Хочу жить. Книга первая. Восставший из огня
Александр Марченко

© Александр Марченко, 2015

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

Глава 1

В двенадцатилетнем возрасте Сергей потерял своих родителей. Отец погиб в Афганистане. На следующий день после похорон мужа, его мать бросилась под поезд метро. Бабушка Сергея оформила на него опекунство. Чтобы уберечь внука от дурного влияния улиц, Тамара Сергеевна записала Сергея на бокс. Вскоре Сергей начал заниматься восточными единоборствами и самбо. Его единственным другом или скорей подругой была девчонка из соседнего дома Лиза. Сергей с ней дружил с первого класса, оберегал её как младшую сестрёнку. В восьмом классе перед самым экзаменом два одноклассника из его класса начали приставать к Лизе. Сергей даже не посмотрел, что один одноклассник – сын директора школы, заступился за Лизу, избил одноклассников. Во избежание огласки и лишнего шума Сергея отчислили из школы, и он поступил в строительный техникум, следом за ним школу покинула Лиза.

Незаметно пришла весна 1991 года. Сергей как всегда проснулся, чтобы идти на занятия и тренировку, но неожиданно для него ему принесли повестку из военкомата в армию. От этой новости он долго сидел в коридоре на стареньком, уже годами потрёпанном, пуфике и пытался настроиться на предстоящие занятия и тренировку, которую он никогда не пропускал. А тем временем за окном набухали почки на деревьях, появились первые проталины, побежали по дорогам ручьи. Сергею, как и всем молодым людям в его возрасте, хотелось положительных эмоций, безграничной любви, казалось, что можно горы свернуть. А тут неожиданный поворот событий – два года армии. Им овладевала тоска перед неизвестностью, хотя об армии Сергей мечтал с детских лет. После завершения занятий и тренировки Сергей стоял на остановке. Вот и сейчас его голубые глаза внимательно всматривались вдаль, ожидая приближение трамвая. Увидев трамвай, который медленно подъезжал к остановке, Сергей улыбнулся. За управлением сидела Тамара Сергеевна, его бабушка. Трамвай остановился. Людей на остановке было мало. Но как воспитанный молодой человек, Сергей особо не торопился, пропуская вперед женщин. Он вошёл в кабину, поцеловал любимую бабушку в щеку. Она, посмотрев на внука, спросила:

– Ты на тренировку?

Он в ответ тихо произнес:

– Мне повестка из военкомата пришла, забирают в армию.

Она, переведя дух и анализируя сказанное, ответила:

– Серёжа, давай отсрочим армию, у тебя же экзамены.

Молодой человек был спокоен. Складывалось впечатление, будто он и не слышал беспокойных слов бабушки. Повернув белокурую голову, пробормотал:

– Послезавтра последний экзамен. В среду с вещами прибыть в военкомат.

Трамвай повернул вправо и стал подъезжать к остановке.

Тамара Сергеевна была очень зла на внука, но старалась не показывать своих эмоций.

– Опять свою бабушку подставляешь?

Услышав знакомый голос, Сергей обернулся.

На сидение с левой стороны сидел лысоватый мужчина лет 60.

– Когда тебя только в армию заберут, – добавил он.

Сергей заулыбался, сказал в ответ:

– Здравствуйте, Семён Фёдорович, всё в среду забирают.

Он сел рядом с мужчиной, они начали разговаривать. Трамвай качало из стороны в сторону.

Сергей невзначай перевёл взгляд на улицу в сторону аллеи и увидел Лизку. Рыжеволосая девушка грациозно, как лань, шла по тротуару. Рядом остановился автомобиль «Волга ГАЗ-24» чёрного цвета, из неё вышли два парня, коротко остриженных, спортивного телосложения. Быстрым шагом подошли к ней, один схватил девушку за шею, а другой за руку. Судя по их действиям, они собирались затащить её в автомобиль. Лиза закричала, чтобы привлечь к себе внимание.

– Ааааа… помогитееее… помогитееее…

Проходящие мимо пешеходы делали вид, что ничего не замечают, хладнокровно смотрели и ускоряли свой шаг. Сергей вскрикнул и заметался в трамвае.

– Бабуль, срочно тормози!!! – заорал внук и добавил,

– Там Лизка!!!

Тамара Сергеевна резко нажала на тормоз. Не дожидаясь, когда откроются двери, Сергей руками ухватился за створки дверей и рывком открыл их.

– Бабуль, стой, я щас! – крикнул внук.

Он выбежал из трамвая, не раздумывая, нанёс несколько ударов кулаком в лицо парню, который схватил девушку за шею. Тот отлетел в сторону, ударившись головой об асфальт, потерял сознание. Второй отпустил руку девушки, из кармана достал перочинный нож. Блеснуло лезвие ножа. Сергей крикнул Лизке:

– Бегом в трамвай!!!

Девушка тяжело дышала, увидев нож, крикнула:

– Серёжа, у него нож, осторожно!!!

Удар… Еще удар… Выбив из рук нож, Сергей безжалостно наносил удар за ударом второму парню.

Тот едва стоял на ногах. От очередного удара в лицо парень упал на траву у тротуара. Лиза кричала, привлекая внимание пешеходов и пассажиров трамвая:

– Помогите… помогите…

Тамара Сергеевна выбежала из трамвая, схватив за руку девушку, потянула её в салон. Пассажиры с ужасом смотрели на происходящее, выходить из вагона не торопились. Из машины выбежал третий с ножом в руке.

– Тварь! Ты труп! – завопил он, набросился на Сергея.

Удар… Кровь… Крики… Громила, держа руками голову, опустился на колени. Из носа текла кровь.

– Ты труп! – повторил он.

Сергей продолжал наносить удары.

– Ты труп! – пробормотал бандит и упал на асфальт.

Изнемогая от боли и от пропущенных ударов в голову, Сергей все же выбил нож и собрался нанести очередной удар, но рука его была остановлена.

– Хорош, парень, – предупредил мужчина.

Обернувшись, он увидел их главаря. Мужчина плотного телосложения с толстой золотой цепью на шее, с наголо выбритой головой, он улыбался, изо рта несло перегаром. Подойдя к Сергею, сверкая золотыми зубами, произнёс:

– Давай по-хорошему! Твоя баба? Понимаю! Трогать не будем. Но и нас тоже не тронь. Будешь крепче спать! Ты понял?

Из трамвая вышли несколько человек, в том числе и Семён Фёдорович.

– Мужик, отвали! – прикрикнул Сергей.

Главарь, улыбаясь, достал из кармана брюк перочинный нож и направил в сторону живота Сергея.

Удар…. Сергей увернулся, выбив нож, нанёс главарю несколько ответных ударов в голову, изо рта и носа главаря текла кровь. Сергей с помощью пассажиров заломал главарю руки, тот хрипловатым голосом пробормотал:

– Все, я понял! Вы нас не видели, мы Вас!

– Ещё раз сунетесь, я лично вас четверых сожгу в машине, – с угрожающим видом произнёс Семён Фёдорович.

Сергей направился к трамваю. Руки и ноги пробивала дрожь. Поднявшись на ступеньку, он направился в кабину Тамары Сергеевны.

– Где Лизка?

– Убежала домой. Ей тоже досталось. Ты как?

– Нормально. Отлежусь и я в порядке.

– У меня сердце чуть не выскочило, мне всё-таки шестой десяток. Ладно, я всё равно горжусь тобой!

Пассажиры зашли в трамвай, они косо смотрели на Сергея: кто-то с восхищением, кто-то с завистью, кому-то было просто всё равно.

Тамара Сергеевна закрыла двери, нажав на ходовую педаль, трамвай помчался подальше от этого места. Машина бандитов оставалась позади. Трамвай всё дальше и дальше удалялся от неё. Сергей сидел у окна, положив голову на стекло, не понимая, что произошло несколько минут назад. Семён Фёдорович подошёл к водительской кабине и увидел, что у Тамары Сергеевны руки и ноги тряслись, тогда он сказал:

– Тома, давай домой, я доработаю за тебя. Руководству всё объясню, они поймут.

– Семён, спасибо тебе, за мной долг.

На очередной остановке женщина вышла из кабины, направилась к Сергею.

– Так, внучок, выходим. Семён за меня отработает. Идем домой, посмотрим твоё «нормально», – строго отметила она.

Войдя в квартиру, Сергей окинул взглядом своё жилище. Это была типовая двухкомнатная московская малометражная квартира, но уютная. На стенах в коридоре уже побледневшие от времени обои и светло-зелёная пластмассовая люстра с одной лампочкой, деревянная вешалка с подставкой для обуви и округлой формы большое зеркало.

– Бабуль, надо квартиру обновить. Вот из армии приду, первым делом, сделаем ремонт. Как Лизку в дом привести? Засмеёт! – воскликнул Сергей.

Он нырнул в свои любимые тапочки и поплелся в комнату. Комната кружилась. Сергей рухнул на кушетку. Пропасть… Свет… Люстра… Любимая бабушка и странный человек в белом халате.

– Жить будет, отлежится и в бой, – с задором сказал врач «Скорой помощи».

– Спасибо Вам, доктор, – открывая дверь комнаты, произнесла Тамара Сергеевна.

– Поправляйся, боец!

Сергей не мог произнести ни слова. Неподъёмная голова казалась чугунной. Ноги и руки не слушались.

– Странно, голова тяжёлая, а ноги и руки вялые, – подумал про себя Сергей.

Бабушка суетилась около него, клала на голову какую-то тряпку, заставляла пить травяную бурду. Это возымело результат. К вечеру Сергей мог уже без посторонней помощи передвигаться по квартире. Намаявшись за целый день, Сергей с бабушкой легли спать довольно рано. Утро выдалось на удивление теплым. Лучи солнца медленно скользили по кровати. Сквозь сон Сергей услышал звонок в дверь. Открыв глаза и сладко потянувшись, молодой человек нехотя опустил ногу на пол. Дверь в комнату открылась. К его удивлению вошла Лиза.

– Лиза, это ты? – спросил он.

– Нет, это мираж, – шутливо ответила девушка.

– Подожди пять минут, я умоюсь, приведу себя в порядок, – вскакивая с кровати, протараторил парень.

Он пошёл в ванную, умылся, привёл себя в порядок. В эти минуты душа его была особенно спокойна.

Он посмотрел на себя в зеркало.

– Хорош, боец! – протирая лицо полотенцем, отметил Сергей.

Он вышел из ванной, Лиза сидела на кухне, мило беседовала с его бабушкой.

– Я вам не помешаю, дорогие дамы?

Тамара Сергеевна встала из-за стола и засуетилась на кухне. Она приготовила чай и поставила его на стол.

– Как ты? – озадаченно спросила бабушка.

– Да нормально. Вчера хуже было. Спасибо, что помогла. Мы пойдем, прогуляемся, – подмигивая Лизе, сказал Сергей.

– Ты никуда не пойдёшь голодный. Ну, давай быстро за стол. А потом идите, гуляйте, – возмущенно сказала Тамара Сергеевна.

– Есть, товарищ бабушка, – шутливо ответил внук.

Он спешно поел, и молодые люди быстро оделись и выбежали на улицу. Солнце грело. Дети во дворе весело кричали, катались на роликах и велосипедах. Парочки молодых людей, как голубки, ютились на лавочках. Сергей и Лиза шли медленно и молчали. Молодой человек смотрел на девушку, перед собой он видел очень красивую рыжеволосую, кареглазую, с прекрасной фигурой и большим бюстом девушку 19 лет. И невольно он поймал себя на мысли, как она прекрасна! Лиза смущённо опустила глаза. Она понимала, какие мысли посещали Сергея. Ей было приятно, что этот сильный молодой человек заступился вчера за неё, не дал случиться самому страшному, а самое главное, она понимала, нравится ему как женщина. Ей хотелось отблагодарить парня за совершённый подвиг, но она не знала, как этого сделать. Сергей прервал её размышления.

– Давай присядем – указывая на скамейку, предложил он.

Лиза села ему на колени и прижалась к мужской груди. Молодой человек одаривал девушку нежными поцелуями. Она извивалась, как скрипка, настраивалась на нужную ноту. Затем встала, перекинула ногу, снова села на колени. Глаза их встретились. Девушка нерешительно поцеловала парня в правую щеку.

Сергей обнял её, тихо произнёс:

– Меня в среду в армию забирают.

Из глаз Лизки выступили слёзы…

– А как же я? – всхлипывая, спросила Лиза.

– Дурёха, меня же не на войну забирают, в армию, всего на два года.

– У меня такое предчувствие, что мы последний раз вместе.

И больше я тебя никогда не увижу? – всхлипывая и глядя в глаза молодого человека, сказала девушка.

Сергей поцеловал её в нос и ответил:

– Глупенькая, мы друг друга с первого класса знаем. Вот вернусь из армии, сыграем свадьбу!?

– Мне страшно, ты уйдёшь в армию. Эти, на чёрной машине, меня поймают, и как я без тебя?! Что мне делать?!

– Не бойся. Им досталось поделом. Они тебя стороной обходить будут, – глядя девушки в глаза, в ответ сказал Сергей.

За разговорами молодые люди не заметили, как пролетело время. Сергей проводил Лизу домой и поспешил к себе, чтобы подготовиться к последнему экзамену. Материал был сложный, но выручило то, что он не пропустил, ни одного занятия. Преподаватель всегда начинал урок со слов:

– Мои бездари, не пропускайте занятия, и будете достойно вознаграждены!

Пройдя с честью последние экзаменационные испытания, Сергей примчался домой.

Не успел войти, во все горло прокричал:

– Бабуль, ты дома?! Я сдал!..

Она вышла из комнаты и возмущённо спросила:

– Ты чего кричишь, как потерпевший?

– Я сдал последний экзамен.

– Поздравляю, пошли кушать, – с грустью произнесла она.

Молодой человек принял ванну, плотно пообедал и побежал к Лизе. Сергей уже подходил к дому девушки, Лиза выходила из подъезда. Увидев парня, она заулыбалась. Сергей и Лиза неторопливо пошли в гараж, где стояла его машина «Жигули» первой модели белого цвета. Он завёл свою «копейку», выехал из гаража. Лиза села в машину, парень закрыл ворота, они поехали по улицам города, пытаясь напоследок не пропустить ни одной улицы. Лиза вспомнила, что во дворе на лавочке бабушки говорили о фонтане желаний, который находится на ВДНХ. Девушка, хитро посмотрев на своего друга, произнесла:

– Поехали на ВДНХ, там чудо – фонтан есть. Он находится недалеко от павильона «Дом народов». В фонтан бросаешь монетку, загадываешь желание, и оно сбывается. Молодой человек улыбнулся, произнёс в ответ:

– Будь, по-твоему, поехали.

Он припарковал машину недалеко от главного входа. Сергей и Лиза медленно, в обнимку, пошли искать чудо – фонтан. Они подошли к фонтану, девушка взяла монетку, стала к фонтану спиной, закрыв глаза, что-то пробубнила и бросила монетку. Сергей, глядя на свою девушку, тоже бросил монетку. Неожиданно к ним подошла женщина в пёстрой одежде. Посмотрев на молодую пару, она произнесла:

– Молодые люди, позолотите руку, я вам всю вашу судьбу расскажу.

– Вы цыганка? – спросила Лиза.

– Она самая. Или вы сомневаетесь.

– Мама мне говорила, что когда она была ещё ребёнком, цыганка предсказала ей судьбу, всё сбылось, – добавила Лиза.

– Молодой человек, ваша девушка права, цыгане всегда говорят правду, – в ответ сказала женщина.

– Серёжа, дай женщине денежку, мне интересно узнать, что нас ждёт впереди, – глядя ему в глаза, пробормотала девушка.

Сергей достал из кармана десять рублей, отдал цыганке. Она, посмотрев на руку молодого человека, произнесла:

– Казённый дом тебя ждёт. Ты будешь на грани жизни и смерти. Смотри парень, ты постоянно будешь ходить по острию ножа. Будь осторожен, смерть тебе постоянно будет наступать на пятки. Избранница твоя издалека будет. Но счастья твоего не вижу, или оно будет скоротечно. Сергей засмеялся, сказал в ответ:

– Всё верно, я на днях в армию ухожу на целых два года. Вот он и казённый дом, это на языке военных казарма. Цыганка, посмотрев руку девушки, резко её отдёрнула. В лице переменилась, спешно ушла.

– Вот так всегда, облом, – шмыгнув носом, произнесла Лиза.

Она повисла на руке у своего возлюбленного, медленно они шли вперёд. На лавочках сидели девушки, привлекали к себе внимание. У Сергея создавалось впечатления, что они наблюдают за ним.

– Серёжа, скажи мне, только честно, ты меня любишь?

– Сказать честно, я не знаю, пойми меня правильно, мы друг друга знаем с первого класса, ты мне скорей сестра, чем моя девушка. Учёба, тренировки, ты и бабушка. Я одно знаю точно, когда вернусь из армии, мы сыграем свадьбу. Лиза, пожав плечами, тяжело вздохнув, произнесла:

– Ладно, не парься. Хоть на этом спасибо.

Они нашли свободную лавочку. Лиза села Сергею на колени, собралась поцеловать его в губы, но неожиданно у неё на лице появился испуг, в полголоса она произнесла:

– Это он, тот самый бугай из машины, они выследили нас. Бежим.

– Успокойся и не дёргайся. Я сейчас с ним ещё раз побеседую,

– произнёс он в ответ.

– Не надо. Уйдём отсюда, пожалуйста. Поехали на пруды или к нам во двор, – дрожащим голосом пробормотала Лиза.

Они быстро ушли, не привлекая внимания, сели в машину. Сергей поцеловал в губы свою девушку, решил раскрыть свой маленький секрет, что за пределами города в лесу есть озеро. Когда на душе было тяжело, он садился в машину и ехал к лесному озеру, чтобы побыть один на один с природой. Они выехали за пределы города, Лиза пыталось завязать беседу, привлекая к себе внимание. Но парень смотрел только на дорогу, не обращая на неё никакого внимания. Он свернул в сторону леса, по узкой дороге машина удалялась вглубь леса. Проехав около километра по узкой лесной дороге, перед ними появилась огромная поляна, в середине находился небольшой водоём. Сергей остановил машину, молча вышел, быстро сняв с себя одежду, с разбега плюхнулся в воду, поплыл на середину озера. Лиза, выйдя из машины, села на берегу, её разобрал смех, она крикнула:

– Ты сумасшедший, на дворе май, а ты купаться вздумал!

– Давай ко мне, вода так бодрит, – крикнул он в ответ.

– Нет, купайся сам, я не сошла ещё с ума.

Сергей вышел из воды, сел рядом с девушкой, положил руку ей на плечо, поцеловав её в губы. Она ответила ему взаимным поцелуем. Обняв молодого человека, она повалила его на траву, вполголоса произнесла:

– Возьми меня, сделай женщиной, пожалуйста. Будь первым и единственным моим мужчиной.

Лиза сняла с себя платье. Оставшись в нижнем белье, жалобно посмотрела на Сергея. Он едва сдерживал себя от соблазна. Перед собой он видел прекрасную девушку, её рыжие локоны спадали на плечи и опускались дальше, на красивую молодую грудь. Её карие кошачьи глаза смотрели на него с надеждой. В них он увидел тонкую натуру, её тело тянулось к нему.

– Серёжа, возьми меня, – тихо произнесла девушка.

Сергей не удержался, обнял девушку и вперемешку с поцелуями ласкал её нежное тело. Лиза отвечала ему взаимностью.

– Может не надо продолжать? – спросил он.

– Прошу тебя продолжай, не останавливайся, – пробормотала она в ответ.

Молодой человек не удержался, расстегнул её бюстгальтер, повалил девушку на спину, лёг рядом, продолжая нежно целовать её нежное девственное тело. Лиза вся дрожала. Сергей аккуратно снял с неё трусики, затем снял свои плавки. Лизу начало ещё больше трясти.

– Пожалуйста, продолжай, не останавливайся, возьми меня. Ты не представляешь, как мне это нужно, – тяжёло дыша, произнесла девушка.

А руки её, ни минуты не останавливаясь, гладят и ласкают тело Сергея, от чего он пребывает в подвешенном состоянии, между небом и землей. И тут она обнимает парня за шею руками, притягивает его голову к себе и впивается в него вампирским поцелуем. Губы у неё жесткие, требовательные.

Сергей сдаёт ещё одну позицию, ему остаётся немного, ещё один шажок до пропасти. Она тоже чувствует это, а потому окончательно от слов переходит к делу. Лиза отпускает его губы и подталкивает его голову вниз, к холмикам обнажённых грудей с торчащими сосками. Дух у него захватывает от нежности он, теряя голову, трогает её сосок губами, ласкает кончиком языка, а она заходится таким страстным стоном, что Сергей перестает владеть собой. Она оплетает его стеблями своих рук и ног и не желает отпускать даже на тот короткий миг, который ему нужен, чтобы выйти из неё, перед тем как снова вонзиться еще глубже. Какой-то периферийной частью своего сознания она понимает, что уже не невинна. Тело её напряжено так, что вжимаясь в неё, он чувствует её ребра. Иногда она заносит руки за голову и вцепляется ими в траву, отчего её голова запрокидывается ещё больше. Её то ли стоны, то ли всхлипы становятся всё громче. Но это не только голос наслаждения. Это крик о помощи, мольба, просьба, требование облегчить её страждущую плоть. Заполнить эту невыносимую пустоту в её чреве, которая мучает её, не дает ей покоя. Сергей издаёт сдавленный стон, предвестник сладострастного трепета.

Ноги у него подкашиваются, и он бы упал на неё, рухнул бы, как боец, пронзённый мечом, но он делает над собой усилие и, стремглав, устремляется в воду. Выйдя из водоёма, рухнул на траву. Лёжа на спине, он смотрел в небо. Лиза, подошла к водоёму, окунулась, легла рядом с ним на живот, нежно целовала его плечи и грудь, тяжело дыша, произнесла.

– Серёжа, я теперь настоящая полноценная женщина. Как же я без тебя два года?

– А каково мне без тебя, в армии много парней и ни одной девушки. Придётся рукаблудством заниматься, буду мозоли на руках зарабатывать, – шутливо ответил Сергей.

Они лежали на траве в полной эйфории, болтали, строили планы на будущее, наслаждаясь прекрасной природой, свежим чистым воздухом, который пах хвоей. Щебет певчих птиц подчёркивал романтическую обстановку. Яркое и жаркое солнце медленно заходило за горизонт. Незаметно пролетели дни блаженства. Они как никогда были по-особому близки, подолгу болтали. Сидя на скамейке во дворе, вместе смотрели на звезды. Ездили на лесное озеро, наслаждаясь прекрасной природой. В назначенное время около военкомата Сергей обнимал Лизку. Тамара Сергеевна стояла рядом, вытирая платком падающие градом слёзы, она произнесла:

– Какая вы красивая пара! – и добавила, – Серёжа, когда вернёшься из армии, сыграем свадьбу!

К зданию военкомата подъехал автобус «ПАЗ», майор, отвечающий за доставку призывников на сборный пункт, сделав перекличку новобранцев, скомандовал:

– Товарищи призывники, вам пять минут попрощаться с родными!

Пять минут пролетели как одно мгновение. Прозвучала команда заходить в автобус. Сергей обнял бабушку, поцеловал Лизу, взял сумку, вошёл в автобус и сел рядом с майором.

Водитель, пожилой мужчина, строго спросил:

– Ну, все собрались? Тогда поехали!

Автобус тронулся, Сергей помахал на прощание. Тамара Сергеевна и Лиза махали ему в след.

Двадцать новобранцев небольшого роста сидели позади, между собой беседовали, косо смотрели на Сергея с майором.

Сергей посмотрел назад, спросил у майора:

– Зачем в армию маленьких берут?

– Не забывай, солдат, у нас много подводных лодок, там они пригодятся, не всем быть здоровым шкафам как ты! – хлопая по плечу Сергея, произнес майор.

Сергей смотрел в окно, облокотившись на стекло. Майор встал и направился к кабине водителя.

Подъехав к сборному пункту, который был окружён двухметровым бетонным забором, автобус остановился у ворот КПП. Водитель, окинув всех взглядом, сказал:

– Всё, прибыли, дальше пешком!

В сопровождении майора призывники пошли в сторону отдельно стоящего корпуса для прохождения медкомиссии.

В длинном просторном коридоре было много призывников, стоял непонятный галдёж. Сергей нашёл свободное место, сел на корточки спиной к стене. Народу было много, приглашали сразу по пять человек. Время от времени из кабинета приёмной комиссии выходил мужчина в белом халате, заставляя молчать и не мешать проводить комиссию. Дождавшись своей очереди, Сергей вошёл в кабинет, следом ещё четыре человека. В большом зале буквой «П» столы стояли сдвинутые друг к другу. На небольшом расстоянии сидели врачи. Мужчина в белом халате, который сидел у двери, окинув всех взглядом, сказал:

– Снимайте всю одежду и по одному подходите. Активнее раздеваемся!

Сергей прошёл комиссию по категории «А». Вердикт – годен. С остальными призывниками направился в корпус ожидания (казарму). Возле одноэтажного длинного кирпичного, покрашенного в белый цвет, здания казармы, его остановил небольшого роста сержант.

– Братишка, у тебя спортивный костюм классный. Продай, всё равно в части отберут.

– Извини, сержант, костюмчик тебе велик будет.

– Я брату хочу подарок сделать.

Немного подумав, Сергей, махнув рукой, сказал в ответ:

– Если взамен даёшь мне шмотки, то вопросов нет. За тридцатник отдам.

Сержант попросил подождать, ушёл в казарму напротив, он вернулся, в руках у него был небольшой свёрток.

– Держи, здесь старенькая форма, – сказал сержант.

– Мне только брюки нужны, китель оставь на память, – шутливо ответил Сергей.

– Бери китель, там сержантские погоны, пригодятся, – сказал в ответ сержант.

Сергей переоделся, достал из карманов личные вещи. Взял деньги, неторопливо пошёл в расположение, куда ушли остальные новобранцы. Он вошёл в помещение, к горлу подступила тошнота. Стоял невыносимый странный запах. Двухъярусные кровати в безобразном состоянии, жёлтое белье сильно пахло хлоркой. Окна были закрыты, дышать было просто нечем. Призывников в расположении было более ста человек. Часть новобранцев были больше похожа на оборванцев, одежда у них была как тряпьё. Многие сидели на кроватях, распивая спиртные напитки. Более крупные в теле парни, показывая своё превосходство, отбирали у вновь пришедших новобранцев деньги и хорошие вещи, потрошили их сумки.

У входа он увидел свободную кровать, подошёл, открыл окно. Положил сумку, китель под голову, лёг.

– Куда я попал, это ужас, – пробубнил себе поднос он.

– Что тебе не нравится? Поживёшь здесь неделю, такой же будешь, – сказал ему парень, который лежал на соседней кровати.

Сергей прекрасно понимал, что сборный пункт служил перевалочной базой, где формировались группы для дальнейшего следования к месту службы. Периодически в расположение заходили офицеры и прапорщики с листком в руках, называя фамилии из списка, забирали призывников. Из слов этого парня Сергей понял, что здесь ребята провели не одну неделю. Свои хорошие вещи они обменяли на водку, самогон и сигареты. Неожиданно в расположение казармы вошёл майор внутренних войск крепкого телосложения невысокого роста, окинув расположение взглядом, громко сказал:

– Товарищи, будущие солдаты! Кто желает служить на берегу моря?

Желающих оказалось много. Кто-то устал от ожидания, некоторые желали служить возле моря.

Сергей был не исключение, он один из первых подошёл к майору. Офицер, поняв, что желающих больше, чем надо, достал из кармана листок и начал называть номер команды и фамилию призывников.

Сергей внимательно слушал, но в итоге его фамилию не назвали. Разочарованный, он лёг на кровать.

Устав от ожидания, он собрался выйти на территорию. В помещение вошёл прапорщик ростом метра два в форме песочного цвета, в голубом берете. Из кармана достал листок, начал выкрикивать номер команды, фамилии будущих солдат. К нему подошли пятеро новобранцев. Они одеты были более-менее нормально, зато причёска ужас. Прапорщик с недовольством посмотрел на них.

– Всем разойтись. Берите свои монатки и выходите на улицу, ждите меня в курилке, – сказал он.

Призывники побрели собирать рюкзаки. Сергея разобрал истерический смех, не сдержав своих эмоций, вслух произнёс:

– Где нормальные парни? Эти недоростки, будут служить в ВДВ?!

– Ты что ржёшь, как лошадь? Как фамилия, сержант? – возмущённо произнёс прапорщик.

– Кувалдин Сергей, я призывник, форму я здесь купил.

Прапор внимательно оглядел парня.

– Этот парень отличный боец! – подумал он.

Сергей приглянулся как перспективный, пышущий силой. Такие парни в последнее время редко появлялись в части.

– Кувалдин Сергей, желаешь служить ВДВ?

– А можно?

– Можно Машку за ляжку, а здесь разрешите!

– Товарищ прапорщик разрешите служить в десантуре.

Прапорщик подошёл к Сергею, положил руку ему на плечо, сказал:

– Ты сам видел, бойцы не ахти. Но с них тоже может быть толк. Одевай китель, жди меня в курилке. Я в штаб, решу вопрос на счёт тебя.

Сергей взял сумку, накинув китель, вышел на территорию. В курилке сидели новобранцы, которых назвал прапорщик. Сергей, окинув всех взглядом, сказал:

– Ну, что волосатая гвардия, давай знакомиться.

Они по очереди называли себя.

– Упырь, Вурдалак, Бес, Леший, Гнедой.

– Стоп! Упыри и Вурдалаки, как ваши настоящие имена? – возмущено спросил он.

– Костя Упырёв (Упырь), Николай Вершков (Вурдалак), Саня Березников (Бес), Слава Нестеренко (Леший), Гена Денисов (Гнедой).

– Ну, а я Сергей Кувалдин, будем знакомы.

– Ты, чё в натуре Кувалдин. Я тебе погоняло придумал. Ты будешь у нас Кувалдой, – глядя на Сергея, сказал Костя Упырёв.

В этот момент вернулся прапорщик, он держал в руках документы, он посмотрел на своих бедующих бойцов.

– Я прапорщик Кувалда, моя задача доставить вас в часть. Сержант Кувалдин назначен старшим. Всем ясно? – громко произнёс прапорщик, так чтобы все бойцы слышали, а после добавил, – Сейчас идём на продсклад за сухпайком. Загружаемся в автобус и на вокзал. Поедем с вами Сибирь осваивать.

Ребят разобрал истерический смех, держась за живот, Гена произнёс:

– Пацаны! В натуре осторожней! В армию нас доставят две Кувалды! Так понимаю, других имён там нет!

– Отставить смех! Налево, на продсклад шагом марш, – возмущённо скомандовал прапор.

Они получили пайки, загрузили их в автобус и через пятнадцать минут прибыли на вокзал. Солдаты вошли в зал ожидания. Прапорщик пошёл снимать бронь.

Вернувшись, он сказал:

– У нас в запасе час. Поезд Москва-Владивосток, вагон 18 плацкарт.

Он, окинув взглядом призывников, почесав свой затылок, сказал:

– Сергей, оставайся охранять вещи и пайки, мы в парикмахерскую сходим, а то ещё вшей в часть привезут.

Он сел напротив коробок с пойками, достал из сумки книжку, начал потихоньку перебирать страницы. Проходящие мимо люди кидали косой взгляд. Вид у него был просто идеальный: старая потрепанная форма с сержантскими лычками, за место кирзовых сапог кроссовки, из-под кителя проглядывала белая футболка.

– Девочки, смотрите какой солдатик.

Услышав женский голос, он приподнял голову.

Рядом стояли три девушки, игриво смотрели в его сторону, о чём-то беседовали между собой. Светловолосая худощавая девушка небольшого роста со стрижкой каре.

И очень эффектно накрашенными губами ярко-красного цвета, оценив его взглядом, спросила:

– Куда путь держишь, красавчик?

Сергей посмотрел на девушек с тоской, произнёс:

– В Сибирь.

– Мы тоже в Сибирь, – сказала в ответ она, и, сев рядом, протянула руку, – Наташа.

– Сергей, – робко назвал он своё имя.

– Девочки, смотрите, он скромняжка, – произнесла Наташа.

К нему подошли остальные девушки, протянув руки, назвали имена.

– Арина.

– Снежана.

Узнав, что они едут в одном вагоне. Девушки начали с ним кокетничать.

– Солдат, купи гитару, за 20 рублёв отдам.

Он повернул голову. Рядом с коробками стоял подвыпивший мужчина. Сергей взял гитару в руки, визуально осмотрел её. Достал из кармана деньги. Мужчина взял деньги, сказав «спасибо», и удалился.

Сергей, ошалевший от чрезмерного внимания девушек, подобрав нужную мелодию, запел:

 

За рекой над лесом рос кудрявый клен.

В белую березу был тот клен влюблен.…

И когда над речкой ветер затихал.

 

Его прервал голос прапора:

– Ну ты, Кувалдин, даёшь, мы отошли на тридцать минут, у тебя здесь гитара и прекрасные девчонки.

– Ого, сколько мальчиков, – с удивлением произнесла Наташа.

– Мы свои сумки оставим на пять минут, нам надо отойти, – добавила она.

Девушки спешно ушли. Прапорщик сел на свободное место, не выпуская из виду призывников.

– Вот это вид, – посмотрев на пятерых лысых новобранцев, произнёс Сергей.

Вскоре девушки вернулись, на табло увидели свой поезд. Они пошли на перрон, парни, как истинные мужчины, помогли донести сумки девушкам. Они нашли 18 вагон, к их удивлению в вагон заходили 40 молодых парней и девушек. Из разговора молодых парней и девушек, он понял, что с ними, едет студенческий стройотряд. Сергей посмотрел на Наташу, которая стояла рядом, сказал:

– Видишь, как нам повезло, молодёжный вагон.

Молодые люди вошли в вагон, то заняли свои места. Стояла невыносимая духота, дышать было просто нечем. Все спешно начали открывать форточки. Прапор разбирал билеты. Сергей взял свою сумку с продуктами, которые ему собрала в дорогу бабушка, поставил себе на колени, выложил всё на столик.

В сумке лежала жареная курица, завёрнутая в фольгу, 10 варёных яиц, колбаса, варёная картошка и всякие сладости. Пот с него тёк градом, он снял с себя белую футболку.

– Билеты готовим!

Услышал женский голос, Сергей поднял голову. Перед ним стояла симпатичная женщина в униформе, плотного телосложения с очень большим бюстом, ростом примерно 175см, лет 35—40. Волосы черные, аккуратно уложенные сзади. Короткая стрижка была ей к лицу.

– Ну, кто у вас самый главный, билеты готовим, ещё раз повторяю! – возмущенно добавила она.

Прапорщик подал ей билеты, при этом, не сводя с неё глаз, спросил:

– Разрешите узнать ваше имя, красавица?

