Ты только что сбросила с края пропасти тяжеленное зеркало, которое зачем-то волочила за собой столько лет.
И стоишь, поражённая всепоглощающей лёгкостью.
Ты почти всю жизнь таскала это зеркало за собой, поминутно в него заглядывая с надеждой в глазах, и шептала: «Свет мой зеркальце, ну скажи же, что я на свете всех милее!»
Но оно почти всегда молчало. И ты и так и этак пыталась себя переделать, чтобы наконец услышать заветное: «Вот теперь да, теперь ты на свете всех милее!»
И вот, ты от него избавилась.
