянутся за нами по жизни «хвосты» нерешённых вопросов, и лишь по чистой случайности, кому-то удается решить их сразу и в молодости. Павел же пришел к такому пониманию три с половиной года назад, а реализовал лишь сейчас.

Ход мыслей прервал сигнал будильника. Если жизнь, сделав очередной крутой вираж, начиналась новая, то работа оставалась прежняя, и в этом был определённый плюс!

Все стремятся к лучшему! Лучшая семья, лучшая квартира, лучшая работа! Порядок приоритетов может быть любым, да и список тоже. Природа заложила в человека это желание, и он следует ему всю жизнь. Кто-то вкладывает в это больший смысл, а кто-то стремится к улучшению, не отдавая себе отчёт в конкретных «хочу», поэтому и результат у всех разный. Один торопится быть первым и все успеть, другой никуда не спешит, но это совсем не значит, что он пассивно ждёт изменений. Просто он делает меньше ошибок. К сожалению, последнее утверждение, никак не относилось к моему герою — он старался быть первым всегда и во всём, а что касалось ошибок, их он старался не замечать, до поры-до времени.

Он давно узнал формулу счастья! Здоровье, семья, работа! Ни больше, ни меньше! Не будет одной из этих трёх составляющих — и ты несчастен! Слава Богу, здоровье есть! Работа тоже есть, лучшая, любимая, интересная и неплохо оплачиваемая! А вот семья… На этом месте можно ставить многоточие, задавать дополнительные вопросы, рисовать нелепые смайлики… до недавнего времени, и вот, наконец пришло время поставить жирную точку в конце текущего жизненного этапа. Нет, это совсем не значит, что семьи вовсе нет или её вдруг не стало. Это всего лишь говорит о том, что семья, в том понимании, какое обычно вкладывают в это слово, для мужчины перестала существовать — Павел в очередной раз, наконец-то, расстался с женой!

Необычность ощущений настраивала мысли на пафосный лад.

— Пора привыкать к этому новому, счастливому состоянию! — мужчина с удовольствием потянулся и окончательно проснулся! — Отныне, моя семья — это я сам! Один и без «ансамбля», — улыбнулся он вслух и не стал рифмовать известную присказку из анекдота.

Зеркало в ванной комнате отражало вполне нормальное лицо мужчины, «слегка за сорок», не отёкшее и не одутловатое, без «мешков» под глазами и не слишком «побитое» ранними морщинами. Голубые глаза горели «живым блеском». В «блондинистых» волосах наметилась первая седина, но она не бросалась явно в глаза. Не было «второго» подбородка, и общая картина отражения явно льстила мужчине, тем более, что и фигура была не оплывшая, а вполне себе «подтянутая», и даже, можно сказать, спортивная!

— Можно смело утверждать, что я мужчина в «расцвете лет», не старше 35-ти, — сделал Павел комплимент себе, напряг мышцы, как это делают бодибилдеры на соревнованиях и улыбнулся отражению. — Улыбайся миру и мир улыбнётся тебе!

Несколько взмахов бритвы «сняли» с лица вместе со щетиной ещё пару годков, и весьма довольный собой, молодой человек направился завтракать.

Гостиная была совмещена с кухней, и в отличии от «брутальной», в коричневых тонах, спальни, была светлой и элегантной. Попытка совместить столовую, в стиле хай-тек, и зону отдыха с традиционным диваном, удалась благодаря удачному цветовому решению обоев, ламината и штор, так что пространство получилось единым и просторным.

Створки большого двустворчатого холодильника «Hitachi» дружелюбно распахнули свои объятья, предлагая незамысловатый завтрак в виде йогурта и творожных сырков. Завтрак скорее был данью традиции, так как Павел не «заморачивался» ни его содержанием, ни его разнообразием. Еда, да и не только еда, чаще, делились им по принципу: «нравится — не нравится». Ему было чуждо подсчитывание калорий и рассуждения на тему: полезны или вредны те или иные продукты, хотя напольные весы в квартире все-таки присутствовали, дабы хозяин квартиры не увлекался кулинарными излишествами. Непритязательный в одном, Павел оставался принципиальным и достаточно придирчивым в другом — в комнате и на кухне был исключительный порядок, что добавляло плюсов не только квартире, но и её хозяину.

До такси ещё оставалось четверть часа. Большой чемодан «Samsonite» «нетерпеливо» застыл в прихожей, ожидая мужчину, надевающего китель с четырьмя золотыми шевронами на рукавах и затягивающего галстук на белоснежной рубашке. Вот уже более двадцати лет, Павел работал пилотом гражданской авиации, из которых последние шесть, летал командиром на грузовом Боинге в одной крупной российской авиакомпании. Работа состояла, в основном, из «небольших» мини командировок, от трёх до десяти дней, в зависимости от маршрута. Это мог быть «разворотный» рейс в Европу, Гонконг или Токио, или же полноценная «кругосветка», через Шанхай на Аляску и далее, через Лос-Анжелес, Чикаго, снова в Европу. В каждом из городов, экипаж, как правило, отдыхал один-два дня на, так называемой, «эстафете», поэтому работа завораживала не только романтикой полёта, но и впечатлениями от знакомства с новыми местами. Стороннему человеку кажется, что пилоты — вечные туристы, которые не только не платят деньги за путешествия, но ещё и получают за это достойную зарплату, и отчасти — это правда! Не любить такую профессию было невозможно, поэтому, даже спустя годы, Павел находил удовольствие в размеренном, условно «кочевом» образе жизни. Первые эмоции от подобных авиационных путешествий брали в «заложники» любого человека, и поначалу экипажу было не до сна — успеть посетить и увидеть непознанное, оценить музеи и впитать информацию экскурсий, а иногда просто окунуться в суету близлежащих улочек и баров, но позже, необычность разных стран и городов становилась обыденностью, и время отдыха на стоянках ничем не отличалось от жизни нормального человека, закончившего рабочий день в офисе. Кто-то заполнял подобные «паузы» сном, кто-то активным фитнесом, а кто-то поиском приключений на свою задницу. Павел, как правило, отдавал предпочтение книгам и пешим прогулкам. Большой любитель литературы, он также делил чтиво на то, что нравится и то, что утомляет. С этими мыслями, мужчина пробежался по корешкам книг глазами, бросил очередное необременительное чтиво в чемодан и закончил привычную перед рейсом «карту проверок».

— ППП! Паспорт, пилотское, пропуск!

Сообщение на телефоне прервало финальную фазу подготовки к рейсу: «Вас ожидает такси»!