– Галя, не замужем. Сейчас проверю билеты, подходите получать постельное бельё.

Прапор, ошарашенный таким ответом, проглотив слюну, произнёс в ответ:

– Я тоже не женат. Держите, наши семь билетов.

Проверив семь билетов, она, качая бедрами, как веслами, направилась дальше по вагону. Прапорщик смотрел ей след. Глаза у него блестели, он был ослеплен её красотой. Почесав свой затылок, сказал:

– Серёга, я устраняю себя на четверо суток. Какая женщина. Ты старший, это приказ.

– У нас места рядом с купе проводницы. Всё в ваших руках, товарищ прапорщик, – сказал в ответ Сергей.

Тем временем Сергей нашёл на дне сумки грелку с запиской.

– «Серёжа, в грелке самогон тебе в дорогу на всякий случай.

Я тебя люблю, твоя бабуля».

– Товарищ прапорщик, продукты надо все скушать, а иначе всё испортится. Вам от моей бабушки грелка.

– Покушать я люблю. Только зачем мне грелка летом?

– Там огненная вода—самогон, – с улыбкой добавил Сергей.

– Самогон я люблю, отложу его на вечер, – почесав подбородок, произнёс прапор.

Сергей достал из сумки две фотографии. На одной была Лиза, на другой был он, когда ему было 10 лет, бабушка, папа и мама.

– Разреши, посмотрю? – спросил прапор.

– Да, пожалуйста, – ответил Сергей.

– У тебя отец военный?

– Был. Он погиб в Афганистане, на Ми-24 летал, майор ВВС. На следующий день после похорон мама бросилась под поезд метро. Так я остался вдвоем с бабушкой, – тяжело вздохнув, произнёс в ответ Сергей.

– Это жизнь, жестокая, но эта жизнь какая она бы не была. Красивая у тебя девушка.

– Мы с ней с первого класса дружим. Когда вернусь из армии, устроим шикарную свадьбу, – проводя пальцами по фотографии, произнес Сергей.

– Свадьба – это хорошо, сейчас Галя вернётся, пойду к ней подбивать клинья или я не я, – взяв грелку, в ответ сказал прапор.

Поезд тронулся, начинал медленно набирать ход, всё дальше и дальше удаляясь от Москвы.

Сергей, плотно покушав, постелил постельное бельё, лёг на свою полку. Под монотонный, убаюкивающий стук колёс, глаза медленно закрылись.

Прапорщик взял грелку и сладости пошёл в купе к проводнице.

Глава 2

Вместе с другими ребятами Сергей удалялся все дальше и дальше от родного города в далекую Иркутскую область. В тамбурах толпились курильщики. Москва уже оставалась далеко позади. Слышался монотонный стук колёс об рельсы и поскрипывание на небольших кривых железных частях поезда.

В вагоне часть пассажиров спали, остальные пытались как-то себя занять. Сергей спал, накрывшись простыней на нижней полке с правой стороны. Прапор, чтобы хоть как-то скоротать время в поезде, познакомился с проводницей. Сидел у неё в купе за небольшим скромным застольем, рассказывал анекдоты. При этом нахваливал самогон, который ему достался как трофей из Москвы. Узнав за рюмкой самогона, что проводница Галя действительно не замужем он решил не отступать от своей цели, старался окидывать её комплиментами в пересмешку с анекдотами. В соседнем купе девушки, с которыми призывники познакомились на вокзале, беседовали с ребятами. Наташа время от времени заглядывала в купе, где спал Сергей.

– Тебе не надоело заглядывать? Проснётся, сам придет, – дёрнув Наташу за руку, пробормотала Арина.

– Ты ково, меня за руку дёргаешь? Это мой парень! – отдернув руку, в грубой форме ответила Наташа.

Слово за словом между девушками завязалась ссора. Сергей проснулся от крика девушек, он зашёл в соседние купе, посмотреть, что случилось. Он увидел, как Наташа и Арина вздорили между собой, таская друг друга за волосы. Все, кто не спал, стояли, наблюдали, не пытаясь даже разнять их.

– Тварь! Кошёлка! Дура…

Сергей решил вмешаться, он спокойно произнёс:

– Девушки, успокойтесь. Я спал, а вы меня разбудили, непорядок.

Наташа оттолкнула Арину, а сама направилась к нему. Она подошла, игриво прикусывая губу, сказала:

– А ты ничего, пообщаемся вечерком.

Ничего, не говоря в ответ, махнув рукой, Сергей ушёл, сел на своё место. Сделав себе чай, достал печение, конфеты. Упырь, Вурдалак, Бес спали на верхних полках. Он не наблюдал на месте прапора и ещё двух парней Лешего и Гнедова.

– Бес, где остальные? – спросил он.

В ответ, не открывая глаз, Бес показал на самые верхние полки, которые были предназначены для багажа.

Когда Сергей поднял голову вверх, то видел, что на жёстких полках, прячась от жары, спали Леший и Гнедой. Он сел ближе к столику, пил чай, смотрел в окно, любовался пейзажем. Населённые пункты встречались реже. За окном виднелись бескрайные поля, которые время от времени исчезали за деревьями, которые были посажены вдоль железной дороги. Наташа подошла, села рядом, восхищаясь его мускулистым телом, спросила:

– Угостишь, чайком с конфеткой?

– Угощайся, – посмотрев на неё, произнёс он в ответ.

– Вроде здоровый парень. Ну, скромняжка, – шутлива, пробормотала Наташа.

Девушка правую руку ему на обнажённое плечо, вполголоса произнесла:

– Я думаю, ты шалунишка? Девчонки на тебя, наверное, вешались в Москве, ты менял их как перчатки?

– Ты не поверишь Наташа, честно говоря, у меня на женский пол не хватало времени.

– Вечером пообщаемся? – добавила Наташа.

– Вечер настанет, там разберёмся, – он улыбнулся, сказал ей в ответ.

Наташа посмотрела парню в его голубые глаза, сказала:

– Ты очень красивый, особенно твои глаза, через десять минут будет большая стоянка поезда. Прогуляемся?

– Ты тоже очень красивая, – пробормотал он в ответ.

Вдали виднелся город, поезд замедлял свой ход. Когда поезд остановился, Наташа взяла Сергея за руку, потянула к выходу. Он пошёл за ней, не пытаясь отдернуть свою руку. Сергей спустился по ступенькам первый, подал руку Наташе. Она спустилась на перрон, его кто-то слегка хлопнул по плечу. Он повернулся, рядом с проводницей стоял прапор. Подмигнув правым глазом, сказал Сергею:

– Смотрю, ты время даром не теряешь, какую даму отхватил.

Сергей улыбнулся, сказал в ответ:

– Товарищ прапорщик, скучно всё-таки ехать, как ни как четверо суток.

– Ну да, нуда, я тебя понимаю, – в ответ пробормотал прапорщик.

Народу из поезда вышло много, все суетились, пытаясь купить в дорогу покушать, почитать.

Местные жители ходили с большими сумками по перрону предлагали горячие пирожки, курочку с картошкой, малосольные огурчики, свежее пиво. Девушка взяла Сергея под руку, легкой походкой они пошли в сторону первого вагона. У десятого вагона Сергей увидел бабушку, которая продавала пирожки.

Они подошли, чтобы выбрать что-нибудь в дорогу. Бабушка, посмотрев на пару, мило улыбаясь, произнесла:

– Милые, вы бабушку не выручите. Купите компотик из малинки. Последние пять литров остались, всего 50 рублей.

Не обижайте бабу Нюру. Если вам не понравится, мой дом за углом. Сергей улыбнулся, ему стала жалко бабу Нюру. Махнув правой рукой, сказал в ответ:

– Была, не была, давайте свой компот из малинки.

Получив деньги, баба Нюра подала с шитую из брезента сумку, в которой была пятилитровая банка. И как презент дала несколько пирожков. Посмотрела на Сергея, добавила:

– Береги девушку, сынок, она очень красивая. Спасибо вам большое, выручили бабушку.

Сергей взял сумку с банкой в правую руку. Они пошли вдоль по перрону в начало поезда, забыв про время. За разговорами не заметили, как дошли до первого вагона. Сергей посмотрел на Наташу, произнёс:

– Мы не успеваем вернуться. Пошли через первый вагон.

Они зашли в первый вагон, поезд тронулся, перрон оставался позади. Сергей, совсем забыв про свою девушку, одаривал комплиментами Наташу. Так они дошли до своего вагона. В тамбуре их встретил прапор. Посмотрел на сладкую парочку, ничего не говоря, зашёл в купе к проводнице. Сергей подошёл к столику, достал из сумки пятилитровую банку и пирожки, положил на столик, внутри банки была красная жидкость. Сергей открыл крышку, оттуда шёл ароматный запах малины. Он, сделав несколько глотков, взял у проводницы два гранёных стакана. Ребята жалобно смотрели сверху на них. Чтобы не считать себя эгоистами, они пригласили их к столу. Из соседнего купе к ним потянулись Снежана и Арина. Девушки в знак примирения с Наташей принесли две бутылки водки и разной закуски, что успели купить на вокзале, пока стоял поезд. Арина сходила в купе к проводнице, взяла ещё несколько стаканов. Сергей, выпив стакан водки, наполовину разбавленный компотам. Окинув взглядом окружение, пробормотал:

– Какой аромат малины? Баба Нюра была права, очень вкусная штука. Вкусняшка, меня аж в пот бросило.

Взял гитару, запел свою любимую песню:

 

За рекой над лесом рос кудрявый клен…

В белую березу был тот клен влюблен…

И когда над речкой ветер затихал

Он березе песню эту напевал…

   

Белая береза, я тебя люблю!!!

Протяни мне ветку тонкую свою!!!

Без любви, без ласки пропадаю я!!!

Белая береза, ты любовь моя.

   

А она игриво шелестит листвой.

У меня есть милый ветер полевой.

И от слов от этих бедный клен сникал

Все равно березе песню напевал…

   

Белая береза, я тебя люблю!!!

Протяни мне ветку тонкую свою!!!

Без любви, без ласки пропадаю я!

Белая береза, ты любовь моя.

   

Но однажды ветер это услыхал.

Злою страшной силой он на клен напал

И в неравной схватке пал кудрявый клен

Только было слышно через слабый стон.

   

Белая береза, я тебя люблю.

Протяни мне ветку тонкую свою.

Без любви, без ласки пропадаю я.

Белая береза, ты любовь моя…

 

Наташа с восторгом смотрела на Сергея, тихонько произнесла:

– Спой ещё, что ни будь, пожалуйста.

Сергей положил гитару, сказал в ответ:

– Всё, потом.

– А кто эту песню написал? – спросила Снежана.

– Не знаю, автор не известен. Папа постоянно исполнял её.

Наташа налила ему ещё полстакана компотика с водкой. К ним подсели парни, девушки с этого вагона все включались в общую беседу, рассказывали анекдоты и истории из личной жизни. Гитара периодически переходила из рук в руки. Музыканты развлекали публику своими песнями. Вскоре к ним присоединился прапор и Галя. На следующее утро Сергей проснулся, пробубнил себе поднос:

– Ничего себе, вот это и компотик, ничего не помню.

Рядом с ним спала Наташа, приподняв простынь, он увидел, что они были совсем голые. Вход в кубрик был закрыт простынею, три полки были пустые, они были одни. Сергей только собрался встать, как Наташа, открыв глаза, поцеловала его грудь, вполголоса произнесла:

– Ты просто чудо.

Молодой человек испугано посмотрел девушки в глаза, спросил:

– А мы что занимались этим? Я тебе чего-нибудь обещал?

Наташа улыбнулась, гладя Сергея по плечу, сказала в ответ:

– Не парься, мужики, когда залезают на бабу, всегда обещают жениться. У нас с тобой просто небольшой роман в поезде, без всяких обязательств.

– У меня во рту всё пересохло, пить хочу, умираю. Давай вставать, уже светло, – поцеловал девушку в носик, пробормотал молодой человек.

На столике и на полу было много пустых бутылок из-под водки и вина, в купе был полный бардак, одежда была разбросана по верхним полкам. Сергей встал, оделся, посмотрел на часы, время было 13.00. Снял простынь, в вагоне было сонное царство, все спали, как младенцы. На нижней боковой полке в обнимку с гитарой спал прапорщик. На верхних боковых полках спали Упырь и Вурдалак. Бес спал прямо в проходе на полу. Сергей заглянул в соседние купе, Леший, наполовину обнажённый, спал с Ариной. Гнедой в одних трусах спал с обнажённой Снежаной.

– Полный кошмар, – пробубнил себе поднос Сергей, накрыв простынею их.

Он пошёл умываться. Когда вернулся, Наташа была уже одета, пыталась как-то купе привести в порядок. Она посмотрела на Сергея, сказала:

– Уже сутки в пути, у нас ещё трое суток впереди, я думаю, мы оторвёмся ещё. Я пойду умываться, приготовь завтрак, пожалуйста.

Пока девушка умывалась, приводила себя в порядок, молодой человек вынес весь мусор из купе, приготовил завтрак. Увидев на полу около столика пятилитровую банку с компотикам, разлил по стаканам. Наташа пришла, увидев два стакана с компотикам, не говоря ни слова, залпом выпила свой стакан.

– Видно сильно жажда замучила, – шутливо спросил Сергей.

– Пока зевать будешь, я и твой оприходую, – пробормотала в ответ Наташа.

Они сидели, завтракали, при этом мило беседовали. Поезд остановился. Проводница протёрла поручни, открыла дверь. Из вагона вышли только они. Рядом с вокзалом Сергей увидел небольшой магазин. Они вошли в магазин, народу было немного. Купив пива и вина, поглядывая на часы, пошли в свой вагон.

– Пошевеливаемся, жених! Поезд отправляется, – крикнула проводница.

Вернувшись в вагон, Сергей там увидел сонное царство, все спали, как младенцы. Он споткнулся об спящего на полу Беса. От звона бутылок проснулся прапорщик. Он сел, лицо у него было всё помятое, взявшись за голову, пробормотал:

– Серёга, дай поправится, башка не по-детски трещит.

Сергей из сумки достал бутылку пива, дал её прапору. Прапорщик выпил пива, посмотрел на пол, где спал Бес. Потолкал его ногой, ну всё безуспешно, тот спал, как убитый.

– Давай уберём это тела. Пускай, спит как человек, – посмотрев на Беса, сказал прапор.

– Верняк, а то развалился на полу, как барон, не пройти, не проехать, – добавил в ответ Сергей.

Они положили его на место, где спал прапор. Сергей достал из сумки пиво, вино и разной закуски, что он совместно с Наташей успел приобрести, пока стоял поезд на станции. Небольшой столик был весь заставлен бутылками и закуской. Сергей при этом смотрел на прапорщика, ожидая услышать команду «убрать».

– Молодца, уважаю. Надо поправить ребят, – произнёс прапор.

Наташа суетилась, готовила покушать, к ней присоединилась проводница, остальные пассажиры спали.

Прапорщик подошёл к Сергею положил ему руку на плечо, сказал:

– Пошли, выйдем в тамбур, перекурим, к тебе разговор есть. Захвати две бутылке пива.

Сергей со стола взял пиво, они пошли в тамбур 17 вагона. Когда вошли в тамбур, который был пропахший табаком настолько, что Сергею показалась, что кислород в этом месте просто отсутствует.

Там стояла, курила белокурая девушка с очень короткой стрижкой, худощавая, больше похожая на парня в темном спортивном костюме. Прапор посмотрел на девушку, спросил:

– Прелестное создание, мы вам не помешаем?

Она повернулась, окинула их взглядом, произнесла в ответ:

– Валяйте, вы мне не мешаете, место всем хватит, – повернулась к окну, докуривать свою сигарету.

Сергей опустил глаза вниз, тяжело вздохнув, произнёс:

– Вы меня сейчас отчитывать будете? За ночной косяк.

Прапорщик ухмыльнулся, взял у него пиво и сказал в ответ:

– Эй, брат, обижаешь, у тебя и остальных ребят последние сутки свободы, а далее жёсткие армейские законы. Я на счёт твоей тёлки, которой ты обещал жениться, аккуратней со словами. Ты меня понял.

– Ну да, говоря по чесноку, я ничего не помню, – пожимая плечами, пробубнил в ответ он.

Прапор открыл бутылку с пивом, сделав глоток, добавил:

– Я желаю зависнуть в купе у Гали, с тебя порядок, и чтобы ребята не разбежались. Вопросы есть?

– Никак нет, товарищ прапорщик.

Девушка докурила сигарету, бросила её в пепельницу, которая висела у окна, посмотрела на них, покачав головой, произнесла:

– Кобели все мужики. Противно даже, открыла дверь, ушла в вагон.

– Мы с вами оказывается кобели, – с усмешкой произнёс Сергей.

Они стояли в тамбуре, разговаривали и пили пиво. Время от времени в тамбур заходили курильщики.

Прапорщик достал из кармана брюк пачку сигарет, закурил, посмотрев на своего собеседника, спросил:

– Желаешь узнать, куда тебя хотели забрать служить?

– Ну, да меня раздирает любопытство.

– Мне чудом удалось уговорить руководство штаба, чтобы тебя отдали мне, ты шёл на черноморский флот морским пехотинцем.

– Этаж, три года! Спасибо вам, товарищ прапорщик.

– Не надо благодарности, сочтёмся.

Когда они вернулись, в вагоне все уже проснулись, стоял сильный галдёж, ребята спорили между собой. Бренчала гитара, часть пустых бутылок стояло на полу под столиком, только один Бес спал. В поезде стояла невыносимая духота, открытые окна не помогали. Они присоединились к остальным, прапорщик взял гитару и начал наигрывать мелодии. Наташа села на колени к Сергею, обняла его, тихонько сказала:

– Сходим в вагон-ресторан? Народ просит праздника.

– Наташа у меня денег уже не осталось.

– Не парься, сейчас у нас будут деньги, – подмигнув ему, сказала она.

Наташа встала, окинула всех взглядом, сказала:

– Товарищи, достаём червонцы из кармана!!! Мы ща, вам ещё бухла, принесём!!!

Некоторые ребята доставали с неохотой из карманов деньги, кто-то сделал вид, что не расслышал, что от него хотят.

– Активнее расстаёмся с деньгами, мы для вас же стараемся, – добавила девушка.

Девушка взяла деньги со словами:

– Мы ща, пять сек.

Неторопливым шагом они пошли в вагон-ресторан.

– Наташа, а ты тоже до города Усолье едешь?

Она улыбнулась, поцеловав молодого человека в губы, сказала в ответ:

– Нет, моя станция город Черемхово. В Москву, я ездила по путёвке на 12 дней, мне так не хотелось возвращаться обратно домой. В августе поеду на месяц к бабушке в посёлок Тайтурка, надеюсь, встретимся.

– Да я не против, только за.

Проходя через другие вагоны, они ничего нового не видели, пассажиры также как они, сбившись в небольшие группы, ехали, отдыхали. Когда они подошли к ресторану, поезд замедлял ход, вскоре он остановился.

Выглянув в окно, они увидели большой хвойный лес и реку. Вдалеке виднелся небольшой посёлок.

– Мама! Там мост упал в реку, – из купе был слышен детский голос.

Купив в ресторане бутылку вина, они вышли из вагона. Впереди виднелся железнодорожный мост через реку. Сергей от начальника поезда узнал, что за мостом упал столб и оборвал контактную сеть.

Движение будет восстановлено примерно часа через три не меньше. Они как остальные пассажиры поезда пошли к небольшой реке. Сергей предложил девушке окунуться в реке, смыть суточную грязь, она вначале охотно согласилась, поняв, что на ней нет купальника, пробормотала:

– У меня купальника нет.

– У меня идея, давай уйдем подальше, где нет народу, и все вопросы будут решены, – сказал в ответ Сергей.

На улице стояла жара, небольшой ветерок, который дул от реки, навевал лёгкую прохладу.

Уйдя подальше от поезда к опушке леса, они подошли к берегу. Сергей снял одежду, зашёл в воду.

Молодой человек доплыл до середины реки, закричал:

– Наташа, раздевайся! Ай – да, суда! Вода в реке необыкновенно тёплая! Погода шепчет, всё для нас!

Девушка неторопливо сняла чёрную коротенькую юбку и ярко-красную блузку, как её губы, оставаясь в нижнем белье, медленно вошла в реку, поплыла в сторону Сергея.

– Я плыву к тебе, жди, вода-супер, ты был прав.

Они, как маленькие дети, резвились в реке, обменивались поцелуями и ласками, время от времени поглядывая в сторону поезда, который едва был виден. Выйдя из воды, Сергей лёг на траву, открыл вино маленькими глотками пил из горла как сок, наблюдая за девушкой, как она барахталась в воде, словно маленький ребёнок. Минут через пять девушка неохотно вышла из воды. Пальцами рук, поправляя волосы, легкой походкой шла в сторону молодого человека.

– Серёжа, как я тебе, похожа на русалку?!

– Ты прекрасна, спору нет! – сказал он в ответ, сам смотрел на неё, не отрывая глаз.

Наташа легла с левой стороны рядом, сделав несколько глотков вина, начала нежно гладить его грудь, целуя молодого человека в губы, он отвечал взаимностью.

Наташа, шёпотом произнесла:

– Вода, лес, сосны и берёзки, а вокруг ни души, возьми меня.

Сергей не смог удержаться от соблазна, они утонули в поцелуях и ласках, при этом совсем забыв про время. Сняв с себя нижнее белье, они наслаждались минутами блаженства. В этот момент им казалась, что они одни на белом свете. Насладившись любовными играми, они зашли в реку искупаться. Неожиданно по телу Сергея прошла дрожь, он испугано посмотрел на девушку, произнёс:

– Мы про поезд совсем забыли!

Выйдя из воды, они спешно оделись, побежали в сторону поезда.

– Давайте быстрее! Мы отправляемся! Неполадки уже устранили, – кричала им проводница.

Сергей подсадил девушку, сам следом поднимался по лестнице. Поезд начинал медленно набирать ход.

Тяжело выдохнув, Сергей пробормотал:

– Чудом успели!

– Трусы не забыли, – держась за живот от смеха, произнёс прапор.

– Нет, их мы вроде одели, вино забыли на берегу, – пожимая плечами, в ответ сказал Сергей.

Чтобы встать в расписание, машинисты поезда сокращали большие остановки, на больших перегонах они максимально разгоняли поезд. Вагоны болтало из стороны в сторону, создавалось впечатления, что поезд вот- вот сойдёт с рельс. В вагоне был слышен звон гитары и пустых бутылок. Вторые сутки также пролетели как одно мгновение. На третьи сутки деньги уже заканчивались. Наташа не отходила от Сергея ни на шаг, постоянно признаваясь ему в любви, обещая писать письма и приезжать к нему в часть.

Глава 3

Четверо суток пролетело незаметно, спиртные напитки и деньги быстро закончились. Последние копейки собирали на сигареты. Поезд уже колесил по Иркутской области. Прапорщик привел себя в порядок, чего и потребовал от остальных новобранцев, чтобы не осталась и намёков на буйный сабантуй, который длился трое суток. Сергей лежал, Наташа сидела рядом на гитаре возле струн шариковой ручкой она писала свой адрес.

– Зачем гитару мараешь? Не проще на бумаге написать? – с ухмылкой спросил Сергей.

– Бумажку ты потеряешь или выбросишь, а это на века, – шутливо ответила она.

На горизонте виднелся город Черемхово. Особенно были видны искусственные горы, огромные, глубокие котлованы, внутри которых работала тяжёлая техника и огромные машины марки «БелАЗ».

Сергей пристально смотрел в их сторону, из любопытства он спросил:

– Наташа, а что там золото добывают?

– Да нет, это добыча каменного угля открытым способом. Мой папа там работает, ездит на огромном тракторе.

– А мне казалось, что уголь только в шахтах добывают? Я в кино видел, как Стаханов отбойным молотком план перевыполнял.

– Это в кино, но здесь всё проще, залежи пластов угля находятся на глубине до ста метров, тем более это дешёвый и безопасный способ добывать уголь.

Поезд прибыл на станцию города Черемхово. Сергей и Наташа вышли на перрон. Сергей обнял Наташу.

У девушки из глаз потекли слёзы, она прижалась к Сергею вплотную, смотря ему в глаза, произнесла:

– Серёжа, пиши мне, пожалуйста, я буду очень ждать твоих писем, и спасибо тебе большое за всё.

– Глупенькая, я обязательно буду тебе писать, а компотик был чудесный. У тебя губы красивые, не надо их больше красить ярко-красной помадой, – вытирая девушки слезы, в ответ сказал молодой человек.

– Поезд трогается, прощайтесь скорей, – крикнула проводница.

Наташа из сумки достала листок отдала его Сергею. Нежно поцеловав его в губы, произнесла:

– В вагоне прочитаешь, это что-то вроде любовной записки.

Сергей поднялся по ступенькам, послав девушке воздушный поцелуй, крикнул:

– Наташа, ты чудо!!!

Поезд тронулся, медленно набирая ход, всё дальше и дальше удаляясь от перрона станции Черемхово. Сергей стоял у открытой двери.

– Всё, Ромео, дай дверь закрыть, – положив ему руку на плечо, пробормотала проводница.

Сергей вошёл в соседнее купе забрать свою гитару, Снежана и Арина пили чай с ребятами.

– Всё твоя тёлка вышла, а мы с ребятами в Усолье едем! Шанцев увидеться у нас больше, – издевательски произнесла Арина.

Сергей, молча взял гитару, ушёл в своё купе, сел на боковую полку, где спал прапорщик, положил гитару на свою полку, с безразличием посмотрел в окно, развернул листок, который ему дала девушка и начал читать.

«Я сейчас не способна думать о своей душе. Она валяется, где-то на дне… Я ее не трогаю, пусть отдохнет. Ей пришлось нелегко, я перед ней виновата. А потом я её очищу, но потом… Конечно, она уже никогда не будет такой, как раньше. Но я постараюсь придать ей достойный вид, настолько насколько это будет возможно… Выходит, что ты просто временно мной пользовался… Знаешь, тела мне совсем не жалко, оно быстро забудет… Жалко душу, она очень страдала, терзалась, рвалась за тобой… Она хотела к твоей душе, она почувствовала родство… Жалко, что ты никогда не прислушиваешься к своей душе… Ты не разговариваешь с ней… А она у тебя так хочет любви… Настолько сильно, насколько твой разум этому препятствует… Когда ты спишь, твой разум отключается и душа шепчет, душа кричит… душа плачет… Но ты не слышишь – не хочешь слышать… Ты был в моей жизни и ушел… И я ушла… в никуда… Не знаю, стоило ли вообще это все писать, просто надо кому-то высказаться. Да и я хочу все-таки быть с тобой откровенной, чтоб ты знал мои истинные чувства. Это не игра. А может, ты это никогда и не прочитаешь. Не могу понять ни тебя, ни себя. С самого начала не так все было. Ты боялся, я чувствовала это, я и тоже не могла полностью открыться. Боялись друг друга. Теперь понимаю, что во многом была не права, что не так нужно было поступить в том или другом случае. Не поняла вовремя, что у тебя тогда что-то происходило в душе. А ведь на самом деле, я хотела в этой жизни сейчас. Наверное, большего счастья мне и не нужно. Ты стал для меня настолько большой частью жизни, я пыталась полностью измениться, быть другой, как-то подстроиться под тебя. Мне сейчас очень тяжело, я чувствую, что теряю что-то невосполнимое, главное в своей жизни. Знаю, что уже никогда так не буду ни к кому относиться, как к тебе. Никого не буду любить. Хотя до встречи с тобой я хотела быть только свободной, была какой-то мужененавистницей. И в первый раз в жизни я прогибаюсь, я не хочу отпускать это. Но, наверное, для меня это гораздо серьезнее, чем какие-то амбиции. Я тебя никогда не забуду. Ты будешь вечно в моей душе и сердце.

Нежно целую. Наташа. На веки твоя».

Сергей аккуратно свернул листок, положил его в свой китель. Внезапно им овладела тоска, было желание бросить всё и бегом по шпалам обратно в Москву. Через некоторое время из купе проводницы вышел прапор, глядя на унылый вид Сергея он спросил:

– Серёга, всё пучком?

– Всё в порядке. Я настоящий подонок. Поддался на минутные слабости и совсем забыл про свою Лизу. Я даже не подонок, а просто тварь, – произнёс он в ответ.

– Не бери в голову, это естественно, за два года ты ещё раз будешь чувствовать себя подонкам. Плюнь и забудь – это жизнь, – усмехнувшись, в ответ сказал прапор.

– Когда я уходил в армию, моя девушка клялась, божилась, что будет ждать, – начал прапорщик свой рассказ.

– Мы с ней дружили с пелёнок, а вот итог. Я – в армию, она – замуж, сука! Извини эмоции.

Их беседу прервала проводница, посмотрев на прапорщика, сказала ему:

– Серёжа, я отойду минут на тридцать в другой вагон, посмотри.

– Хорошо, Галчонок, иди не волнуйся, всё будет на высшем уровне.

Сергей смотрел в окно, восхищался природой и огромными бесконечными полями, которые были все зелёные, словно изумруды.

– Красивые здесь места, – произнёс прапор.

– Здесь моя родина, я родился в этих местах, мой папа начинал свою военную карьеру здесь, потом его перевели служить в Москву, а затем он попал в Афганистан, – тяжело вздохнув, пробормотал Сергей.

– Я тебя понимаю прекрасно, жизнь наша как бумеранг, как ни кидай, всегда возвращается обратно. Видишь, вдалеке виднеются огромные бочки. Напротив – железнодорожный переезд, от него нам останется ехать ровно пятнадцать минут.

– Я это уже припоминаю, огромные бочки это нефтебаза, хоть мне было шесть лет, когда папу перевели в Москву служить.

– Извини, что я тебя заставил вспомнить твоё прошлое.

– Всё нормально, товарищ прапорщик, это судьба, от неё никуда не убежишь.

Поезд сравнялся с огромными бочками и железнодорожным переездом, на котором стояли машины в ожидании открытия проезда. Прапорщик увидел, как в районе нефтебазы полыхнуло зарево, огромный огненный гриб поднялся высоко вверх. Выражение лица у него резко переменилась, он закричал:

– Все на пол!!! Быстро на пол!!!

Столкнув Сергея на пол, сам упал на него сверху. Через секунду донеслась мощная взрывная волна.

Оглушительный звон стёкол, скрежет железа, деревянные полы, перегородки и оконные рамы трещали, словно где-то ломались от ветра сухие деревья. Вагон подняло и отбросило в сторону, создавалось впечатление, что вагон разорвет на несколько частей. Слышались крики пассажиров, падающих вниз с верхних полок. Казалось, что весь этот ужас никогда не закончится. Сергей лежал на полу, ему было тяжело дышать, большое тело прапорщика лежало на нём сверху. Когда всё это закончилось, вагон стоял на месте, наклонившись на правый бок, из вагона доносились постоянные крики и стоны.

– Помогите…

– Мне больно…

– Мама…

Прапорщик и Сергей поднялись с полу, то ужаснулись. В соседнем купе лежала Арина с большим осколком в области груди от оконной рамы. Она была прижата к стене, не подавая признаков жизни. Её светло-голубая блузка была вся в крови. Окровавленная Снежана лежала рядом, издавая глухие стоны, судорожно дёргая правой рукой. Тело Беса билось в конвульсии, головы не было. Его голову, словно лезвием бритвы, срезало большим осколком стекла. В вагоне повсюду лежали окровавленные тела, и были слышны стоны раненых пассажиров.

– Живые есть?! – спросил прапор.

– Да, да, есть! Только помогите встать.

Прапорщик с Сергеем начали спешно освобождать людей, которые были завалены вещами и матрасами с верхних полок. Следом к ним присоединились уцелевшие пассажиры.

– Двери закрыты, проводницы в вагоне нет! Выбираемся в разбитые окна! Раненых и погибших также подаём в окна! Вопросы есть?! – скомандовал прапорщик.

– Нет! – услышал он в ответ.

Все пассажиры как один начали помогать друг другу, выбираться из вагона, они поднимали с полу раненых и погибших.

– Где Леший, Упырь и Вурдалак? В вагоне их нет? – спросил у Сергея Гнедой.

– Не знаю! Возможно, они в тамбуре.

– Мы здесь! Откопайте нас! Мы засыпаны вещами с Упырём, – крикнул в ответ Вурдалак.

Сергей с Гнедым откопали парней, картина была ужасающая: у Вурдалака рука была вся в крови, кисть руки была вывернута в обратную сторону. Упырь лежал на животе в большой луже крови, Сергей повернул его на спину, у него из горла торчал осколок от разбитой бутылки. У двери, в туалет, согнувшись калачиком, лежал Леший, его лихорадочно трясло.

– Живой? – спросил у него прапор.

Он, испуганно посмотрев на прапорщика, дрожащим голосом произнёс:

– Я жить хочу, там война. Война там.

Когда никого в вагоне не осталось, они ещё раз осмотрели вагон, Сергей с прапорщиком выбрались из вагона и ужаснулись. Поняв, что случилось что-то страшное, Сергей спросил:

– Товарищ прапорщик, это война?!

– Не знаю, потом разберёмся! Хватай простыни, бегом тушить людей!!!

Сергей побежал в сторону семнадцатого вагона. Дверь у вагона была вырвана с корнем. Сам вагон развернуло на 90 градусов. Он заскочил в вагон, повсюду лежали окровавленные мертвые тела. Поднял с полу несколько шерстяных одеял и направился к выходу.

– Помоги мне, я не чувствую своих ног, помоги, – едва был слышен женский голос.

Сергей увидел в середине вагона женские руки, он положил одеяла, подошёл к женщине, которая звала на помощь, её ноги были в крови, рядом лежал небольшой деревянный ящик. Он взял женщину на руки, понёс к выходу, по ходу прихватив одеяло. Вынес женщину из вагона, положил её на землю. Сергей посмотрел в сторону посёлка, то пришёл в ужас: Как гигантские свечи, горели деревья, деревянные дома, которые стояли рядом с нефтебазой. Горящая жидкость из искорёженных огромных бочек текла вниз по посёлку огненной рекой. Охватывая один дом за другим, они как спички, вспыхивали друг за другом.

Небо было затянуто густым черным дымом. Языки пламени поднимались далеко в небо. Искореженные, охваченные огнём вагоны стояли вдоль насыпи. Несколько вагонов были завалины на бок. Грузовые и легковые машины, которые стояли на железнодорожном переезде, были отброшены на несколько метров в сторону, перевёрнуты, охвачены огнём. Деревянная будка диспетчера железнодорожного переезда от взрывной волны разлетелась на мелкие части. От неё остался лишь один фундамент. Слышны были нечеловеческие крики людей, охваченных огнём.

– Помогите, я горю!!!

– Где моя дочь!!!

– Сынок!!!

– Мама!!!

– Паша, где мой сын Паша!!!

