Оглавление

В
СОДЕРЖАНИЕ
СТР

Глава 1. «Алиса из Страны Чудес» — — — — — — — — — — — — — — — -3

Глава 2 «По следам голубого кулона» — — — — — — — — — — — — — -9

Глава 3 «Ангелы возвращаются» — — — — — — — — — — — — — — — — -15

Глава 4 «Бабушка Алисы» — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — 21

Глава 5 «Возвращение Эдуарда» — — — — — — — — — — — — — — — — — 27

Глава 6 «Родственники Кати» — — — — — — — — — — — — — — — — — — -34

Глава 7 «Двое из сна и ангелы» — — — — — — — — — — — — — — — — — -40

Глава 8 «Роберт Жёлтая Кепка» — — — — — — — — — — — — — — — — — -46

Глава 9 «Таинство» — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -52

Глава 1

«Алиса из Страны Чудес»

……Салон «Твой Имидж» являлся в нашем маленьком провинциальном городке настоящей достопримечательностью. В народе его называли по-простому — «Страна Чудес». Почему «Страна Чудес», я доподлинно не знала, но имела свои личные предположения на этот счёт. Ну, во-первых, туда ходила необычная публика, одевающаяся слишком экстравагантно. Во-вторых, салон Алисы напоминал миниатюрный дворец Дракулы своим необычным оформлением. Здесь всегда подавался эксклюзивный кофе с круасанами и пирожными с очень пышным кремом, напоминавшим шапку горы Эверест. Сюда регулярно поступали в продажу новые коллекции одежды от Юдашкина, Зайцева, многих итальянских и европейских Домов Одежды, правда, неизвестно какими путями добытые для столь «маленького» провинциального городка, каким являлся Воронеж.

Что касается оформления, то здесь вы не встретили бы стандартных стен, покрытых обоями; потолка, побелённого извёсткой. Здесь не раздавалось жужжание оргтехники, привычное в наших офисах. Нет, стены помещений и даже примерочных здесь были выкрашены в тёмные тона, и не просто выкрашены, а на них был нанесён какой-нибудь рисунок, причём, рисунок этот смотрелся довольно живо и образно. Обычно это был либо средневековый замок с остроконечными шпилями, грозящими вот-вот проткнуть само небо, с готическими флагами, изображающими герб того или иного феодала или участника «круглого стола» при короле Артуре. Глядя на эти рисунки, ты, словно, проникал в эпоху Ричарда Львиное Сердце, рискуя столкнуться нос к носу с самим Робином Гудом. Возможно, это было только первое впечатление, но, тем не менее, его испытывал каждый, кто входил однажды в это «царство мистики и теней прошлого».

….Царство Мистики и Теней Прошлого…..

«Странные, однако, ассоциации», — подумала я, сходя на остановке трамвая, которая находилась совсем неподалёку от салона «Твой Имидж».

Собственно говоря, чтобы добраться до салона от остановки, нужно было пройти сквозь небольшой сквер, сплошь усаженный липами и тополями. Я долго и тупо глядела на вывеску «Твой Имидж» и думала над тем, что меня сюда могло привести. Вроде бы, обычная вывеска, а точнее, совсем необычная: на абсолютно чёрном фоне огромные красные буквы, которые, казалось, оживали и жили своей собственной жизнью. Правда, если ты обладал скудным воображением или не обладал им совсем, ты этого не мог заметить, и для тебя эта довольно мрачная вывеска была лишь достопримечательностью в центре города. Так она, в общем-то, и воспринималась обычными с виду людьми, вкупе называемыми «биомассой» или проще «толпой».

Толпа проходила мимо, заходила внутрь салона и с таким же успехом выходила из него. Толпа ходила туда для того лишь, чтобы поглазеть на необычную часть города. Да, она, толпа, воспринимала это так. Она, но не я.

На ум пришла подруга Ирка, потому что войти в салон с ней было бы намного проще, чем без неё.

«Где же ты, Ира Кораблёва, давняя подруга детства? Болтаешься где-то на „югах“ с каким-нибудь очередным поклонником или этим поклонником является наглый тип Вадим?»

Я вспомнила Ирку и представила её в купальнике с длинными развевающимися на ветру волосами, и мне стало завидно. Я сама была не прочь полежать на солнышке на пляже, попить «колу», позагорать, а затем с разбегу окунуться в освежающие воды моря, в которых отражалось летнее небо с большими облаками, похожими на птиц.

«Так что же, всё-таки привело меня в это странное место, такое непохожее на остальные достопримечательности города?»

Проще говоря, это была какая-то совершенно непонятная тяга к экстриму. Может быть, мне захотелось просто встретиться с Алисой, или «мадам Алисой», как многие называли её, потому что выглядела она очень экстравагантно, если уж применить это слово к её довольно необычному образу. В чём же заключается необычность этого образа?

Напоминаю, у «мадам» или «госпожи Алисы» была пышная шевелюра рыжих волос, такая пышная, что для всех оставалось загадкой, как это её маленькая голова выдерживает подобную тяжесть. Возможно, она — колдунья?

Сама не знаю, но в жаркий июльский денёк я открыла дверь салона «Твой Имидж», предварительно столкнувшись с тупым, но пристальным взглядом швейцара. Он был одет в золотистую ливрею и абсолютно «налысо» выбрит. Однако под прицелом его огромных серых глаз по моей коже буквально забегали мурашки. Мне стало немного жутковато, но я вовремя взяла себя в руки.

«Странно, почему это „мадемуазель Алиса“ завела швейцаров, тем более так сильно напоминающих оборотней? Это же может отпугнуть посетителей её модного салона», — подумала я.

Швейцар, действительно, чем-то напоминавший оборотня, оглядел с ног до головы мой «простоватый видок» и с недоверием в голосе спросил:

— Вы к Алисе?

— А к кому же ещё? Разве не Алиса является хозяйкой Вашего салона?

Парень тут же понял, что «перегнул палку», и, дёрнув головой, смиренно произнёс:

— Прошу прощения, проходите.

Ну, да, не успела я отбиться от первой волны «тяжёлой артиллерии», как ко мне подступила вторая в образе продавщицы.

Это была длинноногая девица лет тридцати с длинными обесцвеченными волосами, игравшая роль эдакой возрастной Барби, или вообразившая себя молодящуюся особу «среднего возраста». Эта роль ей была абсолютно к лицу. Своего рода «мисс Американское Благополучие» с совершенно длинными ресницами и глазами, как у стрекозы.

— Добро пожаловать в наш салон, — елейным голоском произнесла она выученную на кастингах фразу, три раза хлопнув своими длинными ресницами и улыбнувшись так, как обычно улыбаются все «голливудские звёзды» после серий пластических операций.

— Сегодня в наш салон поступила новая партия летней коллекции от известных модельеров. Надеюсь, Вы что-нибудь подберёте себе, ведь у нас — вполне приемлемые цены.

Я постаралась пропустить мимо ушей её многословную тираду, тем более, в моём бумажнике как раз сегодня было не так уж много купюр, уж, во всяком случае, не для такого места, как салон «Твой Имидж». Меня, как я в последствии поняла, интересовало совсем другое.

— А Алиса здесь? — спросила я в свою очередь.

«Молодящаяся Барби» снова захлопала своими длинными накрашенными ресницами и уставилась на меня ничего не понимающими глазами, будто, я спросила у неё нечто сверхъестественное, на что невозможно найти никакого ответа.

— Что-что? Вы имеете в виду Алису — хозяйку салона? — спросила она, немного, как мне показалось, растерявшись.

— Да, именно её.

— Но…..

В то время, как продавщица долго соображала, что ей ответить, из соседнего зала вышла сама Алиса в роскошном белом платье в красивых туфлях на высоких каблуках-шпильках, которые подчёркивали природную стройность её ног, да и вообще, красивую фигуру.

Невольно я позавидовала ей, понимая, что не блещу подобными достижениями.

Алиса нервно откинула рыжую прядь волос на затылок, как мне показалось, её передёрнуло, когда она увидела меня. Скорее всего, эта рыжая фурия вспомнила мой последний визит в её салон с подругой Иркой. Она как-то интересно хмыкнула, как бы тем самым желая сказать мне, дескать, ну, вот и встретились. По выражению её стервозного лица Алиса вовсе не жаждала этой встречи. Но, поняв, что я — очередной «клиент», которого можно обдурить, как и всех остальных, хозяйка салона «Твой Имидж» заставила себя улыбнуться, однако вместо улыбки у неё получилась какая-то навязчивая гримаса, и я чуть не прыснула со смеху, потому что со стороны это выглядело довольно забавно.

