Еще две недели он провел в каких-то городках по соседству с Желтогорском – по смутным, сумбурным воспоминаниям, он менял их один на другой, менял гостиницы и номера, знакомился с разными людьми, колесил по съеденным пришедшей осенью дорогам, попадал в милицию и даже в ДОПР – дом предварительного заключения.