Люди выбирались из искореженных горящих вагонов, бежали в разные стороны. Они, как живые факелы, метались из стороны в сторону, падали на землю, катаясь по ней, чтобы затушить на себе горящую одежду. Прапорщики и другие пассажиры подбегали, тушили их.

– Ты что стоишь, как истукан, давай одеяла!!! – крикнул Сергею прапорщик.

Сергей пришёл в себя от этого ужаса. Схватив одеяла, начал тушить людей. Из горящего вагона выбежала женщина, она металась из стороны в сторону, кричала от боли. Одежда на ней горела, на руках был маленький ребенок, она укрывала ребёнка от огня простынею из поезда. Сергей кинулся тушить женщину с ребёнком, она упала на землю, плачущий ребёнок выпал из её рук. Хриплым голосом она произнесла:

– Мои дети внутри, пятнадцатый вагон, спаси! Они там, спаси! Они должны жить!

Сергей увидел вагон, на который показала женщина. Верхняя часть крыши вагона была охвачена огнём, сам вагон был сильно деформирован. Не раздумывая ни минуты, он побежал в сторону вагона. Прапорщик побежал за ним, кричал ему в след:

– Стой! Уже поздно, там всё горит!!!

Сергей заскочил в открытую дверь горящего искореженного вагона. В проходе у двери он увидел на полу мальчика, лет семи, который был в бессознательном состоянии. Его светлые волосы местами были в крови. Сергей взял мальчика на руки, понёс к выходу, он увидел мужчину, который неподалёку стоял у вагона, крикнул ему:

– Примите ребёнка!!!

К вагону подбежал лысоватый мужчина, взял ребёнка на руки, понёс его к остальным пострадавшим. А Сергей вернулся обратно в горящий вагон, чтобы убедиться, что там не осталось живых. В вагоне было много дыма, дышать было очень тяжело, местами вырывались языки пламени. Сделав несколько вдохов свежего воздуха, он снова исчез внутри вагона. Среди наваленных вещей и мёртвых тел людей в середине вагона он увидел девочку лет десяти. Она пыталась ползти к выходу, тело у неё было всё в крови.

– Мама! Где мама? Мне больно? Мама мне больно? – постоянно повторяла она.

Взяв девочку на руки, Сергей подошёл к разбитому окну, увидев прапорщика, крикнул ему:

– Возьмите ребёнка!!!

Прапорщик подбежал к вагону принял девочку, сказал:

– Вылезай! Не дури, вылезай! Погибнешь, всё равно всем не поможешь! Я приказываю тебе, вылезай!

– Вы отнесите ребёнка. Я сейчас ещё посмотрю. Вдруг имеются ещё раненые.

Прапорщик понёс девочку к месту, где находились пострадавшие. Молодой человек в это время, задыхаясь от едкого дыма, огляделся внутри вагона. Из туалета раздавался глухой стук, он подошёл, выбил ногой дверь. На унитазе сидела девушка, лицо у неё было всё в крови, она ногой стучала по стенке, тяжело стонала от боли. Сергей взял девушку на руки, понёс к разбитому окну. Он увидел двух парней, которые несли раненого, крикнул им:

– Примите раненую!!!

Положив на землю раненого мужчину, которого они несли, подбежали к окну. Сергей подал им девушку, сам сделал несколько вздохов свежего воздуха, ещё раз решил осмотреть всё внутри. Он прошёлся по вагону, убедившись, что спасать уже было некого. Задыхаясь от едкого дыма, он подошёл к двери, собрался только выйти из вагона. Внезапно произошёл второй взрыв небольшой мощности.

Взрывной волной его вытолкнула, и отбросило на несколько метров, он упал на выжженную землю. Сергей лежал на животе, голова была повёрнута в правую сторону. Глаза у него были приоткрыты, изо рта текла кровь. Он издавал глухие стоны, в области живота и лопатки торчали осколки от деревянной оконной рамы. Спина и ноги были в крови. Его белая футболка медленно меняла окрас от сочившейся крови. Вдали был слышен вой сирен. Прапорщик подбежал к нему, сел на колени.

– Серёга, держись, не умирай. Помощь на подходе. Ты слышишь, как воют сирены, держись, – сказал он спокойным голосом.

Вскоре начали прибывать пожарные машины, расчёты с ходу приступали к тушению, прилегающих деревянных домов, которые уже давно были охвачены огнём. Другие пожарные расчёты тушили горящие вагоны поезда. Машины скорой помощи одна за одной прибывали, отвозили пострадавших в больницы.

К Сергею подошёл фельдшер, проверил пульс, зрачки.

– Он выживет? – спросил прапорщик.

– Надеюсь, всё зависит от него.

Сергея положили на носилки, занесли в машину.

Если сверху смотреть на происходящее, то в радиусе трёх километров всё было похоже на огненный ад, всё горело. Ударной волной с путей было сброшено 18 вагонов, они были очень сильно деформированы. Некоторые вагоны были завалены на бок. Недалеко от вагонов лежали мёртвые тела людей, накрытые белой простынёй. Прапорщик сидел на выжженной земле, взявшись за голову. Рядом с ним сидели и курили Николай Вершков (Вурдалак), Слава Нестеренко (Леший), Гена Денисов (Гнедой). Недалеко от них лежали накрытой белой простынёй Костя Упырёв (Упырь), Саня Березников (Бес), Снежана и Арина….

Глава 4

Сергей вошёл в открытую дверь своей квартиры, она ему показалась необыкновенно просторной. Обои на стенах в прихожей были необычно белого цвета, в прочем, и как вся мебель. Особенно его удивил вид белого пуфика, который был в памяти Сергея старым и потёртым от времени.

Яркий белый свет слепил его глаза.

– Ну, бабуль даёт, без меня ремонт сделала, – удивлено пробормотал он, – Бабуль, ты дома?!

В ответ никто не откликнулся, в квартире было тихо. Он прошёл на кухню, где Тамара Сергеевна проводила большую часть свободного времени. К его удивлению, на кухне стены и мебель также были белого цвета. На газовой плите стоял белый двухлитровый чайник с черной окантовкой, в котором бурлила вода. Сергей выключил конфорку, пожимая плечами, пошёл в свою комнату. Открыл дверь и не поверил своим глазам, вся его комната была в белых тонах, яркие лучи солнце, пробирающиеся через занавеску, слепили его глаза.

– Да, бабуль, я – в армию, она – ремонт. Одного не учла, белый цвет очень маркий.

За этими размышлениями Сергей не заметил, как медленно открылась дверь большой комнаты, и к нему на встречу вышел высокий стройный мужчина в парадной военной форме, на его погонах сверкали майорские звёзды. Седые волосы и густые усы подчёркивали его возраст. Глаза у Сергея заблестели, появилась улыбка, эмоции захлестнули его, переводя дух, он закричал:

– Папа! Ты вернулся? Я тебя так долго ждал!

Сергей обнимал своего отца, кинув косой взгляд в большую комнату, где он увидел свою маму и Лизу.

Они сидели за столом, беседовали, не обращая внимания на него.

– Мы опять будем жить одной большой семьёй! – от радости воскликнул Сергей.

– Серёжа, я тобой горжусь, ты вырос настоящим мужчиной. Возвращайся, ты нужен там. Сюда ты всегда успеешь, – в ответ сказал отец, оттолкнув от себя своего сына.

Внезапно Сергея ослепил яркий свет. Он закрыл глаза руками, а когда открыл глаза, вокруг всё было чужое, непонятное. Светлая просторная комната, рядом с кроватью, на которой лежал Сергей, стоял странный ящик с небольшим экраном, по которому двигалась таблица. Постоянно издавался монотонный звук « пи, пи, пи». На голове и его груди были прикреплены провода, которые шли к этому ящику. В правую руку Сергея была воткнута толстая игла, через капельницу в вену капала прозрачная жидкость. Рядом у стены стоял стол с медицинскими инструментами. У кровати стояла молодая девушка. Напрягая свое зрение, Сергей рассмотрел, что волосы у девушки были темные и длинные до пояса, сплетены в косу. Девушка была небольшого роста с темными глазами, одетая в белый халат ниже колена. На голове была белая шапочка.

– Анатолий Петрович, он пришёл в себя!

От непонимания, где он находится, молодой человек водил глазами по сторонам. Тело ниже груди было в бинтах. К нему подошёл лысоватый мужчина лет 50, в халате светло-зелёного цвета, визуально осмотрев, тихонько сказал:

– Добро пожаловать обратно в наш мир, сынок.

– Вы врач, я в больнице? Где мой папа?

– Ты в ЦРБ города Усолье – Сибирского. Где твой папа, я не знаю. Я твой ангел хранитель.

– Я должен быть в армии.

– Извини, друг, тебе ещё нескоро в армию. Месяц, это точно, пробудешь здесь, дальше посмотрим.

На следующий день Сергей окончательно пришёл в себя, уже пытался заигрывать с медсестрой, стараясь забыть про свои невыносимые боли в области спины. Медсестра в палате меняла бинты и мази для перевязки. Сергей внимательно наблюдал за девушкой. В очередной раз для осмотра своего пациента в палату вошёл врач Анатолий Петрович.

– Ну, как дела, герой? Как самочувствие?

– Если бы я узнал имя, вот этой прекрасной девушки, мне бы было вообще хорошо, – в ответ пробормотал Сергей.

Врач взял тонометр, подошёл к кровати своего пациента, сел на стул и измерил у Сергея давление, осмотрел руки и зрачки.

– Ну, что, боец, если всё пойдет в таком духе, то ты скоро выздоровеешь.

– Доктор, вы меня скоро выпишите?

– Да, нет, брат, месяц это точно тебе придётся провести здесь.

– Вы можете, мне сказать имя этой прекрасной девушки?

– Ай, яй, яй, Лера, такой парень желает познакомиться, а ты, негодница, своё имя не говоришь, непорядок.

– Я стесняюсь, – опустив глаза вниз, смущенно ответила девушка.

Врач осмотрел раны своего пациента, сделав перевязку, вышел на территорию больнице. Из кармана халата достал пачку сигарет, закурил. На небе не было ни одного облака, яркие весенние лучи солнца пригревали весеннюю землю. На лавочках, расположенных в парковой зоне на территории больницы, сидели пациенты и общались между собой. Лера неторопливо убирала бинты и мази, а молодой человек внимательно наблюдал за её действиями.

– Вы очень красивая девушка, особенно ваши глаза.

– Вы делаете мне комплимент? – смущенно произнесла ответ Лера.

Врач по-прежнему курил на ступеньках, как у ворот больницы остановилась черная Волга.

Из машины вышел мужчина лет 55 крепкого телосложения в камуфлированной форме с генеральскими погонами. Он, обратив внимания на цвет халата врача, подошёл к нему, спросил:

– Добрый день, доктор! Солдат из моей дивизии у вас лежит, мне нужно его забрать.

– День добрый, генерал! У нас в ЦРБ один только солдат лежит – Кувалдин Сергей. Я заведующий реанимационным отделением, Анатолий Петрович Сидоренко. Солдат находится под моим наблюдением. Вы, так понимаю, командир части?

Генерал протянул свою руку, добавил:

– Вот, вот, он мне и нужен, место для него в госпитале приготовили, кстати, будем знакомы, Николай Геннадьевич Баталов – командир дивизии ВДВ, где должен проходить службу Сергей Кувалдин.

– Вы в своём уме, генерал, ему было сделано три операции, неделю в коме провёл, вчера только пришёл в себя. Вам не позволю забрать. Вот окрепнет тогда, пожалуйста.

Генерал положил руку на плечо своего собеседника, спокойно сказал в ответ:

– Присядем на лавочку для разговора.

Они сели на свободную лавочку, генерал посмотрел на врача, добавил:

– Вы поймите меня правильно, он сын моего друга. Я отца его в Афгане не уберёг, когда мы с ротой добрались, где был сбит вертолёт, было уже поздно. По иронии судьбы Сергей случайно попал служить в мою дивизию и мой долг, чтобы он поправился и вернулся к нормальной жизни.

– Генерал, поймите вы меня правильно. Он бросился в горящий вагон, из огня вытащил четырёх человек и двух детей, при этом сам едва не погиб, в рубашке родился парень, на время оставьте его в покое. И ещё о птичках, парню нужна одежда, его одежду мы выбросили, она была вся в крови. Дайте ему месяц прийти в себя, тогда можете отвозить в свой госпиталь, добро?

– Доктор, пожалуй, я соглашусь с вами.

– Ответь мне, генерал, на вопрос, почему об этой страшной трагедии в газетах ни строчки? Где, правда?! Почему всё стараются молчать?! Мне лично пришлось пережить весь этот огненный ад. У меня был выходной, в тот вечер находился в гостях у мамы в посёлке. Узнав, что произошла страшная катастрофа, я сел в свою машину, как и многие жители поселка, мы поехали к месту трагедии. Там действительно был настоящий огненный ад. Огромное количество трупов, раненых. Мы не успевали развозить их по больницам. Тот вечер я запомню на всю жизнь. В морг тогда привезли 196 погибших, среди них 18 детей. В больницу города доставляли раненых 360 человек, это только в ЦРБ, также имеется другие больницы и морги.

Генерал, внимательно выслушав врача, достал пачку сигарет, закурил, сказал в ответ:

– Когда случилась эта беда, все части гарнизона подняли по тревоге. Из гарнизона для ликвидации катастрофы прибыли более 2000 солдат и офицеров. Трое суток делали железную дорогу, сгоревшие искореженные вагоны убирали подальше, накрывали специальной маскировочной сеткой. Пойми, Анатолий, катастрофы происходят только за границей, а не у нас. В Союзе всё всегда прекрасно, полная идиллия. Что это было, теракт или случайное совпадение? Следствие идёт под грифом совершенно секретно.

После нескольких минут молчания генерал спросил:

– Доктор, я могу увидеть Сергея? Мне ему надо письмо от его бабушки передать.

– Генерал, вопросов нет. Состояние у него стабильное, я провожу вас в его палату.

Доктор и генерал вошли в здание больницы, в гардеробе доктор взял белый халат и дал генералу. Когда вошли в палату, то увидели, как Лера стояла около кровати молодого человека и мило с ним беседовала.

– Мы вам не помешаем, молодые люди? – спросил врач.

Девушка посмотрела в сторону врача и генерала, смущённо ответила:

– Нет.

– Лера, оставим их, пускай поговорят, тебе ещё в процедурном кабинете надо порядок навести.

– Хорошо, Анатолий Петрович.

Оставив генерала в палате, девушка с неохотой пошла в процедурный кабинет. Врач взял в руки тонометр, зашёл в палату напротив. Генерал сел рядом на стул, произнёс:

– Ну, здравствуй, Сергей, как самочувствие?

– Здравию желаю, товарищ генерал-майор, извините, на голове у меня фуражки нет, руку к пустой голове не прикладывают. Самочувствие так, слегка паршивое, если я не ошибаюсь, вы друг моего папы?

– Так точно, как ты похож на своего отца, просто копия. Кстати, тебе огромный привет от Тамары Сергеевны, держи письмо от неё, она в курсе, всё знает.

– Как она там?

– Нормально, я пообещал ей, когда она приедет к тебе, я тебе увольнительную на неделю дам.

Дальше генерал рассказывал, как он с отцом Сергея учился в Московском Суворовском училище, как судьба их раскидала в разные части Советского Союза. По иронии судьбы они встретились в Афганистане и там же расстались. Сергей внимательно слушал генерала, его интересовала любая мелочь, что касалось его отца. Посмотрев на часы, генерал, пожимая руку Сергею, сказал:

– Ну, ладно, поправляйся, мне надо ехать.

После ухода генерала молодой человек лежал, анализировал информацию о прошлой жизни отца. Сергея переполняла гордость. У него в данный момент было одно желание, быстрей поправиться и пополнить ряды ВДВ. Он взял в руки письмо, которое принёс ему генерал, открыл конверт, начал читать:

«Здравствуй дорогой мой, Серёжа!

В гости заходил генерал – друг твоего папы, думаю, ты его помнишь. Рассказал мне о трагедии. Я горжусь тобой, самое главное, что ты жив и здоров. За раны не волнуйся, они заживут, самое главное – слушайся врачей и пей лекарства, которые будут тебе давать. У меня всё хорошо, жива, здорова. В ноябре отпуск – приеду к тебе, генерал пообещал мне, что увольнительную тебе на неделю даст. Я не хотела тебе писать, но ты всё равно узнаешь рано или поздно, что Лизы больше нет. В тот день, когда тебя проводили, мы с Лизой вернулись из военкомата, попили чаю, долго сидели и разговаривали. Позвонила её мама, Лиза побежала домой. Через час раздался очередной телефонный звонок, опять звонила её мама, спрашивала, где ее дочь. Я ей сказала, что Лиза ушла. Мы вначале решили, что Лиза встретила по дороге знакомую, вот и задержалась. Но она не пришла ночевать домой, утром родители сообщили в милицию, написали заявление. Только через три дня нашли Лизу в Тимирязевском лесу. Она была зверски убита. Следователи говорят, над ней долга издевались. Кто это сделал, я думаю, ты догадался. Бог не Тимошка видит немножко, на следующий день всю эту банду взяли. Только главарю и одному подельнику удалось бежать. Остальные в перестрелке были убиты.

Серёжа, прости, что не уберегла Лизку… ещё раз прости».

Сергей положил письмо на тумбочку около кровати, глазами уставился в потолок, правой рукой провёл себе по лицу. Из правого глаза просочилась слеза, она медленно скатилась по щеке.

– Теперь я понял, почему видел всех троих.

Молодой человек смотрел в потолок, припоминая слова, сказанные отцом во сне. В палату вошла Лера, увидела, как он с безразличием смотрит вверх, спросила:

– Что случилась?

– Ты очень красивая девушка, береги себя.

Лера села на стул возле кровати, взяла его за руку. Молодой человек по-прежнему не сводил глаз с белого потолка. В этот момент в палату вошёл врач. Анатолий Петрович ничего не стал говорить, только сделали ему укол в плечо. Не прошло и пяти минут, как Сергей уснул. Врач увидел письмо, бегло прочитал, аккуратно убрав в конверт, сказал:

– Вот это дела, у парня девушку убили.

– Как убили?

– Я прекрасно вижу, что парень тебе нравится, его здоровье в твоих руках. Ты немаленькая, я думаю, понимаешь, о чём речь.

– Я подумаю, – смущенно ответила девушка.

Врач ушёл, Лера осталось в палате со спящим Сергеем. Из любопытства взяла конверт с письмом и внимательно его прочитала, также аккуратно убрала письмо в стоящую рядом с кроватью тумбочку и внимательно посмотрела на Сергея, с сочувствием нежно стала поглаживать его руку. Дни пролетали незаметно. Уже через неделю Сергея перевели в палату интенсивной терапии. Он сам начинал садиться, пробовать ходить, пока только вокруг кровати. В новой палате вместо медицинского оборудования стояли ещё три кровати, на которых лежали мужчины старше его на много лет. Лера попросила главврача, чтобы её перевели в отделения интенсивной терапии, чтобы она смогла помогать Сергею. Временно обязанности главврача исполнял Анатолий Петрович, поэтому Лерино желание охотно одобрил. Девушка всё свободное время проводила в палате Сергея, выпрашивая дополнительное дежурство. Тайком по просьбе Сергея приносила в палату гитару. И часами слушала, как он играл и пел, тайком восхищалось им. Мужчины подшучивали над этой прекрасной парой.

– Серёга, когда свадьба? Мы хотим салатиков покушать?

– Не упусти парня, ты за ним будешь как за каменой стеной.

Молодые люди не обращали внимания на лежащих рядом мужчин. Сергей много рассказывал о Москве, в которой он прожил тринадцать лет. Но больше всего девушку восхищали рассказы о великом озере мира – Байкале, хоть сам Сергей там никогда не бывал, но он много читал о нём. Лера все больше влюблялась в своего пациента, слушая его рассказы и песни под гитару. Хотя рабочий день у неё заканчивался, она не спешила уходить домой. Её мама постоянно звонила в больницу, интересовалась, где её дочь. Лера находилась в эйфории, она не торопилась рассказать родителем, понимая, что, возможно, они будут против этих отношений. Как обычно, вечером в палату вошёл врач, молодые люди сидели на кровати, разговаривали. Врач посмотрел на молодую парочку, сказал:

– Ну-ка, Лера, бегом домой, твоя мама уже звонила!

– Анатолий Петрович, можно ещё пять минут?

– Я сказал срочно, а то твоя мать мне всю плешь проест, жених твой никуда не денется.

Девушка с неохотой переоделась, вышла на остановку, дождалась своего трамвая №3. Вошла в вагон, села на свободное место, не заметила, как добралась до своего дома, так как все её мысли были направлены на Сергея. Она думала о нём днем и ночью, фантазируя, представляя перед сном их будущие отношения. И в этот вечер у девушки было прекрасное настроение, поэтому она не спешила подниматься в квартиру, где жила она с родителями. Лера решила постоять у подъезда, посмотреть на небо, которое было затянуто густыми тучами. Через несколько минут девушка всё же решилась подняться на свой этаж, зная, что в квартире ждёт её строгая мать. Поднявшись на третий этаж по ступенькам, достала ключи из своей сумочки, открыла железную дверь. Из кухни доносились ароматные запахи.

– Лера, мой руки, иди ужинать, я уже накрыла на стол.

– Хорошо, мам, я иду, только приму душ.

Девушка прошла в свою комнату, сняла одежду, аккуратно сложив её, взяла из платяного шкафа шёлковый короткий халат, который был синего цвета с ярко-красными цветами. Накинув халат на себя, она пошла в ванную комнату. Не дожидаясь, когда ванная наполнится водой, выдавила шампунь. Сняла с себя всю одежду и залезла в воду. Лера лежала в ванной, вся покрытая пеной, напевая песню. Стук в дверь и голос мамы, за дверью прервал её мысли.

– Лера, давай быстрее, ужин стынет.

– Мама, я вылезаю.

Девушка вошла в большую просторную кухню, её мама мыла посуду. Окинув взглядом свою дочь, мать Леры спросила:

– Я смотрю, ты светишься от счастья, неужели влюбилась?

– Да, да, есть немного, мы уже три недели встречаемся.

– Неужели Пашка приехал из Иркутска?

– Мама, что вы мне всё этого дебила сватаете, как вы с отцом не поймете, я с Коротавым в голодный год за таз пельменей рядом не сяду.

– Паша – хороший милый мальчик из приличной семьи.

– Всё, мама, вопрос закрыт, не порти мне аппетит.

– Ладно, ладно, извини меня.

Лера поужинала, помыла посуду за собой, зашла в свою комнату, включила телевизор, легла на диван.

В это время в комнату дочери вошла мать.

– Лера, ты моя дочь, у нас никогда не было секретов. Кто он, расскажи мне о нём?

Девушка села посередине дивана с восторгом произнесла:

– Мама, ты не представляешь, какой он замечательный, а как он поёт и играет на гитаре!

– Так вот, куда делась гитара отца.

– Мама, не волнуйся, Серёжу выпишут, я принесу гитару.

– Так, так, картина проясняется. Кто он?

– Серёжа, людей выносил из горящих вагонов, когда взорвалась нефтебаза, правда сам сильно пострадал.

– Он местный?

– Нет, Сергей из Москвы, он здесь в армии служит.

– Опять солдат, забудь. Ты, уже один раз влюблялась в солдата, хорошо я вовремя узнала. А то бы принесла нам подарочек в подоле.

– Мама! Серёжа не такой, он честный, поверь.

– Ну, смотри, отговаривать не буду, отец вернётся с вахты, тогда и поговорим.

– Мама, я хочу жить, года уходят, мне уже 19 лет. А Серёжа особенный, он честный парень.

– Ты пойми, я желаю тебе только добра, ты мне ещё спасибо скажешь.

– Уходи, мне рано вставать.

– Смотри, я в твою жизнь лезть не буду, принесешь в подоле, будешь сама воспитывать.

Лера с обидой на мать отвернулась к стенке и заплакала от того, что та не порадовалась за счастье своей дочери. В начале июля Сергей уже самостоятельно начал ходить без всякой помощи, бинты были сняты. За этим занятием застала его Лера.

– Сергей, что ты себе позволяешь, быстро в койку! Сейчас позову врача, получишь по полной программе! Ну, давай ложись, кому говорю!

В этот момент вошёл Анатолий Петрович, наблюдая за тем, как девушка ругается, спросил:

– Что за шум, а драки нет?

Она, увидев врача, подошла к нему, жалобно посмотрев в глаза, пробормотала:

– Анатолий Петрович, он меня не слушается, я говорю в кровать, он по палате туда – сюда ходит, мне назло!

– Лера, не ругайся, всё нормально, успокойся, ноги надо разрабатывать. Сергей, пошли, внизу тебя ждут, смотри не упусти девушку, заботливая жена будет.

Сергей и доктор вышли на улицу. Там на лавочке сидел генерал-майор. Они подошли к нему, поздоровались. Генерал дал Сергею форму, чтобы тот переоделся, и молодой человек спешно ушёл в здание больнице, чтобы примерить форму. Когда он оделся, то поспешил вернуться на улицу к генералу и главврачу. Сергей остановился в пяти метрах от генерала и строевым шагом подошёл.

– Товарищ генерал-майор, рядовой Кувалдин по вашему приказу прибыл!

– Вольно, рядовой Кувалдин! Форма тебе к лицу, копия – отец.

– Доктор, я могу забрать на сегодня солдата?

– Да, пожалуйста, только при одном условии, в 17.00 он должен быть на месте, у него процедуры.

– Хорошо, в 17.00 боец будет на месте.

Врач развернулся, ушёл в здание больнице.

– Поехали, в кафе зайдем, помянем твоего отца, – предложил генерал.

Сергей охотно согласился, они вышли за территорию больницы, где стояла чёрная «Волга».

Генерал и Сергей удобно расположились на заднем сидении машины.

Водитель завёл машину и через несколько минут они были у берега реки Ангара. С правой стороны была старенькая пристань, в этот момент от неё отходил речной трамвайчик. Выйдя из машины, генерал с Сергеем направились к берегу реки. Рядом с водой генерал увидел большое толстое бревно. Сергей смотрел на реку, восхищаясь её красотой и смотря вслед уходящему речному трамвайчику. Посередине реки он увидел небольшой остров, на котором стояло несколько домов. Сергей сел рядом с непривычки было жарко и душно, он произнёс:

– Ну, парилка.

– Искупнись, не робей.

Сергей снял форму, вошёл по колено в воду. Вода была прозрачная, как стекло, но очень холодная. Мальки, сбившись в стайку, кружились около ног, пытаясь прогнать чужака с их территории. Молодой человек повернулся лицом к берегу, спиной упал в воду, издавая странные звуки. Окунувшись несколько раз, молодой человек вышел из воды, надел форму, сел рядом.

– На улице жарко, а вода ужасно холодная.

– Если сказать честно, в Ангаре не купаются, потому что вода в реке всегда холодная. Для этих целей предусмотрены другие водоемы, к примеру; Калтус, Крюковка, Мальтинское озеро, река Белая.

– Я реку Белая помню, мы с папой там купались.

– Сергей, я ознакомился с твоим личным делом. Был сильно удивлён, в школе – отличник, кандидат в мастера спорта по боксу. Всё только положительное, при всём этом у меня возник вопрос. Почему не стал учиться дальше, а ушёл после 8 класса?

– Профессию хотелось получить быстрее, да начать и помогать бабушке.

– Профессия, это хорошо.

Лёгкий прохладный ветерок дул со стороны реки, к пристани подходили люди, покупали билеты, ждали прибытие теплохода. Вскоре пришёл речной трамвайчик, построенный примерно в пятидесятых годах. Генерал купил два входных билета в кассе, которая была расположена рядом с причалом. Они поднялись на палубу, вошли вовнутрь, сели за свободный столик. На палубе и внутри теплохода звучала приятная музыка, народу было немного, поэтому были свободные места за столиками. Они расположились у окна, генерал бегло посмотрел меню. Молодой человек долго смотрел меню, ничего не выбирая, т.к. денег у него не было, а цены были высокими, он решил заказать только мороженое.

– Давай перекусим.

– Я бы с удовольствием, только в карманах пусто.

– Извини, Сергей, совсем забыл. Я вчера приехал из Москвы, привез привет от Тамары Сергеевны и деньги 800 рублей, так что тебе хватит на первое время. Молодой человек взял деньги, понимая, что обеда в больнице ему не видать, а ужин нескоро, он решил заказать себе, что-нибудь покушать.

– Ну, определился, что кушать будешь? – глядя на счастливый вид парня, спросил генерал.

– Я картошечкой и шашлычком отравился бы и ещё можно салат из свежих овощей, на десерт порцию 250 грамм мороженого с шоколадной крошкой, – в ответ сказал Сергей.

– Я полностью согласен с твоим выбором, себе на десерт возьму 150 грамм водочки, – шутливо ответил генерал.

– Ну, вы и гурман, товарищ генерал-майор.

К столику подошла молоденькая темноволосая девушка небольшого роста с блокнотом в руке, она спросила:

– Будем заказывать? Вы определились?

Официантка приняла заказ, ушла к барной стойке, генерал, почесав свой подбородок, сказал:

– Сергей, запомни, по иронии судьбы ты попал в мою дивизию, сразу предупреждаю, поблажек тебе не будет.

С тебя спрос будет в десять раз больше, драть тебя буду, как сидорову козу, чтобы ты вырос достойным человеком.

– У меня разве есть выбор, товарищ генерал-майор.

– Да, нет.

– Я вас не подведу.

Девушка принесла заказ, пожелала приятного аппетита и ушла. Сергей принялся уплетать картошку и шашлык.

– Скажу тебе по секрету, проводил бы я эту официантку домой пару раз, – глядя девушке вслед, произнёс генерал.

– Давно я так не ел, каши в больнице достали.

– Я ему про девушку, а он всё про еду.

– У меня есть девушка, извините. Разрешите, рассчитаюсь, когда будет такая ещё возможность за генерала заплатить.

– Валяй, я не возражаю, девушка, счет, пожалуйста!

Официантка подошла, принесла счёт. Сергей мельком взглянул на сумму, отдал деньги, сказал:

– Девушка, спасибо, всё было очень вкусно, сдачи не надо.

– Спасибо, – произнесла она в ответ.

Девушка взяла деньги, пошла к соседнему столику. Сергей и генерал пошли на палубу, когда они поднялись на палубу, речной трамвайчик развернулся, пошёл обратно к пристани.

– Я здесь с 1989 года живу, мне эти места всё больше и больше нравятся Охота, рыбалка, грибы, природа просто завораживающая, – восхищаясь природой, сказал генерал.

– Здесь, я с Вами соглашусь, красота необыкновенная.

Вскоре речной трамвайчик пришвартовался у пристани, они вышли на берег, подошли к машине, через несколько минут были уже около больнице. Сергей попрощался с генералом, прекрасно понимая, что этот дружеский визит генерала был первый и последний. Спокойным и неторопливым шагом он шёл в сторону больницы, в голове крутилась одна мысль, как пригласить на свидание Леру. Подходя к зданию больницы, молодой человек увидел на лавочке Леру и Анатолия Петровича.

– Вы, случайно, не меня обсуждаете?

Они обернулись, увидели перед собой высокого стройного парня в военной форме. Врач посмотрел на девушку, сказал:

– Лера, смотри не упусти, настоящий мужик, я тебя уверяю. На сегодня процедуры отменяются, прогуляйтесь по городу, погода прекрасная, всё для вас.

– Можно, Анатолий Петрович, точно можно? – робко спросила девушка.

– Пять минут тебе на сборы, – шутливо ответил врач.

– Серёжа, подожди меня здесь, я переоденусь и вернусь.

Девушка, ускоряя шаг, снимая на ходу халат, вошла в здание больницы, молодой человек смотрел ей в след.

– Что, брат, девчонка совсем голову потеряла!

– Лера, чудесная девушка, она мне нравится.

– Ладно, давай жди свою даму, я пойду, удачи тебе.

Сергей сел на лавочку, минут через семь подошла Лера. Он увидел её и обомлел, волосы её были распущены, одета белая блузка, светлые, стального цвета лосины, женская сумочка и босоножки. Молодой человек смотрел на девушку с восхищением, он в полголоса произнёс:

– Ты просто принцесса, разреши, сегодня я буду твоим пажом?

– Я согласна, но лучше будь моим принцем.

– Лера, по-моему, я влюбился в тебя, ты добрая, красивая.

Сергей робко поцеловал девушку в щёку.

– Ты, прям, как первоклассник.

– Лера, пойми, у меня Лиза не выходит из головы.

– Ты её сильно любил?

– Не знаю, если сказать честно, мы с ней учились в одном классе, наши дома были напротив, она мне как сестра была. Мы решили, когда я вернусь из армии, то поженимся.

Она была чем-то похожа на тебя, только волосы рыжие, – тяжело вздохнув, сказал молодой человек. Девушка обняла парня, сказала в ответ:

– Пошли в кино, здесь около городской ярмарки есть видеосалон, там есть персональные кабинки, закажем фильм, мороженое, сок, отдохнем, при этом нам не будут мешать.

– С большим удовольствием, только при одном условии, за всё плачу я.

Сергей обнял девушку за талию, спокойным неторопливым шагом они шли по узким улочкам небольшого города. Он с удивлением смотрел на деревянные двухэтажные дома с резными окнами. На дворовой территории росли тополя, которые были намного выше двухэтажных домов, некошеная трава была вся покрыта тополиным пухом. Дети со спичками в руках поджигали пух, который горел, как порох, взрослые люди, сидящие на лавочках во дворе, не обращали на детей внимания. Проходя мимо остановки, к которой медленно подъезжал трамвай, девушка остановилась, предложив доехать до видеосалона на трамвае. Трамвай остановился на остановке, они вошли в первую дверь. Из любопытства Сергей заглянул в кабину водителя, которая была открыта, затем прошли в середину вагона. Лера прижалась к своему принцу, смотрела в его голубые глаза. Сергей рассказал, что его бабушка тоже работает водителем трамвая. Ночью, когда все трамваи заходили в депо, бабушка давала ему проехаться на трамвае.

– Я весной 93 года вернусь из армии, пойду работать водителем трамвая.

– Ты без меня в Москву?

– Дурёха, у нас ещё два года впереди, сейчас только 91 год.

– Серёжа, ты меня не бросишь, не уедешь в Москву один?

– Какая ты ещё глупенькая. Далеко нам ещё ехать?

– Мы приехали, выходим.

Трамвай остановился напротив ярмарки, молодой человек вышел первый, подал руку девушке.

Лера обратила внимание на таксофон, который находился недалеко от остановки.

– Подожди две минуты, мне срочно надо сделать важный звонок, – сказала девушка, побежала к таксофону.

Сергей в это время зашёл в магазин «Цветы» и выбрал самый большой и красивый букет из лилий. Выйдя из магазина, он огляделся. Лера уже ждала его на остановке. Сергей тихонько подкрался к ней, обнял её сзади, нежно поцеловал в правую щёку и сказал:

– Этот букет тебе зато, что ты есть.