«Что ж, — со злорадством подумала я, — я пока что ещё не твой клиент, и неизвестно, когда им стану, и стану ли вообще, но тебе придётся „подлезть“ под меня, засунув свою гордость в одно место».

— А-а, старые знакомые! — воскликнула хозяйка салона.

Затем зло взглянула на стоявшего неподалёку парня, видимо, игравшего роль слуги.

— Виталик! Что ты стоишь, как истукан! Скорее принеси кофе с круассанами для клиентки.

Виталик, будто, растерянный воробей, пожал плечами и уныло поплёлся в бар, дабы исполнить приказание хозяйки. Через минуту он вышел, неся в руках поднос с кофе, ароматными булочками и салатом, поставил всё это передо мной на круглый стеклянный столик и виновато произнёс:

— Простите, это — Вам.

Они даже не соизволили элементарно поинтересоваться тем, сыта я или голодна, люблю ли я кофе с круассанами или не люблю, а предпочли просто всучить мне всё это по ранее разработанному плану «раскрутки клиентов».

Вот так дела! Я сделала вид, что мне интересно всё, что здесь происходит. Взяла один глянцевый журнал из стопки и с умным видом начала его рассматривать. Гламурные грёзы, казалось, проплывали мимо меня, не затрагивая моего сердца: дивные красотки с длинными ногами, одетые в заморские шмотки, были похожи на искусственных, а меня, если честно, всё это отталкивало.

Я, конечно же, не считала себя дурнушкой, но и «холодная красота» меня, отнюдь, не привлекала. Она была чужой, далёкой и не затрагивала ни моего сердца, ни моей души.

— А где же Ваша подруга? — наконец, соизволила спросить меня Алиса.

Я пожала плечами:

— Я не могу до неё, к сожалению, дозвониться, но Ирка предупреждала меня, что она едет на юг во время своего очередного отпуска, — спокойно ответила я.

— Да уж, Ирэн любит отдыхать, — заключила Алиса.

Я никогда раньше не называла Ирку «Ирэн» и не обращала внимание на то, что, оказывается, это совсем неплохо звучит. Переделывать имена подруг на французский манер вовсе не являлось моей страстью, и, тем не менее, это было очень забавным.

— Я, вообще-то, тоже не против погреться на полуденном солнышке где-нибудь на Кипре, но…., — Алиса выдержала паузу, — меня ждёт работа. Кстати, надеюсь, сюда Вас привело нечто важное, не так ли?

Я отложила в сторону журнал, вполне осознав, что пришло время придумать нечто правдоподобное, тем более, что я сама не знала, что именно меня сюда привело. И тут мой взгляд упал кулон на золотой цепочке с ослепительно голубым камнем в форме большой слезы или капли. Казалось, камень вобрал в себя всю жизненную силу из окружающего мира, так как от него исходили сильные загадочные флюиды, и это бросалось в глаза сразу же.

— Скажите, Алиса, откуда у Вас этот изумительной красоты кулон? — спросила я.

После моего вопроса, как мне показалось, лицо Алисы стало серьёзным, на нём внезапно возникли красные пятна, будто, она злилась. Хозяйка салона «Твой Имидж» дотронулась до светящейся голубой слезы и долго-долго держала на ней руку.

Скорее всего, её передёрнуло от моего вопроса, хотя я совершенно не понимала, почему. Что особенного я спросила, ведь я просто сделала комплемент её украшению, совсем не вкладывая в это особый мистический смысл, как мне казалось. Или вкладывала? Возможно, однако этого я пока не поняла. Через минуту Алиса вновь стала прежней. На лице внезапно исчезла краснота. Ведь она всё ещё не потеряла надежду «вытянуть из меня хорошие деньги», которых у меня не было.

— Ах, кулон! — пробормотала быстро Алиса, -Это так, обычная дешёвка, бижутерия. Я купила его однажды на блошином рынке, просто меня привлёк его необычный блеск.

— О, да, но такая женщина, как Вы — истинная ценительница всего натурального, никогда не кинется на всё, что блестит, — поддела я.

Алиса лишь пожала плечами, но сделала она это нервно и как-то не совсем естественно.

— Почему бы и нет! Кстати, в прошлый раз костюм «от Версачи» Вам совсем не шёл, он слишком дорогой для Вас, а до таких вещей ещё необходимо дорасти.

Ясно, на лицо проступала вся природная стервозность Алисы, и это было вполне естественным для неё.

Ну, что ж, не всем же людям суждено быть ангелами во плоти. Я вспомнила о своих друзьях-ангелах и пожалела о том, что они давно не появлялись у меня, а я уже порядком начала скучать по ним. Я ещё раз посмотрела на стерву Алису и сказала:

— Хорошо, тогда если в следующий раз я посещу Ваш салон, Вы поберёте мне новый гардероб в соответствии с моими привычками и манерами. Буду признательна Вам за это.

Алиса снова нервно передёрнула своими стройными плечами:

— Зачем же, это сделают мои работники, их у меня много, и они знают толк в моде, поверьте мне.

— Увы, на этот раз Вам не удастся отделаться от меня просто так. Я ценю Ваше внимание, и поэтому мне хотелось бы, чтобы Вы лично занялись мной.

— Уверяю Вас, как Вас там…

— Мария, Мария Серебрякова.

— Ах да, Мари… Так вот, Мари, в этом нет совершенно никакой необходимости.

— Уверяю Вас, Алиса, эта необходимость есть.

— Какая же? — парировала Алиса.

— Деньги.

— Деньги?

— Ну, да, деньги, ведь Вы же любите деньги, и в этом нет ничего зазорного. Судя по Вашим клиентам, их у Вас достаточно.

— Разве Вы можете дать мне много денег? — с иронией в голосе спросила Алиса.

— Много. Очень много.

— И откуда же они у…, — она бросила на меня полный презрения взгляд, — такой, как Вы?

— Какая Вам разница? Ведь, как известно, деньги ничем не пахнут.

— У Вас действительно много денег? — снова с недоверием спросила Алиса.

Я заметила, недоверие в её голосе становилось всё больше и больше. Её растерянность доставляла мне искреннее удовольствие. Что ж, я тоже «не лыком шита».

Я была на десятом небе, что мне всё-таки удалось вывести Алису из себя. Наш разговор так ничем и не закончился, потому что рыжая стерва просто улыбнулась и сказала:

— Хорошо, дорогуша, вот когда у Вас будут деньги, тогда и поговорим.

— А откуда Вы знаете, что сейчас у меня их нет? — спросила я.

— Я не знаю, я уверена в этом, — отрезала Алиса.

Она что-то шепнула подлетевшей к ней возрастной Барби со стрекозиными глазами и исчезла в апартаментах одной из зал. Ну, вот, а я хотела поговорить, а как видно, разговора не получилось. Или Алиса тоже, как правило, разговаривает за деньги? Но я почувствовала «задним умом», что здесь есть какой-то подвох. Наверное, потому что такой необычный кулон, который я увидела на шее Алисы, не мог продаваться за копейки на «блошином рынке». Не мог и всё тут!

Всё бы ничего, да только вечером, когда я вернулась домой и включила телевизор, там показывали какой-то английский фильм. И вот, что странно: на актрисе, игравшей роль главной героини этого фильма, был точно такой же кулон с невероятным голубым блеском камня, как и на Алисе — хозяйке салона «Твой Имидж». Я несколько раз протёрла глаза, не поверив увиденному. Однако голубой кулон в форме большой слезы на шее актрисы и не думал исчезать. «Неужели она его тоже купила на «блошином рынке»? — спросила я себя. Обычно подобные вещи бывают эксклюзивными и делаются ювелирами в единственном экземпляре. Откуда же тогда у обеих такое бросающееся в глаза необычное украшение? Или мне вновь показалось? Ну, нет, я же не брежу и не сошла с ума.

Ситуация окончательно вышла из-под контроля, когда дня через три я снова включила телик. Передавали новости. И вот, что удивительно — в одном из репортажей показали визит президента России во Францию. Президент в аэропорту был встречен делегацией, среди которых присутствовал один из французских послов с супругой. На шее супруги посла красовалась «голубая слеза» во всём своём великолепии. Женщина была довольно симпатичной, стройной в очаровательном кремовом платье и пышной шевелюрой тёмно-русых волос. Однако всё это уходило на второй план по сравнению с великолепием голубого кулона. Казалось, он вобрал в себя всю красоту окружающего пространства: всю прелесть французских долин и холмов, а как известно, во Франции довольно красивая природа.

