Однако здесь его слабое место, поскольку устремления экстраверта до такой степени направлены на внешний мир, что даже самый чувственно достоверный субъективный факт – состояние собственного тела – зачастую мало принимается во внимание, признается недостаточно объективным и недостаточно «внешним», а потому необходимого для физического благополучия удовлетворения элементарных потребностей не происходит.
С психологической точки зрения демоны суть не что иное, как вмешательства бессознательного, спонтанные вторжения бессознательных комплексов в беспрерывность сознательного процесса.
Сформированный таким образом человек, конечно, не будет и не покажется грубым по природе, но он в то же время будет своими принципами огражден от природных впечатлений, и человечность извне будет так же ему недоступна, как человечность изнутри.
Когда утверждают первичный, а следовательно, и необходимый антагонизм обоих побуждений, тогда, конечно, не остается другого средства сохранить единство в человеке, как безусловное подчинение чувственного побуждения разумному.
Пожалуй, чревата угрозой ситуация, когда каждый интроверт захочет предъявить наружу свой ограниченный мир понятий и по его образцу придавать всему внешнему форму. Такие попытки предпринимаются ежедневно, зато индивидуумы от этого страдают – вполне справедливо – за мнимое богоподобие.
Чем сильнее отношение к объекту ограничивается абстракцией (потому что налицо избыток «опыта» и «правил»), тем острее в бессознательном потребность в объекте;