— Первый раз покидаю персональное жилище с грустью, от того, что пауза между рейсами оказалась такой короткой, — поймал себя на мысли, Павел. — Последние несколько лет я с таким удовольствием убегал из дома, чтобы не только снова «обнять небо», но и спрятаться от непрекращающихся домашних скандалов. Теперь, все будет по-другому. В жизни наступил долгожданный покой. Я люблю свою квартиру и кажется, она отвечает мне взаимностью! Отныне, провожать и встречать меня будет мой дом, который, в отличии от последней жены, не будет меня безосновательно ревновать, «пилить» и упрекать во всех смертных грехах.

Служебное такси застыло у торца дома и приветливо моргнуло пилоту, вышедшему из подъезда. Павел махнул рукой знакомому водителю, и вздохнув полной грудью свежего воздуха, не спеша двинулся в сторону авто. Весна, пока, заявляла о себе лишь обеденным солнцем, и растаявшие днём лужи, блестели с утра застывшими блюдцами льда. Молодой человек суетливо пробежал мимо, поскользнулся на таком коварном ледяном зеркале и чуть было не упал! Павел аккуратно обошёл замёрзшее препятствие, подошёл к машине и удобно расположился на заднем сиденье. Предстояла достаточно муторная дорога «по пробкам» до аэропорта Шереметьево, а у него перед глазами стоял, балансирующий на льду парень, и он невольно сравнил его с собой.

— Ведь я также опрометчиво бежал по жизни, не обращая внимания на возможные «подножки», — улыбнулся Павел мыслям. — Мы все, в какой-то мере, подобные «бегуны». Кто-то бежит быстрее, а кто-то медленнее. Кто-то аккуратнее, а кто-то безрассуднее. Кому-то, удаётся удержать равновесие и справиться с ситуацией, а кто-то падает и больно ударяется. Кого-то, подобные падения учат, а кто-то, упрямо продолжает наступать на «упавшие грабли», снова и снова. Есть и такие, кто, наступив в лужу, просто проваливаются и тонут в ней, и ведь у каждого есть выбор! Остановиться! Задуматься! Вдруг, впереди снова «засада»? Вдруг, коварный лёд не выдержит тяжести и сломается? Быть может, есть смысл обойти препятствие? Почему я, в третий раз, так бездумно женился, убил на последний брак целых 12 лет, а как выяснилось, снова сделал ложный выбор? Мог ли я избежать такой плачевной участи? Вопросы… Вопросы…

— До Шереметьева часа два ехать будем, не меньше, — посетовал водитель, наблюдая изрядное количество красного цвета в навигаторе.

— Значит, есть время досмотреть сны, — задумчиво ответил Павел и прикрыл глаза, не желая разменивать свои рассуждения на беспечные разговоры с водителем.

Глава 2

Такси нехотя плелось в потоке машин, не утомляя пассажира резкими манёврами. Со стороны могло и впрямь показаться, что Павел дремлет, и лишь блуждающая улыбка на лице предательски выдавала, что мужчина продолжает оставаться в своих мыслях.

— Третий развод, или правильнее сказать разрыв, я пережил на удивление легко. Не было щемящих сердце угрызений совести, не было рвущих душу сожалений о потерянном впустую времени, не было зашкаливающих эмоций, не было досадных вздохов и паче тем, какой-то обиды или злобы на весь белый свет и на судьбу. То ли сказалась «привычка» разводиться, то ли я стал старше и умнее, то ли аргументы в пользу развода, на этот раз, оказались достаточно весомыми, чтобы ещё из-за них расстраиваться. Да-да! Бывают ещё в нашей жизни «непутевые» мужики, которые умудряются трижды жениться, и трижды, в последствии, разочароваться в содеянном! — подтрунил Павел над собой и продолжил привычный диалог, представляя себя одновременно и в роли рассказчика, и в роли слушателя.

— Существует расхожее мнение, что подобные мужчины и впрямь не заслуживают уважения, так как скороспелые решения характеризуют их, как легкомысленных и неуравновешенных!

— Я и сам так считаю, но… всегда имеет место быть исключение из правил! Особенно, если учесть, что «убил» я на эти браки, аж целых 28 лет.

— Хм-м! Со стороны выглядит так, будто я не стараюсь искать ответы на вопросы, а пытаюсь оправдаться за свои поступки. Хотя… отчасти, так и есть! Постараюсь быть объективным.

— Однажды, мне на глаза попалась фраза, что повторный брак — это победа надежды над здравым смыслом! Я настолько надеялся на лучшее, что не замечал очевидного! Мелкие недостатки своих избранниц я старался игнорировать, а возникающие впоследствии недоразумения, попросту терпеть. Каждый раз я гипнотизировал себя и заставлял видеть в моих жёнах желаемое, а на действительное — закрывать глаза! Именно так — выдавал желаемое за действительное и находил его даже там, где подобного не было и в помине! Позже наступало прозрение или лучше сказать, разочарование, а с ним и конфликты. Разве я не пытался как-то разрешить споры мирно и без развода? Пытался! Искал аргументы, выслушивал претензии, подбирал слова и снова сталкивался с полным непониманием. Что же мне оставалось? То же, что и всем! Либо притворяться, что все в порядке и обманывать себя и жену, либо — развод! Только эти два пути остаются тем, кто не нашёл компромисс за «столом переговоров» и не смог реанимировать остывшие чувства. Кому-то достаточно одной «работы над ошибками». Мне же пришлось расписаться в собственной глупости трижды! Неужели я глупее своих сверстников? Или я объективно был запрограммирован на неудачу в семейной жизни?

Павел скорчил недовольную мину, затем улыбнулся, выдохнул и продолжил самобичевание.

— Очевидно глупее, раз не делал выводов! Каждый — сам… «звиздец» своего счастья, и у каждого свои «рецепты» семейного благополучия. Универсального совета для решения конфликта, не может быть по умолчанию.

— С этим трудно не согласиться. Можно быть уверенным лишь в одном — чтобы выводы были реальными и объективными, необходимо услышать аргументы обеих сторон. Я же сейчас, пытаюсь преподнести ситуацию однобоко и субъективно! Тем не менее, я не привык перекладывать ответственность за собственные ошибки на чужие плечи и кого-то, не дай Бог, обвинить в том, что со мной произошло! Поэтому и виню в том, что случилось, в первую очередь, только себя, и это не просто оправдание собственных промахов, а реальный поиск ответа на вопрос: как и что необходимо было предвидеть в прошлом, чтобы подобного не повторилось в будущем?!

Память нехотя реанимировала воспоминания и связанные с ними ощущения…

— Первый брак случился по молодости и… по глупости! — произнёс Павел вслух.

— Ты что-то сказал? — спросил водитель, не отвлекаясь от дороги.

— Извини. Сон приснился, надо досмотреть его до конца, — улыбнулся пассажир и снова закрыл глаза.