Барсик и Русси так же внимательно, как и я, смотрели этот репортаж. Только когда на экране появилась жена посла, Русси почему-то заскулила, и я подумала, что в этом что-то есть. Поэтому я взяла с собой «сотик», нажала привычные кнопки, чтобы позвонить Кэт. Мадам Кэт ответила не сразу, а лишь со второй попытки. Возможно, она только что закончила принимать ванну, потому что в трубке слышался звук капающей воды.

— На проводе, — как обычно сказала Кэт.

— Слушай, на прошлой неделе ты как- то сказала мне, что тебе надоело скучать, — начала я свой разговор.

— К чему ты клонишь, Мари?

— К тому, что, кажется, у нас наклёвывается работка.

— Ты уверена? — с ноткой радости в голосе спросила «мадам Кэт». Она всегда радовалась, когда нам предстояло провернуть какое-нибудь дельце.

— Абсолютно.

Глава 2

«По следам голубого кулона»

Привычная улица, Трудовая, 27, на самой окраине Воронежа пестрела зеленью и садовыми цветами.

Эдуард нанял садовников, и вскоре земля вокруг нашего офиса была вскопана и засажена цветами. Тут же был проведён ландшафтный дизайн, так как Эдуард любил красоту, ему не хотелось превращать землю в обычный «совковый огород» с кучей сорняков и кое-как засаженными овощами. Но посадка цветов произошла в конце мая, а сейчас в разгаре лета из земли уже проклюнулись роскошные цветы. Это было действительно очень здорово: красные, фиолетовые, оранжевые пионы, георгины, чайные розы, от которых чудесно пахло, и этот запах буквально пьянил. Тут же был устроен небольшой водоём, к которому вела выложенная каменными фигурными плитами дорожка. В водоёме плавали белые и жёлтые лилии, кувшинки на длинных толстых стеблях и ненюфары — редкие водяные растения, распространённые, в основном, в странах Средиземноморья. Вокруг водоёма были сделаны великолепные скамейки, выкрашенные белой краской и при дававшие всему виду удивительное великолепие.

Да, несомненно, в жилах Эдуарда текла кроме русской крови и кровь английская — он был склонен к порядку, великолепию; причём этот порядок был сродни английскому. Словом, окружающий интерьер вокруг нашего дома неожиданно изменился в лучшую сторону. Тот самый домик, который я увидела больше года назад, преобразился в настоящую достопримечательность окраины Воронежа. Снаружи дом был обшит импортным материалом, обычные окна были заменены на пластиковые. Вместо привычных штор с гардинами красовались пластиковые жалюзи, которые, когда их закроешь, погружал внутренний интерьер дома во мрак, и можно было легко укрыться от палящего Солнца. А жара, действительно, стояла невыносимая, поэтому приходилось прибегать к «услугам» жалюзи всё чаще и чаще. Да, и внутри дома всё стало совсем по-другому. Эдуард купил мебель ту, которой обычно пользуются в престижных офисах: пластиковые столы, стулья, оргтехнику, компьютерные столы. Здесь же в крупных горшках на окнах стояли офисные растения.

Первый этаж был разделён на две комнаты: первая из них — это приёмная, где сидела недавно нанятая секретарша Леночка Анкуддинова, которая, как выяснилось позже, тоже считалась участницей «Братства Огня». В её задачи входило: запись клиентов, ведение переписки, счетов, подача рекламы, словом, всё, что относилось к делопроизводству.

У Леночки был ранее большой опыт работы секретарём, поэтому получив основные указания от Эдуарда, она сразу же взялась за дело. И надо сказать, взялась с умом и с присущей ей деловой хваткой, ведь Эдуард платил исправно, и зарплата была довольно высокой. Однако Братство занималось ещё некоторой коммерцией, что-то вроде детективного агентства только по расследованию паранормальных явлений. Об этом гласила вывеска на фасаде нашего дома: «АГЕНТСТВО ПАРАНОРМАЛЬНЫХ ЯВЛЕНИЙ».

Собственно говоря, название нашей организации на вывеске было лишь для обывателей. «Братством Огня» мы называли его лишь внутри между собой, нигде это не афишируя.

Вторую часть первого этажа занимал собственно наш офис. Здесь стояли столы, стулья, компьютер, удобный для посетителей диван. Здесь же хранились ритуальные магические предметы: пирамидка и шар из горного хрусталя, в которых отражалось будущее того или иного посетителя, если, конечно, правильно ими пользоваться. Здесь же лежали старинные руны и карты Таро, гадать на которых «мадам Кэт» была великой мастерицей. По вторникам и четвергам по два часа она проводила «Школу Изучения Древних Карт», и, надо сказать, от желающих не было отбоя.

Кроме карт к череде магических предметов, разумеется, относились пентакли, сделанные из металла и глины по всем Правилам, рекомендованным в Магических Руководствах, кристаллы из настоящих драгоценных камней. Кстати, Оксана Кострикова неплохо разбиралась в камнях и травах, она подбирала посетителям оберёги, которые заказывала специально для них и травяные сборы от тех или иных недугов. Этот дар открылся у неё после смерти Сергея Плющинского. Она старалась не вспоминать о нём, потому что это приносило ей невыносимые боли, ведь она всё ещё любила этого парня, пусть даже и ушедшего в мир иной. Но Оксана была почему-то уверена, что он где-то среди ангелов и помогает ей в её необычной миссии.

На втором этаже было устроено жилое помещение на случай ночлега. Бывало, здесь оставался Эдуард, несмотря на свои многочисленные поездки; «мадам Кэт», я или подруга Катя, когда ей некуда было идти. Здесь была мягкая кровать, а точнее, целых три кровати, небольшая кухня с современной кухонной техникой и даже телевизором, ванной, туалетом. Здесь даже был устроен балкон, увитый плющом, и пробуждаясь, ты могла насладиться свежим воздухом, встретив восход Солнца. Ах, да, совсем забыла сказать, что в доме хранилась древняя ритуальная книга, которую Эдуард привёз из своего фамильного замка, стоявшего в устье реки Темзы. Книга была написана на незнакомом языке, но удивительно, когда ты искал в ней тот или иной вопрос, то тебе всё становилось понятным. Нечто вроде инструкций, которые были в любом офисе, только Инструкции эти были совсем необычными. Книга хранилась под замком в закрытой комнате, и доступ к ней был лишь у Эдуарда и Кэт. Правда, в последнее время до Книги стали допускать и Катю, потому что она занималась изучением древних языков, открыв в себе эти способности.

Итак, в тот июньский день, на следующий день после моего просмотра репортажа из Франции мы договорились с Кэт встретиться в нашем офисе. Надо сказать, каждое посещение «офиса» было настоящим праздником для меня. С одной стороны, это была работа; с другой — уютная, интересная и нужная работа, дающая тебе средства к существованию, риск и опыт. Об этом можно было только мечтать.

Обычно по воскресеньям наше агентство не работало, так как Эдуард установил строгий график, расписав всё буквально по часам. Однако во всём, что касалось безвозмездной деятельности «Братства», существовал ненормированный рабочий день, если можно его было так назвать. Но сегодня — воскресенье, а Леночка Анкуддинова почему-то пришла, ведь она совсем не догадывалась о нашей с Кэт встрече. А может, «мадам Кэт» сообщила ей? Скорее всего, нет, потому что, как правило, Кэт не обсуждала это с секретарём. Возможно, Леночка пришла закончить предыдущие дела, однажды выбившие её из привычного графика работы.

Леночка была одета в красивый красный костюм, состоявший из модного пиджака и юбки намного выше колен её стройных ног, как и подобает любой секретарше. Не думаю, что Эдуард вообще соблазнился на эти ноги, ведь он был не обычным начальником. Он никогда не орал, не делал умного лица, не махал руками, не указывал в категорической форме, что мы должны были делать. Работа нашей организации была настолько сложной, что в подобном поведении не было особой необходимости.

Волосы у Леночки были коротко подстрижены и осветлены. Обычно секретарши окрашивали волосы в белый цвет и отращивали их, и это со стороны смотрелось довольно сексуально. Но Леночка совсем не пыталась произвести эффект некоей длинноногой блондинки с большими «сиськами» и тонкой почти что осинной талией. Лена была занята перекладыванием папок с места на место, скреплением отдельных файлов. Увидев меня, она приветливо мне улыбнулась, и на её щеках заиграли довольно симпатичные ямочки. От этого лицо её смотрелось очень миловидным. Тут же на столе стоял включённый комп с какой-то таблицей в формате «Эксель».

— Привет, — ответила я.

— Как дела?

— Всё о кей.

Мы не любили говорить длинными ничего не значившими фразами, наша речь была довольно ёмкой и лаконичной, так как она служила для передачи информации и обмена впечатлениями.

— Что новенького было с утра? Никто не приходил? Никто на этот раз не нуждался в спасении? — спросила я, немного пошутив.