– Спасибо! Только у нас планы переменились, моя бабушка уехала к сестре, квартира свободная. Пойдем туда, здесь недалеко, сразу за ярмаркой дом. Мне как раз надо цветы полить, ключи у меня есть.

Сергей охотно согласился. Они пошли через ярмарку, там молодой человек увидел женщину, торговавшую выпечкой и сладостями. Молодой человек выбрал бисквитный торт и килограмм шоколадных конфет. Когда вышли из ярмарки. Сергей остановился, с правой стороны он увидел деревянное здание автовокзала, тяжело вздохнув, сказал:

– Мы с папой часто с этого автовокзала ездили. Он сюда в магазин «1000 мелочей» постоянно мотался, с тех пор ничего не изменилось.

– Мы пришли, – дернув парня за рукав, сказала Лера.

Молодые люди подошли к двухэтажному деревянному дому, по деревянным ступенькам они поднялись на второй этаж. Девушка достала ключи и открыла навесной замок, они вошли. Войдя в квартиру, Сергей увидел: небольшую прихожую, в которой бросалась в глаза деревянная уже почерневшая от времени вешалка, которая была прибита гвоздями к стене. Обои бледно-зеленого цвета с непонятным рисунком местами были отклеены. Он обратил свое внимание на комнату, в которой не было двери, на полу лежала дорожка, связанная из лоскутков ткани. Больше всего его удивила железная двуспальная кованая кровать. На деревянном карнизе весели темно-коричневые шторы, которые на половину закрывали окно, за шторой с правой стороны висела собранная в гармошку белая тюль. Рядом с кроватью стоял комод, сверху накрытый белой скатертью. Над кроватью висел большой темно-красный ковёр с вышитыми белыми розами. Сергей, оглядевшись в квартире, горшков с цветами не увидел. Лера отнесла на кухню сладости, букет положила на комод, зажгла свечу, которая стояла в подсвечнике на комоде, закрыла шторы. Через которые едва пробивались лучи солнце, тем самым создавая романтическую обстановку. Девушка подошла к своему возлюбленному, нежно обняла его и поцеловала в губы. Он ответил взаимностью, внезапно отошёл от девушки на полшага, сказал:

– Лера, давай не делать глупости, а то я за себя не отвечаю!

Девушка молча начала раздевать Сергея, у него всё внутри закипело. Он взял девушку на руки, отнёс в комнату, аккуратно положил её на кровать. Вперемешку с поцелуями и ласками они раздевали друг друга, девушка слегка постанывала. Когда они оказались обнаженными, их тела слились воедино. Забыв про время, молодые люди наслаждались любовными играми. Обессиленный от поцелуев и ласк, Сергей лежал на спине. Лера нежно поглаживала его грудь, он гладил её голову.

– Я люблю тебя, мне сейчас очень хорошо, как никогда, – вполголоса произнесла Лера.

– Я тебя тоже люблю, мне очень хорошо с тобой.

– Сергей, давай я познакомлю тебя с родителями, когда отец приедет с вахты?

– Согласен.

Молодой человек левой рукой отодвинул штору, посмотрел в окно. На улице уже стемнело, на небе были видны звезды. Испуганно посмотрев на девушку, он произнёс:

– Ночь на дворе, мы получим по шее завтра в больнице, плюс тебе ещё и от родителей достанется.

– Дурачок, за предков не волнуйся. Папа на вахте в Якутии золото добывает, мама знает, что я буду ночевать у бабушки, тем более мне уже 19 лет, я взрослый человек. В больнице всё нормально, нас на ночь Анатолий Петрович отпустил.

– Если так, вставай, пойдём сладости кушать.

– Можно, я в кровати останусь? А ты как настоящий мужчина принесёшь сладости и чай в постель.

– Хорошо, я сейчас всё быстро принесу.

Сергей неохотно встал с кровати, включил свет, босиком пошёл на кухню. Лера с восхищением смотрело на его мускулистую спину с двумя шрамами, из которых виднелись медицинские нитки. Он вошёл на кухню, которая чем-то напоминала кухню в его московской квартире, такая же маленькая, но уютная. В отличие от прихожей и комнаты она была обшита вагонкой. На полу лежала кафельная плитка, стоял небольшой стол с двумя стульями, на столе стоял телефон и сладости, которые Сергей купил на ярмарке. На электроплите с двумя конфорками и небольшой духовкой стоял чайник. Сергей включил конфорку.

– Лера, на кровати как-то неудобно кушать. Давай сюда.

– Хорошо, иду!

Молодой человек налил чай в фарфоровые кружки, разрезал торт, сладости высыпал большую тарелку, которую взял в шкафу на кухне. Вскоре девушка вошла на кухню в красном махровом халате.

Сергей посмотрел на свой вид и почувствовал себя как-то неловко, кроме семейных темно-синих трусов на нём ничего не было, девушка, поцеловав парня в губы, сказала:

– Пока ты чай заваривал и накрывал на стол, я стих написала. Я сейчас его прочту, прошу тебя, не смейся, слушай.

 

Казалось мне, та ночь была вчера

Но время беспощадно вдаль уносит.

И гаснет свет из моего окна,

А время ничего так и не спросит.

   

А, может, я хочу остаться там?!..

Я так хочу оставить все, что было,

Я не позволю отобрать моим годам,

Того, что позабыть совсем не в силах!

   

Я не смогу забыть твои глаза,

Мне никогда не позабыть твоих объятий,

Я не забуду, как кружилась голова…

   

Мне памяти на пять столетий хватит!!!

Я так хочу, чтоб время вдруг застыло,

Когда тебя я полюбила!..

 

– Браво, стихи просто чудесные!

– Спасибо за оценку, у меня дома есть тетрадь 96 листов, там все мои стихи. В школе любила писать.

– Я тоже в школе баловался стихами.

Сергей сел на стул, девушка села ему на колено, жалобно посмотрев в его глаза, пробормотала:

– Прочитай мне своё стихотворение, мне интересно, о чём ты писал.

– Сейчас вспомню, минутку.

Сергей встал на стул правую руку приложил к своей груди, с выражением начал читать стихотворение.

 

Три слова… Я думаю об этом снова

Словами мысли теребя,

И повторяю, лишь три слова,

Они – я чувствую тебя.

   

Суть понимания любого,

Не только слушать лишь себя,

Для уважения три слова,

Признанье – я ценю тебя.

   

Стена молчания сурова,

Молюсь я, на неё скорбя.

В молитве есть всего три слова,

Всего лишь три: я жду тебя.

   

Но повторяю, лишь три слова,

Как бред – я жаждаю тебя.

Влеченье, либидо, снова,

И тело ноет, мозг свербя,

   

В котором вписаны три слова:

Желанье – я хочу тебя.

Хочу услышать это снова,

Всего лишь раз, но от тебя.

Хочу услышать я три слова,

Всего лишь: я люблю тебя!

 

Не сдержав своих эмоций, девушка произнесла:

– Ну, ты настоящий Пушкин.

Они сидели, пили чай, кормили друг друга сладостями, читали свои стихи, стрелки на часах поглощали час за часом. Когда чай выпили и от торта остались только крошки, они пошли в комнату, плюхнулись на кровать. Лера в этот момент понимала, что наступит утро, и от этой романтической ночи останутся одни воспоминания. Сергей тоже это прекрасно понимал, у него было желание остановить время или повернуть время вспять. Звонок телефона прервал романтическую обстановку, девушка ушла на кухню. Молодой человек встал, оделся, заглянул на кухню, девушка разговаривала по телефону. Увидев Сергея, она указательным пальцем показала, чтобы он молчал. Пожимая плечами, Сергей тихонько прошёл в ванную умываться, посмотрел на себя в зеркало, пробубнил себе поднос:

– Ох, я огребу сегодня от врача, что не ночевал в больнице.

Дверь ванной открылась, вошла Лера, обняла своего возлюбленного сзади, сказала:

– Я люблю тебя и никому тебя не отдам, ты будешь только мой. Пошли завтракать, я картошку пожарила.

Они прошли на кухню. На столе стояла тарелка с жареной картошкой, рядом стояли от ночной пирушки оставшиеся сладости. Девушка налила в кружки чай. Сергей кушал свой завтрак, нахваливая картошку.

Лера посмотрела на Сергея печальными глазами, тяжело вздохнув, сказала:

– Мама звонила, просила домой прийти, на дачу ехать надо.

У меня сегодня и завтра выходной, выкрутится, не удалось, всего два дня потерпеть придётся.

Сергей заулыбался, сказал в ответ:

– Я буду скучать.

– Тебе пора, времени уже 9.00, в 10 процедуры. Я вымою посуду, уберусь, тоже побегу.

Девушка проводила своего возлюбленного до двери. Он поцеловал её в губы. Когда вышел на улицу посмотрел на небо, пожав плечами, произнёс:

– Тучи гуляют, а мне так хорошо, и ничто не испортит моё прекрасное настроение.

Дождавшись своего трамвая, молодой человек вошёл вовнутрь, стал на задней площадке…

Глава 5

Доехав до больницы, Сергей долго стоял на остановке, думал, какое оправдание придумать за отсутствие в медицинском учреждении. Но в голову ничего не приходило, и он направился в сторону больницы. Когда он подошел к входным воротам, то обратил внимание на армейский УАЗ. Капот машины был открыт, солдат что-то ремонтировал в двигателе автомобиля. Сергей вошёл на территорию больницы, его глаза слипались, хотелось ужасно спать, У входа в здание на ступеньках стоял врач Анатолий Петрович, разговаривал с военным, который в руках держал темно-коричневый портфель. Сергей подошел поближе, поздоровался с присутствующими. Высокий мужчина в форме с пагонами прапорщика посмотрел на него, сказал:

– Рядовой Кувалдин!

– Так точно, товарищ прапорщик, – отчётливо ответил Сергей.

– Приказ командира дивизии, срочно доставить тебя в дивизию для прохождения дальнейшей службы.

Сергей посмотрел на врача, который пожимал плечами, сказал:

– Адрес больницы ты знаешь, пиши. Я Лере всё передам. Удачи тебе, Серёга. Прощаться не будем, надеюсь, скоро встретимся.

Сергей прошёл к УАЗу, сел на заднее сидение.

Водитель закрыл капот, сел на водительское кресло, спросил:

– Всё, едем?

– Заводи мотор, поехали, – в ответ сказал прапорщик.

Машина тронулась совершенно бесшумно. Вначале Сергей пытался отслеживать направление и примерную скорость движения, но быстро запутался. Его начало клонить в сон после бессонной ночи, и Лера не выходила из головы. Он ругал себя, что даже не попрощался с ней. Прапорщик, сидевший на переднем сидении рядом с водителем, постоянно что-то рассказывал и объяснял, его монотонный голос все больше усыплял Сергея. Сначала он старался бороться с сонливостью, но вскоре все в голове смешалось, и глаза слиплись. Сергей проснулся и удивился, что он не только не помнил, когда он заснул, как это обычно бывает, но не помнил, что он засыпал вообще. Он стал смотреть в окно, мимо него проносились сосны, росшие вдоль дороги. Небо было серым, солнца не было видно. За поворотом дорога кончилась, и машина, сильно замедлив ход, поплелась по нетронутому засыпанному хвоей грунту среди редких деревьев. УАЗ остановился у железных ворот синего цвета, на которых была нарисована эмблема ВДВ, рядом была расположена кирпичная будка. На деревянной двери висела красная табличка, на которой было написана красной краской КПП «Посторонним вход воспрещён». Сергей обратил внимание на высокий железобетонный забор, окутанный колючей проволокой. По периметру виднелись пулеметные вышки, устрашающего вида. К воротам КПП подошли трое рядовых и сержант с автоматами.

– Все, приехали, выходи, – спокойно сказал прапорщик.

Сергей послушно открыл дверцу машины и вышел. УАЗ, тут же сделав задний ход, стал разворачиваться. У дверей КПП стоял сержант небольшого роста, примерно 170, крепкого телосложения. Голубой берет, был одет на самую макушку головы. Потёртый камуфляж, ремень со звездой висел на самых бедрах, кирзовые сапоги были на половину заправленные вовнутрь. На плече небрежно был накинут автомат. Сам сержант выглядел не по годам.

– Заходи, нечего там стоять, – крикнул ему сержант.

Сергей был в полном непонимании, где он находится, подошёл и остановился в метре от сержанта.

– Рядовой Кувалдин прибыл, – выкрикнул он неожиданно для себя и смешно приставил руку к виску.

– Да брось, Кувалда, – хлопнув его по плечу и улыбаясь, произнес сержант.

– У нас тут всяких военных глупостей нет в помине, ты дома, а мы все одна большая семья.

– А как же устав воинской службы?

– Завязывай болтать, пошли.

Они вошли на территорию, Сергей рассматривал вышки вдоль ограды и солдат, несших пулемет из одного ангара в другой. Сергей огляделся в округ, спросил сержанта:

– Это дивизия ВДВ? И почему вы, меня назвали Кувалдой?

Сержант ухмыльнулся, сказал в ответ:

– Генерал приказал тебя встретить и доставить в госпиталь. У тебя фамилия говорит сама за себя, да ещё здоровый, как лось, кулаки чего стоят. Кстати аткель будешь?

– Я, товарищ сержант, из Москвы.

Сержант поправил автомат, посмотрел в сторону курилки, которая была расположена рядом с КПП, протянул руку, сказал:

– Давай знакомится: Соловей Игорь Иванович, погоняло Бродяга, город Москва, метро Дмитровская, в армии с весны 1987 года, проще говоря, сверхсрочник.

– Я тоже из Москвы, метро Дмитровская, улица Костикова дом 5, квартира 22.

– Братан! Мы соседи, это мой дом, только квартира 5, – от радости выкрикнул сержант.

– Перекурим, за наше знакомство.

– Я не курю.

Они сели на деревянную скамейку рядом с КПП, сержант достал сигареты, закурил, с ухмылкой ответил:

– Вот именно, я тоже собираюсь бросить. Сейчас докурю пачку, сразу бросаю,

– Давай рассказывай, как сейчас в Москве, а то я в армию весной 1987 года сбежал и так домой не съездил.

– Когда я уходил в армию, всё было без изменений. Только я одного не понял, как вы сбежали в армию?

– Что тут непонятного, я встречался с Маринкой Хохловой, гормон заиграл и залез на неё. Она поделилась секретом с мамой, та пришла, поставила условия, женись или я заявления напишу в милицию. В ответ я согласился, пока они жалом водили, ноги в руки и бегом в военкомат. Попал в Афганистан и всё, осенью собираюсь поехать в Москву.

– Ай, яй, яй, товарищ сержант, и вы попались на Маринкину удочку. Могу вас успокоить, она живёт заграницей.

– Да ладно?

– Отвечаю, она охмурила иностранца, тот увёз её за кордон.

Около часа они сидели в курилке. Сержант всё расспрашивал своего собеседника, его интересовала каждая мелочь, что касалось Москвы и двора, в котором он жил. Сержант докурил очередную сигарету, бросил в её урну, они пошли по тротуару, выложенному из битых кирпичей. Впереди виднелось двухэтажное здание, окруженное высокими соснами. Сергей не понимал, куда он попал: ангары, деревья, забор, здание. Больше всего его удивили прыгающие с ветки на ветку белки.

Соловей хлопнул по плечу собеседника, сказал:

– Не дрейфь, прорвёмся! Я переговорю с батей, чтобы тебя направили мой взвод.

– А кто такой батя?

– Батя, это командир второго батальона, подполковник Батенев Константин Николаевич, мировой мужик.

Они подошли к зданию. У входной двери стоял, курил мужчина лет 50 в белом халате, одетом поверх военной формы. Сержант приставил правую руку к виску, произнёс:

– Здравию желаю, товарищ полковник, принимайте пополнение.

Полковник посмотрел на ребят, заулыбался, протянул правую руку сержанту, сказал в ответ:

– Ну, здорова Бродяга! Ты когда устав последний раз открывал? Кстати, советую, там картинки имеются.

Сергей посмотрел на полковника, встал по стойке смирно, уверено приставил правую руку к виску, с выражением отчеканил:

– Товарищ полковник, рядовой Кувалдин прибыл для прохождения дальнейшей службы!!

– Вольно, рядовой Кувалдин.

– Учись студент, бери пример с молодёжи, – сказал полковник, положил правую руку на плечо сержанту и отвёл его в сторону.

Минут десять они разговаривали. Затем, пожав друг другу руки, сержант ушёл в сторону КПП. Полковник подошёл к Сергею, почесав левой рукой подбородок, сказал:

– Ну, пошли, рядовой Кувалдин.

Они вошли в здание госпиталя. Сергей увидел небольшой холл, стены, выкрашенные бежевой краской, с левой стороны гардероб. Там сидела пожилая женщина с книжкой в руках. Полковник подошёл к гардеробу и обратился:

– Татьяна Борисовна, мне надо срочно парня приодеть

– Хорошо, Михаил Иванович, сейчас всё сделаем.

Женщина открыла дверь в гардероб. Сергей вошёл, снял форму, аккуратно повесил на плечики, убрал в шкаф. Взамен ему выдали кожаные шлёпки, пижаму бледно-синего цвета, верхняя часть которой была ему впору, а вот брюки были коротки. Сергей вышел из гардероба. Полковник в это время стоял с медицинской картой, он увидел нового пациента, едва сдержал смех.

– Да, товарищ полковник, в этих штанах мне от долгов бегать? А может мне просто мерещится, что штанишки коротки.

– Всё нормально, кто виноват, что ты так вырос.

По длинному коридору на встречу лёгкой походкой шла девушка лет 18, держа руки в карманах белого халата. Сергей смотрел на неё, не отрывая глаз, ему казалась, что на встречу идёт Лера.

Девушка подошла, спросила:

– Вы меня вызывали, Михаил Иванович?

– Вика, знакомься с новым пациентом, помести его на второй этаж в отдельную палату. Кровь из носа, но надо сегодня его обследовать.

Сергей смотрел на девушку, перед собой он видел прекрасную незнакомку, её черные локоны спадали на плечи. Он не сдержался, невольно произнёс:

– Лера.

Девушка улыбнулась, сказала в ответ:

– Не Лера, а Вика.

Полковник, угрожающе посмотрел на парня, сказал:

– Эй, солдат, смотри, это моя дочь. Смотри!

Вика взяла медицинскую карточку, которую ей дал полковник, повела молодого человека проходить обследование на состояние здоровья. Когда они обошли все кабинеты, девушка открыла ключом дверь, показала парню его палату. Это была небольшая светлая комната, в которой стояла аккуратно заправленная деревянная кровать, возле кровати стоял деревянный стул. В левом углу находился небольшой письменный стол, на котором стоял телевизор «Юность», графин с водой и соответственно гранёный стакан. У входной двери располагался умывальник. Сергей внимательно рассматривал палату, в которой была почти домашняя обстановка.

– Нравится, это твоя одиночная палата, живи.

Сергей подошёл к кровати, снял тапочки, лёг, обнял подушку и погрузился в глубокий сон. На следующие утро он проснулся от сильного гула брони техники, встал, протирая глаза, подошёл к окну.

В ста метрах от здания госпиталя были расположены боксы и ангары. Сергей умылся, взял стул и сел у окна. Наблюдал за происходящей суетой. Дверь палаты открылась, вошёл полковник, посмотрел на Сергея, спросил:

– Наблюдаем?

Сергей обернулся и увидел полковника. Быстро встал, отчётливо произнёс:

– Здравия желаю, товарищ полковник!

– Доброе утро, не шуми, пошли в кабинет, тебя генерал ждёт.

Они спустились на первый этаж по длинному коридору, прошли в другое крыло здания, где были расположены кабинеты врачей. Полковник открыл дверь, предложив Сергею войти, сам зашел следом, закрыв за собой дверь. Большой просторный кабинет, в центре которого стоял письменный стол, на котором стояла настольная лампа, графин с водой, телефон и несколько медицинских карт, на одной из них Сергей увидел свою фамилию. У стены стоял большой шкаф со стеклянными дверцами, где лежала различная документация. У окна стоял генерал и наблюдал за суетой на улице. Сергей встал как вкопанный.

– Здравию желаю, товарищ генерал-майор, – смущенно произнёс Сергей.

– И тебе не хворать, проходи, не робей, – сказал в ответ генерал и добавил, – Серёжа, вот и мотострелковый полк и два батальона с нашей дивизии переводят в СКВО (Северокавказский военный округ). Обстановка в Союзе очень напряжённая. Ты вначале выслушай меня, затем сделаешь свой выбор. Сейчас дивизия переживает нехорошие времена, вчера была всё прекрасно, а сегодня сам наблюдал в окно. В госпитале тебе придется провести ещё две недели. У меня к тебе предложение: Михаилу Ивановичу нужен хороший помощник по хозяйственной части, короче, завхоз, ты понимаешь, о чем речь?

– Извините, генерал-майор, я не понимаю Вас?

– Что здесь непонятного, ты по специальности столяр-краснодеревщик, я тебе предлагаю проходить свою службу в госпитале, завхозом. Пойми, это для тебя будет самый оптимальный вариант, в тепле сыт и ни каких забот, подумай.

– Генерал-майор прав, не торопись, хорошенько подумай.

Я ознакомился с твоей медицинской картой, после проведённого обследования был в ужасе, как ты в живых остался. Видимо, в рубашке ты родился.

– В принципе, у тебя всё прекрасно, но с нагрузками пока надо повременить, – добавил полковник.

Сергей выслушал доводы собеседников, немного подумав, сказал в ответ:

– Вы знаете, товарищ генерал-майор, мне приснился папа.

Я его видел отчетливо, как Вас, он мне сказал:

– «Серёжа, я горжусь тобой, ты вырос настоящим мужчиной».

– Если я приму Ваше заманчивое предложение, то мне стыдно будет перед отцом.

После этих слов Сергей вышел из кабинета доктора, медленно пошёл в свою палату.

– Упрямый, как его отец. Михаил Иванович, плесни грамм 100 спирту, не жадничай, – пошатав головой, произнёс генерал.

Сергей поднялся в свою палату, плюхнулся на кровать, глаза его смотрели в потолок. Он прекрасно понимал генерала, что тот хотел ему добра, поэтому предложил это место. Минут через 30 в палату вошёл полковник, сел на стул рядом с кроватью. Сергей, увидев полковника, быстро встал по стойке смирно. Полковник попросил Сергея присесть на кровать. Когда он сел, полковник положил руку на его плечо, сказал:

– Я с тобой полностью согласен, здоровье у тебя отличное и выбор твой верный.

– Товарищ полковник, извините, что я вам нагрубил.

– Всё нормально, отчасти ты прав, я бы поступил также.

– Где можно конверты приобрести? Я письмо хочу написать своей бабушке и девушке.

Полковник улыбнулся, произнёс в ответ:

– Это дело, солдат, бабушку и девушку не надо забывать.

А то я уже начал волноваться за свою дочь. Вика примерно в 10.00 часов придёт, принесёт тебе конверты, тетрадь и ручку. Ну ладно, отдыхай, я пошёл.

Сергей подошёл к окну, там уже никого не было. Боксы и ангары были закрыты. Тогда Сергей включил телевизор и лёг на кровать.

– Соня, просыпайся, завтрак проспал, времени 12.00часов, смотри, а то и обед проспишь.

Сергей медленно открыл глаза, перед ним стояла в белом халате Вика, в руках у неё были несколько конвертов, тетрадь и две шариковых ручки.

– Привет, извини, задремал.

– Ну да, я уже заметила, пять минут не могла тебя разбудить.

– Виноват, исправлюсь.

Девушка положила на стол конверты, тетрадь и ручки, выключила телевизор и подошла к Сергею Она попросила его снять пижаму. Солдат не растерялся и быстро исполнил просьбу девушки, небрежно бросил свою пижаму на кровать. В это время Вика молча смотрела на мускулистое тело Сергея, как бы изучая каждую мускулу. Правой рукой нежно поглаживала шрамы больного. Сергей стоял, наблюдал за поведением девушки. Вика, рассмотрев его, попросила одеться и сесть на кровать, а сама села рядом на стул. Девушка смотрела на Сергея не сводя глаз.

– Какие у тебя неестественно голубые глаза.

– Вика, ни-ни, твой папа меня предупредил.

– Твоя девушка, она живёт в Москве?

– Нет, не в Москве. В Москве у меня была девушка, её убили. В больнице я встретил прекрасную девушку Леру. Я с ней словно заново родился, она живёт в Усолье—Сибирском. Вика резко встала, косо посмотрев на Сергея, возмущённо сказала:

– Не забудь про обед, собирайся, столовая на первом этаже. Неприлично девушке говорить про другую. Хам!

Девушка вышла из палаты, оставила дверь открытой. Сергей подошел к столу, пробубнил себе поднос:

– Ничего не понимаю, видимо я понравился ей. Ну ладно, пойду на обед.

Сергей, выйдя из палаты, не увидел в длинном коридоре ни одного больного. Не понимая в какую сторону надо идти, направился в правое крыло к лестнице, но дверь была закрыта на ключ. Дёрнув дверь несколько раз, пошёл в конец крыла. Сергей подошёл к окну, которое находилась в торце, увидел, что вдалеке виднелись одноэтажные деревянные казармы, кирпичное трёхэтажное здание, неподалеку занимался строевой подготовкой взвод. Стояло двухэтажное здание штаба, на свободном пространстве возвышались высокие сосны, которые прятали казармы и здание штаба. Сергей развернулся и направился в противоположную сторону. В некоторых палатах двери были открыты. Из любопытства он заглядывал в палаты, но всё безрезультатно, кроме аккуратно заправленных кроватей, никого он не увидел. Далее был процедурный кабинет, из него доносились отдельные звуки. Там он увидел женщину лет 60 в белом халате. Она перебирала бинты, Сергей постучался и вполголоса сказал:

– Добрый день!

– Чего тебе, сынок? Проходи.

– Моё имя Сергей.

– Агрипина Тимофеевна, я здесь санитаркой работаю.

Он, едва сдерживая смех, сказал:

– Извините, я первый раз это имя и отчество слышу, ещё раз извините.

– Сынок, поможешь шкаф передвинуть. Ты вон какой здоровый.

– Извините, а где все больные?

– Это дивизионный госпиталь, проще говоря, очень большая санчасть, летом мало солдат болеет, зимой палаты будут переполнены.

Сергей помог передвинуть шкаф с лекарствами и переставить мебель.

– А где здесь столовая? Входная дверь закрыта, пошёл в эту сторону, увидел вас.

– Я не пойму, здесь всегда двери открыты? Сейчас я тебя туда провожу, – сказала в ответ санитарка.

Женщина показала Сергею столовую, которая находилась на первом этаже. Плотно покушав, он вышел на улицу, около здание в беседке курили ребята. Сергей вернулся в палату, взял тетрадь, ручку, написал письмо бабушке и Лере, включил телевизор и лёг на кровать. Услышав, что кто-то идёт, он встал, сел на стул. В палату вошёл полковник, Сергей встал по стойке смирно, вытянул руки по швам, отчётливо произнёс:

– Здравия желаю, товарищ полковник!

– Вольно, солдат, присаживайся, у меня к тебе разговор есть. Честно говоря, ваша уставная хрень мне до одного места.

Я военных училищ не заканчивал, у меня медицинский институт. После его окончания друг моего отца пристроил меня в военный госпиталь вначале в Москве, в июне 1989 перевели сюда.

Полковник взял стул у письменного стола, сел напротив Сергея, почесав свой подбородок, добавил:

– Во, какая кулебяка получается, когда генерал предложил тебе остаться служить в госпитале, я обрадовался, что ты дашь согласие. Ладно, что-то я всё вокруг да около, давай о главном, ты по специальности столяр-краснодеревщик. Мне надо сделать баньку внутри, поможешь.

Сергей заулыбался, сказал в ответ:

– Ну, товарищ полковник, видимо вы всю ночь готовили речь, скажу вам сразу, я согласен. Если будет помощник, за три дня, думаю, управимся.

– Это не вопрос, я возьму оставшийся отпуск, 20 дней. Только жить будешь у меня в посёлке, генерал в курсе. Скажи мне, парень, одну вещь: Вика зашла в мой кабинет, вся не своя, ты её чем-нибудь обидел?

– Нет, она принесла конверты, тетрадь, спросила, если у меня девушка, я ответил, что есть, что люблю её. Она назвала меня «хамом» и ушла, не закрыв за собой дверь. Вы спросите у неё сами, товарищ полковник, – ответил Сергей и добавил,

– Когда приступать?

– Вот это разговор, сейчас все дела передам заведующей и поедем.

Полковник ушёл. Через час он вернулся, принёс форму. Сергей переоделся, взял письма, чтобы по пути завести их на почту. Они вышли из здания больницы, около входа стоял автомобиль «Москвич». Сели в машину, полковник за руль, Сергей рядом. Они поехали по территории военной части. Сергей внимательно смотрел в открытое окно, изучая местность. На спортплощадке солдаты занимались рукопашным боем. Когда машина подъехала к КПП, из будки вышел солдат. Полковник показал пропуск, тот открыл железные ворота. Машина стремительно набирала обороты, с правой стороны за бетонным двухметровым забором видны были самолёты и вертолёты.

– Товарищ полковник, мой папа в этом полку ВВС служил, так что нам до гарнизона примерно километра четыре добираться. Только я одного не пойму, в госпиталь меня с другой стороны привезли, и там были солдаты с автоматами, и стояли пулемётные вышки.

– Я в курсе, генерал мне говорил, они с твоим отцом были друзьями. А вышки велел построить командующий округом, в Союзе очень напряжённая обстановка. Да и дорога там ближе, тебя привезли коротким путём.

Они выехали из гарнизона, Сергей внимательно смотрел на пятиэтажные дома, пытаясь найти дом, в котором когда-то жил, детский сад, в который водила его мама. Доехав до почты, полковник взял у Сергея письма. Одно для Леры бросил в бардачок, для бабушки отнёс на почту. Сергей посмотрел на бардачок, спросил:

– Товарищ полковник, а письмо для моей девушки, что не взяли?

– Всё нормально, посмотришь объём работы, оценишь обстановку и послезавтра сам отвезёшь, добро.

– Ну, товарищ полковник, поехали скорей.

С правой стороны за бетонным забором виднелись пятиэтажные дома гарнизона, слева виднелся небольшой смешанный лес. Проехав метров 200, машина повернула направо, затем за мост и далее прямо…

Глава 6

Машина полковника, переехав через железнодорожный мост, въехала в посёлок, где были видны деревянные одноэтажные и двухэтажные дома, люди, сидящие на лавочках возле своих домов.

– Тяжелы воспоминания, не желаешь посмотреть, как отстроили сгоревшую часть посёлка? – спросил полковник.

– Честно говоря, не знаю, у меня на душе, словно кошки скребут.

Полковник остановил машину недалеко от места трагедии. Они вышли, Сергей внимательно смотрелся на месте, где некогда находился 18 вагон. Он посмотрел вокруг, ничего не напоминало о трагедии, на месте сгоревших домов стояли новые, вместо выжженной травы выросла другая. Только отдельно стоявшие стволы обгоревших деревьев были признаками случившейся трагедии. На нефтебазе шли ремонтные работы, уже четыре огромных бочки были готовы, сгоревшей АЗС работала, там стояли машины на заправку. Железнодорожный переезд был закрыт бетонными плитами. Около железной дороги вместе трагедии лежало много живых цветов. Сергей молча сел в машину, закрыл глаза. Все, что здесь случилось, вновь сплыло в памяти, словно он опять побывал здесь, в этом аду. Ему показалось, что он слышит нечеловеческие крики людей, которые, как живые факелы, мечутся и падают на землю, пытаясь затушить огонь. Полковник стоял рядом с машиной, увидев закрытые рукой глаза Сергея, он открыл дверцу машины и сел на водительское место, громко хлопнув дверцей.

Сергей открыл глаза, посмотрел на полковника, сказал:

– У меня вся трагедия была перед глазами, словно я опять был там.

Сергей сидел в машине. Полковник пытался отвлечь разговорами Сергея, потому много спрашивал о его жизни до армии. Сергей охотно рассказывал об этом. Особенно отметил поезд, в котором они ехали в часть, прапорщика Кувалду, который многое прощал в поезде, особенно сабантуи.

Спустя некоторое время полковник завёл машину, и они поехали вдоль по улице. Он отметил:

– Это, брат, у тебя всю жизнь будут всплывать воспоминания. Меня в тот день не было, я был в Ленинграде по путёвке с семьёй. Когда приехал, пришёл в ужас, дом моей мамы сгорел. Как чувствовал, я взял путёвку и на маму. Дом восстановили как и остальные дома, кто бы сомневался, три батальона солдат пригнали восстанавливать посёлок.

– Причину выяснили? – спросил Сергей.

– Выяснили, виновники погибли, это якобы были два сварщика, которые нарушили технику безопасности, производили сварочные работы в неположенном месте, результат ты сам знаешь.

– Охотно верится, всё равно нам правду никто и никогда не скажет, – усмехнувшись, сказал в ответ Сергей.

– Ну, да, так сказали, чтобы успокоить народ, тогда погибло много людей: и не только пассажиры поезда, но и жителей посёлка тоже, страшно даже вспоминать. Два года назад я привёз сюда своих родителей, купил им дом. Весной схоронил папу, как бы развеять маму, взял путёвки на всю семью в Ленинград. Мы вылетели на самолете, а на следующий день произошла трагедия.

– Когда ехали на поезде, у нас случилась задержка поезда на пять часов. Какой-то клоун на кране решил сократить путь, поехал через железнодорожные пути, стрелой задел кантатную сеть, тем самым заделал двойной обрыв.

– Извини, парень, можно на понятном языке про контактную сеть.

– Пьяный мужик на автокране оборвал провода, по которым едут поезда.

Машина остановилась у высокого деревянного забора, за которым виднелась крыша только что отстроенного дома. Полковник открыл дверь, они вошли во двор.

Сергей осмотрелся на месте, перед собой увидел добротно отстроенный дом 7х10, слева находился деревянный гараж, рядом стояла постройка с окнами и дверью. Во дворе гуляли куры, справа находилась собачья будка, рядом лежала немецкая овчарка, не реагируя на гостей, молча наблюдая за ними.

– Товарищ полковник, дом добротный, всё сделано.

– Ты голову поверни налево, видишь, постройка 3х5, эта банька, надо её отделать внутри, материал есть.

Сергей открыл дверь бани, внутри стоял запах дерева, местами из щелей торчала пакля. Он вошёл внутрь, постройка была разделена на две части, на полу стоял ящик с инструментами, рядом лежала аккуратно сложенная вагонка. Сергей прошёл во вторую половину бани, в которой стоял железный котёл, несколько пачек кафельной плитки, мешок цемента. Оценив объём работы, Сергей вышел из бани.

– Ну, что скажешь?

– Если поднатужиться, работы на три дня.

– Пока не сделаешь баню, жить будешь здесь, место в доме много, прогуляйся на реку, окунись пару раз, пока погода стоит тёплая и преступим к работе.