— По моей несусветной глупости! Как ещё можно назвать брак с одноклассницей в 20 лет?! Школьная любовь, первые поцелуи и первая потеря невинности для двоих. «Выключатель» в штанах отключал мозги, и мне казалось, что по-другому поступить нельзя! Как иначе, если моё поколение воспитано на правильных книгах и правильных фильмах? «Алые паруса», «Евгений Онегин», «Два капитана»! Романтика! Сплошная романтика и ничего приближенного к реальности! Плюс необузданное половое желание, которое легко унять, если… жениться! Обоюдной симпатии вполне достаточно для такого ответственного шага, несмотря на то, что друзья крутят пальцем у виска, узнав о таком решении, а родители укоризненно качают головой. Но! Чужие советы мало кто слушает в юношеском возрасте! — рассказывал Павел невидимому собеседнику, увидев себя, молодого и наивного, на первой в своей жизни свадебной церемонии: худощавый, загорелый юноша стоял рядом с невысокой, скромной девушкой в белом подвенечном платье, держа её под руку и внимал словам и напутствиям дамы-регистратора, давая клятву в вечной любви и верности! Нет, не той даме, что читала, а той девушке, что стояла рядом! Клялся, искренне полагая, что так оно и будет!

— О чем мы мечтаем в детстве? Конечно, повзрослеть! Стать самостоятельными! Независимыми! Штамп в паспорте давал мне подобные «привилегии» перед сверстниками. Им ЕЩЁ нельзя, а мне УЖЕ можно! Я — уже взрослый! Женатый! А, что по факту? По факту, двадцатилетние влюблённые были слепыми котятами, не видевшими и не знающими ничего! Обоюдная наивность, помноженная на юношеский кретинизм, и конечно, мужская, персональная ответственность за оказанное девичье доверие, лишь добавили уверенности в поступки. Кроме этого, нравы и правила приличия «советских 80-х» не позволяли совместного проживания без штампа в паспорте, и это тоже сыграло свою роль в принятии решения. Так что, как честный комсомолец и приличный человек, жениться на своей девушке, я был просто обязан! Какие вопросы к себе, какой анализ, какой прогноз в развитии отношений? Ни-че-го! Поэтому, когда первый «половой голод» был утолён, а конфетно-букетный период закончился, взгляд на семью изнутри говорил, как минимум, о слишком скороспелом решении. Не имея более серьёзных связующих, чем юношеская влюблённость, испарившаяся со временем, спустя три года, брак рухнул, оставив на своих руинах не только обломки первой любви, но и маленького сына. Увы! Так бывает! Почему? Да потому, что в череде начавшихся семейных дрязг, молодой «кобелёк» узрел на горизонте очередную, симпатичную «самку»! Много ли мозгов прибавилось тогда, у этого, 23 летнего второго пилота, увидевшего на работе, не только прелести полётов, но и прелести стюардесс?

Павел живо представил себя, озабоченного и растерянного, рядом с невестой номер два: напустив серьёзности для большей солидности, по-прежнему юный «щегол» держал под руку дамочку среднего роста и… такого же «среднего» возраста в обычной серой блузке и такой же серой юбке, искренне полагая, что уж эта избранница с ним до самого конца «и в горе, и в радости».

— Я тогда, на «следующей луже», не просто «поскользнулся» — я в неё плотно сел! Как можно было перекочевать от одной жены к другой? Уму не постижимо! Причём, именно, не от одной женщины к другой, а из одного брака в другой, но, поправ все нормы морали, околдованный стройными ногами, умело «раздвинутыми» в нужный момент, я оказался в следующей западне. Эх, молодость, молодость! Те чувства, что я принял за любовь, со стороны новой пассии, на деле оказались её «невинной» забавой, а позже, расчётливым планом, с плохо скрываемым равнодушием. Ушлая девица умело дразнила и шантажировала влюблённого недотёпу «допуском к телу», что в сочетании со слезами и обещаниями в вечной любви, ставило меня перед выбором: ВСЁ или НИЧЕГО. Я выбрал ЗАГС, оправдав своё скотское поведение в отношении первой жены, необходимыми жертвами во имя счастья жены второй.

— Пусть лучше будет несчастлива одна женщина, чем будут несчастны все! — рассуждал я тогда, не утруждая себя искать причины ультиматума, предъявленного мне избранницей номер два.

— Таким образом, цели голенастой искусительницы были достигнуты. Вторая супруга была старше меня на 4 года. Она удовлетворила амбиции «старой девы», выйдя наконец замуж, но «наигравшись» вдоволь с молодым мужем, стала жить прежней, «незамужней» жизнью, давая повод для постоянных скандалов. Если по истечении трёх лет в первом браке, я нашёл выход из семейного конфликта в немедленном разводе, то, как раз во втором браке, я выбрал уже путь обмана и не стал «рубить с плеча»! Устав искать внимание жены к себе, я был вынужден найти это женское внимание «на стороне». Быть может, мы так бы и продолжали жить, каждый своей жизнью, если бы спустя 6 лет брака, вторая жена, не решила уйти от меня к моему же другу, внезапно попавшему под её «неземное», блядское обаяние. Ситуация, подобная моему первому разводу, с той разницей, что брошенным теперь оказался я! Да ещё и с сюрпризом, в виде одновременного предательства двух, по-своему близких мне людей! Так тоже, оказывается, бывает, но в последний момент, у любовников, что-то «не срослось», «друг» иммигрировал за рубеж, а жена, словно «побитая собака», вернулась снова ко мне. Я было решил, что отныне она будет всю оставшуюся жизнь вымаливать у меня прощение, «наденет паранджу» и станет вернее верной! Но, не тут-то было! Спустя месяц, она снова пустилась «во все тяжкие»! Про таких говорят: «Слаба на передок»! Выгнать бы её, да дочь подрастает, вот-вот в первый класс пойдёт, и живут ради ребёнка, под одной крышей, два посторонних человека. Закон бумеранга сработал со всей очевидностью — зло, сотворённое мною ранее, вернулось ко мне с удвоенной силой, в виде наказания вторым браком, да ещё с процентами двойного предательства! Обида на весь белый свет, казавшаяся в то время, ужасной, на самом деле, заставила немного протрезветь мою, «хмельную» от любви, голову и посмотреть на измену со всех сторон.

Павел вспомнил «ломку» своих правильных устоев, совпавшую с катастрофическими изменениями в стране, в которой тоже всё рушилось.

— Люди разменивают супружескую верность по разным причинам. Кому-то не хватает внимания и любви, а кому-то банального адреналина. Я относился к первому типу. Коллекционированием женщин не занимался, переживая в основном не о самом факте адюльтера, а о необходимости притворяться и врать. Такое «раздвоение» меня больше угнетало, чем доставляло удовольствие, поэтому и не стало правилом, чего нельзя было сказать про супругу, которую прельщал азарт предательства. Он-то её и толкал к постоянному поиску приключений, как в известном анекдоте, про новых «членов её кружка».