— Увы, нет, но я не сомневаюсь, Мари, что клиенты появятся.

— А Эд приходил?

— Нет, он сейчас в Питере, уехал за какими-то вещами, имеющими магический смысл и ещё за книгами.

— Понятно. А Кэт пришла?

Лена кивнула, при этом её чёлка радостно подпрыгнула, как и шары её больших серёжек. Она любила надевать эти серёжки, так как Леночка говорила, что они защищают её от сглаза, как бы служа оберегом.

— Да, Кэт пришла, она там, — Лена показала на смежную комнату.

Когда я открыла дверь, чтобы войти, моему взору открылась интересная сцена: «мадам Кэт» гладила свою питомицу далматинку Гнусси и что-то шептала ей на ухо. Кэт была в потёртых джинсах, несмотря на ужасную жару и малиновой водолазке с короткими рукавами. Солнцезащитные очки красовались на её темени, играя роль ободка. Мне показалось, что «мадам Кэт» была немного взъерошенной. Видимо, я оторвала её от какого-то очень важного дела, и она примчалась сюда со всех ног.

Увидев меня, Кэт добродушно улыбнулась мне, подмигнув при этом, и даже помахала рукой, чего обычно не делала или делала очень редко. Тут же рядом с далматинкой стояла чашка, в которой лежали огромные фрикадельки в соусе.

«Ну, вот, снова, — подумала я, — у Гнусси был сытный завтрак, а у меня до сих пор урчит в животе, несмотря на кофе с пирожным».

Гнусси смачно зевнула, открыв свою большую пасть, её длинный розовый язык выставился изо рта. Но не успела я ещё толком приступить к разговору того, собственно для чего я пригласила Кэт в «офис», как меня привлекла одна необычная деталь — на груди у «мадам Кэт» красовался точно такой же кулон, как и у Алисы, только он был не голубым, а розовым. Я, как заворожённая, смотрела на это украшение; оно, казалось, тут же ожило, начав испускать в окружающее пространство необычные флюиды. Кэт проследила за моим взглядом и, пожав плечами, вполне спокойно сказала:

— Что? Что опять не так?

— Твой кулон…, — едва пробормотала я, продолжая смотреть на розовый кулон, как заворожённая.

— Что мой кулон?

— Понимаешь, точно такой же я видела несколько дней назад у этой дуры Алисы, о которой я как-то рассказывала тебе.

— Ну и что?

Кэт продолжала гладить Гнусси, и я подумала, что моё волнение не произвело на неё совершенно никакого впечатления.

— Ещё я видела его по телику в новостях.

Кэт осторожно дотронулась до своего талисмана, слегка пригладила его ровные поверхности.

— Этого не может быть, — наконец, сказала Кэт, — мой кулон уникальный. Он достался мне от бабушки, и она говорила, что в нашем роду такой кулон носили все ведуньи, и он передавался из поколения в поколение. Он сделан ещё в 16 веке из очень редкого драгоценного камня — розового алмаза.

— Он, будто, живой.

Кэт улыбнулась:

— А он и есть живой и выполняет роль оберега. Бабуля говорила, что если носить этот камень, то можно избежать воздействия на тебя колдовских сил.

— Значит, ты не веришь мне, что твой кулон практически с таким же «живым огнём» я могла видеть и на других людях? — спросила я, наблюдая за тем, как Гнусси, наконец-то, принялась за поедание ароматных фрикаделек с пряностями, от которых я сейчас и сама бы не отказалась.

— Не знаю, — сказала Кэт, — Действительно те украшения, которые ты видела, были точно такими же, как и моё?

— Единственное отличие в том, что камень был чисто голубым.

Кэт подняла палец, как бы желая подчеркнуть свою мысль.

— Вот! Этого я от тебя и добивалась, Мари! А, ведь, это главное и основное отличие.

— И о чём это говорит? — спросила я.

— Ну, возможно, о том, что цвет кулона каким-то образом определяет внутреннее содержание камня.

— Что ты имеешь в виду?

— Сейчас узнаем.

Кэт включила стоявший на столе компьютер, голубой экран сразу же завибрировал, перед нами появилась картинка «Windows». Кэт залезла в поисковую систему «Google» и начала делать запросы, на экране только мелькали разноцветные картинки, за которыми я едва успевала следить.

На экране возник текст с фотографиями того самого кулона, который впервые я увидела на Алисе в салоне. Кэт внимательно углубилась с изучение текста. После двадцатиминутной работы моя «коллега» поставила комп в режим ожидания.

— Ну, что? — спросила я в большом нетерпении, — что «они» пишут?

Кэт разочарованно пожала плечами и зевнула.

— Ничего особенного.

— Но, всё-таки, что-то ведь ты нашла.

— Ну, нашла.

— Неужели в интернете есть даже сведения про этот кулон? — удивилась я.

— Подруга, усвой одно — в Нете есть всё.

— Ну…

— В общем, якобы, этот кулон олицетворяет собой Орден «Чёрного Огня». В данный Орден входили маги и колдуны, он был основан ещё в 11 веке неким розенкрейцером Томасом Корваном — потомственным колдуном. Их задача — открыть Врата Мира для того, чтобы на земле рождались чёрные маги.

— Разве они не могут рождаться?

— Видимо, нет. Во Вселенной тоже ничего не стоит на месте, и проводится определённая работа. Я слышала, что чёрным магам был предоставлен запрет на воплощение более четырёх тысяч лет назад за то, что они нарушили Соглашение невмешательства в личные дела «Братства».

— Откуда у тебя такие сведения, Кэт? — спросила я.

— Эдуард говорил, он у нас грамотный и знает всё.

— Интересно, а какова же наша роль во всём этом Маскараде?

— Почему «маскараде»? это — наша работа, и думаю, Эд будет благодарен тебе.

— За что?

— Ну, как за что? Это, ведь, ты надоумила нас заняться этим довольно важным делом.

— А моя роль?

— Попробуй выяснить по своим каналам, откуда у Алисы появился этот кулон.

— Послушай, Кэт, ты только что говорила, что Орден «Чёрного Огня» был освоен в 11 веке. Но где? Ведь у каждой организации, пусть даже и магической, есть своё место в этом мире.

— А-а, понимаю, что ты хочешь сказать, — улыбнулась Кэт, — в «нете» сказано, что Орден находится в Англии в пригороде Манчестера.

— Вот это да! — протянула я.

— А что в этом удивительного? Томас Корван, как ты уже поняла, отнюдь, не русское и даже не славянское имя.

— Мы должны предотвратить раскрытие этих «Врат»? — посмела предположить я.

Кэт откинула чёлку, и на её лбу высветился круг, говоривший об её принадлежности к «Братству огня». Конечно, его могла видеть только я и остальные члены «Братства», но никто другой из обывателей.

«А из мира колдунов? — вдруг подумала я, задав себе этот невольный вопрос, — могут ли они видеть наши знаки?»

Кэт удручённо пожала плечами:

— Не знаю, возможно, и могут, — сказала она, прочитав мои мысли.

— Значит, нам нужно быть осторожными и потихоньку собирать остальных, — произнесла я.

Гнусси съела последнюю фрикадельку и растянулась у ног Кэт. Её умный взгляд говорил о том, что собака всё понимала. Я взяла телефон и набрала Ирку, вовсе не ожидая услышать её голос. Но на этот раз мне повезло.

— Слушаю, Мари, — поздоровалась Ирка.

— Слава богу, наконец-то ты вернулась со своего курорта, нужно встретиться с тобой, — сказала я своё последнее слово.

Ирка пообещала, что придёт завтра ко мне, тем более, у неё столько новостей, которыми она так спешит поделиться.

Увидев «постное» выражение моего лица после разговора с Иркой, Кэт подмигнула мне:

— Привыкай, Мари! Кажется, нам скоро придётся здорово попотеть.

Глава 3

«Ангелы возвращаются»

……Ирка здорово изменилась: похудела, похорошела. Её лицо после месячного пребывания в Анапе (как, кстати, выяснилось позже), приобрело красивый оттенок кремового загара. Глаза у Ирки блестели, словно, в них поселились огоньки, и они светились озорно и весело. Придя ко мне, она плюхнулась в мягкое кресло, вдохнула южный воздух, исходивший из открытого балкона, где у меня росли бегонии, герань, кактусы.

— Как у тебя здорово! — проговорила Ирка, — сразу чувствуется домашняя обстановка.

— Как будто бы ты не живёшь дома, — упрекнула я Ирку.

Она лишь залихватски подмигнула мне:

— А, ведь, я могу обидеться, дорогая.

