Каково ему было вдыхать мой запах? Я думала об этом, потому что, когда я чувствовала его запах, мне казалось, я не смогу перестать его целовать.
– Ляль… – тихо прошептал он.
Я задрожала сильнее, когда его теплое дыхание коснулось углубления между шеей и ключицей. Я чувствовала, как кровь забурлила в венах. Когда он заметил мою реакцию, его изогнувшиеся в улыбке губы снова коснулись моей шеи. Он наслаждался этим.
– В тебе – мой рай и мой ад, – произнес он голосом, полным греховных мыслей. – В твоей коже, в твоем сердце, в твоих глазах…
Я наклонила голову, подставляя шею для новых поцелуев, и он начал покрывать ими мою кожу.
– А я в Чистилище. И мое спасение только в твоих руках.
Это было признание, что он готов принадлежать мне. Хоть я и не до конца понимала, что он имел в виду, мне казалось, так он просил о прощении. Мы не говорили об этом прямо, но он хотел услышать от меня ответ. Хотел, чтобы я спасла его из Чистилища.
– Каран, – пробормотала я. Казалось, еще секунда, и я потеряю сознание. Сосредоточиться никак не получалось, и язык будто отказывался двигаться. – Каран.
Он оторвался от моей шеи и посмотрел мне в глаза, а я увидела в них себя. Должно быть, он тоже заметил собственное отражение в моих зрачках. Его взгляд казался затуманенным.
– Я…
Я облизнула губы и прикусила нижнюю. По его напряженному взгляду я понимала, чем могла закончиться эта ночь.
– Я… Я очень тебя люблю, – произнесла я на одном дыхании.
Он сжал руки на моей талии и вскинул брови. Он улыбнулся так лучезарно, что груз этого вечера упал с моих плеч.
– И я прощаю тебя. Я прощаю тебя, мой любимый.
Хотя его темно-карие глаза наполнились слезами, улыбка на лице была такой широкой, что я знала – он плачет от счастья. Его дыхание участилось. Он потерял дар речи. Я сказала вслух то, что он так долго ждал услышать, и эта секунда словно стала переломным моментом в наших отношениях. Его сердце застучало так быстро, что я ощутила его биение на кончиках своих пальцев.
Он посмотрел на меня. Каран смотрел, смотрел, смотрел в мои глаза, молча прося разрешения. Я медленно кивнула головой. Но он все еще стоял, не смея пошевелиться. Поняв, что первый шаг следовало сделать мне, я утолила свою жгучую тоску на его губах.
Он без колебаний ответил на мой поцелуй. В отличие от моих, его движения были настойчивыми. Он захватил своим ртом мою нижнюю губу и начал целовать так, словно пытался унять многомесячную боль. Я с трудом поспевала за его быстрыми движениями. Мне не хватало дыхания. Я обхватила руками его шею и наклонила голову набок, не обращая внимания на полотенце, которое упало с моих волос. Похоже, он этого даже не заметил. Каран подошел ближе, прижав меня спиной к стене.
– Я люблю тебя, – пробормотал он, задыхаясь. – Я так люблю тебя, Ляль.
Не открывая глаз, он замер, но я продолжила его целовать. Сейчас я хотела не слушать, а чувствовать его.
Когда я потянула его за волосы на затылке, он, словно ожидая этого знака, быстрым движением схватил галстук и стянул его с шеи. М