— В итоге мы развелись, достаточно мирно и цивилизовано. В паспорте появился штамп о разводе, но обстоятельства заставляли нас, периодически, находиться под одной крышей, до поры до времени аж целых три года! А теперь, внимание! Барабанная дробь! Пока снова, на горизонте, не возникла очередная женщина! Молодая, красивая и… верная! «Зерно упало на благодатную почву»! Уставшему от измен жены, мне всего лишь один параметр — ВЕРНОСТЬ, затмил все остальные недостатки! — тут Павел поморщился, увидев себя, надменного, уверенного и… придурковатого одновременно, рядом с избранницей номер три. Уже солидный мужчина, изрядно потрёпанный жизнью, держал под руку молодую, миловидную девушку в длинном пёстром платье, скромно потупившую взгляд в пол, абсолютно уверенный в том, что это бракосочетание, уж точно, «до гробовой доски».

— И вот, я уже в загсе в третий раз! Каково? Разве так можно? Захотелось семьи — поживи немного без штампа! Посмотри на брак изнутри! Уже и возраст более серьезный, и жизненного опыта за плечами прибавилось, и время наступило другое — терпимое к «гражданскому» браку. К чему эта спешка с женитьбой?! Нет ведь! Сразу в загс! Три года «условно» холостого существования, между второй и третьей женой, утомили меня случайными знакомствами. Хаотичные связи с девушками были мимолётными и несерьёзными, а хотелось стабильности, уюта и уверенности в завтрашнем дне, поэтому инициатором брака на этот раз, был я сам, в полной уверенности, что сполна «испил чашу» наказания за ошибки молодости.

— Побежал мирно отсчёт годков в третьем браке! Счастливом? Куда там! Видимо, не для меня семейная жизнь! Я был обласкан на все 100 процентов и безмерно благодарен за это третьей жене, не смотрел «налево» целых восемь лет и был абсолютно верен супруге, но конфликты все же возникали, и их количество, со временем, неумолимо росло! Из-за чего? Из-за разности интересов, как ни странно! Из-за разности в образовании, но главное, из-за разности жизненных установок! Мне не интересен «диванный» образ жизни. Я успевал летать, строить дом и при этом следить за собой, бросил курить через год после свадьбы и был абсолютно равнодушен к алкоголю, а моя «Ассоль» верно ждала своего «капитана Грея» дома, не собираясь отказываться от сигарет и регулярных «возлияний». Сначала она изрядно увлеклась пивом, а потом и другими «чудо-напитками», повышенной градусности. Затуманенный алкоголем мозг снимал все ограничения на гастрономические излишества. «Ночной дожор» стал для жены правилом! Причём, не только после возлияний, а и в обычные, «трезвые» дни. К стройной, 48-ми килограммовой фигурке «прилипло» ещё 25 (!) килограмм, и закономерно, из отношений исчезли сначала поцелуи, потому что мне не хотелось облизывать «пепельницу», а потом исчез и секс из семейной жизни, потому что эротическая привлекательность 70-ти килограммовой супруги, мягко говоря, поблекла. Исчез от слова «совсем»! Оказывается, такое случается, если конкретные разногласия дополнительно усугубляются несовпадением темпераментов, и секс, как одна из главных и важных связующих брака, «умер», сократившись до одного раза в месяц, а то и реже!

Павел воочию «увидел» рыхлое и бесформенное тело жены, которое могло вызывать любое желание, кроме сексуального, но не стал углубляться в неприглядные анатомические тонкости, дабы не уводить мысль от дальнейшего диалога с собой.

— Так, кто в этом виноват? Конечно, снова я! Во-первых, я, в какой-то мере, попустительствовал этому безобразию, собирая коллекцию бутылок из «дьюти-фри», а во-вторых, супругу «разрывала» надуманная ревность, которую она благополучно, регулярно и с удовольствием, «топила» в алкоголе. На этом фоне, у неё, развилась прогрессирующая полная апатия, если не сказать неприязнь, к физической близости, которую супруга с удовольствием «заедала» беспрерывным жеванием любой пищи днём и особенно ночью.

— Учитывая мой график работы и постоянные командировки, трещина в семейной жизни быстро превратилась в ущелье! Я, как и прежде, тянулся к любой активности, саморазвитию и чтению, а «бывшая», сутками «залипала» у голубого экрана. Диалоги сводились лишь к решению бытовых проблем, моим претензиям к её образу жизни и к её ужасной трансформации из миниатюрной девушки в заплывшую жиром бабищу. Очередной конфликт грозил «взорвать» наши отношения и показал, что от семьи не осталось ничего, кроме равнодушия и неприязни друг к другу. Три с половиной года назад, мы всё же подали заявление на развод, я взял для себя в ипотеку квартиру, но развестись «с первого раза» не удалось, потому что месячное проливание слёз, не только «смыло» с жены пяток килограммов, но и разрывало моё сердце на части, от жалости к непутёвой супруге и… к себе, как ни странно. Так не хотелось признаваться в собственных ошибках даже себе! Мы отказались от развода и дали себе второй шанс, чтобы спасти отношения. Купленная квартира выступала балансиром, успокаивающим семейные распри, но, спустя буквально полгода, вернувшись однажды из рейса на сутки раньше, я снова застал дома жену в непотребном виде, с остекленевшими глазами и заплетающимся языком. Разбросанная пустая тара из-под пива и джин-тоника, красноречиво описала будни супруги во время моего отсутствия.

— Хорошо, что время размыло краски того памятного события…

Павел поёжился от «красочных» воспоминаний.

— Или, нет?

Мужчина ослабил галстук и попытался продолжить диалог с собой, но картинка того памятного вечера не исчезла.

Стандартный рейс внепланово сократили и вернули экипаж на базу в Москву на сутки раньше положенного. Улыбающийся, в преддверии неожиданного появления для супруги, и ожидаемого восторга с её стороны, Павел застыл перед дверью. Свет в окнах первого этажа говорил, что жена дома и возможно готовит ужин, нечаянно почувствовав преждевременный возврат супруга, но на пороге мужчину встретили молчание, резкий кислотный запах никотина и затхлый, сивушный, спёртый воздух. На диване в гостиной, навзничь, лежало «нечто» женского рода и храпело! Смятая щека впечаталась в диван, деформируя рот, из которого тянулась тонкая нитка слюны, опускающаяся в чайное блюдце, битком забитое выкуренными до фильтра сигаретными «бычками». Надкусанный помидор, кусок колбасы и недоеденная корка хлеба запутались в волосах, а задравшаяся вверх кофта и спустившиеся ниже бёдер шаровары довершали красочную картинку пьяной в «хлам» супруги.