— С чего бы это? Вроде бы, раньше ты не отличалась особой обидчивостью.

— Ну, не знаю, ты, ведь, даже не спросила меня, где я была, и как я себя чувствую, и вообще, что со мной происходит.

— Поэтому я и позвала тебя, — попыталась оправдаться я, хотя все мои старания были напрасными.

Ирка сразу же раскусила мою тактику и принялась меня журить.

— Да-да, так я тебе и поверила. Наверняка, у тебя за пазухой приготовлена парочка дел, чтобы решить какие-то свои личные проблемы. Разве я не права?

— Дела у меня, конечно же, есть, но сначала просто из вежливости мне бы хотелось спросить у тебя: как ты?

— Из вежливости…., — иронично сказала Ирка.

Хорошо, что у неё было отличное настроение, иначе мы, возможно, бы повздорили, хотя Ирка всегда отличалась добрым весёлым нравом и чувством юмора.

— Ну, ладно тебе. Как у тебя дела?

— Вот так! — Ирка показала большой палец, её накрашенные блеском губы растянулись в добродушной улыбке, — Ты знаешь, я познакомилась в Анапе вот с таким парнем.

— И кто он?

— Моряк дальнего плавания.

Я махнула рукой:

— А-а, типичный курортный роман.

— Вовсе нет, мой Арнольд испытывает ко мне вполне серьёзные намерения, он обещал приехать в сентябре.

— Так значит, твоего избранника зовут Арнольдом? — спросила я.

— По-моему, очень даже неплохое имя, во всяком случае, мне нравится.

— Ладно, это — твои проблемы. Только не говори, что не знала ничего, если случайно однажды обнаружишь, что он женат.

— Ты просто завидуешь мне.

Ирка скорчила смешную гримаску.

— Только не я.

— А-а, у тебя же есть твой ненаглядный Алекс. Кстати, как он там?

— Ты прекрасно знаешь, что с Алексом у меня давно ничего нет, он кинул меня.

— Но по твоим глазам я вижу, что ты его любишь.

— Я не хочу об этом говорить. Алекс оказался типичным эгоистом, мне неприятно вспоминать о наших совместно проведённых годах и точка!

Ирка снова скорчила смешную гримаску, всем своим видом она напоминала лисёнка.

— Чья бы корова мычала, а твоя бы молчала, — сыронизировала она, — Ну, в общем-то, я тебя отлично понимаю, потому что «все бабы — дуры, а мужики — козлы».

— Прости, но я позвала тебя сюда совсем не за этим.

С большим трудом мне удалось прервать поток Иркиных слов, тем более, говорила она очень быстро, и сделать это было вовсе не легко. Она тяжело вздохнула и серьёзно посмотрела на меня, откинув назад свои длинные каштановые волосы. Кстати, я всегда завидовала Иркиным волосам, потому что они были с эдаким глубоким отливом, что придавало им ещё больше живости и блеска.

— Ну, так я тебя слушаю, подруга, — наконец, произнесла Ирка.

— Ты хорошо знаешь Алису? — спросила я.

— Достаточно. Впрочем, нас связывают только сугубо деловые отношения.

— Деловые?

— Ну, да. Я заказываю у неё иногда шмотки и какие-нибудь вещи.

— А-а, понятно.

— Ты что-то хотела узнать намного больше об Алисе, чем ты знаешь? — догадалась Ирка.

— Да, хочу.

— И что же?

— Ты никогда раньше не видела на её шее голубого кулона в форме слезы.

— В форме слезы?

— В золотой оправе. Она носит его на довольно симпатичной цепочке из чистого золота.

— Кажется, припоминаю. Ну, а при чём тут её кулон? Какое он имеет отношение к самой Алисе?

— Я сомневаюсь, что она могла приобрести золото и драгоценный камень на «блошином рынке».

— Это тебе сама Алиса сказала? — спросила Ирка.

— Да, иначе откуда бы я взяла подобную информацию?

Ирка пожала печами.

— Ну, мало ли, в нашем «городке» слухи распространяются очень быстро.

— Так она действительно купила этот кулон на рынке?

Я поняла, что моя настойчивость могла отпугнуть Ирку, но, к счастью, она не придала этому никакого значения.

— Алиса как-то рассказывала мне, что у её бабушки было очень красивое украшение, которое она подарила ей по праву наследования. А бабушке оно досталось от предков, так как корни Алисы уходят ещё в аристократию и дворянство. Но скажи мне, почему тебя так заинтересовал этот кулон? Что в нём такого особенного?

— Знаешь, Ир, я никогда раньше не видела таких камней.

— Камень, как камень. Я не раз видела этот кулон на Алисе, хотя в последнее время она стала носить его чаще, чем раньше.

— А мне показалось, что он сияет, словно, живой.

— Не знаю, я ничего такого не замечала. А ты, что, ходила в салон Алисы?

— Да, ходила на свою голову.

— Ты хотела бы приобрести точно такой же кулон «на блошином рынке»? — с насмешкой в голосе спросила Ирка.

— Да, мне понравилась её бижутерия, тем более, такая женщина, как Алиса, никогда не бросится на дешёвку. Она разбирается в вещах.

Я соврала Ирке, что хочу купить кулон, чтобы «замести след», ведь она ничего не знала, что я работаю в «Братстве огня». Наверняка, Ирка давно думает, что я «со странностями», хотя раньше она никогда не высказывала мне своих соображений на этот счёт.

— Скажи, а бабушка Алисы жива? — вдруг спросила я, совсем не ожидая того, что задам подобный вопрос. В моей голове он родился как-то неожиданно.

— Валентина Матвеевна? — спросила больше себя, чем меня, Ирка, — конечно, жива. Но я тебе скажу, это — довольно странная старуха.

— И в чём же её странность?

— Да во всём. Я её мало видела, только когда она посещала салон Алисы. Но, говорят, она вообще мало улыбается.

— Странно. А почему?

Ирка пожала плечами:

— Не знаю. Взгляд у неё какой-то тяжёлый, будто, она тебя насквозь сверлит.

— Обычно украшения такого рода, как на Алисе, дарятся перед смертью, что называется «по наследству». Почему же бабушка Алисы подарила ей кулон, когда сама ещё жива и не собирается умирать?

— Не знаю, Мари. Вообще, семья Алисы — полная загадка для меня.

— А родители? У неё живы родители?

— Алиса говорила, что они погибли в автокатастрофе, когда она была ещё совсем маленькой, и её воспитывала бабушка.

— Судя по твоему рассказу неудивительно, почему Алиса такая, ведь бабка её со странностями. А интересно, — сказала я, продолжая углубляться в фамильные тайны семьи Алисы, — интересно, Валентина Матвеевна — это бабушка со стороны отца или со стороны матери?

— Кажется, со стороны матери. Однако со слов Алисы она не любила свою дочь, у них никогда не было тёплых отношений.

— Интересно, почему же?

— Вроде как, мать Алисы была обычной женщиной и всегда осуждала ведьм.

— Значит, Алиса не осуждала их?

— Алиса и сама чем-то похожа на ведьму и на стерву, — заключила я.

— Бр-ррр, — Ирка поёжилась, несмотря на то, что в квартире было тепло, идущее с улицы с открытого балкона, — Мари, давай не будем больше об этом, мне даже как-то холодно стало от таких разговоров.

— Хорошо. Надеюсь, ты не откажешься от глотка чая, а то, получается, что я, будто, тебя на допрос пригласила.

Ирка поморщилась.

— Чай я не буду. Кто же в жару чай пьёт? А вот от мороженного, пожалуй, не откажусь.

— От мороженного?

Я посмотрела в морозилку и к своему удивлению обнаружила там два мороженных. Кстати, как они там появились, возникнув из ничего, я не знала и решила не ломать над этим голову.

Может, тётя Клава их положила, ведь у неё же есть ключи от моей квартиры, чтобы иногда в моё отсутствие присматривать за растениями и животными: Русси и Барсиком. Я с радостью протянула подруге мороженное, второе взяла сама.

— Спасибо. Будто, ты заранее чувствовала то, что я захочу мороженное, — сказала Ирка, слизывая шоколадную глазурь.

Мороженное оказалось с шоколадом и орешками, такого я никогда ещё не пробовала раньше.

Когда Ирка ушла, я ещё долго ломала голову над тем, как оно появилось в морозильнике, ведь, как выяснилось, тётя Клава ко мне не заходила. Она временно жила в своём саду-огороде, как и все старушки, когда в нашей стране наступает дачный сезон. Я услышала, как в комнате залаяла Русси и пошла туда, потому что Русси обычно не лаяла среди «бела дня».