– Разрешите идти, я быстро.

– Валяй, смотри не заблудись.

Сергей вышел на улицу, легкой походкой пошёл вниз по улице.

Справой стороны виднелся новый двухэтажный кирпичный детский сад, слева два пятиэтажных дома.

Подойдя к месту, где раньше стоял двухэтажный деревянный «Дом культуры», он увидел большой списанный самолет «АН-12», по которому лазили дети. Пройдя вниз через овраг по деревянному мостику, солдат спустился к реке, потрогал воду. Неподалёку сидели рыбаки, ловили на удочки рыбу.

Один мужчина крикнул ему:

– Солдат, рыбу не пугай.

Сергей отошёл подальше от ворчливых рыбаков, разделся и с разбегу плюхнулся в воду. Течение на реке было сильное, его всё дальше относило в сторону.

Недалеко от берега хлюпались в воде дети, подплыв к берегу, Сергей услышал истерический женский крик:

– Помогите!!! Ребёнок тонет, помогите!!!

Сергей огляделся вокруг, увидел девочку, которая, как поплавок, то уходила подводу, то всплывала, течение сносило девочку на середину реки. Не раздумывая, Сережа поплыл за ней, ему осталось доплыть до неё метр, как она исчезла. Нырнув под воду, он увидел девочку, её бесчувственное обмякшее тело, он медленно спустился на дно реки. Сергей схватил её за волосы, начал поднимать на поверхность. Когда голова девочки появилась на поверхности воды, Сергей лёг на спину, а её голову левой рукой прижал к своему телу, медленно поплыл к берегу. Обмякшее бесчувственное тело и тянуло Сергея на дно реки, но он быстро шевелил ногами, помогая правой рукой плыть. Оказавшись на небольшой глубине, он взял девочку на руки, понёс на берег. Выйдя из воды, он аккуратно положил девочку на песок, сделал ей искусственное дыхание. После чего девочка закашляла, понемногу начала приходить в себя.

Сергей смотрел на голубоглазое, белокурое создание лет 15.

– Вы кто? Где моя мама? – невнятно спросила она.

Сергей улыбнулся, вспомнил слова врача, произнес в ответ:

– Я твой ангел хранитель.

– Доченька, прости меня, что недосмотрела, доченька, – услышал Сергей женский голос.

Он приподнял голову и увидел, что в их сторону бежит женщина и милиционер.

– Ну, всё давай поправляйся, к тебе мама бежит, – с улыбкой произнёс он и хотел уйти, как услышал грубый мужской голос.

– Стоять!

Сергей остановился, к нему подошёл старший лейтенант милиции и настойчиво спросил:

– Ты девочку спас? Как фамилия?

– Разрешите, вещи свои забрать, то как-то неэтично в трусах отвечать на ваши вопросы? – шутливо ответил Сергей.

– Где вещи?

– Видите, товарищ старший лейтенант, камуфляж на берегу лежит. Это моя форма, извините, мне надо идти.

Нахлебавшись изрядно воды, Сережа неторопливо пошёл за одеждой, в ушах стоял шум. Милиционер что-то кричал ему в след, не обращая внимания на эти слова. Дойдя до самолёта, справой стороны он увидел магазин, там он купил килограмм развесного мороженого пломбир и с чувством выполненного долга направился к дому полковника. Пройдя несколько метров, он резко остановился, навстречу ему шла Наташа под руку с мужчиной намного старше себя. На её лице была улыбка, увидев Сергея, мимика ее лица резко переменилась. Она испуганно стала смотреть, опустив глаза, прошла мимо Сергея, сделав вид, что не знает его. Сергей смотрел в след девушке и тяжело дышал. Он пробубнил себе под нос:

– Наташа, Наташа, три рубля, и я ваша.

Затем посмотрел на пакет мороженого, улыбнулся, сказал:

– Ты самое верное, причём очень вкусное, пошли, я тебя съем.

Сергей зашёл во двор, полковник нёс ведро воды, увидев Сергея, спросил:

– Ну как водичка?

– Тёплая, как парное молоко, купил мороженого, теперь желаю его уничтожить.

– Подожди, я тебе сейчас тарелку с ложкой принесу.

Полковник принёс ложку с тарелкой. Сергей предложил мороженое полковнику, но тот отказался. Сергей взял ложку и за несколько минут пакет остался пуст. Он снял китель, повесил его на гвоздь, вбитый в стену бани рядом с входной дверью, взял рулетку, листок и карандаш. Зашёл в баню, начал делать замеры. Данные записывал на листок, услышав посторонние шаги, Сергей обернулся, сзади за ним наблюдал полковник.

– Строитель, пошли, покажу тебе твою комнату.

– Вы принесите мне раскладушку, если есть, я в бане заночую. Возможно, допоздна буду стучать молотком.

– Хозяин – барин, пойду, поищу.

Полковник ушёл, минут через двадцать снова вернулся, принёс старенькую алюминиевую раскладушку, подушку и два верблюжьих одеяла и вновь ушел. Сделав все замеры, Сергей начал делать парную, установил котёл, затем принялся делать трёхуровневый лежак. Звук дрели, стук молотка и звон циркулярной пилы слышен был на всю округу. Полковник сделал свои дела по хозяйству, подошел, выключил циркулярную пилу, хлопнув парня по плечу, сказал:

– Пошли, стахановец, я картошки с луком нажарил, перекусим. Смотрю, я тебе здесь не нужен, тогда поеду в гарнизон.

– Хорошо, товарищ полковник, я здесь один управлюсь.

Сергей положил инструмент, они пошли в огород. Сергей там увидел несколько грядок, на которых росла различная зелень, огурцы, морковка. В дальней части огорода росла картошка, с правой стороны он увидел сваренный из железных листов мангал, рядом находилась деревянная беседка, внутри которой был скромно накрыт стол, к беседке была пристроена небольшая мобильная летняя кухня с умывальником, газовой плитой, духовкой и шкафами для посуды.

– Проходи, солдат, присаживайся, на гражданке будешь хвастаться, что полковник тебе стол накрывал.

– Честно сказать, товарищ полковник, по-моему, я сделал глупость, что отказался служить в госпитале.

– Ещё не поздно всё исправить.

– Уже поздно, поезд ушёл, хотя, возможно, так правильней.

– Хватит, солдат, дискуссию разводить, садись кушать.

Сергей сел за стол, на котором стояли две тарелки с жареной картошкой, тарелка, в которой лежали несколько кусков хлеба, рядом находилась тарелка со свежими огурцами, помидорами и зелёным луком. Полковник в шкафу для посуды взял графин и два стакана, поставил их на стол.

– Будешь пять капель?

– Не знаю, неудобно как-то, – смущаясь в ответ, пробормотал Сергей.

– Будешь, это приказ!

Полковник разлил содержимое графина в стаканы. Один стакан взял сам, второй подал своему собеседнику. Сергей, понимая, что отговорки будут бесполезны, взял стакан. Они выпили, закусили жареной картошкой, полковник следом ещё налил, затем посмотрел уже на подвыпившего собеседника, начал предлагать хорошенько подумать над предложением генерала, остаться служить в госпитале завхозом. Неожиданно их разговор прервал лай собаки, стук в дверь и грубый мужской голос:

– Хозяин, ты дома!

Полковник встал, пошёл посмотреть, кто пришёл. Собака лаяла не переставая, бросалось на забор.

– Бобик, место, – прикрикнул на собаку хозяин. Она завиляла хвостом, легла рядом со своей будкой.

– Кто там!

– Хозяин, открывай милиция!

Полковник открыл дверь, во двор вошёл небольшого роста старший лейтенант.

– Здравию желаю, товарищ полковник.

– Здравствуйте.

– Михаил Иванович, мне доложили, что у вас скрывается солдат, за ним имеется грешок.

– Да, он мне баню делает, сейчас позову.

– Кувалдин, бегом сюда! – возмущено крикнул полковник.

Милиционер вышел на улицу, позвал женщину. Во двор вошла высокая стройная брюнетка, на её вызывающий вид Михаил Иванович сразу обратил внимание: чёрная мини-юбка, белая блузка и особо он отметил стройные ноги. Сергей доедал картошку, услышав, что его завёт полковник, вышел во двор, увидел милиционера и женщину, спросил:

– Что случилась?

– Это я хочу тебя спросить, что натворил в посёлке?

– Ты что думал, так незаметно исчезнешь, не тут-то было.

– Старший лейтенант, объясните, в чём дело?

– Михаил Иванович, ваш солдат спас дочку Аллы, она тонула в реке.

– Так, картина потихоньку проясняется.

– Михаил Иванович, пошли, поговорим, разговор есть.

Полковник с милиционером ушли в огород, Сергей оценивающе смотрел на женщину. Алла подошла к нему, не сдержав своих эмоций, обняла спасителя своей дочери.

– Спасибо большое, проси всё что захочешь. Как зовут?

– Сергей.

– Алла, будем знакомы.

– Как ваша дочка?

– Всё прекрасно, её на всякий пожарный отвезли в больницу.

Через некоторое время полковник и старший лейтенант вышли из огорода, они очень сильно смеялись.

– Серёга, на сегодня у тебя увольнительная, помоги девушке шкаф отремонтировать.

– Товарищ полковник, разрешите в другой раз, я выпил.

– Это приказ, солдат.

– Разрешите идти.

– Валяй.

Сергей надел китель и ремень, они вышли на улицу. Алла повела Сергея в сторону пятиэтажных домов, всю дорогу благодарила парня за спасение её дочери. Они подошли к пятиэтажному дому, по лестнице поднялись на третий этаж. Алла открыла дверь, они вошли в квартиру. Парень окинул взглядом прихожую, ничего нового не увидел. Обычная типовая малометражная двухкомнатная квартира со стандартным набором мебели. Сергей снял сапоги, взял тапочки надел их. Алла слегка толкнула парня, пробормотала:

– Давай, проходи в большую комнату, не робей.

Он прошёл в большую комнату, там он ничего нового не увидел: стенка с посудой и книгами, телевизор, раздвинутый диван-книжка, над которым висел персидский ковёр, два кресла, журнальный столик и хрустальная люстра. Сергей сел в кресло, ожидая дальнейших распоряжений. Через некоторое время в комнату вошла Алла с подносом в руках. Она поставила поднос на журнальный столик, парень посмотрел на содержимое подноса, на нём стояла бутылка водки, две рюмки, нарезные апельсины, яблоки и веточка чёрного винограда Он начинал догадываться, для чего его пригласили. Алла разлила водку по рюмкам, села Сергею на колени, произнесла:

– Давай выпьем на брудершафт за знакомство и спасение моей дочери.

– Я не против, давай, за здоровье вашей дочери, пускай она больше далеко не заплывает.

Выпив несколько рюмок водки, Сергей уже изрядно захмелел. Алла расстегнула его ремень, принялась расстегивать пуговицы на кителе, при этом нежно целовала его в губы и шею. Когда все пуговицы на кители были расстегнуты, она принялась расстёгивать ширинку. Сергей неуверенно начал её одаривать нежными поцелуями, его руки поглаживали тело Аллы. Затем она расстегнула и сняла блузку, небрежно бросила ее на пол. Опустив глаза вниз, Сергей увидал красивую грудь женщины, Алла пробормотала ему на ухо:

– Неси меня на диван, возьми меня, как сучку.

Он взял Аллу на руки, отнёс на диван. Они утонули в поцелуях и ласках. Сергей проснулся от сухости во рту, за окном было темно, рядом лежала Алла, он тихонько встал, прошёл на кухню, попил воды из чайника, посмотрел на часы, время было 2.00 часа ночи.

– Папандос, – пробубнил он.

Сергей вернулся в комнату, Алла спала. Он сел на кресло, немного придя в себя, вылил рюмку оставшейся водки и закусил апельсином, тихонько начал одеваться.

– Ты, куда? Ночь на дворе, – пробормотала Алла.

– Извини, мне надо идти, работы много, завтра встретимся.

Сергей поцеловал Аллу в губы, накрыл её одеялом, вышел из квартиры на улицу. Небо было затянуто густыми тучами. Солдат быстрым шагом направился к дому полковника, на улице было ни души, только был слышен лай собак. Он подошёл к дому, перелез через забор, вошёл в баню. Взяв инструмент, занялся столярными работами. Постепенно через окно начали пробиваться лучи солнца, Сергея начало клонить в сон.

– Вздремну пять минут, да продолжу, – пробормотал он, разложил раскладушку в бане и лёг.

На следующий день машина полковника остановилась возле дома, с ним приехали его супруга, мама и Вика Они вышли из машины, вошли во двор. Там была тишина, молотка не было слышно, даже собака спала в будке. Полковник открыл дверь бани, увидел Сергея укрытого одеялом, спавшего на раскладушке. Полковник посмотрел на часы, времени было 16.30, затем он подошёл к парню, потряс его за плечо и в полголоса сказал:

– Солдат, так всю жизнь проспишь, времени уже 16.30, подъём.

Сергей открыл глаза, перед ним в спортивном костюме стоял полковник. Сергей резко встал, пожав плечами, сказал:

– Извините, товарищ полковник, я задремал, парная готова, принимайте работу.

Полковник посмотрел перегородку, увидел дверь, открыл её. Не поверил своим глазам – парная была аккуратно обита вагонкой, в углу стоял железный котёл, трёхуровневые лежаки, угол и пол, где стоял котёл, аккуратно был выложен бежевым кафелем.

– У меня нет слов, я тебе разрешаю сегодня целый день спать.

У Сергея появилась улыбка, посмотрел на полковника, сказал в ответ:

– Разрешите, я смотаюсь в Усолье.

– Две минуты на сборы, автобусная остановка на следующей улице за углом, только без залётов.

– Есть без залётов, товарищ полковник.

Сергей вышел за ворота, быстрым шагом направился к остановке. Но неожиданно он услышал визг тормозов, Сергей обернулся и увидел машину полковника.

– Хватит ноги топтать, садись в машину, довезу до ЦРБ, моя попросила в магазин «Мелодия» съездить, да и тебя подброшу, на вечерней электричке приедешь.

– Спасибо, товарищ полковник.

Сергей сел в машину. Полковник слегка хлопнул по плечу солдата, спросил:

– Ты о чём задумался?

– Да так, я в поезде познакомился с девушкой, у нас завязался небольшой роман без всяких обязательств. Вчера мы с ней столкнулись лицом к лицу у магазина. Она шла с хахалем на много старше её, сделала вид, что меня не знает.

– А что ты хотел, это жизнь, ей подвернулся мужик с толстым кошельком и всё. Я дам тебе добрый совет – забудь ее.

– Я всё прекрасно понимаю.

– Плюнь и забудь её. Скажи мне, как за один вечер, такой объём работ сделал?

– Ничего сложного нет, это всё Алла, когда от неё ночью сбежал.

– Хороша баба, слов нет.

Въехав в город, полковник остановил машину у магазина «Цветы», Сергей купил букет цветов, они поехали дальше. Подъехав к ЦРБ, Сергей вылез из машины, взял букет, направился в здание больницы. Он увидел, что ему на встречу бежала радостная Лера. Она подбежала, обняла Сергея, поцеловала в губы, сказала:

– Ты что меня бросил, я так скучала без тебя.

– Дурёха, разве можно такое сокровище бросить, держи скромный букет от всего сердца.

– Спасибо.

Через некоторое время подошёл Анатолий Петрович, кивнув головой, сказал:

– И долго вы здесь будете изображать Ромео и Джульетту?

– Здравствуйте, Анатолий Петрович, рад вас видеть, – ответил Сергей.

– Всё отлично, я же сказал, что скоро встретимся. А тебя, Лера, отпускаю с работы до завтра, вопросы есть?

– Никак нет, – шутливо ответил Сергей.

Лера сняла белый халат, отнесла его в гардероб. Они спокойным шагом в обнимку пошли гулять по улицам города.

Девушка посмотрела на своего возлюбленного, тихонько шепнула ему на ушко:

– Ты мне обещал, когда папа с вахты вернётся, мы пойдём знакомиться с моими родителями или испугался.

– Идем прямо сейчас, – сказал он в ответ.

– Ну, поехали, папа вчера вечером приехал на неделю.

Сергей от неожиданности растерялся, не зная, что ответить, сделал выдох, пробормотал в ответ:

– Была, не была, поехали, времени мало.

Лера обняла своего парня, они вышли на дорогу, остановили такси. Машина остановилась рядом с подъездом пятиэтажного дома, ребята поднялись на третий этаж, остановились у железной двери. Девушка волновалось, ей овладел страх, что родители её не поймут, да отступать было уже поздно. Она посмотрела на Сергея, на его лице виднелось волнения. Девушка прижалось к нему, тихонько произнесла:

– Говоря честно, положа руку на сердце, я волнуюсь не меньше тебя.

Лера достала из сумочки ключи от квартиры, открыла дверь. Она вошла первой, следом вошёл Сергей. Волнениям девушки не было придела, у неё был страх перед родителями. Девушка для себя решила, если родители не примут Сергея, она уйдёт из дома.

– Папа, мама, Серёжа пришёл, – вскрикнула она.

Сергей, окинув взглядом прихожую, был сильно удивлён. Это была большая просторная прихожая, у входа стояла полочка для обуви, рядом было большое овальное зеркало, под зеркалом стояла трёх секционная тумба, далее стоял шкаф под самый потолок. Справа было две межкомнатные двери, из двери, которая была ближе к Сергею, вышел лысый мужчина небольшого роста плотного телосложение в семейных трусах в горошек, на теле была одета белая майка. Он увидел молодых людей, закричал и обнял Сергея:

– Серёга, чёрт!

– Здравствуйте, дядя Олег!

– Мать, иди скорей, посмотри, кто к нам приехал!

– Дядя Олег, сколько лет, сколько зим, тысячу лет вас не видел.

– Как ты вырос, форма тебе к лицу.

Лера стояла у двери в маленькую комнату и не понимала, что происходит. Из кухни вышла женщина в домашнем халате и фартуке, увидела парня, у неё из глаз выступили слёзы, она обняла Сергея, произнесла:

– Как ты вырос, сколько лет мы не виделись?!

– Мама, папа, Серёжа, что происходит, вы что знакомы!!! – от непонимания закричала девушка.

– Лера, знакомься, это твой двоюродный брат Сергей Кувалдин из Москвы, – в ответ сказал её папа.

– Мы, что родственники? – возмущённо спросила она.

– Да, ещё какие! Мама Сергея – моя родная сестра, – добавил он.

Немного придя в себя от происходящего, у Леры на глазах выступили слёзы и потекли по щекам.

– Ненавижу вас всех, вы все сволочи!!! Ненавижу!!! – закричала девушка, она вошла в маленькую комнату, закрыла за собой дверь.

– Дядя Олег, тётя Галя, Лера – моя двоюродная сестра?

– А ты парень нашей дочери? – спросила тётя Галя.

– Да, он самый.

Сергей подошёл к комнате, в которой закрылась девушка, он постучался в дверь, спокойным голосом сказал:

– Лера, открой дверь, нам надо поговорить, открой, пожалуйста.

– Уходи, я тебя ненавижу! Не хочу тебя видеть! Уходи! Я вас всех ненавижу! – кричала она.

Сергей из внутреннего кармана кителя достал письмо, которое он писал Лере, положил его в прихожей у зеркала, поникшим голосом произнёс:

– Здесь адрес части, пишите, рад был вас увидеть, до свидания.

– Серёжа, пошли на кухню, покушаешь, голодный пади.

– Тётя Галя, в другой раз, мне в часть надо.

Сергей вышел из квартиры, медленно пошёл в сторону трамвайной остановки, на трамвае доехал до автовокзала. Сел в автобус и поехал обратно в посёлок. Сергей не мог поверить в такое странное совпадения, расстояние между Москвой и Усольем – Сибирским ровно пять тысяч километров. Сергей прибыл в посёлок, вышел у сгоревшего «Дома культура», где стоял самолёт, не торопясь, он пошёл к пятиэтажному дому, поднялся на этаж к квартире Аллы. Нажал на звонок, дверь ему никто не открыл. Выйдя из подъезда, он пять минут постоял и пошёл к дому полковника, войдя во двор, молча начал обшивать вторую часть бани вагонкой. Вика услышала, как стучит молоток в бане, пошла посмотреть. Она открыла дверь, Сергей стучал молотком, не обращая внимания на девушку.

– Серёжа, ты приехал? Пошли, папа шашлыки сделал, идём кушать.

Он помотал головой, дав понять, что не пойдёт. Девушка подошла к нему поближе, увидела, что парень был сильно чем-то расстроен.

– Что-то случилось?

– Извини, у меня нет желания разговаривать сейчас.

Вика развернулась и прошла в огород, где был в беседке накрыт небольшой стол. Мама Вики разговаривала с её бабушкой. Подойдя к своему папе, она обняла его, жалобно посмотрела и спросила:

– Папа, что в городе случилась? Сергей вернулся сам не свой, тарабанит молотком, пыталась позвать, всё безуспешно. Сходи, узнай.

Полковник перевернул шашлыки, посмотрел на Вику, поглаживая её по голове, сказал в ответ:

– Какая ты ещё глупенькая, дураку понятно, что по всей видимости, девка его бросила. Вот и весь ответ.

Он с мангала снял четыре шампура, со стола взял несколько свежих огурцов и полбатона чёрного хлеба, посмотрел на свою семью, сказал:

– Пойду парня спасать. Нас не беспокоить.

– Как ты это всё понесёшь? Веди парня сюда, мы уже наелись, пойдём до речки прогуляемся, не будем вам мешать, – сказала мать полковника.

– Папа, разреши с тобой остаться, мне любопытно, что у него случилась.

– Иди с мамой и бабушкой.

Семья полковника ушла гулять. А он зашёл посмотреть, как идут столярные работы в бане. Сергей делал свое дело.

– Я знаю неприятно, когда баба бросает, ну такова жизнь, – сказал полковник.

Сергей повернулся, бросил на пол молоток, посмотрел на полковника, сказал:

– Товарищ полковник, что за жизнь, сдаётся у меня впечатление, что меня сглазили. До армии встречался с девушкой, её убили. Про поезд вы в курсе. А сегодня вообще я был в шоке, девушка моя оказалось моей близкой родственницей, дочкой брата моей мамы, то есть двоюродной сестрой. Когда я ехал сюда, было желание напиться и забыться, зашёл в квартиру к Алле, но там дверь не открыли. Я за ночь закончу, прошу Вас, выпишите меня.

– Ты не забывай, у тебя в посёлки ещё Алла есть, любое лекарство от депрессии, – хлопнув его по плечу, сказал полковник.

– Да, обалденная дамочка, единственный недостаток, большая разница в возрасте.

– Скажу тебе, как мужик мужику. Служить тебе два года, отрывайся с Аллой, баба она в самом соку.

– Разница большая, целых одиннадцать лет.

– Ладно, солдат я всё понял, пошли спирту грамм 100 налью с шашлычком, боль сразу уйдёт.

– А стоит?

– Ещё как стоить, а то я сейчас позову Аллу.

Они прошли в огород, полковник взял в шкафу знакомый графин и два стакана, они выпивали и разговаривали. Неожиданно их разговор прервал автомобильный сигнал и женский голос. Полковник вышёл во двор, посмотреть, кто приехал.

– Серёга, давай, к тебе пришли.

Сергей, пожимая плечами от непонимания, вышёл во двор. Увидел Аллу, волосы у которой были распущены, На ней был шёлковый белый, сарафан, который был чуть выше колен. Слегка захмелевший парень проглотил слюну, глядя на стройные ноги на высокой шпильке, спросил:

– Алла, вы ко мне?

– Да, я твоё лекарство от депрессии. Прыгай в машину, смотаемся на «Паберегу», не бойся Михаил Иванович, тебя до завтра отпустил.

– Солдат, минута тебе на размышление, а то передумаю, – добавил полковник.

– Есть, я готов, разрешите идти, товарищ полковник.

– Валяй.

Они вышли на улицу, там стоял «Москвич 412». Рядом с машиной, опершись на капот, стоял мужчина средних лет.

– Рома заждался, сейчас за Светой заедим и на «Паберегу». Кстати, знакомься, это Сергей – тот парень, который спас Настю.

Мужчина протянул руку Сергею, произнёс:

– Роман.

– Сергей.

– Прыгайте в машину, поехали, – пробормотал Роман.

Рома сел на место водителя, Сергей и Алла разместились на заднем сидении. Проехав несколько улиц, они остановились у пятиэтажного дома. Минут через пять открыла дверцу машины и села рядом с Романом шатенка средних лет с большим начёсом на голове. Она посмотрела на Сергея оценивающим взглядом, сказала:

– Ну, чё, солдат, давай знакомится, я Света, а ты ненасытный жеребец Серёга.

Сергей чувствовал себя как-то неловко, ну и отступать было поздно. По улице Ленина они выехали на «Холмушенский тракт», поехали в сторону деревни «Холмушено». Сергея удивляла дорога, на которой не было асфальта, её заменял гравий. Мелкие камешки от проходящих машин летели в стекло. Посёлок остался позади, справа и слева были изумрудные поля, на которых росла пшеница и ячмень. Суслики, как солдаты стояли на задних лапах, наблюдая за проходящими машинами. Вдали виднелся лес. Когда машина приблизилась к нему, Роман свернул на грунтовую дорогу. Они въехали в лесополосу, где стоял необычный запах черёмухи. Роман остановил машину на зелёной лужайке в пяти метрах от берега реки, заглушил мотор, посмотрел назад, произнёс:

– Приехали, раздеваемся, из багажника достаём жратву и бухло.

Они вылезли из машины, сняли с себя одежду, остались в одних купальниках. Сергей подошёл к берегу реки и стал наслаждаться прекрасной природой. Всё побережье было в деревьях черёмухи. Свой взгляд Сергей перевел на речку, был слышен шум воды, он смотрел на противоположный берег: скалистый берег весь был в небольших норках, из которых вылетали стрижи. К Сергею подошёл Роман, он посмотрел на него, сказал:

– Красота, какая, это Сибирь матушка.

– Да, Роман, я с Вами полностью согласен.

Они с разбегу плюхнулись в воду, поплыли на середину реки. Течение начало сносить их в сторону, они развернулись, поплыли обратно к берегу. Когда они вышли из воды, рядом с машиной на зелёной лужайке дамы расстелили матерчатую скатерть, на которой стояли три бутылки водки и десять бутылок пива, свежие огурцы, помидоры, зелёный лук и хлеб. Света и Алла разливали содержимое бутылок по стаканам. Роман и Сергей сели рядом со своими дамами. Все сидели, пили, разговаривали, травили анекдоты. Яркое солнце пригревало, жаворонки кружились над ними, распевая свои песни. Неожиданно уже хорошо подвыпившая Светлана встала, сняла с себя купальник, закричала:

– Мужики, смотрите я голая, плывите сюда.

– Светка, оденься, ты что с ума сошла, – возмущённо сказала Алла.

– У меня шикарное тело, есть что показать, Рома за мной, – сказала она, взяла за руку, повела его в воду.

Они барахтались в реке, медленно удаляясь в сторону, вскоре они скрылись за кустами черёмухи.

Алла сняла с себя купальник, бросила его в сторону, повалила Сергея на спину, начала целовать его мускулистое тело. Ногой снимала с него трусы. Вдалеке за кустами черёмухи, были слышны громкие стоны Светланы.

– Алла, сейчас они вернутся, а мы тут занимаемся….

– Мне плевать на них, возьми меня, я хочу тебя.

Насладившись сексуальными играми, Алла принесла два стакана водки и бутылку пива, они выпили водку, запили пивом. Сергея страшно тянуло в сон, у него медленно закрылись глаза и он заснул. Алла легла ему на грудь, пытаясь что-то ему говорить, но следом заснула. Солнце медленно заходило за горизонт. Роман и Света вернулись, огляделись вокруг. На скатерти лежали одни пустые бутылки, Сергей и Алла спали обнаженные. Рядом с ними лежала пустая бутылка из-под пива и два стакана. Роман посмотрел на Светлану, сказал:

– Светик, одевайся, смотаемся в «Холмушено», самогонки купим.

Они оделись, Роман завёл машину, и они уехали. Сергей проснулся, Алла спала рядом, он огляделся, машины не было. Он подошел к воде умылся, прохладный ветерок доносился от реки, всё небо было в звёздах. Вдалеке виднелась луна, Сергей оделся, начал будить Аллу, она открыла глаза, спросила:

– Сколько время? Я замёрзла. И куда делись ребята?

– По всей видимости, уехали.

Алла оделась, Сергей снял китель, накинул ей на плечи. Они вышли на дорогу и направились в сторону посёлка. К рассвету дошли до посёлка, подошли к дому Аллы, у неё на кухне и в комнате горел свет, она поцеловала Сергея в губы, пробормотала:

– Настя дома, видимо меня ждет, всё давай, до вечера.

– Алла, вечером не обещаю, мне надо баню доделать, завтра днём в самый раз.

– Хорошо, Серёжа, тогда до завтра.

Алла зашла в подъезд, Сергей медленно пошёл к дому полковника. Полковник сидел на крыльце, курил.

– Ну, как оторвался? – спросил он.

– Товарищ полковник, я за сегодня доделаю баньку, вы выпишете меня, а иначе я просто напросто сопьюсь.

– Приступай к работе, всё в твоих руках.

Сергей доделал баню, на следующий день полковник отвёз его в госпиталь.

Сергей зашёл в палату, из тумбочки достал тетрадь, ручку и конверт, написал письмо бабушке, как он влюбился в больнице в девушку Леру, она оказалась дочь дяди Олега. Затем аккуратно запечатал письмо в конверт, положил его на стол. Лёг на кровать, дверь палаты открылась, вошла санитарка Агрипина Тимофеевна. Подошла к нему, слегка дотронулась до плеча, сказала ему:

– Сынок, пошли пить чай с пирожками, сама пекла.

Сергей улыбнулся, встал, посмотрел на неё, сказал в ответ:

– Извините, задумался. Здравствуйте, Агерина Тезатеевна.

Она засмеялась, поправила его:

– Агрипина Тимофеевна, моё имя и отчество, пошли, чай стынет.

Они пошли в процедурный кабинет, в углу, где был умывальник, стоял небольшой столик, в трёхлитровой банке закипала вода, на столе стояла тарелка с пирожками, литровая банка сахара, небольшая пачка чая в пакетиках. Он ещё раз посмотрел на банку, очень удивил кипятильник, сделанный из двух лезвий, вода в банке закипела. Агрипина Тимофеевна из розетки выключила самодельный кипятильник.

– Это неопасно? – спросил Сергей.

– Ты чего никогда не видел самодельный кипятильник? – улыбнувшись, спросила Агрипина Тимофеевна.

– У меня дома был нормальный чайник, когда приходили гости, бабушка доставала из шкафа самовар.

Они сидели, пили чай, Сергей рассказал о проблеме с девушками. Агрипина Тимофеевна допила чай, поставила стакан, посмотрела на Сергея, сказала:

– Сынок не беспокойся, твоя девушка ещё не родилась, пройдёт время, встретишь ту, в которой души не будешь чаять, поверь мне.

Засидевшись до 23.00, Агрипина Тимофеевна посмотрела на Сергея, сказала ему:

– Иди, сынок, спать, я приберусь, пойду тоже прилягу.

– Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, сынок.

Сергей прошёл в свою палату, лёг на кровать, он долго лежал, пытаясь заснуть. Все попытки были безуспешны. Лера и Алла не выходили из головы. Он заснул только под утро.

Глава 7

– Рота подъём!!!

Сергей не понимая, что происходит, резко встал, рядом с кроватью стоял прапорщик Кувалда.

– Хватит харю плющить! Уже полдень!

– Товарищ прапорщик!!! – от радости вскрикнул он, они обняли друг друга.

– Живой, чёрт! Ты бы знал, как я рад тебя видеть.

– Я тоже очень рад Вас видеть! Разрешите вопрос, как у вас с проводницей дела складываются?

Прапорщик сел на кровать, опустив глаза в пол, тяжело вздохнув, сказал в ответ:

– Нет её больше. Когда тебя увезли, я долго сидел на выжженной земле, вокруг лежали мёртвые тела, накрытые белыми простынями, в их числе Костя Упырёв, Саня Березников, Снежана и Арина. Немного придя в себя, я пошёл искать Галю, что я увидел, нельзя представить себе даже в самом страшном сне, в момент взрыва она переходила из вагона в вагон, думаю, не стоит тебе дальше рассказывать, что от неё осталась. Ладно, пошли, тебя выписали. Они спустились на первый этаж.

Прапорщик вышел на улицу, Сергей в гардеробе получил свою одежду, сдал пижаму, переоделся, подошёл к прапорщику, который сидел, курил в беседке. Прапор посмотрел на Сергея с удивлением, сказал:

– Ничего себе, прикид! Новый камуфляж, берцы, берет, да ещё кожаный ремень, ты как с иголочки. Особенно твой подворотничок белей белого. Брат, ты где так приоделся?

– Что генерал мне в больницу привёз, то и одел, он – друг моего покойного отца,

– Кстати, – добавил он.

– Ну, ты меня удивил, знал бы ты, каких мандулей я за тебя получил, спасибо всем святым, что ты остался в живых. Когда я прибыл в дивизию, один генерал вызвал меня, начал расспрашивать, что, как и почём. Я всё рассказал про ребят. Когда он услышал твою фамилию, схватил телефон, начал звонить в Москву. Думаю, не стоит тебе говорить, какие слова лились в мой адрес.

– Честно говоря, не хотел бы я в тот момент оказаться на вашем месте.

Прапорщик докурил сигарету, окурок бросил в урну, они неторопливо пошли по аллее в сторону живой изгороди, аккуратно подстриженной акации. Сергей допытывался с вопросом:

– Как служба? Расскажите?

Прапорщик, не вдаваясь в подробности, ответил коротко, но многозначительно:

– Как себя поставишь, так и жить будешь.

Его немногословный ответ Сергея сбил с толку, он был настроен услышать долгие истории об интересной и нелегкой службе.

– Но неужели нет ничего интересного? И при чём тут, как себя поставишь?

– Знал бы ты, Серёга, что тебя ждет впереди, – пожимая плечами, пробормотал прапор.

– Когда я лежал в больнице, то смотрел кино по телику

«В зоне особого внимания». Я долго находился под его впечатлением, сколько там было армейской романтики и интересных приключений. Выпавших на долю сильных и смелых десантников. Из всех невероятно сложных ситуаций они всегда выходили победителями, как и подобает настоящим героям. А чего только стоит крепкая армейская дружба и взаимовыручка! Фильм вскружил мне голову. Я был счастлив, что моя мечта сбывалась, и я стану таким же! Чувство гордости переполняло меня.

Прапорщик ухмыльнулся, сказал в ответ:

– Вначале тебя ждет КМБ учебка, а потом всё остальное, запомни только одно, ни в коем случаи, не козыряй генералом, ребята не поймут, зачмырят.