— Первым желанием тогда было развернуться, исчезнуть раз и навсегда из этого дома и бежать «куда глаза глядят», подальше от этой женщины! Справиться с эмоциями, помог лай Барклая, который видимо услышал мои мысли и «звал» хозяина успокоиться. Надо было что-то предпринимать! Причём срочно! Восемь лет брака снова ушли «псу под хвост»!

Павел сморщился, словно от зубной боли, воочию ощутив эмоции, заставившие его разочароваться в попытке спасти последний брак. Неприязнь к последней жене оказалась настолько «живой», что мужчина пожалел о своём желании «ворошить» воспоминания.

— Квартира была абсолютно не готова! Что делать? Представьте себя на моём месте! Немедленно снова бежать в ЗАГС, чтобы развестись окончательно? Снять квартиру, чтобы увеличить и без того астрономические расходы и отсрочить переезд в своё жильё? А может сделать вид, что ничего не было и «проглотить» очередной «плевок» в свою сторону? Или всё-таки запастись терпением, установить «новые правила игры», «наступив на горло» своей порядочности и наплевать на условные обязательства, взятые мной при вступлении в брак? Учитывая обстоятельства, я выбрал последнее. Не последним аргументом стал ещё и тот факт, что в общем-то, не старый и здоровый, половозрелый мужчина, в сорок с «хвостиком» лет, оставшийся на «голодном сексуальном пайке», регулярно прибегал к онанизму и вспомнил, что такое поллюции! Верность в браке является одним из главных постулатов семейной жизни, пока не возникает вопрос, во имя чего и во имя кого, ты «воюешь» с природой. Оставаться «монахом», ради бездыханного и бесформенного тела, живущего в аромате никотина и алкоголя, мне больше не хотелось, и я подсластил «пилюлю» разочарования в жене, известным каждому способом. Новая эпоха, с возможностями интернета, разрешила эту проблему моментально! И вот, уже в каждом городе, куда я летал, нашлось решение «актуальной» проблемы в виде пылких свиданий с «прекрасными незнакомками» с известных всем сайтов. Само-собой, жену я в свои деяния не посвящал, просто-напросто выжидая время, покуда моё персональное жилище будет готово. Время совсем не торопилось и «тянулось» аж целых три года, не слишком докучая мне соседством с опостылевшей окончательно супругой, позволяя полностью её игнорировать! Теперь, если жена и подозревала меня во всех смертных грехах, то вполне оправданно. По крайней мере, слушать её упрёки стало не так обидно, а порою и вовсе смешно!

Женские тела успокоили мою плоть, но не смогли успокоить возмущённое сознание. Душевное спокойствие подарил «Транссерфинг реальности» Вадима Зеланда. Занимательное чтиво лишний раз подтолкнуло меня к «копанию» в себе и поиску выхода из сложившейся ситуации, но… только с абсолютно другой подоплекой! Не «стучаться в очередную дверь», в надежде, что следующая избранница окажется лучше предыдущих, а перестать настойчиво искать счастье в очередном браке.

— Первая «трезвая» мысль, — подтрунил мужчина над собой.

— Как правило, я ни с кем не делился своими проблемами, и даже друзья не знали о глубине моих семейных неурядиц, но не все были такими «молчунами», как я. Однажды в рейсе, также разведённый дважды, коллега, разоткровенничался: «В третий раз я не стал ждать, пока появится новая женщина на горизонте, а ушёл «к себе»!

Ушёл в ту, независимую от женщин жизнь, где он стал себе хозяином. Этот диалог «запал» мне в душу и также стал, в определённой мере, знаковым событием. Уходить необходимо к себе, а не к кому-то, и рассматривать новый жизненный этап, не как очередную «холостую» паузу, а как закономерное следствие полного провала семейных отношений для меня персонально, и началу жизни «с чистого листа».

Воспоминания из прошлого довольно стройно выстроились в цепочку событий, чего нельзя было сказать о выводах. Поступки больше выглядели спонтанными, чем закономерными.

— Да, жизнь оказалась полосой препятствий, где большинство проблем я создал себе сам, — признался Павел в очевидном, — и показало, лишний раз, мою «близорукость» в выборе женщин. Я становился заложником, то порядочности, то своей похоти, то спешки, то жалости, то возраста. Влюблённость принимал за искренние чувства, не пытаясь к эмоциям добавить ещё и мозги! Такие откровения не заставили моего героя смотреть на мир пессимистично. Павел тряхнул головой и очнулся от дрёмы своих воспоминаний.

— Хватит себя жалеть! Надеюсь, я вдоволь «наелся» тремя неудачными браками и свой лимит глупости истратил! Документальный развод, как таковой, мне не нужен! Я не собираюсь связывать себя новыми узами никогда и ни с кем! Штамп в паспорте даже даёт мне свои «плюсы» в виде «непосягаемости» на мой, холостой «суверенитет»!

Такси вырвалось из плена московских пробок и «облегчённо вздохнув», рвануло в направлении международного терминала Шереметьево. Павел посмотрел на стремительно убегающий пейзаж за окном и вновь улыбнулся.

— Я тоже вырвался из «пробки» семейной жизни…

Три дня назад, Павел отправил жену на пару недель «отдохнуть» в санаторий, собрал личные вещи и выехал, наконец, в свою квартиру, оставив все, нажитое за двенадцать лет имущество, ничего не подозревающей супруге. Таким образом, он не драматизировал разрыв, не чувствовал себя обязанным материально и не трепал лишний раз нервы ни жене, ни себе, закрыл очередную страницу своей жизни и открыл новую!

Глава 3

Павел подошёл к двери своей квартиры и в нерешительности остановился. Первый раз в жизни он вернулся из рейса не к «кому-то», а к «себе». Квартира вежливо впустила мужчину, аккуратно переступившего порог, наконец рассмотрела в нём хозяина и обняла своей тишиной, дрогнув от возбуждения захлопнувшейся дверью. Пьянящее ощущение бесконечной радости заполнило не только хозяина, но и всё пространство вокруг! Шторы мягко колыхнулись в немом приветствии, лампочки в светильниках задорно подмигнули, а распахнутые двери замерли, словно в вежливом реверансе.

— Какое оказывается комфортное состояние — жить в гармонии с собой, своими мыслями и ощущениями! — отметил Павел и пятью минутами позже, направился в душ.

Зеркало вновь отразило улыбку, намертво «прилепившуюся» к счастливому лицу.

