А. Лисицкая, С. Киселёв. Новый друг

– Вы когда-нибудь дружили с ведьмой? – На меня смотрели серо-голубые, обрамлённые чёрными ресницами глаза племянницы.

– Нет, – признался я, ошарашенный вопросом. – А ты, Надюш, неужели дружила? Или даже сейчас дружишь?

Девочка кивнула, а потом неопределённо пожала плечами:

– Сложно сказать. По крайней мере, меня в этом пыталась убедить лучшая подруга Оля.

Не дожидаясь приглашения, Надя устроилась поудобнее на стуле и, поджав под себя ноги, стала рассказывать:

– Вы же знаете, дядя Серёж, что мы живём в деревне, у мамы с папой своя ферма и поля?

В этот раз пришла моя очередь кивать.

– Ну так вот, – удовлетворённая моим подтверждением, продолжила племянница, – в нашей деревне редко случается что-то действительно интересное. А тут сразу два происшествия за одно лето! Началось всё с того, что в начале июня на речке я встретила необычную девочку. Чёрные волосы, похожие на пружинки, невероятно тёмная кожа. Даже я в самые жаркие дни до такой степени не загораю! Зато знакомства завожу легко. К тому же оказалось, что Сабина (это так необычную девочку зовут) тоже учится в художественной школе. В общем, сдружились мы быстро. И всё бы ничего, вот только Оля ни в какую не хотела признавать Сабину, обижалась на меня, что так много времени провожу с новой девочкой.

– Ты меня променяла на Сабину! Если хочешь продолжать дружить со мной, то прекрати общаться с ней. Тем более она не такая, как мы. Ты что, не видишь, что у неё волосы и глаза чёрные? От Сабины добра не жди!

Я попыталась успокоить лучшую подругу:

– Оля, что ты такое говоришь? Сабина – прекрасная девочка. Я хочу дружить с вами обеими.

Однако Олю не устраивал такой вариант. Она даже заявила, что если я не перестану дружить с Сабиной, то и Оля со мной дружить не будет. А когда наша свинка Машка опоросилась, Оля первым делом предупредила:

– Только не показывай Сабине поросят! У нее глаза слишком чёрные, ведьминские. Ещё сглазит, все поросята передохнут, или их украдут.

В сглазы я, конечно, дядь Серёж, не верю. В порчу тоже.

Но ведь такое, если и могут сделать, то только люди со злой или завистливой душой, а Сабина очень добрая и весёлая. Мы с ней с момента знакомства ни разу даже не ссорились!

Оля, чувствуя моё недоверие, и говорит:

– Я на днях видела, как Сабина шла с пакетами: в одном из них убитая чёрная курица, а в другом – гранат и какая-то трава. Точно говорю, тут дело нечистое. На крови чёрной курицы ведьмы обычно заклятия делают, да и трава наверняка для каких-нибудь зелий.

Тут уж я не выдержала и расхохоталась:

– Ой, Оль, ну где ты такое находишь? Судя по названным ингредиентам, мама Сабины собралась нар говурму готовить. Это такое азербайджанское праздничное блюдо. Ты же знаешь, моя мама любит экспериментировать на кухне, постоянно пробует рецепты разных народов. А травой, скорее всего, кинза была.

– Как знаешь, – насупилась Оля. – Моё дело – предупредить.

– Спасибо за заботу, – без тени ехидства ответила я. – Сама-то будешь на поросят смотреть?

– Конечно, – обрадовалась лучшая подруга, и мы отправились в загон.

В тот же день после ухода Оли я пригласила Сабину. Она впервые держала новорождённого поросёнка на руках и даже собралась портрет Машки с её выводком написать.

А на следующее утро я услышала тревожный разговор родителей.

Оказывается, пропал самый крупный поросёнок! Сбежать сам он никак не мог, а значит, ему точно кто-то помог.

«Только не показывай Сабине поросят! – вспомнила я Олины слова. – Сглазит. Все поросята передохнут, или их украдут».

Верить в пророчество лучшей подруги совсем не хотелось. Никак не вязался у меня образ Сабины с чёрной ведьмой. Но когда на следующий день пропал ещё один поросёнок, моя уверенность пошатнулась. Странным был тот факт, что рядом с загоном на длинном поводке была привязана большая кавказская овчарка по кличке Верный. Мимо такого медведя ни один воришка не прошмыгнёт. А поросята пропадали.

Я решила последить за загоном. Приходила к нему чуть ли не каждые полчаса в течение дня. Даже решила заночевать рядышком на сеновале. Но всё безуспешно. Трёх поросят словно и не было. Лишь на третий день рано утром я услышала скрип в той стороне, где располагался вход к Машке.

От загона в сторону деревни вышагивал мужчина с нашим поросёнком под мышкой.

– Ну-ка стойте! Не то буду стрелять! – зачем-то крикнула я, хотя в руках у меня даже палки не было. Да и кто доверит ружьё ребёнку? Просто хотела сразу застать врасплох наглого вора.

Мужчина обернулся, и я узнала дядю Илью, местного ветеринара.

Я тут же вспомнила: он ещё до Машкиных родов просил передать родителям, что будет забирать поросят, чтобы проверить их здоровье. А с летними заботами и новой подругой из моей головы всё повылетало.