Сергей внимательно рассматривал территорию, больше всего поражала чистота, вокруг аккуратно постриженные газоны. Вдоль аллеи, как по линейке, были посажены небольшие берёзки. Прапорщик вводил в курс дела, объясняя Сергею, кто есть кто. Когда они вышли за живую изгородь. Сергей увидел четыре одноэтажных деревянных казармы, они стояли на небольшом расстоянии друг от друга. Вход был с торца. Неподалёку стояло трёхэтажное кирпичное здание учебного корпуса, вдалеке виднелось двухэтажное здание штаба. Ровно посередине расположен был огромный асфальтированный плац с белой разметкой.

– Хватит зевать, дышать нечем от жары, пошли скорей в роту, – пробормотал прапорщик.

– Странно, день только начинается, а на территории части ни души? – спросил Сергей.

Прапорщик усмехнулся, сказал в ответ:

– Это Сибирь, здесь летом +40, а зимой – 40.

Они подошли к зданию казармы, Сергей кинул взор на большую массивную дверь, прапорщик только собрался открыть её, как она открылась, из неё вышел в потёртом камуфляже старший сержант.

Увидев Сергея, он от радости закричал:

– Бешеный, сколько лет сколько зим.

– Здорова, Асан, вот так встреча, – в ответ вскрикнул он.

Они обняли друг друга.

– Ладно, Бешеный, я побежал. Родственники из Казани приехали, вернусь, пообщаемся, – пробормотал он и удалился в сторону КПП.

– Ты что Татарина знаешь? – с ухмылкой спросил прапорщик.

– Ну да, встречались в Москве.

Они вошли в расположение казармы, Сергей окинул взглядом помещение; увидел, что с правой стороны стоял дневальный на тумбочке около оружейной комнаты. Увидев прапорщика, он уверенно приставил руку к виску. С левой стороны Сергей рассмотрел несколько дверей с табличками, на которых были надписи на первой «Кабинет командира роты», на второй и третьей « Сержантская комната», «Ленинская комната». Он прошёл в расположение роты. Там он увидел, что деревянные полы блестели как зеркало, двухъярусные железные кровати стояли настолько ровно, что сливались в одно целое, были аккуратно заправлены. Прапорщик похлопал по плечу Сергея, сказал:

– Эта дивизионная учебка. Сначала тебе придётся пройти КМБ. Затем присяга и через два месяца милости просим в роту разведки.

– Какая здесь чистота, полы блестят, как стекло, – с восторгом произнёс Сергей.

– Сейчас зайдешь в кабинет к ротному, когда выйдешь от него, я тебя провожу к старшине роты, получишь у него мыльно-рыльные принадлежности. Это кабинет ротного, тебе сюда, удачи тебе.

Сергей постучался в кабинет.

– Заходи, – из кабинета был слышен грубый мужской голос.

Он открыл дверь, вошёл в кабинет, за столом сидел, курил папиросы очень крепкий мужчина в камуфлированной форме.

– Где доклад или будем в партизаны играть?! – возмущённо спросил он.

Сергей уверено приставил руку к виску, отчётливо отрапортовал:

– Гвардии старший лейтенант! Рядовой Кувалдин прибыл для дальнейшего прохождения службы!!!

Лейтенант устрашающе посмотрел на него, сказал в ответ:

– Рядовой Кувалдин, давай знакомиться, я заместитель командира роты по работе с личным составом, старший лейтенант Бебяев Степан Николаевич. Я ознакомился с твоим личным делом, тебе хоть при жизни памятник ставь, всё только положительное и ни одного косяка. Не кажется тебе это странно. Похвально, при трагедии на железной дороге не струсил, вытащил из охваченного огнём вагона двух маленьких детей и девушку, чудом сам остался жив. Здесь я понимаю, герой, у меня нет слов. Дело не в этом, у меня на руках имеется другой документ и не очень хороший для тебя, ты КМС по боксу, владеешь запрещёнными приёмами самбо, не однократно участвовал в нелегальных боях без правил с 90 по 91 год. Ещё многое другое, Кувалдин Сергей Сергеевич, что скажешь в своё оправдание?

– Товарищ старший лейтенант, всё это в прошлом, в данный момент я живу настоящим.

– Смотри, если эту папочку с документами передам в органы КГБ, уверяю, будешь служить в других местах и не два года, а гораздо больше, подумай хорошенько.

– Что там может быть такого страшного?

– У меня к тебе заманчивое предложение, если ты согласишься докладывать мне, что происходит в роте по вечерам, я сейчас при тебе порву второй документ, и ты будешь служить в шоколаде, подумай.

Сергей ухмыльнулся, посмотрел на замполита, возмущённо сказал в ответ:

– Я лопатой буду дерьмо убирать, стучать я Вам не собираюсь!

Замполит резко встал, сильно стукнул кулаком по столу, возмущёно сказал:

– Дерьмо, говоришь, лопатой грести будешь, я тебе это устрою.

– Сейчас Вы мне ничего сделать не сможете, я ещё присягу не принял.

– Дневальный!!!

Дверь кабинета открылась, вошёл солдат, глядя на офицера, спросил:

– Вы меня вызывали, товарищ старший лейтенант?

– Позови срочно прапорщика Кувалду, бегом!

– Есть, разрешите выполнять, – и в ту же минуту вышел из кабинета.

– Значить ты, салабон, готов дерьмо грести лопатой, ты будешь сдыхать у меня на плацу, я задрочу тебя строевой, я тебе это устрою, до присяги ты, сволота, сдохнешь у меня на плацу, – возмущённо сказал старший лейтенант.

Не прошло и минуты, в дверь постучал, а затем зашёл прапорщик Кувалда.

– Вы меня вызывали? – спросил он.

– Прапор, бери этого салабона в свой взвод и драчи его строевой как можно сильнее, ты меня понял!

– Разрешите выполнять?

Замполит сел за стол, закурил очередную папиросу. Сергей с прапорщиком прошли в расположения роты, у окна с левой стороны стояла свободная двухъярусная аккуратно заправленная кровать.

– А можно я буду на втором этаже спать? – спросил Сергей.

– Можно Машку за ляжку, а здесь разрешите! Понял! Теперь давай колись, что от тебя хотел замполит? Ты пойми, я твой командир взвода, у меня к тебе в последние полчаса возникло много вопросов. Замполит на тебя орал, как потерпевший? Знакомства с Татарином, всё как-то странно.

– Ничего странного, с Асаном в Москве на ринге встречались, за ним остался ответный бой. Замполит из меня хотел курву сделать. Он хотел взять меня на понт, чтобы я ему каждое утро докладывал, что происходила в роте от отбоя до подъёма. Соответственно, я его культурно послал, результат не заставил долга ждать.

Прапорщик усмехнулся, почесав свой подбородок, сказал:

– Смотри, с замполитом держи ухо востро, он бывший особист, та ещё сволочь. Старший сержант Асанов заместитель командира взвода в первой роте, бойцы от него вешаются. Небольшой косяк после отбоя с помощью кулака прививает любовь к родине.

– Кувалда, я в штаб, – крикнул замполит.

– А где солдаты, в роте тишина?

– Они на занятиях, сейчас сержант Соловей приведёт их.

Сергей убрал свои личные вещи в тумбочку, внезапно услышал очень громкий топот.

Обритые наголо бойцы возвращались с занятий, форма на них висела, как мешок, в руках они держали тетради с конспектами. Сержант Соловей, кричал им в след:

– Шевелим батонами! Вам 10 минут привести себя в порядок.

Они проходили мимо, не обращая внимание на прапорщика и Сергея.

– Рота, стройся, – выкрикнул прапорщик.

Сергей только успел поднять глаза, рота из 50 солдат была построена. Он собрался, как и все, встал в строй, его резко за руку дёрнул прапор.

– Равняй, смирно, – скомандовал сержант.

Бойцы, как оловянные солдатики, стояли по стойке смирно, глаза смотрели в потолок.

– Товарищ прапорщик, вторая рота учебного батальона построена, – отчётливо отрапортовал сержант.

– Я сколько раз вам буду повторять, чтобы не бегали по казарме, как стадо баранов! Еще раз услышу это стадо, вы будете умирать на плацу! Всем ясно! – в грубой форме произнёс прапорщик.

– Так точно! – в один голос ответили они.

Сергей стоял рядом с прапорщиком, не понимая, куда он попал, в этот момент он вспомнил слова сержанта.

– «У нас тут всяких военных глупостей нет в помине, ты дома, а мы все одна большая семья», а в реальности всё наоборот, очень мощный уставняк.

– Теперь о самом главном, у нас в роте пополнение, знакомьтесь рядовой Кувалдин Сергей! Всем ясно! – окинув бойцов взглядом, добавил он.

– Так точно! Есть, знакомится! – в один голос ответили бойцы.

– Вольно, разойдись, – скомандовал прапорщик, вместе с сержантом пошёл в сторону каптёрки.

Бойцы по одному подходили к Сергею, протягивали руку, называли своё имя, при этом с опаской смотрели, не понимая, кто он такой.

Через некоторое время сержант Соловей вышел из каптёрки скомандовал:

– Рота, выходим на улицу, строиться на обед!

– Кувалдин, жди нас!

Все как один стали выходить на улицу, Сергей остался в расположении казармы. К нему подошли Соловей и Кувалда, прапорщик спросил:

– У тебя бабло есть.

– Пару сотен имеется.

– Тогда веди нас в «Чипок», угостишь нас булочками и соком.

– Что такое «Чипок»?

– Идём, там всё узнаешь, – добавил сержант.

Они не спеша пошли на улицу. Там же 50 солдат были построены, из строя вышел один боец, скомандовал:

– Рота, равняй-с, смирно, равнение на середину.

Строевым шагом боец подошел к прапорщику с докладом:

– Товарищ прапорщик, вторая рота второго учебного батальона на обед построена, доложил командир первого отделения рядовой Щепкин.

– Вольно!

– Щепкин, веди роту в столовую, а затем обратно приведешь, мы в «Чипок». Вопросы есть?

– Никак нет, товарищ прапорщик.

Рядовой Щепкин увёл роту на обед в столовую. Они неспешным шагом пошли в сторону учебного корпуса, в его торце был расположен буфет. Войдя в столовую, Сергей увидел в небольшом помещении десять столиков, за одном сидели три сержанта срочника, за прилавком у кассового аппарата стояла пожилая женщина. Сержант выбрал столик у окна, прапорщик подошёл к барной стойке, сделал заказ, на подносе принёс выпечку и гранатовый сок. Они сидели, интересовались у Сергея, как ему угрожал замполит и чем пугал. Он объяснил про вторую папку с компроматом на него. В буфет вошел старший сержант, на руке у которого была красная повязка с надписью «Помощник дежурного по части».

Он заказал себе две ватрушки и томатный сок, сел к солдатам за столик.

– Зимин, тебе столика не хватило, что суда сел, – возмутился Соловей.

– Ребята, я хорошую новость принёс, думаю, она вам понравится.

– Колись, не томи, – произнёс прапорщик.

– Короче, вашего замполита переводят в Читу, приказ пришёл, я лично его видел.

– Когда? – спросил прапор.

– Всё, он собирает свои вещи, завтра в 8.00 у него поезд, билеты я лично бронировал.

– Туда ему и дорога, – добавил Сергей.

Сергей заплатил за выпечку и сок, они дошли до казармы, прапорщик и сержант сели на лавочку в курилке. Сергей сел с ними рядом, прапор посмотрел на Сергея, сделал затяжку, сказал:

– Я знаю, Серый, кто тебя замполиту слил.

– Меня здесь, кроме вас, никто не знает.

– Татарин, слил информацию о закрытых клубах, по-другому я не могу объяснить визит его в нашу роту.

– Да ладно вам, товарищ прапорщик, это уже в прошлом.

– Татарину, я хвост прижму.

Вскоре рота вернулась с обеда, они вместе зашли в расположение казармы.

Сергей сел возле своей кровати на стул и наблюдал за происходящим. Солдаты, проходя мимо, кидали косой взгляд в ту сторону, где сидел Сергей.

– Рота, смирно, – отчётливо прокричал дневальный.

Все встали по стойке смирно, в расположение роты вошёл майор, неторопливо он шёл по казарме. Увидев Сергея, он подошёл к нему. Сергей стоял по стойке смирно, приложил руку к виску, отчётливо отрапортовал:

– Товарищ майор, рядовой Кувалдин прибыл для дальнейшего прохождения службы.

– Рядовой Кувалдин говоришь, это хорошо, пополнения меня всегда радуют, особенно когда здоровяки вроде тебя приходят. Автомат хоть в руках держал?

– Товарищ майор, у меня в техникуме по НВП отлично было, преподаватель нас гонял на стрельбы каждую неделю, на полигон все выезжали.

– Это очень хорошо, вольно! Пошли в кабинет.

Они вошли в кабинет, майор протянул руку Сергею, сказал:

– Давай знакомиться, я командир роты – майор Николаев Степан Данилович, бери стул, присаживайся, разговор будет долгим.

Через час Сергей вышел из кабинета, весь загруженный, в руке держал берет. Его сзади по плечу хлопнул сержант Соловей, спросил:

– Салага, что загрузился, опять заставляли стучать?

Он тяжело вздохнув, ответил:

– Товарищ сержант, я не пойму, куда я попал. Я всегда себе представлял ВДВ – это парашюты, очень короткие автоматы, десантники, словно ангелы, с небес спускаются и сразу в бой.

А в реалии, всё на оборот, ужасный устовняк, лопата, окопы и всё в этом духе.

Сержанта разобрал истерический смех, посмотрев на Сергея, сказал в ответ:

– Ну, ты, зёма, кино насмотрелся. Это в кино десантники летят на парашютах, стреляют, всё так сказочно, аж дух захватывает. Ты попал в роту разведки, наша задача куда важнее, проникнуть в тыл к врагу, разведать всю обстановку, занять нужную высоту и удерживать её до прихода основных сил. Уставняк здесь должен быть, это учебка, самые азы, именно здесь закладываются. Сейчас самоподготовка, иди присягу учи, на следующей недели будешь присягать родине. Ладно, давай, я пойду, покурю.

Сержант ушёл в курилку, Сергей зашёл в «Ленинскую комнату». Ребята сидели за столами, занимались кто чем: кто-то писал письма, некоторые просто спали.

Он взял листок с текстом присяги направился к своей кровати, сел на стул, начал заучивать присягу.

«Я, гражданин Союза Советских Социалистических Республик, принимаю присягу и торжественно клянусь».

– Кувалдин, срочно зайди в каптёрку, – услышал он, как крикнул прапорщик.

Он зашёл в каптёрку, огляделся, в большой просторной комнате по обе стороны стояли шкафы и стеллажи, по центру у окна за письменным столом сидел прапорщик Кувалда. Старший прапорщик перебирал вещи на стеллажах.

Сергей только собрался приставить руку к виску, сделать доклад, как старший прапорщик махнул рукой, подошёл к нему, поздоровался за руку.

– Кувалдин Сергей Сергеевич, я наслышан о тебе, здесь сарафанное радио хорошо работает. Я старшина роты, старший прапорщик Бургело Дмитрий Иванович, на стеллаже возьми банку с разведенной хлоркой, на своем кителе, брюках, берете, ремне и сапогах спичкой напиши фамилию и номер своего военного билета. Когда закончишь, пойдём на вещевой склад получать тебе парадную форму. Вопросы есть?

– Никак нет, – сказал он в ответ.

Сергей на стеллаже взял банку с разведённой хлоркой и аккуратно спичкой начал писать фамилию и номер военного билета.

Когда он закончил писать, старшина посмотрел в его сторону, произнёс:

– Подожди пять минут.

Прапорщик Кувалда из-под стола достал гитару и пальцами провёл по струнам.

– Очень знакомый звук, – пробормотал Сергей.

Прапорщик улыбнулся, протянул ему гитару, сказал в ответ:

– Ты что свои вещи разбрасываешь, держи здесь адрес твоей Наташи, вроде обещал ей писать.

Сергей, пожав плечами, переводя свой дух, произнёс в ответ:

– Я уже про неё забыл, она обычной шалавой оказалась.

– Хватит вам лясы точить, пошли на вещевой склад, – сказал старшина роты.

Сергей со старшиной роты сходили на вещевой склад, получили парадную форму. Когда вернулись, Сергей неожиданно узнал, что его назначили командиром второго отделения приказом командира роты. С одной стороны, Сергея радовало это назначение, естественно, он понимал, что назначение было с подачи генерала.

День пролетел незаметно. За первый день, проведённый в роте, Сергей понял, что дисциплина здесь держится на страхе. Наступила долгожданная вечерняя поверка личного состава, после которой прозвучит команда отбой. Бойцы стояли в шеренге по двое по стойке смирно, как оловянные солдатики. Прапорщик Кувалда сделал перекличку, окинув всех грозным видом, сказал:

– День для вас прошёл удачно, были небольшие замечания, завтра поправим. Это ваше счастье, что в нашей роте вами командуют прапора и сержанты сверхсрочники. Я думаю, вам не стоит говорить, что происходит в других учебных ротах, где после отбоя власть переходит старослужащим солдатом и сержантом.

Он обратил своё внимания на темноволосого худощавого парня во второй шеренге.

– Боец Смирнов, выйди из строя, – возмущённо сказал он.

Смирнов сильно занервничал, из кармана достал три куска чёрного хлеба и бросил назад.

Только собрался выйти из строя, как в этот момент прапор возмущённо добавил:

– Быстро подобрал, то, что бросил, и с этим выходи ко мне!

На бойца было страшно смотреть, вид у него был испуганный, на глазах проявились слёзы. Он поднял с полу хлеб подошёл к прапорщику.

В роте была напряжённая тишина. Прапорщик сжал правую руку в кулак, нанёс резкий удар бойцу в область груди. Смирнов отлетел в сторону и упал на пол. Прапор подошёл к нему, в грубой форме произнёс:

– Тебя что плохо кормят?! Голодом морят! Сучёнок! Быстро поднял с пола свою заднецу!

Смирнов поднялся с пола, в руках держал хлеб. Дрожащим голосом произнёс:

– Я больше не буду.

Прапорщик взял его за грудки, развернул бойца лицом к строю, в грубой форме произнёс:

– Жри, перед строем, чтобы другим было неповадно!

Боец со слезами на глазах ел хлеб, когда доел, прапорщик окинул бойцов грозным взглядом, сказал:

– Боец, Смирнов!

– Я!

– Упор лёжа принять!

– Есть, упор лёжа принять!

– 50 отжиманий на кулачках!

– Есть, 50 отжиманий на кулачках!

Смирнов отжимался, прапорщик стоял рядом, наблюдал за ним. Когда солдат отжался последний раз, поднялся с полу. Костяшки на руках у него были красные, местами сочилась кровь. Прапор скомандовал:

– Встать в встрой!

Прапорщик, окинув бойцов грозным взглядом, в грубой форме произнёс:

– Ещё раз хлеб в карманах увижу, вся рота будет на кулачках отжиматься 50 раз! Всем ясно!

– Так точно, товарищ прапорщик, – в один голос произнесли бойцы.

– Через пять минут я должен слушать тишину! Рота отбой!

У многих бойцов голова еще не коснулась подушки, как они уже погрузились в глубокий сон.

Сергей лежал, пытаясь заснуть. Дни пролетали незаметно, как страшный сон. Местные порядки бойцы усваивали быстро, так как учителей здесь хватало. Методы обучения были доходчивые, любой косяк – 50 отжиманий на кулачках. Сергей воспринимал своих командиров как надсмотрщиков, которые всегда торопили, не давая опомниться от подъема до отбоя. Пройдя полный курс молодого бойца, наступил долгожданный день, когда солдаты присягали своей родине. Шесть рот в парадной форме с автоматами в руках построили на плацу для принятия присяги. После подъёма две роты учебного батальона выгнали на плац, выдали сапожные щётки и гуталин. Бойцы натерли плац до идеальной черноты, словно асфальт только что положили. После завтрака бойцы в казармах провели генеральную репетицию и нарядились в парадную форму, которую готовили к этому знаменательному событию несколько дней. В оружейной комнате получили автоматы и ровно в 9.50 построились на плацу. Выдался жаркий, солнечный день. В середине плаца были расставлены накрытые красной скатертью столы, за ними стояли штабные офицеры. На почетном месте расположился караул со знаменем дивизии. В стороне любопытствующей толпой стояло несколько десятков родителей, специально приехавших на это важное мероприятие. Солдаты по одному строевым шагом выходили из строя, брали со стола красную папку с текстом присяги и громко с интонацией, исполненной пафоса и решимости, зачитывали текст:

– «Я, гражданин Союза Советских Социалистических Республик, принимаю присягу и торжественно клянусь…

Чтобы не сбиться в эту торжественную минуту, присягу каждый уже знал наизусть. Зубрили так, что от зубов отскакивало – специально сдавали зачет. – …Если же я нарушу эту клятву, то пусть меня постигнет суровая кара советского закона, всеобщая ненависть и презрение трудящихся».

Сергей зачитал свой текст присяги, расписался в лежащем на столе журнале. Вся эта красочная бутафория тянулась несколько часов. От перегрева в полуденный зной двое бойцов упали в обморок, но это не нарушило общий праздник. Когда все приняли присягу, бойцов, к которым приехали родители, отпустили в увольнение, остальных строем повели в кинозал, где показывали фильм «В зоне особого внимания». После принятия присяги началась другая жизнь, это изнурительная полоса препятствий, занятия в учебном корпусе по сборке и разборки «АКМ», «РПК», «ПК» и других видов военного оружия, отработка приемов рукопашного боя с оружием и без него. Для Сергея рукопашный бой был просто игрой. Периодически роту вывозили на полигон, здесь Сергей показывал своё мастерство. Со всем этим он был хорошо знаком ещё в техникуме на «НВП». За отличное выполнение учебно-боевых и политических задач ему присвоили звание ефрейтора. Он стал безусловным лидером и душой коллектива, прапорщики и сержанты – сверхсрочники во всём доверяли Сергею. Стрельбы порой превращались в кошмар, особенно ночные, стреляли из разного стрелкового оружия, которое может убивать. Самое ужасное было – заряжать магазины и пулемётные ленты, от постоянной зарядки магазинов и пулемётных лент на пальцах появлялись мозоли. После окончание стрельб собирали все гильзы, складывали в пустые цинковые коробки, сдавали их старшине роты. Бойцы превращались в идеальную машину для убийства, беспрекословно выполняли все приказы, для которых убить человека не составит труда, был бы только приказ. По приказу командира дивизии генерала майора Баталова, ввели новую дисциплину: прыжки с парашютом. Вначале прыжки отрабатывали на земле, затем сажали бойцов в машины и отправляли на аэродром. Первый выезд бойцам особенно запомнился. Командир роты подбадривал бойцов, демонстрировав довольно доходчивый и очень наглядный пример. Он поднял с земли кусок проволоки, согнул её в виде плотной синусоиды, посмотрев на солдат, произнёс:

– Смотрите сюда. Вот так уложены стропы парашюта, когда вы летите вниз, они расправляются.

Он потянул за концы проволоки и действительно: из синусоиды она вытянулась в ровную линию.

– Видите? Им ничто не мешает! Ну, что может быть проще?! Система самая простая, в принципе ничего не может произойти! Вопросы есть?

– Вопросов нет! – услышал он от солдат.

Затем он подошёл к прапорщику Кувалде. Они отошли в сторону и о чём-то беседовали.

Подошла очередь, садиться в самолет. Когда самолёт набрал нужную высоту, открыли боковую дверь и по команде командира роты:

– Приготовился! Пошёл!

В дверь по одному стали нырять бойцы. Кто боялся прыгать, прапор выталкивал силой. Сергей стоял у края раскрытой двери, где за порогом пропасть в бездну.

Сердце у него взволнованно колотилось, налетающий страх сковывал все тело. Он пробубнил себе поднос:

– А вдруг не раскроется?! Тогда через какие-то секунды меня не будет!

– Приготовился! Пошёл!

Сергей с силой оттолкнулся ногой от борта. Мощный поток воздуха уносил его в бок и сносил назад.

И почти сразу наступила тишина. Доносится только затихающее урчание удаляющегося самолета, а в голове была только одна мысль:

– Когда же? Когда?

Динамический удар.

Он посмотрел на купол парашюта:

– Все нормально!

После успешного приземления, он – счастливый покоритель неба. На этот момент мечта Сергея сбылась. Когда он в очередной раз прыгал, то специально не выдергивал кольцо и ждал, пока не сработает механизм принудительного раскрытия парашюта. В момент свободного падения он представлял себя ангелом, который спускался с небес, чтобы спасти мир от врагов. Замполита – старшего лейтенанта Бебяева перевели служить в Читу на повышение. На его место пришёл молодой лейтенант сразу после военного училище. Когда он проводил занятия по политической подготовке, сам клевал носом. Бойцы создавали идеальную тишину, под шумок сами спали. Наряды, караул, хозработы, уборка территории – всё это стало настолько обыденным, единственная радость была у бойцов, когда приходили письма с гражданки. В увольнения не отпускали, в самоход было опасно ходить, да и населенные пункты находились очень далеко. Незаметно пролетел июль, словно как один день.

Вначале августа после занятий огневой подготовки, прапорщик Кувалда объявил десятиминутный перекур. Выйдя в курилку, ребята сбились в небольшие группы, разговаривали между собой кто о чём.

Сергей стоял отдельно от всех курящих, думая о своём. Прапорщик докурил сигарету, кинул её в урну, объявил построение на занятия. Бойцы спешно докурили, побежали в учебный корпус на занятия.

– Ефрейтор, стоять.

– Вы что-то хотели, товарищ прапорщик? – спросил Сергей.

– Держи письмо от любимой, я в роту, занятия закончатся, сразу веди всех в столовую. Вопросы есть?

– Ни как нет.

– Всё давай на занятия. Я в роте буду, если возникнут вопросы.

Сергей зашёл в класс, который ничем не отличался от других классов по политической подготовке: парты, книги с трудами классиков марксизма-ленинизма, политическая и военная литература. На видном месте стоит бюст Ленина. На стенах висят стенды с текстом присяги, краткой историей Вооруженных Сил и доблестных десантных войск. Фотографии с самолетами, сбрасывающими десант, бегущими в атаку десантниками. Сергей сел у окна на первую парту, посмотрев в окно, пробормотал:

– Солнце ярко светит, птички щебечут. Хорошо то как!

Через некоторое время в кабинет вошёл замполит.

– Рота, смирно! – скомандовал Сергей.

Все бойцы, как один, одновременно встали. Сергей только собрался сделать доклад, как лейтенант махнул рукой, сел, открыл книгу по политической подготовке, начал монотонно читать вслух. Через десять минут класс был похож на сонное царство.

Сергей из кармана достал конверт, открыл его.

«Здравствуй, Серёжа.

Солнце коснулось лица, и я открыла глаза. Сегодня воскресенье, я опять проснулась равно в 6.00. Привычка. Повернулась, а тебя нет. Вместо тебя мягкая игрушка. Невыносимая боль. Рвет сердце. Надо вставать, идти на работу. Нет, я опять погрузилась в глубокий сон.

– Лера, вставай, да сколько можно!!! Опоздаешь ведь, – кричит мне мама.

Как не хочется вставать, что-то снилось такое приятное, хорошее. Придётся вставать и опять идти в ЦРБ.

Влюбилась в тебя, ты – моя первая любовь. Любила тебя безгранично, эгоистично. Я знаю, что ты меня любил так же горячо и всепоглощающе. Это я просто дура! Дура!!!

Только во сне ты приходишь ко мне, обнимаешь. Я чувствую счастье, тепло разливается по телу и так хорошо и спокойно, как не было никогда в жизни. Но это только сон. Увижу ли я тебя когда-нибудь? Время проходит, а тебя так и нет.

А будешь ли? Тебе хорошо: ты сбежал в армию и про всё забыл. Естественно, тебе там не до меня, особенно первые полгода. Папа мне много про армию рассказывал.

Я всё прекрасно понимаю, тебе там несладко. Ты только знай, я люблю тебя! Когда ты тогда ушёл, мне не хотелось жить. Было желание – наложить на себя руки, и дело с концом.

Ну, сказала себе – стоп! Всё образумится, всё встанет на свои места. И мы опять будем вместе, и также будем любить друг друга. Я знаю, тебя только одно останавливает, что мы с тобой родственники. Ну, в мире много таких пар – они живут, и они счастливы. И мы должны быть не исключение.

Я люблю тебя, ответь мне обязательно.

Жду ответа, горячо целую, вечна твоя Лера».

Сергей аккуратно положил письмо в конверт, поцеловал его, убрал во внутренний карман кителя. На столе лежала тетрадь с конспектом, он открыл пустую страницу, только собрался написать ответ, как услышал знакомый голос.

Бойцы вместе с замполитом спали, как младенцы, голос все приближался, ручка входной двери повернулась.

Сергей резко вскочил, очень громко прокричал:

– Класс, смирно!!!

Все во главе с лейтенантом встали, лица у них были помятые.

В класс вошёл генерал-майор с очередным обходом учебного корпуса и казарм. Окинув всех взглядом, он едва сдерживал смех.

– Да, ефрейтор, тебе хоть сейчас лейтенанта присваивай, как тебе рота во главе с замполитом подчиняется, – сказал генерал.

Сергей не понимал, что ответить, в первую очередь ему было неудобно перед лейтенантом.

– Через 15 минут построение на плацу, если вы не забыли, – добавил генерал и вышел из класса.

Замполит кинул косой взгляд на Сергея, вслух произнёс:

– Во, я – тренда, совсем забыл, что в 11.00 на плацу состоится награждение личного состава учебной части.

Бойцы спешно собрали конспекты, оставили их на партах и вышли из учебного корпуса, чтобы построиться. Лейтенант повёл бойцов на плац, где вскоре они построились.

– Равняйсь, смирно!

Прозвучала стандартная команда от командира учебной части полковника Назарова. Солдаты во главе с офицерами и прапорщиками стояли, как оловянные солдатики, по стойке смирно, не шевелились.

Полковник строевым шагом подошёл с докладом к командиру дивизии. Генерал-майор поздоровался со всеми, как всегда начал толкать свою длинную речь, постепенно переходя к награждению офицеров и прапорщиков юбилейными медалями и грамотами.

Неожиданно для себя Сергей услышал свою фамилию, он строевым шагом подошёл к генералу. Тот вручил Сергею медаль «За отвагу на пожаре» и присвоил очередное звание младшего сержанта.

Эмоции переполняли его, он отчетливо произнёс:

– Служу Советскому Союзу!

Когда процедура награждения закончилась, Сергей с ротой направился в столовую на обед.

Выйдя из столовой, к Сергею подошёл командир роты и сказал:

– Ну, младший сержант, беги в штаб, тебя генерал вызывает, причём сказал срочно.

– Разрешите идти, – ответил он и направился в штаб.

Когда Сергей подошёл к зданию штаба, то увидел, что у дверей генерал разговаривал с полковником. Тот увидев Сергея, сказал:

– Младший сержант, ты шустрее можешь ходить?

– Виноват, исправлюсь!

Полковник ушёл в сторону учебного корпуса. Сергей с генералом пошли в кабинет.

Генерал сел за стол, а Сергей остался стоять в центре кабинета. Генерал-майор посмотрел на Сергея, сказал:

– Если бы твой отец был жив, он бы гордился таким сыном.

– Извините, товарищ генерал-майор, я выполняю свой

долг – служу своей родине, и этим я горжусь.

– Ты не скромничай: бери стул, присаживайся.

– Ничего постою.

– Ладно, желаешь стоять – будь, по-твоему, давай рассказывай, как тебе служба.

– Нормально, всё устраивает.

– Я смотрю, ты немногословен, прям как твой отец. Ну, дело не в этом. Я вчера по делам ездил в Усолье, случайно встретил Анатолия Петровича, он мне всё рассказал. Я в шоке, про твои отношения с твоей девушкой. Сегодня пятница, возьмешь увольнительную у командира роты до воскресения, он в курсе. Думаю, трое суток тебе хватит, чтобы решить все вопросы. Ночевать тебе есть где, все-таки это твои родственники. Не оставят на ночь, приедешь обратно.

– Извините, товарищ генерал-майор, за что мне увольнительную на трое суток, я вроде не местный?

– Слушай сюда, сынок, когда ты у полковника баньку делал, ты там спас девочку или забыл?

– Да нет, спас. На моём месте любой бы поступил также.

– Да нет, брат, тебе положена медаль «За спасение утопающего», медаль не положена – я решил тебя по-своему поощрить. Вопросы есть?

– Никак нет! – отчётливо в ответ произнёс Сергей.

Генерал пожелал удачи Сергею. И с улыбкой на лице направился в расположение роты.

Майор дал Сергею увольнительную на три дня. Сергей у старшины роты взял лычки, нашил их на пагоны и направился в сторону КПП. Подойдя к воротам, сел на лавочку в ожидании машины.

– Ты куда лыжи навострил, младший сержант?

Сергей приподнял голову, перед ним стоял старший сержант Асанов.

– В Усолье, генерал увал на трое суток дал, на душе, словно кошки скребут, генерал-майор заставил съездить, решить вопрос с девушкой.

Старший сержант ухмыльнулся, сказал в ответ:

– Первый раз слышу, чтобы наш комдив пошёл на такую щедрость.

– Не забывай, генерал – друг моего отца, этим всё сказано.

– Кстати, нам по пути, я тоже в Усолье еду, – похлопав Сергея по плечу, сказал старший сержант.

Вскоре приехала машина. Когда они приехали в город, то разбрелись по разным сторонам: Сергей купил цветы, подошёл к подъезду, минут пять стоял – всё никак не мог решиться войти.

– Серёжа!!! – он услышал голос Леры.

Он посмотрел назад, увидел Леру, она бежала к нему. Девушка подбежала, обняла его, начала целовать. Из её глаз текли слёзы, Сергей отвечал взаимностью.

– Прости меня, я дура!!! Дура!!!

– Дурёха, я люблю тебя, кроме тебя мне никто не нужен, – обнимая и целуя Леру, произнёс Сергей.

Они в обнимку пошли в квартиру.

Лера открыла дверь, громко крикнула:

– Мама, папа, Серёжа вернулся!!!

А в ответ никто не ответил, около зеркала в прихожей лежала записка. Девушка взяла её и прочитала.

«Лера, мы с папой поехали в Тельму, вернёмся в воскресенье вечером, не теряй нас, целую, мама».

Девушка набросилась на Сергея, как кошка. Они целовали и ласкали друг друга, потихоньку пятились в маленькую комнату.

Когда приблизились к кровати, Сергей поцеловал Леру в носик, тихонько пробормотал:

– Лера, мы родственники.

– Плевать, – произнесла она в ответ и повалила его на кровать.

Девушка лежала сверху на Сергее, смотрела в его голубые глаза, вполголоса произнесла:

– Я тебя сегодня в армию не отпущу, что хочешь, делай.