— Необходимо престать улыбаться, иначе посторонние люди могут заподозрить неладное в моём психическом состоянии, — шутя упрекнул молодой человек своё отражение. Спустя 20 минут, бренное тело, обёрнутое полотенцем, прошлёпало босыми ногами в направлении дивана в гостиной. — С уборкой проблем не возникает — я сам в состоянии мыть полы и периодически вытирать пыль. Раз в месяц, к тому же, можно приглашать на генеральную уборку какую-нибудь женщину, хоть ту же консьержку, которая не прочь подработать за небольшое вознаграждение, — начал мужчина привычный диалог с собой.

— Со стиркой проблем тоже не вижу — стиральная машина куплена, а вот с глажкой будет немного сложнее. Придётся вспомнить курсантские годы и навыки.

— Еда? Тут, вроде, тоже всё гладко! В рейсах меня вкусно и сытно кормят, а дома, для дежурного случая, в холодильнике есть пельмени, сосиски и пицца.

— Остаётся, чисто физиологический, вопрос с женщинами, но… приводить кого-либо в квартиру, пусть даже на одну ночь, я пока не хочу, — эпизодических встреч с «прекрасной половиной человечества» хватало и в командировках, — поэтому квартира, в каком-то смысле слова, пусть остаётся девственной и целомудренной.

— К черту мысли о женщинах! — сказал мужчина вслух, откинулся на спину, вытянул ноги и «зацепился» взглядом за лежащую, раскрытую книгу Ричарда Баха «Мост через вечность».

— «Ошибок не бывает. События, которые мы притягиваем в свою жизнь, какими бы неприятными они не были, необходимы для того, чтобы мы научились тому, чему должны научиться», — прочитал он вслух и задумался. — Есть в этом чтиве, что-то знаменательное для меня. Ведь, он тоже лётчик и так же мучился вопросом поиска идеальной женщины. Выяснил, что это бестолковое занятие, потому что те качества, которые он находил привлекательными у одной дамы, напрочь отсутствовали у другой и наоборот. Во многом, ситуация похожая на мою, хотя он, в отличии от меня, позже её все-таки нашёл, свою Лесли, — улыбнулся Павел, закрыв книгу.

— Кстати, также, как и я, увлекался эпистолярным жанром! А что? Мне теперь тоже, самое время «полюбить» себя и делать то, чего мне всегда хотелось!

— А, чего тебе хотелось, Паша? Нравится писать? Пиши! Сочинять стихи? Сочиняй! Петь песни? Пой на здоровье! Заниматься фотографией? Занимайся! Главное — не женись больше! Никогда!

— Жениться, конечно, ни к чему, а вот иметь более или менее постоянную подружку, было бы неплохо, но форсировать события ни к чему! Наслаждайся необычностью своего положения!

— Что ж такое? Снова мысли о бабах!

— Фу, как грубо! Сказывается «негатив» общения с последней женой. Конечно же, мысли о женщинах. Никуда без этих мыслей!

— Больше, не ищу никаких женщин! Идеальных нет, а другая мне не нужна! Каждая имеет недостатки, которые быть может и не видны сначала, но потом всё равно «вылезают» нелицеприятными сюрпризами.

— Быть может я, слишком предвзято отношусь к выбору своей спутницы?

— Может. Хотя, мои пожелания предсказуемы, как и у большинства мужчин. Красивая, стройная, верная, аккуратная, без вредных привычек, хозяйственная и… одинаково думающая!

— Всё? Не многовато-ли? — посмеялся мнимый собеседник над собой.

— Это — во-первых! Есть ещё во-вторых и в-третьих!

— Да, ладно! — подтрунивал Павел над своим вторым я.

— Сексапильная, весёлая, здоровая, умная! Дальше продолжать?

— Не стоит. С женщинами понятно, а чем тебе семья не угодила?

— Семья — это идеальная женщина, привязанная ко мне штампом в паспорте. Раз нет первого пункта — нет и второго!

— И?

— Не ищем женщину-идеал и женщину-семью. Обзаводимся «женщиной-удовольствие» или «женщина-для-здоровья», без всяких обязательств и … «закрываем» этот вопрос.

— Позитивненько!

С непременной улыбкой, Павел закончил диалог с собой и напевая известные строчки из песни Кипелова, отправился спать.

Говоря о любви к эпистолярному жанру, мой герой нисколько не лукавил. Ещё лет пять назад, пытаясь «достучаться» до жены, Павел выяснил, что обычных слов не хватает. Улетев после очередного скандала в рейс, и используя планшет в качестве тетради, он попытался выразить свои мысли без эмоционального давления. Слова легко укладывались в предложения, образуя небольшие письма невидимому собеседнику, в которых, возмущённый муж жаловался, доказывая свою правоту и неправоту супруги. Аргументы выстраивались в стройные цепочки умозаключений и позволяли позже, если не решить конфликт, то сгладить его наверняка. Сначала Павел находил написание таких рассуждений занятным, но потом понял, что ему нравится упорядоченное изложение своих мыслей именно в таком формате. С тех пор, иногда, возникающие паузы между полётами, он заполнял подобным занятием, оттачивая своё мастерство не только в кратком изложении претензий, а и в развёрнутых сочинениях-рассуждениях. Позже, ограничения в общении с женой, заставили его нырнуть в воспоминания и в сочинение условных мемуаров о себе, в которых он также пускался в рассуждения, задавал себе вопросы, пытался найти на них ответы и находил много интересного и увлекательного в этом занятии. До последнего времени, заниматься упорядочиванием своих записей Павел не пытался, поэтому позволил себе лишь сейчас задуматься о своём «прозаическом» хобби.

Две недели пролетели незаметно. Новоявленный холостяк удачно избежал дежурных разговоров с женой, объяснив ей, что улетел в чартерный рейс в Африку, где интернета нет и в помине. Так что, Вика, ещё не подозревающая о тех переменах, с которыми ей предстоит столкнуться в скором времени, звонками и вопросами его не донимала, но сегодня она возвращалась домой, в полной уверенности, что мужа до сих пор нет в Москве.

— Сейчас она приедет в дом, поднимется в спальню, прочитает моё к ней послание, специально оставленное на кровати, и начнёт мне звонить, — с сожалением вздохнул Павел, успевший забыть про истеричное выяснение отношений. — Интересно, сразу наберёт или «махнёт» сто грамм для храбрости?

Внутреннее напряжение заставляло его, не то чтобы нервничать, но «держало» в тонусе. Мало ли что может прийти в голову женщине, которую обидели таким «увесистым» аргументом — не каждый день муж исчезает из жизни и из дома, да ещё вместе с вещами.

— Боишься за неё или за себя? — задал Павел себе вопрос, пытаясь уберечься от неприятных неожиданностей.