То, что я увидела впоследствии, вызвало у меня одновременно и шок, и радость. В комнате запахло озоном и ванилью, а в центре появилось большое светящееся пространство, из которого никак не могли появиться трое. Это были Арра, Мадель и Грюон, мои старые знакомые. Правда, на этот раз они со страхом глядели на лаявшую долматинку. Несмотря на это «зрелище», Русси не унималась и не думала прекращать. «О, значит, она видит ангелов!» — подумала я. Это было моим маленьким открытием, и я решила, что обязательно поделюсь им с «мадам Кэт», ведь она имела полное право знать всё о её драгоценных собачках. Я присмотрелась к светящемуся пятну в пространстве. Арра на этот раз была одета в длинное голубое платье со шлейфом, на бретельках, будто, собиралась посетить вечеринку, где обычно тусуются звёзды шоу-бизнеса. Её пышные чёрные волосы создавали вокруг головы Арры своеобразный ореол. Её стройную шею украшали большие бусы тоже голубого оттенка. На Мадели было длинное розовое шёлковое платье, а Грюон красовался в пиджаке с бабочкой, какие носят вполне респектабельные джентльмены.

— Фу! Фу! Ну, сколько же можно лаять! В конце концов, это даже неприлично, — проворчала Арра.

Она с упрёком в глазах посмотрела на меня:

— А ты что стоишь! Сделай же что-нибудь, иначе придётся оглушить твою подопечную вспышкой света, а мне бы этого вовсе не хотелось.

Мадель и Грюон, прижавшись тесно друг к другу, пытались найти защиту неизвестно чем. Они дрожали, как глупые подростки-школьники, встретившись с бандой парней в одном из ночных кварталов Воронежа. Я подумала, что пора приступать к активным действиям.

— Эй, Русси! Молчать! Молчать! Разве ты не видишь — это мои друзья!

Вокруг продолжал распространяться привычный запах ванили, как и всегда, когда приходили ангелы. Русси умолкла, а ангелы, наконец, сошли на землю, и светящееся пространство, в котором они совсем недавно пребывали, свернулось в точку. Арра отмахнулась и с облегчением вздохнула:

— Ну, вот, в этом мире нас встречают совсем не радостно.

— В этом мире? — удивилась я, — значит, существуют множество миров?

— Совершенно верно, детка. Миров этих бесконечное число. Но об этом позже. Когда-нибудь я преподам тебе отличный урок по «Анатомии космоса», а сейчас…..

Она с улыбкой посмотрела на Русси, которая в свою очередь с интересом смотрела на ангелов.

Наверное, она соображала, как эти «люди» могли возникнуть «из ничего», ведь они же вошли сюда, минуя двери. Я погладила её по гладкой шерсти, надеясь, что, когда ангелы исчезнут, я задам ей хорошую трёпку. Однако Арра развела руками:

— И не вздумай наказывать собаку! — воскликнула она, в очередной раз считав мои мысли.

— Почему же?

— К сожалению, приняв наши облики, к тебе могут явиться и «другие гости».

— Гости? Кого ты имеешь в виду?

— Какая же ты недогадливая! Конечно же, демонов. Кого же ещё?

— Они разве могут принимать любые облики? — спросила я.

— Естественно, дорогая. Демоны, ведь, не дураки, и способны на многое, о чём ты даже не подозреваешь. Кстати, совсем скоро ты побываешь в их логове, и поэтому мы пришли к тебе, чтобы дать кое-какие инструкции.

Честно говоря, слова Арры немного напугали меня.

— Инструкции? — обескураженно спросила я.

— Ну, да, детка, ты не знаешь, что такое «инструкции»?

— Конечно, знаю.

— Ладно, хватит лишних разговоров! Вы, люди, почему-то всегда много говорите. Я имею в виду тот самый голубой кулон, которым ты так заинтересовалась.

— Голубой кулон?

— Теперь слушай внимательно, дорогая. Мадель, покажи-ка, а то стоите без дела. Эх, молодёжь!

Ангел в длинном розовом платье по знаку своей «начальницы» раздвинула руки в противоположные стороны.

Я заметила, что в пустом пространстве возник экран. Это был совершенно белый светящийся сгусток энергии, который постоянно вибрировал. Сначала на таком «импровизированном» экране всё завибрировало, затем я чётко увидела замок. Да-да, это был именно средневековый замок, стоявший на уступе скалы, обдуваемый всеми мыслимыми и немыслимыми ветрами. Это было довольно серое мрачное строение с флагами. Именно эти флаги добавляли хоть какое-то разнообразие в окружающий мрачный пейзаж. Я, как заворожённая, смотрела на живое изображение и ничего не могла сказать.

— Что это?

— Замок колдуна Ла Виста, «Братству» в ближайшее время предстоит совершить туда небольшой вояж.

Я хотела ещё что-то сказать, однако Арра сделала мне знак замолчать. Затем я увидела, как по ступенькам лестницы, которая была винтовой, шли какие-то люди в чёрных накидках с капюшонами, скрывавшими их лица. Они напоминали призраков всем своим видом, в ладонях каждого из них был зажат голубой кулон.

— Кто эти люди? — спросила я, наблюдая за тем, вереница «призраков» медленно поднимается по лестнице и входит в замок.

— Это — не люди, дорогая. Они и есть «Братство мрака». Сейчас они войдут в замок в «Тайную комнату», разложат свои амулеты в форме цветка, и тогда…..

Арра остановилась.

— Что будет тогда? — с волнением спросила я.

— Образуется канал в виде Врат, и на земле будут рождаться демоны.

— Такого не должно произойти, — возразила я.

— Не должно! Для этого вы и существуете.

— Интересно, а где находится замок Ла Виста?

— В Великобритании.

— Значит, Алиса тоже там будет? Ведь у неё же есть кулон.

— Их избранное число, дорогая. Но будьте осторожны, демоны не так быстро сдаются. В любом случае вам потребуется наша помощь.

— И вы будете там в замке? — спросила я.

— Обязательно. Владыка с нетерпением ждёт этого события, ведь оно решающее. Сейчас весь космос с замиранием смотрит на будущее и на вас, в том числе.

— А разве будущее не определено?

— Нет, детка. Будущее творим мы сами. А если кто-нибудь скажет обратное, не верь этому.

— Кто такой «Владыка»?

— Руководитель и земного, и небесного «Братства Огня».

— Значит, он — не Бог?

Арра покачала головой, а Мадель с Грюоном улыбнулись, совсем, как дети.

— Владыка — не бог, но Бог, которого вы упоминаете в своих молитвах, существует. Космос очень сложно устроен, и здесь есть тоже определённая Иерархия, как и у вас, на земле.

Я заметила, как Арра изменилась в лице.

— Кажется, меня зовут, дорогая. Эй, молодёжь, мы должны идти. Вы готовы?

— Готовы!

Не успела я что-то сказать, как ангелы исчезли в огромном светящемся белом облаке. От полученной информации у меня буквально распухла голова, словно, стала очень большой, я свалилась на софу, как подкошенная, чтобы немного успокоиться. Русси легла рядом со мной и лизнула меня в щёку.

Глава 4

«Бабушка Алисы»

…Я посмотрела наверх девятиэтажной высотки, находившейся в небольшом скверике наряду с такими же домами. Здесь было тихо, спокойно, стояли деревья, пели птицы, перелетая с ветки на ветку, здесь же была устроена детская площадка, только детей почему-то не было, если не считать одиноко прохаживающихся по вымощенным плитами тропинкам мамочек с колясками. Они что-то лепетали своим непослушным детям, думая, что дети ту же начнут их слушаться. Но дети корчили друг другу жуткие рожи и прятались за деревья.

На одном из балконов было очень много цветов и зелени, и я заметила, как какая-то женщина в ярко-оранжевом платье с лейкой в руках поливала цветы. Она не обратила на меня совершенно никакого внимания. И я сочла это событие ничем не примечательным и шагнула в подъезд.

Прежде всего, оказавшись в тамбуре, я съёжилась от пробравшего меня насквозь холода, хотя на улице была жара. Я вызвала лифт, и мне пришлось ждать довольно долго так как кто-то баловался и ездил с этажа на этаж. В принципе, я уже была готова подняться пешком, но девятый этаж оказался бы для меня большим достижением, поэтому я решила ждать до упора.

Прежде чем войти в лифт, я увидела, как нечто чёрное шмыгнуло из подъезда. Присмотревшись повнимательней, я поняла, что это была кошка. Её огромные жёлтые глаза сверкнули в темноте и исчезли. Я съёжилась, мне стало как-то совсем жутко, и я в тысячный раз пожалела о том, что не взяла с собой Кэт или ещё кого-нибудь из членов «Братства». От того, что в моей душе закрался страх, я в который раз обругала себя. «Воин Братства не должен бояться!» — убеждала я себя, и это был довольно сильный аргумент. Квартира номер «127» была обита железной дверью, но ни коврика для ног, ни ещё какой-нибудь тряпки, как возле других квартир здесь не было.