Сергей улыбнулся, на ушко шёпотом произнёс Лере:

– У меня увольнительная на трое суток.

– Урааа!!! У меня есть идея, как исполнить твою мечту.

– Колись, какую мою мечту ты решила исполнить?

– Завтра, значит, едем на озеро Байкал, в посёлок Листвянку, у меня там тётка живёт.

– На Байкал! Собирайся, поехали прямо сейчас.

– Серёжа, давай завтра.

– Лера, умоляю, поехали сейчас.

– Хорошо, сейчас переоденусь и бегом на электричку.

Девушка переоделась в лёгкий спортивный костюм, накинула на плечо дамскую сумочку, закрыла квартиру. Они быстрым шагом направились в сторону железнодорожного вокзала. Купив два билета до Иркутска, они дождались электричку, вошли и сели на свободное место. Глаза у девушки блестели, она всю дорогу говорила, не давая сказать в ответ ни слову Сергею. Электричка прибыла в город Иркутск.

Они вышли из вокзала в город. Сергей долго ловил такси. Но все попытки были безуспешны, водители отказывались ехать. Совсем потеряв надежду, сели на лавочку возле вокзала. Лера и Сережа сидели, ворковали, как два голубка. Лера ворчала на Сергея, что он её взбаламутил ехать на Байкал. В данный момент они были по-настоящему счастливы. Солнце потихоньку заходило за горизонт, с наступлением сумерек уже не было шансов поймать такси. Лера решила показать своему возлюбленному старый деревянный город. Сергей восхищался самобытностью и необыкновенной красотой деревянных домов, построенных ещё в прошлом веке. Они в обнимку медленно шли по узким улочкам, старинные фонари тускло освещали улицу. Лера была, как гид, рассказывала Сергею историю города, а он внимательно слушал, боялся прервать свою девушку. Устав от постоянной болтовни, Лера увидела небольшое кафе, предложила зайти и подкрепится. Получив положительный ответ от своего любимого, они зашли в кафе, слегка перекусили и продолжили вечернюю прогулку по исторической части города. Сергея больше всего удивляли люди, которые никуда не спешили, прогуливались по узким улочкам старого города. Лера увидала лавочку у двухэтажного деревянного дома, предложила присесть отдохнуть. Сергей прижал девушку к своей груди, поцеловал её в голову, немного подумав, пробормотал:

– Я стих сочинил про нас.

– Серёжа, прочитай.

– Лера, скажу честно, тебе он не понравится.

– Пожалуйста.

– Ладно, слушай.

 

Жизнь преподнесла мне тяжёлые испытание.

Сбылись пророчество цыганки,

что буду я ходить по острию ножа

Сказал я: «нет» своей судьбе назло!

   

Смерть обошёл я стороною…

Да, пострадал, пришлось несладко мне…

Тот страшный ад, который пережил

Не дай и вам пережить такое…

   

Увидев свет, я вскрикнул во всё горло:

«Хочу я жить! Всем смертям назло…»

Открыв глаза, увидел боже сотворенье

Глаза ее, меня сразили наповал…

   

Ты должен жить, ты нужен здесь…

Я словно заново родился

И снова вновь я полюбил…

   

Ну, как назло, судьба преподнесла сюрприз,

И дав мне иное испытание

Сестрой двоюродной оказалась ты…

 

– Класс, прямо в точку, – с восторгом произнесла девушка.

Немного отдохнув, сладкая парочка продолжила свою экскурсию по старому городу. Внезапно Сергей услышал визг тормозов, он посмотрел в сторону дороги, увидел автомобиль непонятной модели.

Из машины вышел коренастый мужчина.

– Десантура, куда путь держим, – спросил он.

– В Листвянку, нам не по пути, – сказал в ответ Сергей.

– Если полтинник дашь, через 40 минут будем на месте.

Сергей с Лерой переглянулись, немного подумав, согласились, сели в машину на заднее сидение. Выехав из города на «Байкальский тракт», водитель нажал на педаль газа. Машина стремительно понеслась вперёд. Иркутск оставался позади, трасса проходила через густорастущий хвойный лес. Изредка встречались небольшие деревеньки.

При въезде в посёлок Листвянку, водитель остановил машину, посмотрел на сладкую парочку, сказал:

– Всё, приехали, дальше пешком. Посёлок тянется пять километров по берегу озера, тем более погода прекрасная, прогуляйтесь.

Сергей отдал деньги, водитель развернулся, пожелал им удачи и тут же удалился. Влажный слабый ветер дул с озера, был слышен шум прибоя. Вдалеке горели уличные фонари, Сергей взял девушку за руку, они подошли к берегу. Молодые люди стояли на берегу озера и смотрели в его в тёмную даль. Пространство и время перестало существовать для них. Полный штиль, лунная дорожка, которая шла по озеру, дополняла неповторимую красоту. Сергей смотрел на это необыкновенное чудо с большим восхищением. Затем разделся и с разбегу прыгнул в воду. В ту же секунду выскочил, как ошпаренный, и очень быстро оделся. Леру разобрал истерический смех.

– Сколько градусов здесь вода? – пробормотал он.

– Вода в Байкале летом примерно +8 или чуть больше.

Они босиком медленно шли вдоль берега. Вдалеке виднелись костры и палатки. Найдя укромное местечко, Сергей лёг на спину, Лера легла рядом, на его живот положила свою голову.

Сергей смотрел на звёзды, перебирая Лерины волосы, сказал:

– Смотри, небо какое чистое, ни одной тучки, звезды настолько близко, что возникает желание взять лестницу и достать их. Полная луна сверху наблюдает за нами. А воздух здесь вообще сказочно чистый. Моя мечта детства сбылась, я побывал на Байкале и даже искупался в нем.

Лера, ничего не говоря, смотрела на своего возлюбленного и нежно целовала его в губы. Сергей рассказывал девушке старинные легенды, нежно перебирая её волосы. Голова девушки тихонько завалилась на его грудь. Было слышно только, как она посапывала. Сергей боялся разбудить свою любимую. Незаметно для себя он сам погрузился в глубокий сон. На следующее утро Сергей проснулся от солнечных лучей, которые пробивались через закрытые глаза. Свернувшись калачиком, Лера спала рядом, он не стал будить её, подошёл к воде, набрав в ладони воды, умылся и сделал несколько глотков. Сергей окинул взором поселок, который был необыкновенно прекрасен. Деревянные дома лентой протянулись на несколько километров, полоска земли у гор была очень узкая, по ширине помещалась дорога и один-три дома, лишь изредка строения поселка взбирались по склонам. Недалеко находилась пристань, на которой были пришвартованы небольшие корабли. Вода в озере была чистой, как стекло, поэтому было видно каждую песчинку, мальков, взвившихся в небольшие стайки, неторопливо плавающих у берега. Когда проснулась Лера, они пошли в придорожное кафе, затем долго бродили по берегу озера, восхищались сказочной красотой природы, совсем забыв про время.

Дни блаженства пролетели незаметно.

С большой неохотой они вернулись обратно. Сергей проводил девушку до квартиры. На все деньги, которые у него были, купил сладостей для ребят своей роты. В полной эйфории Сергей в воскресенье вернулся в свою часть…

Глава 8

В Советском Союзе обстановка была сильно напряжена. Периодически возникали горячие точки одна за другой. Власть не справлялась, подчас бросая народ огромной державы на произвол судьбы. 19 августа 1991 года, когда рота Сергея пришла из столовой, плотно позавтракав, бойцы готовились идти на теоретические занятия, прозвучала «Боевая тревога». В полном снаряжении с боевыми патронами роту на машинах доставляли на аэродром, где в огромный самолёт « Ан-124 Руслан» загружали боевую технику. Самолёт, как ненасытный великан, поглощал боевые машины, солдаты, открыв рты, наблюдали за погрузкой боевой техники. На противоположной стороне находился самолёт «АН-12», командир роты дал команду заходить в самолёт, бойцы находились в полном непонимании, что происходит, больше всего удивляло и то, что командиры были не в курсе. Около часа бойцы сидели в самолёте, смотрели в иллюминаторы, недалеко от самолёта суетились офицеры. Двигатели самолёта заработали, он постепенно начал набирать ход, вскоре и высоту. Часов шесть полёта в неизвестности бойцы спали в обнимку с автоматами. Попытки узнать у командира роты, куда летим, был безуспешен, он только разводил руками. На седьмой час полёта самолёт пошёл на снижение, из кабины пилота вышел офицер, окинув бойцов взглядом, сказал:

– Майор, сейчас сядем, у тебя пару часов, чтобы накормить ребят – выездная кухня на аэродроме. Сделаем заправку, технический осмотр и дальше полетим, ясно.

– Мы куда хоть летим? – спросил прапорщик Кувалда.

– Извини, прапор я сам не в курсе, мне координаты в воздухе дают.

Самолёт приземлился на военном аэродроме, вдалеке у бетонного забора стояли большие палатки, когда бойцы вышли из самолёта их встретил майор, который также не понимал что происходит.

– Товарищ майор, скажите, где мы хоть сели, что за город? – спросил сержант Соловей.

– Сержант, вы в Свердловской области на аэродроме Каменск-Уральский, легче стало.

Когда подошли к палаткам, там стояла походная кухня местной части, бойцы выстроились в длинную очередь, подавали свои котелки, получив свою порцию каши, отходили в сторону, располагались неподалёку. Сергей получил свою порцию гречневой каши с тушёнкой, лег на траву, стал смотреть в сторону самолета, у которого стоял бензовоз, заправлял его топливом. Техники осматривали самолёт, заглядывали под крылья, шасси, чего-то там копошились. Шла подготовка к дальнейшему перелету. Ребята сняли с себя тяжелые бронежилеты, положили их под голову, расположились на траве, надоедливые комары не давали покоя, было желания разрядить в комаров свои магазины. Через два часа к командиру роты подошёл генерал-лейтенант, отвел его в сторону, что-то объяснял ему. Они минут двадцать разговаривали, генерал-лейтенант что-то объяснял майору, вскоре генерал ушёл. Командир роты курил одну сигарету за другой, докурив очередную сигарету, подошёл к лежащим на траве бойцам, скомандовал:

– Рота, стройся!

Бойцы построились в две шеренги, майор стоял, смотрел на ребят, переводя дух тяжело вздохнув, сказал:

– В стране ГКЧП. Наша рота до особого распоряжения будет находиться на этом месте. Выход в город запрещён. Вопросы, есть?

– Товарищ майор, а что такое ГКЧП, – спросил ефрейтор Щепкин.

– Ефрейтор, сказать честно, я сам не знаю.

Ближе к вечеру роту разместили в заброшенной казарме. Когда бойцы вошли в расположение казармы, ничего нового не увидели: те же двухъярусные кровати, матрасы, подушки, постельного белья не выдали.

Все бойцы и командиры пришли в ужас, когда увидели, что вся казарма была покрыта толстым слоем пыли. Автоматы и бронежилеты сдали в оружейную комнату, командир роты закрыл её на ключ.

– Рота, стройся, – скомандовал прапорщик.

Бойцы построились в две шеренги, прапорщик, окинув бойцов взглядом, убедился, что все на месте, скомандовал:

– Рота, равняй-с, смирно, равнение на середину.

– Вольно! – махнув рукой, произнёс майор.

Командир роты прошёл вдоль взвода, посмотрел на бойцов, немного подумав, сказал:

– Нам предоставили эту казарму на время, как видите всё здесь в пыли, в каптёрке лежат тряпки и вёдра, ваша задача привести расположение казармы в порядок.

– Товарищ майор, зачем нам здесь наводить порядок, вдруг мы вечером полетим дальше? – спросил один из бойцов.

– Вдруг, бывает пук, для тех, кто на бронепоезде повторяю, через час я наблюдаю идеальную чистоту.

Бойцы взяли в каптёрке вёдра и тряпки, начали наводить порядок в расположение казармы.

– Младший сержант Кувалдин.

– Я!

– Через час я наблюдаю чистоту, лично отвечаешь.

– Есть, товарищ майор.

– Разойдись.

Майор, прапорщик и сержант вышли на улицу. Бойцы взялись за тряпки и вёдра, принялись наводить чистоту. Ни прошло и часа, как казарма блестела. Немного разобравшись в каптерке, нашли постельное бельё, местами рваное, но зато чистое. Сергей назначил внутренний наряд по роте, дежурным назначил себя, дневальными добровольно вызвались три бойца из отделения Сергея в знак солидарности. Вскоре руководство роты вернулось в расположение части, они не верили своим глазам. У входа в роту рядом с оружейной комнатой на тумбочке стоял дневальный, который увидел командира роты, уверенно приставил руку к виску, вскрикнул:

– Дежурный по роте, на выход.

Сергей подошёл к командиру роты, приставил руку к виску, отчётливо доложил:

– Товарищ майор, за время вашего отсутствия в роте происшествий не случилось! В расположении навели идеальную чистоту! Рота в расположении, занимается по распорядку, пишут письма родным. Доложил дежурный по роте младший сержант Кувалдин.

Командир роты, переводя дух, произнёс:

– Молодец, младший сержант, пошли, проверим порядок в расположении.

Они прошли в расположение роты, везде была идеальная чистота: кровати были аккуратно заправлены, полы блестели, во всех кабинетах и комнатах было также чисто, солдаты в «Ленинской комнате» сидели за партами, писали письма. В 19.00 бойцы поужинали, когда вернулись в казарму, майор закрыл дверь в расположение казармы на засов, дал команду отбой. Большая часть бойцов легли спать в одежде, единственно сняли только сапоги. Остальные бойцы, сбившись в небольшие группы, рассказывали анекдоты и разные истории из жизни, особенно многие ребята, старались приукрасить свою жизнь до армии, хвастаясь друг перед другом в отношениях с девушками. На следующее утро подъем в 6.00, бойцы умылись, получили в оружейной комнате свои автоматы и бронежилеты и ускоренным шагом пошли на аэродром, там они подошли к полевой кухне со своими каталками. Получив свою порцию каши и чая, уселись на траве завтракать. Через полчаса прозвучала команда на посадку в «АН-12», бойцы зашли в самолёт, заняли свои места. В иллюминаторы было видно, как крылатая махина, разворачивается, выползает к началу взлетной полосы, разбежавшись с трудом, отрывает свою тяжелую тушку от земли. Бойцы пытались через иллюминаторы отследить примерное направление полёта, всё было безуспешно, за густыми облаками земли не было видно, складывалось впечатление, что самолёт кружит на одном месте, на шестой час самолёт пошёл на снижение, и через несколько минут шасси коснулись земли.

Когда солдаты вышли из самолёта, неподалёку стояли двадцатиместные палатки, полевая кухня, дальше стояла колонна из тридцати машин. Рядом на траве лежали более двухсот солдат внутренних войск, сушили портянки на солнышке. Плотно покушав на полевой кухне, бойцов разместили отдельно от солдат внутренних войск, избегая всяческих контактов с ними. Бойцы разлеглись на траве, под голову положив бронежилеты. Яркое солнце пригревало, сильно клонило в сон, часть бойцов, сняв свои сапоги, уснули. Сергей сидел на траве наблюдал за происходящим. Вскоре прозвучала посадка в самолёт. Рота переместилась в самолет, в ожидании взлёта через иллюминаторы бойцы наблюдали за суетой на аэродроме. Ближе к вечеру двигатели самолёта загудели, набрав нужную высоту, опять полетели в неизвестность. Через несколько часов сели на военном аэродроме «Северный» и ускоренным шагом под покровом ночи в полном снаряжении двинулись в родные пенаты. Бойцы спешно шли, пожимая плечами, находясь в догадках, для чего они провели столько времени в небе. Вернувшись в расположение роты, сдали оружие и бронежилеты, не дожидаясь команды «отбой», улеглись спать прямо в одежде.

– Рота, подъём!

Услышав голос командира роты, бойцы спешно встали в строй.

– Рота, ровняй-с, смирно, равнение на середину, – скомандовал прапорщик Кувалда.

Бойцы, как оловянные солдатики, выровнялись, словно по линейке построились в две шеренги. Прапорщик строевым шагом подошёл к командиру роты, уверенно приставил руку к виску, сделал доклад.

– Товарищ майор, вторая рота, второго учебного батальона построена, доложил командир первого взвода прапорщик Кувалда.

– Здравствуйте, товарищи!!!

– Здравию желаю, товарищ майор!!! – в один голос ответили бойцы.

– Вольно!

Командир роты стоял, смотрел на бойцов, словно собирал мысли, из кармана достал листок, немного подумав, смял листок и убрал его в карман. Бойцы стояли, смотрели на майора, не понимая, что происходит. Командир роты сжал кулаки, сделав выдох, начал говорить.

– Товарищи, 19 августа 1991 года в Москве была попытка государственного переворота (ГКЧП), также были танки и баррикады, трагическая гибель трёх человек. Сегодня 21 августа 1991 года вы проснулись в другой стране, время покажет хорошо это или плохо, главное надо оставаться патриотами своей родины, т.к. мы её сыновья. Пока мы с вами блуждали по небу, пришёл приказ командующего округом срочно расформировать учебную часть, личный состав перевести в дивизию для прохождения дальнейшей службы, офицеров, прапорщиков и солдат сверхсрочников перевели на казарменное положение до особого распоряжения. После завтрака собираем свои вещи, оружия, сдаём на склад вооружения. Прапорщик, веди бойцов на завтрак. Бойцов из учебной части раскидали по дивизии, роту Сергея в полном составе перевили в только что сформированную роту разведки, учебную часть закрыли и опечатали до лучших времён. Когда Сергей вошёл в расположения роты, ничего нового не увидел, всё было однотипно: те же серые стены, двухъярусные кровати, всё также навевало тоску. Он выбрал кровать на первом ярусе, бросил свои вещи, сел на стул в ожидании дальнейших распоряжений, вскоре пришли ещё пятьдесят бойцов, двадцать из них были сверхсрочники, остальные тридцать – отслужили от года до двух. Они нестройной колонной зашли в расположение роты, один из них, глядя на бойцов из учебной части, воскликнул:

– Два года! – и схватившись за голову, добавил:

– Два года! Это вечность! Ну, мужики, не хотел бы я быть на вашем месте! Мне осталось месяца, два – три ещё терпимо. Если бы меня заставили служить с самого начала, вздёрнулся бы на месте. Армия это романтика для тех, кто здесь не был. К удивлению Сергея, ротный, замполит и старшина были из учебки. Командир роты представил нового своего зама, это был высокий потянутый капитан Вершинин Николай Николаевич. Руководство роты сформировали взводы и опять всё без изменений. Командиром взвода остался прапорщик Кувалда, его замом – сержант Соловей. Сергея назначили командиром второго отделения, в его отделение попали два сверхсрочника: один огненно – рыжий небольшого роста крепкого телосложения Рябкин Олег по прозвищу (Рыжий), второй тоже такой же крепыш, волосы только тёмные Дрючен Володя по прозвищу (Наркоша). Командиром первого отделения был назначен старший сержант Асанов. Бойцы сдали парадную форму старшине роты в каптёрку, взамен получили постельное бельё. В отличие от учебки здесь всё было проще. В только что сформированной роте начались небольшие стычки между бойцами, которые отслужили от года до двух и сверхсрочниками. Офицеры занимались своими делами, в роту они заходили минут на пять и далее заниматься своими делами. Вся власть была в руках прапорщиков и сверхсрочников. Первая неделя пролетела незаметно, молодые бойцы занимались уборкой территории, заступали в наряд по роте и столовой. Вечером дежурные обязательно приносили сверхсрочникам жареной картошки с луком. Если бойцы не приносили картошки, их ожидала бессонная ночь: это мытьё умывальника, бесконечные отжимания на кулачках, хуже всего было ловить бабочек. Провинившихся бойцов заставляли садиться на корточки, по команде «бабочка» они подпрыгивали вверх и обратно в исходное положение, это всё продолжалось до тех пор, пока старослужащие не соберутся спать. Сергея эти процедуры обходили стороной, его задача была заступать в наряд «Дежурным по роте», составлять суточный наряд и поддерживать дисциплину в роте, он с завистью наблюдал за дембелями, которые в сержантской комнате делали дембельский альбом и готовили парадную форму. Когда они примеряли эту форму, казалось, что вот они – настоящие десантники, их кителя украшали аксельбанты, а также там роилось множество значков.

– Ничего, пройдет два года, я тоже буду точно таким – же, – постоянно бубнил себе под нос Сергей.

В свободное от нарядов время бойцы слонялись по казарме, не зная, чем себя занять, или попросту спали. Прапорщики и сверхсрочники, закрывшись в каптёрки, распивали спиртные напитки, или проще говоря, бухали. Часть солдат, которые отслужили от года двух, после отбоя уходили в самоход. Возникало желание у бойцов всё бросить и бежать, куда глаза глядят, единственное радовала – это суточные наряды, было хоть какое-то занятие. Вскоре вернулся из отпуска командир первого взвода старший прапорщик Коваль. И началось опять всё без изменений, он присоединился к остальным прапорщикам и сверхсрочникам, тем более повод был – возвращения из отпуска.

Сверхсрочники целыми днями находились в каптёрке, бухали. В роте царила полная анархия, старослужащие солдаты за малейший проступок отводили молодых бойцов в туалет, проводили там с ними воспитательную беседу с помощью кулаков. Сергей и старший сержант Асанов постоянно находились в сержантской комнате, занимались составлениям нарядов, чтобы держать себя как-то в форме, они ходили в спортзал, заниматься на тренажёрах и отработкой рукопашного боя. Некоторые бойцы из роты, чтобы как-то убить время, ходили с ними. После очередной тренировке в спортзале Сергей и сержант Асанов зашли в «Чипок», прикупив свежей выпечки и трехлитровую банку гранатового сока, зашли в сержантскую комнату. За небольшой трапезой начали составлять наряд на следующий день. В сержантскую комнату зашёл прапорщик Кувалда, он сел рядом, от него несло перегаром и потом, недельный запой давал о себе знать. Он бесцеремонно налил себе стакан сока и взял булочку, спокойно сидел, ел и наблюдал, как составляется наряд.

– Мужики, помощь нужна? – спросил он.

– Нет, товарищ прапорщик, справимся сами, – в ответ произнёс старший сержант.

– Товарищ прапорщик, можно узнать про ребят, которых вы везли в часть? Сколько я здесь нахожусь никого не встречал? – неожиданно спросил Сергей.

Мимика лица у него переменилась, тяжело вздохнув, он сказал в ответ:

– Николаю ампутировали руку, комиссовали, Славку тоже списали через дурку, Генку перевели служить в Москву по ходатайству родителей.

– Жалко, классные ребята были, – пробормотал Сергей.

– Это жизнь, и порой она бывает очень жестокая. Короче, ребята, у вас бабосики есть? Не выручите сироту?

Сергей из кармана достал двести рублей, дал их прапору, тот улыбнулся, с ухмылкой произнёс:

– Мне бы так жить!

– Держите, я сегодня перевод получил от бабушки, больше не дам, у самого мало осталось.

– Не зря я зашёл, ребята, вы под моей опекой, я вас в обиду не дам, – добавил прапорщик.

– Идите уже, опекун, сирота, – шутливо произнёс Асанов.

В 22.00 прозвучала команда отбой, старшина роты с прапорами и сверхсрочниками закрылись в каптёрке, отмечали новоселье, заезд в новое расположение роты, проще говоря, было бы, что выпить повод, а повод всегда найдётся. Измученные от безделья бойцы спали, Сергей, пытаясь заснуть, ворочался с боку на бок, всё безуспешно, он только задремал, к нему подошёл прапорщик Кувалда, сказал:

– Хватит спать, пошли в каптёрку, народ требует.

– Сейчас приду, только штаны одену, – ответил он.

Сергей медленно надел штаны, сапоги, направился в сторону каптёрки, открыл дверь и пришёл в ужас.

Там стоял дым коромыслом и запах странный, никак непохожий на табак, открытое окно не помогало.

В просторной каптёрке не было свободного места, на столе стояли две трёхлитровые банки с прозрачной жидкостью.

Старшина роты с ухмылкой посмотрел на Сергея, налил полстакана из банки, спросил:

– Спирт чистым или разбавленным пить будешь? Ты не скромничай, как девчонка, как не как ты младший сержант.

Сергей посмотрел на всех изрядно подвыпивших, молча подошел, взял стакан, одним залпом выпил, внутри всё загорело, взял на столе свежий помидор, быстрее заел.

– А теперь, я так понимаю, вы меня будете учить жизни, – уже слегка весёлый ответил Сергей.

– Нужен ты нам, – с ухмылкой сказал старшина роты.

Сергей осмотрелся, его окружали очень крепкие ребята, повидавшие немало. К нему подошёл метра два ростом старший прапорщик Коваль, в руках держал половину стакана спирта. Он залпом выпил его, слегка поморщился, протянул правую руку Сергею, сказал:

– Я старший прапорщик Коваль. Смотри, здесь все из Москвы и Подмосковья и наши общие друзья, нас подставишь, сразу бери веревку, мыло, беги в туалет, вешайся.

– Зачем мне вас подставлять?

– Да так на всякий случай, ты понял?

– Я всё понимаю, немаленький.

У открытого окна на подоконнике сидели Дрючен Володя (Наркоша) и Рябкин Олег (Рыжий), курили траву (косяк), забитую в папиросную гильзу, они смеялись сами над собой. Прапорщик Кувалда дал Сергею гитару, попросил исполнить песню «Белая берёза».

Сергей, спев несколько песен, ушёл спать, завалился на кровать, не снимая сапог и брюк.

– Рота, подъем!!! – прозвучала команда дежурного по роте.

Сергей встал, он посмотрел на кровать с правой стороны, спали и не собирались вставать сверчки и дембеля. Они только перевалились на другой бок.

Старший сержант Асанов повёл бойцов на спортплощадку. Сергей подошёл к турнику, с лёгкостью начал потягиваться, подтянулся раз тридцать, перебрался на брусья. Единственное его смущало, что все пристально наблюдали за ним, он слез с брусьев, к нему подошёл Асанов.

– Неплохо, – сказал он.

– Так ничего, можно и лучше, – ответил Сергей.

– Пошли в казарму, умываться, чистить зубы и на завтрак, – добавил в ответ Асанов.

Вернувшись с утреней зарядки, бойцы начали спешно заправлять кровати, Сергей заправил свою кровать, пошёл в умывальник. Когда вошёл туда, ужаснулся, четверо крепких бойцов, которые отслужили год, избивали одного молодого бойца из учебки.

– Это не по уставу и не по-честному, четверо на одного, – возмущённо сказал Сергей.

К нему подошёл очень крепкий парень, схватил его за грудки, смотря ему в глаза, сказал:

– Послушай, душара, ты думаешь, у тебя сопле на пагонах, и плюс ко всему тебя пригрели земляки, ты уже на коне, очень сильно ошибся.

Сергей взял его за руку, сжал её, в ответ возмущено сказал:

– Тебе здоровья не хватит, клешни свои убери от меня, а то я тебе очень больно сделаю.

– Слышал, Вини! Чёрный плащ прилетел на крыльях ночи, спасать духа. Да ещё вдобавок черпаку угрожает, разрешаешь сделать больно младшему сержанту.

– Я разрешаю тебе ударить младшего сержанта, а то он совсем прибурел, напомни ему, кто есть кто!

Он убрал свою руку от груди Сергея, только собрался нанести удар в область его груди, Сергей, перехватив его руку, заломил её за спину, тот согнулся. Сергей коленом правой ноги резким ударом дал ему в лицо. Кровь… Крик… Вини подбежал, не успев даже замахнутся, Сергей нанёс ему резкий удар ногой в лицо, тот отлетел в сторону. Молодой солдат забился в угол, наблюдал за происходящим.

– Тварина, тебе не жить!

– Ты, сдохнешь, здесь!

На Сергея набросились двое других солдат, он схватил одного за руку и ударил головой об стену, а второму нанёс резкий удар нагой. Услышав шум, в умывальник забежал старший сержант Асанов, он начал всех разнимать, раскидывая их по сторонам.

– Смирно!!! Бешенный, успокойся!!! – крикнул он.

Сергей, не обращая на Асанова внимание, только успевал наносить удар за ударом, на шум в умывальнике сбежались сверхсрочники и дембеля. Они увидали четверых побитых, лежавших на полу черпаков с окровавленными лицами. В углу в стойке стоял Сергей, старший сержант Асанов держал его за руки. Старший прапорщик Коваль, увидев эту картину, ногой нанёс удар в область живота каждому лежащему черпаку, при этом кричал:

– Твари, расслабились! Дедовщину захотели здесь развести, х… угадали!

Бойцы лежали на полу, боялись поднять свои головы. Асанов отпустил руки Сергея, Коваль подошёл к Сергею, руку сжимая в кулак, нанёс резкий удар в область его груди. От сильного удара Сергей сделал шаг назад, ему захотелось нанести ответный удар прапору, но он сдержал себя.

Старший прапорщик Коваль пристально посмотрел ему в глаза, произнёс:

– Я так понимаю, это твоя работа, неплохо. Ты в курсе, что это может попахивать дизелем, минимум два года?

В углу согнувшись, сидел на корточках молодой боец, за которого вступился Сергей. С испуганным видом он наблюдал за происходящим. Коваль с ненавистью посмотрел на четырех бойцов, которые пытались встать, в грубой форме сказал:

– Козлы, быстро подорвались и бегом в санчасть, вы себя на спортплощадке повредили или вам не жить. Бегом!!!

Они спешно смыли с лица кровь, ускоренным шагом пошли в санчасть.

– Кувалдин, за мной в каптёрку, – возмущено сказал Коваль.

Молодой боец поднялся, молча взял половую тряпку, ведро, начал спешно смывать с полу кровь. Старший прапорщик Коваль зашёл в каптёрку, сверхсрочники и дембеля ушли в расположение роты.

Сергей умылся, зашёл в каптёрку, огляделся: за столом у окна седел прапорщик Кувалда, что-то наигрывал на гитаре, рядом с ним стоял, курил Коваль, угрожающим видом посмотрел на Сергея, возмущённо сказал:

– Это крупный залёт, боец, единственное хорошо, что ты этих, шакалов, поставил на место, они мне всю дисциплину в роте портят. Ну, наказать тебя надо на всякий случай, короче, сегодня заступаешь внеочередной наряд в столовую. Точнее на свинарник. Вопросы есть?

– Никак нет, товарищ старший прапорщик. Есть наряд на свинарник, – пожимая плечами, в ответ произнёс Сергей.

– Извини, брат, неуставные отношения караются по закону, ты не исключение или давай поступим проще, оформим драку в умывальнике, и на два года в дизбат, – добавил прапорщик Кувалда.

– Да, я всё прекрасно понял, товарищи прапорщики, я обложался, мне надо понести наказание и точка. Разрешите идти.

– Валяй и объяви построение на завтрак, – сказал Коваль.

Когда рота вернулось из столовой, командир роты построил бойцов в расположение. Сделав перекличку, он объявил заступающих в суточный наряд, он был сильно удивлен, что младший сержант Кувалдин должен нести свой наряд на свинарнике. Кинув косой взгляд на прапорщиков, командир роты всё прекрасно понял, что где-то был залёт. В 16.30 заступающие в суточный наряд были построены около штаба дивизии. Солдаты, которые заступали в караул, стояли с автоматами, кто в наряд по роте и штаб со штык – ножами, остальные в повседневной форме, в том числе и Сергей. Прослушав краткий инструктаж, все бойцы разошлись по местам выполнения нарядов. Сергей с бойцами подошёл к столовой, там его ждал дивизионный свинарь, или как его называли ребята, дивизионный свинопас, он копошился в кабине трактора «Т-16». На Сергея ребята смотрели с пониманием, кто-то с сожалением, дурная слава ходила по дивизии среди молодых бойцов о свинарнике. Неожиданно к Сергею подошёл боец, которого избивали в умывальнике, он сказал:

– Товарищ, младший сержант, спасибо, что вы заступились за меня, разрешите, я за вас на свинарник пойду.

– Нет, брат, я сам, – в ответ произнёс Сергей и направился к трактору «Т- 16».

Из кабины вылез молодой парень плотного телосложения в тельняшки, в брюках галифе песочного цвета, на ногах были одеты кожаные беспалые тапочки, он посмотрел в сторону заступающего наряда, выкрикнул:

– Эй, вояки, где мой помощник.

– Я здесь, – произнёс Сергей в ответ.

Парень удивлённо посмотрел на своего помощника, пробормотал:

– Младшой, ты ничего не перепутал, я свинарь.

– Я уже это понял, мне надо отбыть наказание.

– Коль так, давай знакомится, младшой, – протянув руку, произнёс он, – Семён.

– Серёга или как ребята называют Кувалда.

Семён оказался спокойным и дружески настроенным парнем, они сразу нашли общий язык. Из столовой бойцы вынесли несколько бочков пищевых отходов, перелили в большой чан, на колёсах который был прицеплен сзади к трактору. Сергей с Семёном сели в кабину, со скоростью 5 км/час поехали к свинарнику, из слов собеседника Сергей узнал, что Семён местный из посёлка Тайтурка, отслужил на свинарники полтора года.

– Семён, где ты такую колымагу раздобыл?

– Батянька подогнал, он в совхозе работает.

– Как это чудо-техника называется?

– Трактор «Т- 16».

– Классная техника, я первый раз такую вижу.

– В совхозе трактор списали, его хотели сдать на металлолом, батянька трактор подремонтировал, пригнал мне, вот теперь вожу пищевые отходы из солдатской столовой и органические отходы из свинарника. Выехав за территорию дивизии, проехав метров 800, Сергей увидел недалеко от реки Ангара за двухметровым бетонным забором подсобное хозяйство, то есть свинарник. Семён открыл железные ворота, они въехали на территорию. Сергей был сильно удивлён, за двухметровым забором стоял добротный деревянный дом 7 Х 10, рядом стояло строение, больше похожее на баню полковника, у двери висели берёзовые веники. Справой стороны двора был небольшой пруд, где сбившись в небольшую стайку, плавали рыбки, трава была аккуратно пострижена, вдоль забора было несколько грядок, где росли огурцы, лук, укроп и разная зелень. Недалеко от дома стояла деревянная беседка, как две капли похожая на беседку полковника, рядом стоял мангал, в самом конце двора за деревянным небольшим забором находился хоздвор, где был расположен только что отстроенный деревянный свинарник.

– Вот он, рай в армии, – с восторгом произнёс Сергей.

Семен, посмотрев на своего собеседника, добавил:

– Это не рай, а просто свинарник.

Они на тракторе по дорожке, выложенной из небольших плит, заехали в хоздвор. Подъехав к зданию свинарника, вылили содержимое чана в огромный котёл. Семен в котёл добавил ведро комбикорма и доверху залил водой, всё перемешал. Из помещения, где содержались свиньи, был слышен незатихающий визг. Когда Сергей из-за любопытства вошёл в помещение, был сильно удивлён, в свинарнике содержалось около сотни свиней, не умолкая ни на секунду, они хрюкали в ожидании еды, толкались у лоханок. По полу бегали сотни упитанных крыс, предвкушая скорую кормежку. Накормив хрюшек, они подошли к беседке, Семен тяжело выдохнув, спросил:

– Брашку будешь?