В тот же день я пригласила обеих подруг на чай и сливовый пирог, который испекла сама. Заранее Оле, что будет Сабина, не сказала, иначе она наверняка придумала бы причину отказаться. Олино лицо, конечно, нужно было видеть, когда она обнаружила нежеланную соседку у нас на кухне. Но Сабина сама пошла навстречу и задала вопрос в лоб: за что Ольга её так не любит? Оказалось, новая девочка не нравилась Оле даже не тем, что отличалась внешне от других, а потому что я стала больше проводить времени с ней, а не с лучшей подругой. Это Олю сильно обидело. Мы обсудили, как можно здорово проводить время вместе, и закрепили начало новой дружбы разрезанием сливового пирога. Трубку мира нам пока рановато было курить. Да и зачем портить здоровье, когда вокруг столько вкусного и менее вредного? А потом каждая из нас выбрала по поросёнку и дала ему имя. По-детски, конечно. Но ведь сработало!

– А у вас, дядя Серёжа, были необычные друзья?

– Были. И сейчас есть. И я всегда обращаю внимание на поступки и мысли людей, а не на их внешность.

– Вот и я так! – обрадовалась племянница. – Всё-таки мудрость – это у нас на генном уровне.

– А ещё скромность, – по-доброму заметил я.

А. Лисицкая, С. Киселёв. Не просто шутка

Раздался звон бьющегося стекла, и большое чучело серой вороны, сильно пошатнувшись, рухнуло на заднюю парту среднего ряда. Хорошо, что сидевший за ней Артём Сорокин в этот день отсутствовал по болезни. А то мало того, что заработал бы шишку, ведь подставка, на которой стояла птица, была из толстой деревяшки, так ещё до конца школьной жизни не отделался бы от каламбура: мол, даже мёртвая ворона способна живую сороку победить.

– Алёна, не порежься! – Сидящий рядом Кирилл сильно дёрнул меня за руку. Как сообразила я несколькими секундами позже, это он меня спасал от хлопающей створки окна, выпятившей заострённые стеклянные зубья.

Людмила Михайловна, оставив гербарий, бросилась к разбитому окну и закрыла его. А затем подняла с пола чучело – среди коротких перьев на груди птицы зияла дыра. Учительница подошла с вороной к своему столу, достала из верхнего выдвижного ящичка апельсиновую палочку для маникюра и словно хирург извлекла из дыры на глазах всего класса металлический шарик.

– Вот это пирожки с котятами! Точнее, с воронами! – не смог сдержать удивления Кирилл. – Это что же получается, нашу Люсю кто-то застрелил?

Я толкнула одноклассника в бок. То, что чучело назвали именем биологини, Людмиле Михайловне знать было необязательно. Кирилл Антонов мне нравился, я даже считала, что мы близкие друзья. Правда, иногда он не следил за своим языком. Мог быть грубым. Но ведь у каждого есть свои недостатки. И я искренне надеялась, что смогу изменить в нём эту черту: снисходительно подтрунивать над окружающими.

Ой, что началось сразу после урока! Родители в панике позабирали большую часть детей. И полиция приезжала. Даже местное телевидение нагрянуло за сенсационным сюжетом. Только и полицейским, и репортёрам кроме как самого чучела да металлического шарика, проделавшего дыру в груди вороны, ничего не досталось.

На следующий день возле школьного крыльца я увидела ребят из своего класса, стоявших тесным кругом. Среди них возвышалась чернявая голова Кирилла. Я подошла поближе.

– В общем, как удалось узнать, такими шариками стреляют из арбалетов, – с заговорщицким видом вещал Антонов.

– Ещё скажи, что из оружия древних ацтеков! – гоготнул двоечник Федя Кутасов. – Как бы наш снайпер протащил целый арбалет на территорию школы?

– Как? В рюкзаке! – не растерялся Кирилл. – Сейчас есть современные компактные модели, стреляющие дротиками, небольшими алюминиевыми стрелами и как раз такими шариками, которыми Люсю повторно убили.

– А ты откуда знаешь? – скептически уточнил Федя.

– Дядя участвует в исторических реконструкциях. Он часто на стрельбища ездит и меня с собой берёт, когда можно.

– Разве расстояние от коридора до окна кабинета биологии, а тем более до чучела не слишком большое? Другой точки для выстрела из арбалета я не нахожу, – вмешалась я в обсуждение.

– Блондинкам в таких вопросах разбираться необязательно. Но для ликбеза, Алёнушка, скажу, что двести метров вполне достаточное расстояние для вчерашнего выстрела.

Не ожидая такой оплеухи, я обиженно отвернулась от Кирилла и направилась к школьному входу.

Как мог он поставить мои умственные способности под сомнение? Знал ведь, что увлекаюсь серьёзными историческими романами. И не просто читаю про интриги, любовные перипетии и описания нарядов, а изучаю эпохи всесторонне. Главное – опять при всех унизил!

У самой раздевалки Кирилл нагнал меня и на ходу приобнял за плечи:

– Алёнка, ну ты чего? Обиделась, что ли? Даже не думай дуться! Для меня ты самая умная среди всех этих зевак. А про блондинок я т