«Господи, помоги мне!» — прошептала я про себя в сотый раз. Я не знала, для чего я иду туда, но что-то влекло меня в эту загадочную квартиру «127» помимо моей воли. Но что именно? Возможно, это было предчувствие или просто интуиция. Во всяком случае, я стояла перед дверью квартиры номер «127» и долгое время не решалась нажать кнопку звонка. Наконец, дрожащей рукой я дотянулась до этой заветной кнопки, окончательно сделав свой выбор. Через долю секунды внутри квартиры раздалась непривычная успокаивающая мелодия, но мне почему-то не было спокойно. Я не знала, отчего я так боялась. У меня даже похолодели руки. Как ни странно, на звонок никто не откликнулся, и на какое-то время я даже испытала короткое облегчение. Но это состояние, как я поняла позже, оказалось преждевременным. Вдруг в темноте прихожей снова показалось нечто чёрное с горящими жёлтыми глазами в форме щелей.

Я мотнула головой, чёрное существо вновь исчезло, будто, его там и не было вовсе.

«Жуть какая-то», — подумала я, и «для профилактики» решила перекреститься и ещё раз прочесть свою заветную молитву «Отче наш, иже если на небеси».

Прошло около десяти минут, и я подумала, что, скорее всего, моё посещение бабушки Алисы оказалось безуспешным. Однако затем я услышала звук цепочки, и дверь открылась. Странно, что никто даже не просил «кто там?», как обычно это делали все «нормальные» жильцы квартир в наше обычное время.

«А, может, бабушка Алисы — колдунья?» — посетила меня довольно странная мысль. «И почему я не подумала об этом раньше?»

На пороге квартиры стояла высокая пожилая женщина в очень тёмном платье, облегающем её стройную фигуру. Её седые волосы были скручены в большой тугой кокон и аккуратно уложены на темени. Серые глаза глядели как-то уж очень пронизывающе так, что по коже буквально начинали бегать мурашки. Женщина показалась мне очень высокомерной и властной.

«Если ей в руки дать веер, то она бы напоминала всем своим видом настоящую дворянку», — невольно подумала я.

— Что Вам угодно? — спросила открывшая.

— Скажите, Вы являетесь бабушкой Алисы? — спросила я.

Мне показалось, что пожилая женщина нахмурилась, потому что её тонкие выщипанные брови сурово сдвинулись к переносице.

— А Вы её знаете?

— Да.

Женщина ещё раз очень внимательно посмотрела на меня. О, сколько же презрения читалось в этом холодном взгляде! Неужели все дворяне когда-то были такими?

— Я что-то не припомню Вас в числе её подруг, дорогая, — наконец, соизволила произнести пожилая женщина.

— Ну, в общем-то, нас и нельзя назвать близкими подругами. Просто её знает одна моя очень хорошая приятельница, с которой я уже по-настоящему дружу.

— Зачем же Вы тогда пришли?

Вопрос, заданный этой странной женщиной, честно говоря, поставил меня в тупик.

— Ну… я…

— Знаете, моя Алиса не так легкомысленна, чтобы общаться с Вами и подобными Вам.

— Я, собственно говоря, по делу.

— Позвольте полюбопытствовать, какому?

— Меня заинтересовал кулон, который Алиса недавно стала носить.

— Кулон…

Её взгляд стал ещё пронзительней, будто, меня всю насквозь истыкали острыми иглами.

«Должно быть, такие глаза могут принести с собой смерть», — подумала я и тут же отбросила эту мысль куда подальше.

— Ну, да, кулон. Алиса сказала, что купила его с рук на рынке. Мне говорили, что Вы разбираетесь в ювелирных украшениях, и сами подобрали для Алисы этот кулон.

— Откуда Вы получили такие сведения? — спросила бабушка Алисы.

Я, конечно же, соврала насчёт того, что эта женщина с такими страшными глазами и сверлящим насквозь взглядом купила для Алисы кулон.

— Я не могу сказать, кто именно…

Глаза женщины сузились и стали похожи на две чёрные щёлки:

— Послушайте, кто дал Вам право ходить по квартирам и выяснять, откуда у людей берутся фамильные драгоценности!

— Фамильные! А я думала, что смогу приобрести себе такой же…, — я состроила разочарованную гримасу, дабы как можно лучше сыграть свою роль.

— Этот кулон принадлежит нашей семье, и он не продаётся, потому что ему нет цены. Я надеюсь, что на этом разговор наш окончен! — прямо перед морим носом она захлопнула дверь, и я почувствовала себя так, будто, только что получила пощёчину.

Хорошо, если разговор окончен, мне больше здесь нечего делать. По дороге обратно я зашла в какое-то находившееся во дворе жилого квартала кафе с мигавшими по очереди неоновыми лампами. Я заказала салат и коктейль и в ожидании своего заказа набрала номер «мадам Кэт».

— На проводе, — услышала я в трубке знакомый голос.

— Как мы и договорились, я навестила бабушку Алисы.

— Ну, и что же ты выяснила, Мари?

— По-моему, эта бабка — ещё та штучка. В молодости, наверное, она была отчаянной стервой.

— Почему ты так решила? — спросила Кэт.

На этот раз интонация её голоса произвела впечатление заинтересованности.

— Она была очень груба со мной и вообще не пожелала разговаривать. Кэт, если бы ты только видела её глаза!

— А что с её глазами?

— Они, будто, сверлили меня, а когда разговор зашёл о кулоне, старуха вообще вышла из себя.

— Тебе это не могло показаться?

— Да нет, я чувствую, что здесь что-то не так.

Я думала, что вслед за моими словами я услышу в трубке поток слов Кэт, однако к моему удивлению на какое-то время в трубке воцарилась тишина.

— Что ты молчишь, Кэт?

— Я не молчу, а думаю. Разве у волшебников нет права на размышления?

— Конечно же, есть. Ты себя называешь «волшебницей»? — спросила я.

— Ну, да. Не только себя, всех нас, — ответила Кэт.

— Ты мне перезвонишь или сразу скажешь, что ты думаешь по этому поводу? — настаивала я.

— Просто, когда ты начала говорить о бабке этой самой Алисы, мой розовый кулон стал странно себя вести.

— Ничего себе!

— Он засветился, словно, ожил, будто, внутри него зажглось яркое пламя, или Солнце. Я такого ещё никогда не видела.

— Тебе не кажется, что твой кулон не случайно реагирует на энергию бабушки Алисы? — спросила я.

— Запомни, Мари, случайностей в этом мире не бывает.

— Наверное, и я почти уверена в этом, что и Алиса, и её странная бабка — колдуньи. И теперь я точно знаю, что голубой кулон ей достался по наследству, а не был случайной покупкой.

— Кажется, скоро нас ждёт серьёзное стоящее дело, — изрекла Кэт, — ты ничего не слышала об Эдуарде? Он не звонил тебе?

— Нет, но послушай, у меня есть кое-что интересное для тебя.

— И я рассказала Кэт об ангелах.

— Во время моего рассказа Кэт ни разу не перебила меня, всё внимательно выслушав.

— Ангелы никогда не ошибаются, — наконец, сказала «мадам Кэт», значит, Эд скоро пожалует с очередным заданием «сверху».

— Только не удивляйся, дорогая, когда это произойдёт в реальности.

На том конце трубки раздался короткий смешок, видимо, Кэт явно позабавила моя последняя фраза.

— Эти десять лет я вообще уже ничему не удивляюсь. Послушай-ка, как там зовут твою подругу, ну, которая в прошлом году лежала в психушке? — спросила «мадам Кэт».

— Ты имеешь в виду Катьку Аверину?

— Да, прости, всё время забываю. Так вот, пусть она по своим каналам выяснит ещё что-нибудь об этом голубом кулоне и о «Братстве Мрака». Я уверена, эти сведения пригодятся нам в дальнейшем. Не забывай, послезавтра наведаться в «офис». Кажется, к тебе придут клиенты по поводу предсказаний. Ну, всё, до встречи.

Связь оборвалась, видимо, «мадам Кэт», как всегда, снова куда-то спешила, а на моём столике появились салат и коктейль.

….Ночью в квартире произошло ещё одно очень загадочное происшествие. Во-первых, когда я вернулась, то в кухне раздавалось громыхание кастрюль, и пахло борщом.

— Тёть Клав это Вы?

Добрая женщина, встретив меня, развела руками.