– Наливай, не откажусь, – в ответ произнёс Сергей.

Семён вынес из дому трёхлитровую банку мутной жидкости, из шкафа взял два гранёных стакана, налил в стаканы брашку, он произнёс:

– Будь здрав, боярин.

– За твоё здоровье, Семён.

– И тебе не хворать.

– Кстати, Семён, у меня в Тайтурке есть знакомая, шикарная женщина Алла.

– Дурилка, ты картонная, я всё думал, про какого Сергея мне соседка Алка всё уши прожужжала, – воскликнул Семён и убежал в дом.

Когда он вышел из дома, у него была улыбка, в руках он нёс ведро с маринованным мясом.

– Всё пучком? Сейчас раскочегарим мангал, шашлыки делать будем, – пробормотал Семён.

Спустя час к свинарнику подъехала машина, к удивлению Сергея, из машины вышла Алла, Света и ещё шесть дам в сопровождении Романа.

Алла увидела Сергея, громко произнесла:

– Вот мы и встретились, мой ненасытный жеребец!

– Привет, Алла, какая неожиданная встреча, – в ответ пробормотал он.

Алла подошла к Сергею, обняла его, начала трогать его за разные части тела, посмотрела на Семёна и спросила:

– Сёма, можно мы займём твою комнату?

Сергей, поняв, что сопротивления будут бесполезны, начал отвечать ей взаимностью. Алла взяла Сергея за руку, увела его в дом.

– Еще здесь мужики будут? – спросила изрядно подвыпившая рыжеволосая дама.

– Светик, подожди пять сек, не форсируй события, – пробормотал в ответ Семён.

Через некоторое время пришли все офицеры роты, прапорщики и сержант Соловей. Семён и Соловей вынесли из дома сорокалитровую флягу брашки, поставили её рядом со столом, с грядки сорвали огурцы и зелень, сабантуй был в самом разгаре, неожиданно Коваль спросил:

– Сёма! Где мой боец Кувалдин?!

– Коваль, он в доме с дамой, не мешай ему, пускай конец помочит, – в ответ пробормотал Семён.

Во дворе звучала музыка, за столом капитан что-то доказывал Роману, замполит и прапора уединились с дамами. Соловей спал рядом с мангалом, ротный положил правую руку на плечо Семёну, что-то объяснял ему. Дверь дома открылась, из неё вышла Алла в тельняшке и кители Сергея, который висел на ней как мешок, Сергей с голым торсом вышел за ней следом.

– Дорогие мужчины, я похожа на солдата?! – вскрикнула она.

Сергей за столом увидел своё руководство роты, очень сильно занервничал, взявшись за голову, произнёс:

– Папандос! Мне пиз…..!

Изрядно подвыпивший майор, увидев Сергея и Аллу, возмущено произнёс:

– Младший сержант, срочно ко мне!

Сергей только собрался снять свой китель и берет с Аллы.

– Не раздевай бабу, бегом сюда, ты не понял, боец, – в грубой форме добавил майор.

Он робко подошёл к столу, сел рядом с командиром роты, майор положил ему левую руку на плечо, сказал:

– Спасибо, тебе младший сержант.

– За что, товарищ майор, спасибо?

Командир роты налил два стакана брашки, один стакан дал Сергею, второй залпом выпили. Со всей силы ударил кулаком по столу, часть пустых стаканов упали, майор взял Сергея за голову, возмущено вскрикнул:

– Этот еб….. поезд!

Семен встал из-за стола, едва держась на ногах, посмотрел на спящего за столом Романа, попытался его разбудить, всё было безуспешно, выпил ещё стакан брашки и ушёл в дом.

Сергей был в полном непонимании от происходящего, Алла села рядом с капитаном и что-то шепнула ему на ухо. Она сняла форму, отдала её Сергею, взяла капитана под руку, увела его за территорию свинарника. Сергей собрался что-то сказать ей в след, майор рукой хлопнув его по плечу, произнёс:

– Алка, местная, бля……., не одного мужика мимо своей юбки не пропустит, забудь про неё, ты меня понял!

– Ладно вам, товарищ майор, я только одного не пойму, причём здесь поезд? – спросил он.

Майор рукой прижал голову Сергея к своей голове, сказал

– Я не знаю, говорил тебе Кувалда или нет, детей, которых ты вытащил из поезда Настю и Пашу, это мои дети. Они живы, здоровы, супруге повезло меньше, она ещё находится в областной больнице в городе Иркутске. Врачи сделали ей несколько операций, она идёт на поправку, ты бы знал, как я тебе благодарен, кстати, в следующие выходные едем к супруге в больницу, это приказ.

– Товарищ майор, а что с маленьким?

– Дениска, не пострадал, он у тёщи пока живёт вместе с Настей и Пашкой.

– Я всё понял, значить едем, – в ответ произнёс Сергей.

– Ловлю на слове, Кувалдин.

– Товарищ майор, разрешите, я прогуляюсь к реке.

– Валяй, плесни мне брашки и вали, – сказал в ответ ротный.

Сергей налил полный стакан брашки, дал стакан майору, оделся и направился к реке. Медленно вышел за территорию подсобного хозяйства, он подошёл к реке, снял сапоги, сел на берегу, перебирая камешки, бросал их в воду, наблюдая как речные тягачи, толкали по воде гружёные баржи, на противоположном берегу виднелся густой хвойный лес. Солнце медленно заходило за горизонт, Сергей разделся по пояс, зашёл в реку, несколько раз окунулся. Вода была ужасно холодная, начало сводить судорогой ноги, он спешно вышел из воды, незаметно стало темно. На территории свинарника загорелся свет и был слышен звон гитары и песен разной тематики, но он не спешил возвращаться на свинарник. Сергей сидел на берегу, наслаждался чистым воздухом и восхищался дивной красотой, лёгким прохладным ветерком, который доносился от воды, по-особому освежая его. Сергей восторгался закатом; небо в районе горизонта было огненно-красным, он из внутреннего кармана кителя достал блокнот и ручку, начал писать.

– Вот ты где, Серый.

Услышав знакомый голос, он обернулся, увидел уже изрядно подвыпившего Коваля.

– Как вы мне все надоели, – пробубнил себе поднос Сергей.

Старший подошёл, сел рядом на берегу реки, в руках у него была литровая банка брашки, он спросил:

– Смотрю, что-то пишешь, скорей всего стихи? Кстати, я первые полгода в армии тоже писал, когда время было.

Коваль взял у него блокнот, начал читать стих вслух:

 

Мы ищем, встречаем, находим, теряем,

Имея – не ценим… встречая – бросаем…

Попытки и пытки. Сошлись – разбежались…

Пожить не успели и снова расстались.

   

Но где же любовь, чтоб навек и без края…

А может быть эта, а может другая…

Меняются лица, тела и улыбки

Но поиском только лишь множим ошибки.

   

Влюбленность, привязанность,

страсть – как угодно,

Собой и другими играем свободно,

Когда же любовь – догадаться не сложно

Когда друг без друга уже невозможно…

 

– Неплохо, впечатляет, ты на меня не обижайся за умывальник.

– Да всё нормально, товарищ старший прапорщик.

– Тёска, я тебя уважаю, ты нормальный парень, мы с ротным и сверхсрочниками тебе обязаны, ты вытащил из горящего вагона его детей и жену. Когда в Афганских горах мы попали в окружение, ротный нас вытащил, меня лично волок на себе, конечно, тогда вертушки сыграли главную роль, особенно «МИ-24».

– У меня папа на «МИ-24» в Афганистане погиб.

– Я тебе об этом и толкую, твой отец обеспечил прикрытие, мы выбрались, а на следующий день он сам погиб.

– Я знаю, когда папу похоронили, мама тоже погибла, она безумно любила папу и не смогла без него жить.

– Я теперь понял, почему к тебе все офицеры и сверчки относятся с уважением. Честно говоря, я лично не знал твоего отца, так пересекались на аэродроме, но он был лучшим другом нашего генерала.

– Я знаю, генерал, когда приезжал в больницу, рассказывал, как они учились вместе в Суворовском училище.

– Ну, ты не отчаивайся, глотни браги, запомни одно, старший прапорщик Коваль Сергей Мыколаевич, не даст тебя в обиду!

– Вы Сергей Николаевич, – поправил его Сергей.

– Сергей Мыколаевич, меня так батяня звал, – возмущенно сказал Коваль.

Они сидели на берегу до полной темноты, допили брашку. Уже оба изрядно подвыпившие вернулись на подсобное хозяйство. Сергей не поверил своим глазам, все сверхсрочники находились на территории свинарника, да ещё вдобавок, много новых девиц сидело у них на коленях. В тот момент он понял, что свинарник – это небольшой оазис в дивизии, где ребята могут позволить себе оторваться от души, при этом, не уходя за границы дивизии. Галдёж и звон гитары продолжался всю ночь, на следующее утро они никуда не торопились, тем более это была суббота. Вечером в наряд по свинарнику приехал вместе с Семёном новый боец из первого батальона, Сергей неторопливым шагом направился в роту. После хорошо проведённых выходных, старший прапорщик Коваль построил бойцов в две шеренги, сам встал посередине, поправляя берет, возмущенно окинул всех взглядом, в грубой форме сказал:

– Что, козлы, расслабились, свободу почуяли, с этой минуты вы будете подыхать на полосе препятствий, я вам устрою райскую жизнь!

Минут тридцать Коваль полоскал всем мозг. Он сдержал своё слова, неуставные отношения в роте прекратились, лишь изредка были небольшие стычки, им не придавали значения. Незаметно пролетел август, Вини и другие черпаки сторонились Сергея, он спокойно выполнял свои обязанности.

Глава 9

Август пролетел незаметно.

Казарменное положение и усиленный режим несения службы в дивизии с начала сентября был снят приказом командующего округом, личный состав дивизии нёс службу в штатном режиме. Солдаты, которые были не задействованы в суточных нарядах, были в помощи сбора урожая (картошки, моркови и других овощных культур) в ближайших совхозах, тем самым, решая продовольственную задачу дивизии. Личный состав, который оставался в дивизии для хозработы, был предоставлен сам себе, солдаты бродили по территории без дела, при первой возможности уходили в самоход в ближайшие населенные пункты. Офицеры бесконечно совещались, решая насущные проблемы (запасы продовольствия, подготовка к отопительному сезону и т.д.). Каждую первую субботу месяца в дивизии был ПХД (парка хозяйственный день), солдаты в казармах после завтрака сдвигали кровати в сторону, разбитым стеклом скоблили деревянные полы и плинтусы до естественного цвета дерева. После того как все полы в расположении и плинтусы приобретали естественный цвет, старшина роты приносил разведенную водой морилку и поролоновые кусочки. Бойцы макали поролон в разведенную морилку, тем самым придавая полам тёмный оттенок. Когда морилка была нанесена на пол, объявлялся десятиминутный перерыв, чтобы дать полам просохнуть. Гвоздём программы, конечно, была мастика и две тяжеленные «Машки», бойцы натирали толстым слоем полы мастикой, затем два бойца брали в руки «Машку» и возили её по полу, натирая полы до блеска. Офицеров ПХД не обходил стороной, они наводили порядок в своих кабинетах и помещениях, после чего руководящий состав дивизии в 15.00 направлял отчёт о проведенной работе за прошедший день в кабинет командира дивизии. Первая суббота сентября не была исключением, всё было по распорядку дня: бойцы пришли из столовой, командир роты построил личный состав в расположении казармы, назначался суточный наряд, и план работы на день. Бойцы начали сдвигать кровати, старшина роты принёс ведро с битым стеклом, молодые бойцы принялись скоблить пол, остальные разбрелись по казарме. Сергей сидел в сержантской комнате, писал письмо.

– Младший сержант Кувалдин?

Услышав свою фамилию, он крикнул в ответ:

– Я здесь!

В сержантскую комнату вошёл Соловей, он возмущённо произнёс:

– Ну да, бойцы полы скребут, а он здесь балду гоняет.

– Я бы рад помочь, звание не позволяет.

– Ладно, держи любовное письмо от тайной поклонницы, – сказал сержант и вышел в расположение роты.

Сергей кинул взгляд на стол, где лежал конверт, на котором губной помадой были нарисованы губы, он открыл конверт, достал тетрадный листок, прочитал:

«Привет Сергей! Наверное, забыл меня, наша встреча была мимолётная. Я когда ложусь спать, постоянно вспоминаю твои голубые глаза, они словно околдовали моё сердце. Ладно, не буду тебя грузить, в 22.30 я жду у входа в госпиталь.

Крепко целую Вика!»

– Детский сад! – произнёс Сергей, порвал письмо и бросил его в ведро для мусора.

Вскоре в сержантскую комнату зашёл старший сержант Асанов, Сергей писал письмо, не обращая на него внимание. Асанов в шкафу взял тетрадь, конверт, расположился рядом из кармана, достал ручку, посмотрел на Сергея, спросил:

– Бешеный, ты сегодня в увал идёшь?

– Не знаю, хотел в Тайтурку смотаться, ребята наведут порядок, там посмотрим, что ротный скажет.

– Короче, если ротный отпустит, можно я с тобой в Тайтурку смотаюсь.

– В чём проблема, Асан, вдвоем веселее будет.

Они сидели, разговаривали, вспоминали май 90 года, их последний бой на ринге, где Сергей одержал победу, в их беседу вмешался сержант Соловей, спросил:

– Вы на обед пойдёте, или лясы будете точить?

– Уже пора? – с удивлением спросил Сергей.

– Ну да, уже полдвенадцатого, через полчаса построение на обед, – сказал в ответ Соловей.

– Кстати, товарищ сержант, я всё забываю у вас спросить, фамилия Соловей, а почему погоняло Бродяга?

– Да, кстати, мне тоже интересно, – добавил Асанов.

– Это, друзья, мой Афганский позывной, – пожимая плечами, произнёс сержант.

– И всё, только позывной, – с удивлением спросил Асанов.

– Я не пойму, что вы хотели услышать, долгую историю про тяжелую жизнь до армии. Ладно, Кувалда держи ещё одно любовное послание, – сказал сержант.

– От Леры, давай быстрей, – от радости вскрикнул он.

– Ладно, держи письмо от Вики, она по тебе сохнет,

– добавил Соловей.

– Хватит молоть чушь, она мне не пара, тем более, полковник меня предупредил.

Сергей с улыбкой открыл конверт, вынул тетрадный листок, прочитал.

«Привет, Сергей! Я хочу встретиться с тобой, жду тебя в госпитале, связь через Соловья. До встречи, целую Вика.»

– Опять – двадцать пять, – пробубнил он себе поднос, порвал письмо и бросил его в урну.

Прозвучала команда строиться на обед, бойцы вышли на улицу. Небо было всё затянуто густыми тучами, моросил дождь. Спешным шагом рота строем направилась в столовую. Вернувшись из столовой, командир роты, построив бойцов в расположении, называл фамилии солдат из списка, которым было выписано увольнительное. Сергей стоял, смотрел в окно и находился в раздумьях, идти или не идти в увольнение. Майор провёл краткий инструктаж о поведении личного состава за приделами дивизии, окинув бойцов взглядом, спросил:

– Вопросы есть?

– Товарищ майор, разрешите не ходить в увольнение, погода нелётная? – спросил Сергей.

– Не понял, как младший сержант Кувалдин отказывается от увала, – удивлённо произнёс Соловей.

– Отставить, Соловей, младший сержант Кувалдин едет со мной на особое задание, – возмущено произнёс майор.

Бойцы ушли в увольнение, руководство роты озабоченное своими проблемами, тоже куда-то ушло, ответственный по роте старший прапорщик Коваль закрылся в каптёрке, лёг спать, да и погода соответствовала этому сну. В расположении роты стояла необыкновенная тишина, единственное, что нарушало тишину – это капли дождя, которые ударялись об подоконник и стёкла окон. Сергей подошёл к шкафу, который стоял в расположении роты, где висели бушлаты бойцов, взял свой бушлат, завалился в одежде на свою койку, сверху накрылся бушлатом, медленно начал погружаться в глубокий сон. Дежурный по роте ефрейтор Усунбаев также завалился спать на кровать, рядом разлеглись два дневальных, третий находился на боевом посту рядом с телефоном на тумбочке. В расположение зашёл Соловей, увидел спящего на кровати Сергея, начал толкать его за плечо, постоянно, повторяя:

– Кувалдин, подъем! Подъем! Хватит дрыхнуть, просыпайся.

Сергей приоткрыл глаза, увидел сержанта, невнятно пробубнил:

– Товарищ сержант, разреши мне на каждый глазик минут по двадцать вздремнуть.

– Давай вставай, на том свете выспишься.

– Ну, товарищ сержант, ещё пять минут.

– Вставай, пошли в «Чипок».

– Ладно, встаю, вы мёртвого достанете, товарищ сержант.

Сергей неохотно встал, повесил бушлат в шкаф, вместе с сержантом пошел в «Чипок», выйдя на улицу, увидел, что там лил проливной дождь. Сержант посмотрел на мокрую картину, произнёс:

– Пошли в каптёрку, я в шкафу пузырь заныкал.

– И стоило меня будить, на улице ливень, я из-за дождя в увал не пошёл.

– Ладно, Кувалда, пошли, бухнём.

– Извините, товарищ сержант, нет желания, на душе что-то тошно, у меня какое-то странное предчувствие. Тем более в каптёрке старший прапорщик Коваль спит.

– Ну, смотри, а я пойду, бухну с Ковалем.

Соловей направился в каптёрку, Сергей взял бушлат, завалился на свою кровать спать. Под монотонный стук капель дождя об подоконник и стекло он погрузился в глубокий сон, попытки дежурного по роте разбудить его на ужин были безуспешны. В расположение роты в 21.30 бойцы начали возвращаться из увольнения, в казарме стоял галдёж. От громкого шума Сергей проснулся, находясь в полном непонимании, через некоторое время он встал, потянулся, пробубнил себе поднос:

– А какое особое задание имел виду ротный?

Прозвучала команда построение на вечернюю проверку, старший прапорщик Коваль сделал перекличку личного состава, четверых бойцов не хватало в роте, это были черпаки Вини и его команда. Коваль дал команду отбой, бойцы укладывались спать, дневальный закрыл входную дверь в расположения на засов. Сергей и остальные солдаты улеглись на свои кровати, старший прапорщик взял стул и пепельницу, расположился рядом с тумбочкой дневального, он начал нервно курить сигарету за сигаретой, постоянно поглядывая на часы, ближе к одиннадцати в закрытую дверь начали стучать и кричать:

– Эй, душара! Открывай быстрей, черепа пришли!

Старший прапорщик посмотрел на дневального, глазами дал понять, чтобы он открыл дверь, сам отошёл в сторону. Боец подошёл к двери, открыл засов, первым в расположение роты вошёл Вини, от него сильно разило алкогольным перегаром.

Он нанёс резкий удар кулаком в область груди дневальному, в грубой форме произнёс:

– Что, скот, спал, ты у меня всю ночь без смены на тумбочке стоять будешь! Ты понял, козел!

Следом за ним вошли и остальные, они начали толкать дневального, от них также разило перегаром, боец закрыл дверь на засов.

– Ну, что, скоты, вы на часы смотрели, или дедами себя почувствовали! – возмущено сказал старший прапорщик.

Они увидели Коваля, который стоял в правом углу, наблюдал за происходящим, в глазах у них появился страх.

– Смирно! – в грубой форме произнёс Коваль.

Бойцы, словно оловянные солдатики, встали по стойке смирно рядом с оружейной комнатой, они прекрасно понимали, что с залётчиками разговор короткий.

Коваль подошёл, возмущённо сказал:

– Я смотрю, вы себя дедами почувствовали, команда отбой была полтора часа назад, а вы страх совсем потеряли!

Коваль сжал кулаки и начал безжалостно избивать бойцов, он наносил удар за ударом в область груди и живота, при этом возмущенно кричал:

– Суки, вы у меня сгниёте в нарядах!

После пяти минут непрерывных избиваний, старший прапорщик включил свет и скомандовал:

– Рота, подъем!

Солдаты быстро встали, оделись и построились в две шеренги. Коваль позвал внутренний наряд по роте, приказал снять красные повязки «Дежурного по роте» и «Дневального», они послушно сняли повязки и отдали их старшему прапорщику, он взял повязки и в грубой форме произнёс:

– Слушай мой приказ! В связи с опозданием на вечернюю проверку, четыре гаврика, которые вернулись на полтора часа позже, чем положено, сию минуту заступают внеочередной наряд по роте. И впредь за опоздание на одну минуту из увольнения автоматом заступают в наряд по роте. Я думаю, вопросов нет. Рота, отбой! Всем спать за исключением наряда.

Не прошло и десяти минут, как все бойцы спали в тёплых своих кроватях, старослужащие бойцы лежали и обсуждали между собой приключения в увольнении. Старший прапорщик сидел в каптёрке, время от времени он выходил в расположение, проверял, как несёт службу внутренний наряд. Сергей лежал на кровати ворочался с боку на бок, разные дурные мысли лезли ему в голову, ближе к утру он уснул. В пять утра в расположение роты было сонное царства, все спали, дневальный принёс стул, облокотившись на тумбочку с телефоном, спал. Сон дневального прервал стук в дверь, когда дневальный открыл дверь, в расположение роты вошёл командир роты, посмотрев на дневального, он произнёс:

– Боевая тревога, бегом буди личный состав!

– Есть, будить личный состав по тревоге! – встрепенувшийся от сонных мыслей, сказал в ответ дневальный.

Как и требует того устав, он нажал красную кнопку боевой тревоги.

В расположение роты зазвенел звонок, замигала красная лампочка, сигнализирующая боевую тревогу. Боец вышел в расположение, сразу же прокричал:

– Рота, подъем! Тревога!

К нему с заспанным лицом подбежал дежурный по роте Вини, спросил:

– Зяба, что случилась?

– Я не в курсе, ротный пришел, приказал объявить боевую тревогу.

Молодые солдаты спешно встали, оделись, старослужащие бойцы зашевелились под одеялами и возмущенно выкрикивали:

– Чего шум поднял? Крыша поехала?

– Вставайте, быстрей боевая тревога, – в ответ им крикнул дежурный по роте.

Старослужащие бойцы спешно начали подниматься с кроватей, в недоумении они смотрели друг на друга и по сторонам, не найдя взглядом офицера у тумбочки стоял один дневальный и дежурный по роте, начали возмущено кричать:

– Вини, что страх потерял, дедов будешь, какая еще тревога?!

– Вы что, за возмущенные выкрики, приказа не слышали! – в грубой форме произнёс ротный.

Вскоре в расположение роты спешно вошли офицеры, прапорщики и сверхсрочники, они встали в строй, по приказу командира роты, бойцы одели бушлаты, взяли плащ-палатки, бронежилеты в оружейной комнате получили оружие и боеприпасы, выбежали на улицу, спешным шагом направились к штабу. В расположение роты остался внутренний наряд и старшина роты. На плацу перед штабом уже стояли первая и вторая рота второго батальона и руководство дивизии во главе с генерал-майором, присоединившись к другим ротам батальона, майор собрался сделать доклад, генерал махнул рукой и начал говорить:

– Товарищи офицеры, прапорщики, сержанты и солдаты! Большая группа диверсантов проникла на территорию Советского Союза, точнее, в Иркутскую область, ваша задача не дать им прорваться на этот берег реки Ангара. Задача первой роты – занять высоту «Медвежья гора» и удерживать её. Вторая рота, ваша задача – занять высоту на заброшенном военном полигоне «Хромая гора», также удерживать её.

Третья рота – занять высоту «Соколиные горы».

Внимательно выслушав боевую задачу, после команды по машинам бойцы побежали в автопарк к боевым машинам. Личный состав в полном снаряжение разместился в кузове «Урала», крытом тентом, водители автороты завели мощные двигатели и направились в сторону аэродрома. Механики-водители и операторы-наводчики с личным составом первой и третьей роты выезжали на «БМД» и стремительно направлялись в сторону КПП. Когда машины прибыли на аэродром, стоял сильный гул от вертолётных двигателей, личный состав в полном снаряжении и бронежилетах разместился в четырёх «МИ-8», они за одним поднимались в небо. У Сергея не оставалось никаких сомнений, намечается что-то чрезвычайное, что-то глобальное, возможно его ждут очень интересные события. Солдаты, прижавшись друг к другу, спали. Сергей смотрел в иллюминатор, восхищался необыкновенной красотой и девственной природой, вдалеке виднелась огромная поляна, где ровно посередине находился большой водоем. Вертолёты подлетели к поляне, по очереди пошли на снижение. Как только шасси коснулись земли, бойцы спешно начали покидать вертушки, офицеры и прапорщики поторапливали их. Высадив десант в бескрайной труднопроходимой тайге, вертолёты взметнулись вверх, улетели, доносился только гул их двигателей. Командир роты построил личный состав и начал ставить боевую задачу. Из слов своего командира бойцы поняли, что это не учения, а настоящая боевая задача, им предстояло дальше идти пешком, примерно пять километров, в полном снаряжении по труднопроходимой тайге. Сергей много читал про бескрайные просторы тайги и животный мир, и какие опасности могут поджидать бойцов. Задаваясь вопросом, как здесь оказалась огромная поляна и водоём, он не удержался от любопытства, спросил у ротного:

– Товарищ майор, откуда посреди тайги поляна с водоёмом.

– Кувалдин, это бездонное озеро, следствия падения метеорита. Ещё вопросы есть?

– Никак нет, товарищ майор.

– Раз вопросов, нет тогда вперёд, идём за мной след в след.

Бойцы во главе со своими командирами медленно продвигались вперёд; перед собой они видели сырой полумрак под непроницаемым для солнечных лучей темно-зеленым пологом из переплетавшихся друг с другом мохнатых лап-ветвей хвойных великанов, длинные голубовато-серые космы лишайников, свисающие с отмерших нижних ветвей, тягостное безмолвие, словно обитатели леса навсегда покинули этот неприветливый край, ещё вдобавок паутина, на которую они постоянно натыкались лицом, затрудняло им путь.

– Вот они настоящие приключения, мы в глухой тайге, – произнёс один из бойцов.

Сержант Соловей посмотрел на Сергея, который шёл следом, сказал:

– Горы и сопки – эта полная задница, всё приходится тащить на себе, спускаться одно удовольствие, когда поднимаемся вверх – это просто вилы!

– Товарищ сержант, посмотрите, какая красота, а вы настроены пессимистически, – в ответ пробормотал Сергей.

– Разговорчики отставить, смотрите в оба, – произнёс командир роты.

Пройдя около трёх километров, сержант Соловей остановился, увидав большую толстую ветку, которая лежала на мху около кедра, он попросил всех отойти подальше и одеть каски. С размаху ударил по стволу дерева, кедровые шишки, словно град, посыпались сверху, вовремя одетые каски спасали, набрав кедровых шишек, продолжили свой путь. За всем происходящим с крон кедра наблюдали любопытные белки и бурундуки. Через три часа рота добралась до назначенной точки, место было словно из фильма ужасов: весьма скудная растительность, стволы и ветви, окружающих деревьев, почему-то были обуглены, у некоторых бойцов возникало необъяснимое чувство страха. На огромной поляне перед сопкой лежали останки разложившихся зверей. Справой стороны были окопы, заросшие травой и разрушенная землянка, неподалёку стояло несколько сгоревших деревянных строений, повсюду были заросшие воронки, словно это место подверглась массированному бомбовому удару.

– Мы куда попали? – произнёс один из бойцов.

– Кошкин, честно говоря, я сам не понимаю, где мы, – в ответ пробормотал майор.

Рядом с окопами лежала покрывшаяся ржавчиной полевая кухня на колёсах, покрышки у которой были на половину сгоревшие, повсюду валялись доски и небольшие бревна, заросшие мхом и травой.

Один из бойцов подошёл к окопу, на его лице появился испуг, он вскрикнул:

– Здесь трупы людей!

Не организованной толпой бойцы побежали посмотреть, когда увидели, ужаснулись: в окопе лежали разложившиеся останки людей, на половину засыпанные землёй. Вся эта картина навивала страх у бойцов.

– Хочу жить, я не желаю, так сдохнуть, как эти животные, – пробормотал сержант Соловей.

– Хватит дискуссию здесь разводить, быстро обустраиваемся, трупы людей и животных закопать, вы солдаты или где! – возмущённо произнёс ротный.

Командир роты и замы поднялись наверх, оценить обстановку. Вслед за ними на сопку поднялись несколько бойцов и Сергей. Невысокая сопка с редко растущими деревьями, плавно поднималось вверх.

Сергей осмотрелся вокруг, эмоции переполняли его, посмотрев назад, он увидел, огромное изумрудное море кедра, сосны, лиственницы, ели, пихты, за исключением поляны, на которой расположилась рота. Спереди виднелись уже заросшие воронки от разорванных снарядов, полигон был похож на огромное озеро среди тайги. Две лесные заросшие травой дороги, словно реки, которые втекали в это озеро, полигон весь был как на ладони, и узкая грунтовая дорога между сопок, словно маленькая речка, уходила в изумрудный густой лес.

– Товарищ майор, странная сопка, здесь сверху ровная площадка, словно на вершине орудовал бульдозер?! – спросил Сергей.

– Ничего странного, это бывший военный полигон, на этой сопке не одна сапёрная лопатка орудовала, – в ответ сказал майор.

– Командир, прекрасный обзор, весь полигон как на ладони, до нас метров 150 вверх по крутому склону, тяжко им будет, у нас очень большие шансы остаться в живых, – пробормотал прапорщик Кувалда.

– Прапор, ты всё шутишь, – с усмешкой произнёс в ответ ротный.

Хорошо подготовленные бойцы в низине на поляне закопали трупы людей и животных, разбили лагерь, установили шесть двадцатиместных палаток, одна была предназначена под командный пункт. Рядом с командным пунктом в палатке расположили столовую, остальные палатки были предназначены для отдыха личного состава. Ротный повар с помощью бойцов перевернул и отмыл полевую кухню, к их счастью, котёл был из нержавеющей стали, принялся готовить обед. Рядом с лагерем находился небольшой водоем, в который стекались небольшие ручейки от подземных ключей. Сквозь тучи пробивались лучики солнце, бойцы рядом с полевой кухней разожгли костер, сбившись в кучку, делились своими впечатлениями. Наркоша сидел недалеко от костра, раскуривал косяк, к нему присоединился Рыжий. По приказу командира роты бойцы начали занимать свои позиции на вершине сопки.

Сергей окопался по глубже, направил ствол ПК в нужном направлении, сидел в окопе, неторопливо заряжал пулемётную ленту. Прапорщик Кувалда ходил по вершине сопки, проверял позиции бойцов своего взвода. Прапор сел на корточки рядом с окопом Сергея, произнёс:

– Неплохо, хорошую выбрал позицию, всё под рукой, лентами затарился, одобряю.

– Нам военрук на НВП в техникуме говорил, чем глубже окоп, больше шансов выжить, – шутливо ответил Сергей.

– Дело говорил ваш военрук.

– Ну да, он до Берлина дошёл.

– Ладно, давай смотри в оба, я пойду вниз.

– Товарищ прапорщик, как выглядят эти диверсанты?

– Честно говоря, я сам не знаю, если увидишь движение в нашу сторону, сразу доложи.

Командир роты доложил обстановку в дивизии, что рота заняла назначенную высоту, получив дальнейшие распоряжения, он в командном пункте собрал своих замов и командиров взводов.

Когда все собрались старший прапорщик Коваль, спросил:

– Командир, объясни, что происходит, зачем нас в эту глушь загнали?

Майор разложил карту на небольшом столе, который смастерили бойцы, закурил, тяжело вздохнув, произнёс:

– Слушайте сюда, в округе ЧП, в трехстах километрах отсюда находится колония особого режима. Кому дали вышку всех направляли туда, там какие-то шахты, они там добывали руду, и там же помирали. Суть не в этом, сегодня в 5.30 по местному времени воспользовались нестабильной обстановкой в Союзе, было совершено нападения бандой, примерно 300 – 400 человек на склады боеприпасов и эту тюрьму. Короче говоря, 5000 вооружённых до зубов зеков разбежались, как тараканы, в разных направлениях. Все части округа подняты по тревоге, в том числе и наша дивизия, на данный момент удалось уничтожить примерно 2000 человек. Мы находимся в ста километрах от нашей дивизии в глухой тайге, помощь придется ждать долго. Хуже всего, если они на прорыв пойдут, здесь нам придется несладко.

– Командир, это дела внутренних войск и милиции, мы здесь причём?! – возмущенно произнёс капитан.

– Послушай, капитан, когда банда вооружённых до зубов выродков, нападёт на наш гарнизон, тогда посмотрим, чии это дела будут, этим ублюдкам терять нечего.

– Старший прапорщик Коваль, твоя задача видишь это белое пятно на карте, надо разведывать эту местность, воздушная разведка показывает, что в этом месте были какие-то движения, хотя, судя по карте, в округе в ста километрах нет никаких населенных пунктов. Так что бери опытных бойцов, разведай местность, задача ясна?

– Есть, командир, разрешите выполнять.

– Давай Коваль, удачи.

Плотно покушав, отделение первого взвода во главе со старшим прапорщиком Ковалем ушла в разведку. Бойцы по очереди спускались в низину на обед, наглые любопытные бурундуки, почуяв ароматные запахи, вели себя как хозяева, лезли в мешки с продовольствием, бойцы бросали им кусочки хлеба. Стояла тишина необыкновенная, слышны были даже вои волков где-то далеко, небо постепенно хмурилась, за густыми чёрными тучами исчезло солнце. Постепенно стемнело, небо заволокла черная туча, но за тучей проглядывались звезды, осенняя прохлада давала о себе знать. Сергей на бушлат сверху накинул плащ-палатку, он лежал рядом со своим окопом, смотрел на звезды, которые едва проглядывались за густыми тучами. Рядом расположился сержант Соловей, он также окопался, поставил РПК, разложил пулемётные рожки, посмотрел на Сергея, спросил:

– Вике ответил или ещё не решился?

– Товарищ сержант, отстаньте, у меня есть Лера и точка, – возмущено ответил Сергей.

– Кувалда, девчонка сохнет по тебе, а ты не можешь уделить ей пять минут.

– Я не знаю, что себе навыдумывала Вика, у меня есть девушка.

– Смотри, Вика – прекрасный и преданный человек, весной у меня будет свадьба, приглашаю.

– Вы женитесь? – удивлённо спросил Сергей.

– Ты не поверишь, моя избранница – старшая сестра Вики, она в Иркутске учится на последнем курсе, – ответил сержант.

– Моя Лера тоже поступила учиться в Иркутский медицинский институт, – с грустью произнёс Сергей.

Сержант постоянно что-то говорил, под его монотонный голос Сергей заснул….