По-моему, ты не только боишься поверить, что я тебя люблю. Ты все еще боишься поверить, что и ты меня любишь.
2 Ұнайды
По-моему, ты не только боишься поверить, что я тебя люблю. Ты все еще боишься поверить, что и ты меня любишь
1 Ұнайды
ВАЛЕРА. Я лично считаю, что дружба и товарищество – это совершенно разные вещи. Товарищем можно назвать любого. В Советском Союзе все товарищи. Но что сильнее – дружба или любовь? Можно ли любить, но не дружить? Или наоборот: можно ли дружить и не любить? Можно ли любить человека, который предал общее дело? Может ли человек любить два раза? Может ли быть любовь с первого взгляда? Может ли быть любовь, если мужчина младше? Ответить на этот ряд вопросов удовлетворительно, положа руку на сердце, мы еще не можем. Эти вопросы требуют пока еще своего разрешения.
хлопнул дверь с другой стороны.
Катя дернула за ручку, крикнула:
Пусти меня!
МИТЯ. Сиди. Я уйду.
КАТЯ. Ты уйдешь, и я уйду. Оставлю дверь открытой, пускай обокрадут.
Митя вошел в комнату, швырнул Катю на тахту. Она заплакала.
трогай меня руками!
МИТЯ. Нет, давай поговорим. Почему именно ты уходишь? Это твоя квартира, оставайся. Вон твоя скатерть, бабушка подарила. Тут твое все. А я к Славке пойду. Где мое белье, где рубашка? Ничего нет. Вот видишь, какая ты у меня хорошая хозяйка!
КАТЯ. Нет уж, оставайся ты. Телефончик дал уже, уже звонят тебе. Тоже по обмену?
МИТЯ. Знакомая звонила.
КАТЯ. И любая от тебя уйдет. И знакомая твоя уйдет. Пусти.
Катя стала собирать в сумку вещи.
Значит, собираешься?
КАТЯ. Собираюсь.
девчонка ведешь себя. Все остались, и я осталась.
МИТЯ. Все это все. А ты – жена.
КАТЯ. А жена – это, значит, клетка? Мое, да?
МИТЯ. Значит, для тебя это была клетка. Что ж ты раньше не говорила? Я бы тебя выпустил, летай!
КАТЯ. Мужчина! Взял бы дал по морде. Удерживай! Если ты муж, так воспитывай. А то раз – в суд повел.
МИТЯ. Молчи. Еще слово скажешь, пульну чем-нибудь. По башке по твоей пульну!
КАТЯ. Раньше надо было пулять. Сейчас я тебе никто.
МИТЯ. Ты этого хотела.
КАТЯ. Я этого не хотела.
МИТЯ. Почему? Хотела. За что боролась, на то и напоролась. Теперь ты свободная женщина, я свободный человек. Всем хорошо.
КАТЯ. Зачем тогда женился?
МИТЯ. Дурак был. И все дураки, кто женится. Написать бы всем на лбу букву Д, и пускай смотрят на себя в зеркало.
КАТЯ. Вот я сейчас возьму и уйду.
МИТЯ. Иди.
КАТЯ. Смотри, я иду.
МИТЯ. Иди, иди. Только ты вещи забыла.
МИТЯ. Еще остались.
КАТЯ. Может, вместе пойдем расклеивать?
МИТЯ. Можно и вместе.
КАТЯ. Пускаешь пузыри, изображаешь из себя спокойного.
МИТЯ. А что волноваться.
КАТЯ. Ну деловой. Ну маклер. Раньше бы свою деловитость проявил, получили бы двухкомнатную квартиру.
МИТЯ. Какой я делец. Твой приятель, вот этот любитель-фотограф, – вот кто делец.
КАТЯ. Кто тебе дал право так о нем говорить? Что он тебе сделал плохого?
МИТЯ. Я из-за него с женой развелся.
КАТЯ. Ты сам себя развел.
МИТЯ. Кто где ночевал? Я? Или ты? Ты думала, что домой пора?
КАТЯ. Я все время думала: который час? Двенадцать уже! А потом думаю: чего это я трясусь? Никто не трясется, а я трясусь.
МИТЯ. Ничего не знаю. Моя жена не ночует дома. Наставляет мне рога.
КАТЯ. Какие рога?
МИТЯ. Ветвистые. Что я должен думать о своей жене?
КАТЯ. А что ты должен думать, если она твоя жена и ты ее любишь?
МИТЯ. Вот любовь – это не надо.
КАТЯ. Современный человек! Как