— Не люблю ругани и ненавижу разборки, когда уже всё, тысячу раз говорено! По-моему, я выбрал самый приемлемый способ «сгладить все углы».

— С точки зрения мужчины!

— Это точно! Женщина, особенно «под градусом» — непредсказуема! Может, например, приехать на такси для выяснения отношений! Ты об этом подумал?

— Не драматизируй! Хотя, в моём случае — не удивлюсь! Буду держать оборону! — усмехнулся недобро мужчина своим мыслям.

Тишину квартиры разорвал телефонный звонок. Павел посмотрел на высветившийся номер, который был им переименован, как «уже не жена».

— Ну, хоть не в домофон и не в дверь, — улыбаясь произнёс мужчина, нажимая кнопку ответа.

— Я знала, что ты только и ждал окончания ремонта в твоей «грёбаной» квартире! Нашёл себе новую блядь? Я всегда знала, что ты — бабник! — без «здрасьте» и других предисловий, ворвался в ухо голос жены.

Вика говорила с надрывом и слезами, не слушая того, что муж ей ответит. Да и не услышала бы она ничего, а Павел не хотел вступать с ней в словесную перепалку. Дождавшись окончания истеричного женского монолога, мужчина все-таки вернул жену к реальности.

— Привет. У тебя остался дом. Попробуй начать жизнь заново. Квартира бабушки, которую ты сдаёшь — тебе в помощь, так что денег на жизнь хватит. Развод мне не нужен, но, если решишь развестись — скажи. Придётся научиться жить без машины, потому что её я забрал себе — хоть какая-то компенсация за дом и всё то, что я тебе оставил. Прости, что не оправдал твоих надежд.

Вика снова начала, уже на более высоких нотах, продолжать выяснять отношения, не забывая между фразами проклинать мужа и тот день, когда они встретились. Павел отвёл руку с телефоном в сторону, чтобы не оглохнуть, выдержал паузу, в надежде, что визг прекратится и сморщился, словно при зубной боли. Минутой позже, он попросту нажал кнопку отбоя и полностью выключил телефон, чтобы не провоцировать жену на новые звонки.

— Что ж, ей надо время свыкнуться с мыслью о своём новом статусе. Наверняка, завтра будут слезы и обещания, что она найдёт в себе силы измениться, но думаю, спустя неделю, она осознает, что «поезд ушёл» и возврата к прошлому не будет.

За две недели отсутствия жены, Павел практически ни разу не вспомнил о ней. И не потому, что хотел скрыться от неё не только воочию, а и в мыслях. По мере того, как менялась жена, менялось и его отношение к ней. Неудовольствие поведением жены рождало у мужа неприязнь, которая год от года лишь увеличивалась, пока не переросла в равнодушие, полностью убив саму суть семейных отношений. Павел давно не скучал по супруге, ни как по женщине, ни как по хранительнице домашнего очага и уюта, ни как по приятному собеседнику. Удивительным образом, он обнаружил, что даже при желании, не может выудить из памяти какие-то светлые и нежные моменты, коих у супругов должно быть в достаточном количестве. Вот и сейчас, перед глазами стояла лишь истеричная женщина, которая с невероятной скоростью удалялась от него вдаль, исчезая в ней, вместе со своей кипящей ненавистью.

— Первый раунд прошёл удачно. Несколько дней придётся выдержать прессинг её звонков, а затем и они сойдут на нет, — успокоил себя Павел и уснул праведным сном человека, проделавшего титаническую работу.

Вика набрала телефон мужа ещё раз, услышала короткие гудки и с обречённой ясностью призналась себе, что на этот раз, ни уговоры, ни проклятья в адрес мужа не способны его вернуть, по крайней мере в ближайшее время. В бессильной злобе она швырнула телефон в угол комнаты. Из груди вырвался даже не крик, а громкий рёв, смертельно раненого зверя. Стиснув зубы, что есть мочи, беснующаяся фурия упала на кровать и начала её колотить в бессильной ярости. Раздавленная ужасной реальностью, Вика отказывалась в неё верить, продолжала метаться из угла в угол, то громко подвывая, то тихо скуля. Ответный вой Барклая за окном несколько остудил её стенания. Женщина замерла на мгновение, допустив невозможное, метнулась к окну, осознала, что это всего лишь реакция собаки на посторонний звук и увидела своё отражение в зеркале. В окружении спутанных, всклокоченных волос, на неё смотрела меловая, бескровная маска, вместо лица. Стиснутые в злобной судороге зубы нехотя разжались. Вика усмехнулась отражению. Кровоточащие дёсны сделали ухмылку похожей на хищный оскал.

— Су-у-ка! Он всё-таки решился на это! Ну и пусть! Пусть валит ко всем чертям! Пусть заткнётся со своими вечными нравоучениями! Обойдусь! — выплюнула отверженная мужем «брошенка» во вне, отвернулась и полезла в мини бар.

Вместо привычной колоннады алкогольных напитков, на полке сиротливо замерла всего лишь пара бутылок. Литр водки и литр коньяка. Женщина недобро усмехнулась, потянулась к ним и… одёрнула руку.

— Неужели он узнал?

Вика открыла одну и понюхала — вода, а в другой — чай…

— Вот же, гад! И тут меня «умыл»! Зря я стеснялась! Надо было ещё пару бутылок ему подменить! Су-у-ка! — снова выругалась женщина. — А-а! Подарок! — вдруг вспомнила она, спустилась на первый этаж и достала литровую бутылку коньяка, привезённую мужу в качестве презента.

В одно движение скрутив пробку, Вика сделала глоток прямо из горлышка. Один, ещё один, ещё… Напряжение, а за ним и злоба отступили куда-то вглубь сознания, оставляя в настоящем лишь обжигающие волны сожаления к себе. Смешиваясь со слезами, вновь хлынувшими из глаз, эти волны привычно затуманили разум, подхватили тело и бросили его к холодильнику. Овощи, фрукты и бутылка кефира не вызвали живого интереса в качестве закуски. Женщина повернулась к плите, где стоял ещё тёплый казанчик плова, заботливо приготовленного мамой к возврату дочери. Вика сделала ещё глоток из опустевшей наполовину бутылки и стала руками запихивать в рот пригоршни риса с мясом. Дьявольский хохот сменил высохшие слёзы. Женщина запивала коньяком рассыпающуюся в руках закуску и постепенно успокаивалась. Победить «зелёного змия» до конца не удалось. Вика сначала осела на пол, закрыла глаза, чтобы сосредоточиться на какой-то мысли, не смогла этого сделать и… завалилась на бок. Она лежала на полу в остатках рассыпавшегося плова, крепко сжимая в руках недопитую бутылку, из которой выливались остатки коньяка. Безмятежная улыбка на лице барышни говорила, что во сне, у неё с мужем, нет никаких проблем.

Павел не угадал. Несколько дней звонков не было вовсе. Спустя неделю, Вика всё же позвонила супругу. Надменный голос, с интонацией «через губу», выдохнул в ухо «блудному» мужу знакомый «перегар» ста грамм «для храбрости».

— Я хочу оформить брачный договор, — без предисловий начала жена.

— Во-первых, здравствуй, — ответил Павел, не ожидавший, что диалог с женой начнётся с такой необычной просьбы.

Впрочем, он тут же взял себя в руки.

— Зачем тебе это?

— Ты мне отказываешь?

Вика даже не удосужилась исправить бестактность и поздороваться. Громкое дыхание в трубку говорило о крайней степени раздражения.

— Документально, мы с тобой остаёмся в браке. Ты имеешь право на половину моего имущества.

— А ты, на половину моего, — перебила Вика мужа, повысив голос.

— Ты переживаешь, что я посягну на… твою половину? — Павел искренне удивился.

— Я переживаю, что такая сволочь, как ты, способна на всё! Поэтому, ты отказываешься письменно от дома и моей квартиры, а я откажусь от машины и твоей квартиры! — муж услышал, как Вика «закипает» и сдерживается из последних сил, чтобы не перейти на крик.

— В таком случае, выбирай выражения! Готовь договор у нотариуса, я всё подпишу, лишь бы не слышать твоих истерик. Это всё?

— Да! — истерично взвизгнула трубка телефона.

— Тогда, кроме брачного договора, заедем ещё в ЗАГС, и подадим официально на развод.

— Ты же, не хотел разводиться! — напряглась жена, как-то разом остыв.

— Тебе, тоже не нужен был брачный договор!

— Подавись ты, своим разводом!

— Я так понял, мы договорились. Наберу тебе, как только узнаю свои планы.

«Окно» между рейсами появилось спустя неделю. Павел подъехал к знакомому дому, который он сам построил, и в котором прожил десять лет. Не успел он вылезти из машины, как из калитки вылетел пёс, чуть не сбивший его с ног.

— Барклай! Ну, не скули ты так, не жалуйся! Я тоже по тебе скучаю! Не могу я забрать тебя с собой, старина. Кто с тобой гулять будет, пока я в рейсе? — потрепал Павел по холке старого друга.

Услышав знакомое слово, пёс оживился и закружил вокруг хозяина, готовый к прогулке.

— Что же, ты его с собой не забрал? Или твоей новой бабе не нравятся собаки? — к воротам подошла «пока ещё жена».

— Привет. Готова? Документы взяла? — мужчина не стал размениваться на пустую перебранку, провожая взглядом, всё понимающего пса.

— Поехали. Какой же ты гад! Мама в шоке от тебя, особенно за то, что ты «повесил» на неё собаку на целых две недели.

На сиденье рядом с водителем плюхнулась невысокая, миловидная, плотная брюнетка в сильно обтягивающих джинсах и коротком норковом полушубке, немного неуместном для середины апреля.

— Сто раз говорил ей, что эти джинсы выделяют все жировые складки и на ногах, и на заднице, словно «перетяжки» у младенцев, а эта, до пояса шубка, делает фигуру «квадратной», но она снова втиснула себя в этот наряд, — абсолютно беззлобно занимал свои мысли Павел во время недолгой дороги до нотариуса.

Вика была уверена, что муж будет реагировать на её «выпады», поэтому ждала от него хоть какой-то реакции. Плотно сжатые, «в ниточку», губы и «играющие» желваки на щеках, были готовы выплюнуть новую порцию проклятий в его сторону.

— Надутый индюк со своими дебильными закидонами! Что из того, что я где-то лишнего съела или выпила? Скоро пятьдесят, а ему по-прежнему неймётся! На свежую бабу его потянуло! Секса ему мало! Кобель похотливый! Променял мою преданность на какую-то блядь! Думала успокоится с возрастом, а ему хоть бы хны! Пусть валит ко всем чертям в свою долбанутую квартиру! — ненавистный взгляд смерил водителя, который делал вид, что не слышит мысленных посылов супруги. — Проживу без его нравоучений! — в который раз успокоила себя Вика и отвернулась в окно, пытаясь справиться с эмоциями.

Павел благоразумно молчал, пытаясь не дразнить уязвлённое самолюбие жены. Он прекрасно знал не только всё то, что она ему скажет, но и то, с какой интонацией она это сделает, и как при этом будет меняться выражение её лица от надменно презрительного до истерично отвратительного.

— Неужели нужна веская причина для того, чтобы терпеть и жить в постоянной неприязни друг к другу? Зачем я столько лет маскировал своё неудовольствие к ней? Зачем? Неужели брачные обязательства стоят выше простого желания жить спокойно? — спрашивал он мысленно супругу, вместо бесполезной словесной перепалки.

Напряжение первых минут очной встречи прошло. Обстановка была разряжена, так что выполнение формальностей у нотариуса прошло без эксцессов.

— Я свою часть обязательств выполнил, едем дальше? — абсолютно ровным голосом спросил «пока ещё муж» и повернул лицо в сторону «пока ещё жены».

— Едем, — сказала она также, как если бы плюнула: «Подавись!» — Только я покурю.

Вика сунула сигарету в рот, глубоко затянулась и с силой выдохнула дым струями через ноздри, избегая смотреть мужу в глаза. Землистый оттенок лица и мешки под глазами, припудренные второпях, размывались через сизую табачную пелену.

— Ведь она на 9 лет моложе меня, — констатировал Павел.

Память услужливо выдернула картинку из прошлого, где миниатюрная и стройная стюардесса покорила сердце холостого командира ямочками на щёчках.

— Кто бы мог подумать, во что может превратиться, в общем-то ещё относительно молодая и симпатичная, женщина? — посетовал ещё раз мужчина и пошёл заводить двигатель.

Вика едва сдерживала эмоции. Ей хотелось вцепиться в эту надменную ухмылку мужа, расцарапать его довольную рожу и заставить супруга горько пожалеть о своём поступке. Обида и гнев клокотали в ней, как тот дым, который она жадно глотала, высасывая сигарету за три затяжки. Предлагая мужу брачный договор, Вика рассчитывала не только на возможность встретиться с Павлом и поговорить с ним воочию, она надеялась, что время, прошедшее с момента их последней встречи, заставит супруга быть снисходительней к её выходкам и позволит ей попытаться вернуть его ещё раз. Она искренне полагала, что муж должен был пропитаться чувством вины за то, что он так жестоко посмеялся над её чувствами и отчасти думала проучить его, лишив законной доли совместно нажитого имущества. Тот факт, что муж даже не соизволил зайти в до