Она была одета в обычный лёгкий халат, седые волосы были зачёсаны назад, открывая её загорелое счастливое лицо.

— Машенька, слава Богу! Ты, наконец-то, пришла!

— Да, в общем-то, я всегда теперь дома после работы, нигде особо не задерживаюсь.

— Оно и видно. Питаешься, наверное, всухомятку. Я вот вчера вечером с дачи приехала и решила тебе обед сварить. Мой-ка руки и иди скорее на кухню. Я тебе налью, пока горяченький.

Мои Барсик и Русси встречали меня в прихожей, глядя на меня своими очень преданными глазами.

Борщ, в самом деле оказался славным. Я съела первую порцию и попросила добавки.

— Признайтесь, тёть Клав, у Вас есть какой-то секрет приготовления борща и, вообще, любого блюда?

Тётя Клава пожала плечами:

— Да, вроде, не знаю. Особых секретов у меня нет, всё, как обычно. Всё, что и все делают.

— Ну, не знаю, ни у кого я ещё таких вкусных борщей не пробовала.

— Вроде бы, есть один секрет, — вдруг сказала тётя Клава.

— И в чём же он?

— Всё должно быть приготовлено с любовью. С большой любовью! Тогда в каждом блюде будет изюминка. Я, ведь, уже говорила тебе.

— Что такое «любовь»? Как её можно ощутить? Это — нечто неосязаемое.

— Но, тем не менее, любовь есть; она существует. Веришь ли ты в неё или не веришь, Машенька, но это так.

Я кивнула:

— Верю, тёть Клав, верю.

Во-вторых, мне приснился жуткий сон. Это казалось странным, потому что мне давно не снились жуткие сны. В течение долгого времени я жила, словно, в каком-то вакууме, и некие силы извне или же изнутри меня, охраняли меня. Теперь же они, казалось, отступили на второй план. Я видела, как какая-то чёрная кошка набросилась на мою шею и начала душить меня. Мне не хватало воздуха. Я боролась, пытаясь отодрать от себя это ужасное существо со светящимися в темноте дикими глазами.

— Уйди от меня! — кричала я, — уйди!

Но никто не слышал моего голоса, будто, он исчезал где-то в непроницаемой Пустоте.

Впервые за всё это время я услышала мяуканье, и только когда я открыла глаза, я поняла, что мой Барсик с кем-то борется.

Русси лаяла. Я сгрудила ворох одеял и с ужасом наблюдала за свернувшимися в клубок в неистовой борьбе кошками. Они шипели и рвали когтями шерсть друг у друга. В конце концов Барсик одержал победу, и в тени растаяло чёрное существо. Я включила свет. Однако кроме меня и моих верных четвероногих друзей в комнате никого не было. Через пять минут я убедилась в том, что ночное происшествие было вовсе не моей выдумкой. На шерсти Барсика была свежая кровь, тёкшая из царапин. Я нанесла осторожно на них мазь, после чего мой питомец успокоился и уснул в моих ногах. Русси легла на полу справа от кровати, положив морду на лапы. Только я вот долго не могла уснуть. Жутко болела шея. Я осмотрела её в зеркало. То, что я обнаружила там, повергло меня в настоящий первобытный ужас. Это были следы от человеческих пальцев.

Кэт сразу же взяла трубку.

— На проводе.

— Кэт, кажется, на меня было совершено покушение, — начала я.

— Да что ты говоришь!

— Ты, конечно же, мне можешь не поверить, но это так. Действительно так.

— Почему же, я верю тебе. Но почему ты сделала такой вывод?

Я рассказала ей о случившемся происшествии. Кэт ответила не сразу.

— Кажется, тучи сгущаются, дорогая.

— И это всё, что ты можешь мне сказать? — разочарованно произнесла я.

— Ты хочешь что-то выяснить?

— Кэт, мне нужна Книга.

— Но для чего?

— Я уверена, что бабушка Алисы — колдунья, но мне нужно подтверждение этому.

— Эд не разрешает часто пользоваться Книгой, только в крайних случаях.

— Во-первых, Эд сейчас в Англии, ну, а во-вторых, это и есть тот самый «крайний случай».

— Ну, хорошо, приходи завтра в «офис», я открою комнату с Книгой.

Я обрадовалась тому, что Кэт не пришлось долго уговаривать.

— Спасибо, Кэт.

Шея всё ещё болела, я посмотрела в зеркало. В её основании ещё явственнее проступили чёткие синяки, по форме напоминающие человеческую кисть. Мне показалось, и я даже ощущала это слишком явственно, что эти синяки буквально горели. Мне было больно, очень больно. Я сжала кулаки и сквозь зубы пробормотала: «Ну, что ж, тебе меня не одолеть, старая ведьма». Казалось, подобные слова явились моей внутренней защитой. Церковные слова с речитативом зазубренных молитв, которые якобы помогают страждущей душе, вызывали во мне скуку, но не более того. Куда сильнее оказывалась подобная решимость; она была способна мобилизовать всю силу, всю энергию для активных действий.

….В офисе, а особенно в комнате, было прохладно. И я, когда переступила её порог, съёжилась, пожалев о том, что не захватила с собой кофту. Книга лежала на столе в красивом старинном кожаном переплёте. Я чихнула от того, что здесь было слишком много пыли. Леночка сегодня не пришла, тем более, был выходной.

Кэт поставила передо мной Книгу, открыв её на первой попавшейся странице.

— Читай, — сказала она.

— Но почему ты открыла наугад? Мне нужно знать только о колдунах.

— Эд говорил, что у Книги нет определённых страниц; чтобы ею воспользоваться, нужно открыть Книгу, не глядя.

Я пожала плечами.

— Странно. Хорошо, я верю Эдуарду.

В Книге почти на всю страницу был написан всего один абзац, но эти сведения произвели на меня очень глубокое впечатление. Там был приведён заговор. Я прочла его, и вдруг мне стало жарко, будто, всё во мне горело. Я не знаю значение данных слов, потому что они были написаны на латыни.

— Что это значит? — спросила я.

— Не знаю, — сказала Кэт, — я не знаю.

Я тяжело вздохнула и устало пробормотала:

— Бабушка Алисы — настоящая колдунья, и это она напала на меня ночью.

Глава 5

Возвращение Эдуарда

…..Катя Аверина пришла в «офис» после обеда во второй половине дня. Она выглядела довольно усталой и даже бледной, как мне показалось. За плечами у неё была сумка-ранец, какие обычно носят студенты. Катя села на стул и начала распаковывать свой импровизированный «рюкзак». Она достала целую кипу книг, которая тут же выросла на моих глазах на столе.

— Что это? — спросила я, разглядывая толстые переплёты с золотым тиснением.

— То, что ты просила меня, Мэри.

— А-а, добыть сведения про колдунов.

Я заметила, что на уставшем лице Катьки заиграла улыбка, которая даже показалась мне лучезарной. На её молодой почти нетронутой возрастом коже щёк заиграли очаровательные ямочки. Однако глаза Катьки всё равно оставались очень грустными, и нельзя было не заметить этого.

— Кстати, мне даже удалось раскопать информацию об этом самом «Братстве Мрака» и о месте его нахождения.

— Да ну, Кать! — удивилась я, не веря своим ушам.

— Правда, тот сайт уже совсем практически закрыт, но через одного моего очень хорошего знакомого мне удалось на него проникнуть.

— И что же ты узнала? — в нетерпении спросила я.

— Они собираются в замке Томаса Корвана каждые 12 лет, и у каждого из них есть отличительный знак. Попробуй догадаться какой.

— Кулон! — выпалила я.

Катька энергично закивала:

— Совершенно верно, Мари. Кулон из редкого драгоценного камня.

— Однако, как мне говорила Кэт, эта организация называется не «Братство Мрака», а «Братство Чёрного Огня».

— Что, в сущности, одно и то же, дорогая.

— Что ты имеешь в виду?

— А то, что это — одни и те же люди.

— Так это на них была организована травля во времена Инквизиции Папой Караффой? — спросила я.

— Нет, дело в том, что колдуны были «белыми» и «чёрными». Иначе говоря, «белые колдуны» назывались «белыми магами». Они могли творить чудеса, лечить больных, растворяться в воздухе, т. е. делаться совершенно невидимыми. Я прочла это в одной книге по Испанской Инквизиции 15 века, что как раз травлю на «белых магов» организовали «маги чёрные», чтобы утвердить свой Орден.

— Ничего себе! — я присвистнула от удивления, так как сведения были очень потрясающими, — а я-то думала раньше, что колдуны — это зло.

— Значит, и себя ты причисляешь ко злу? — спросила Катька и как-то загадочно мне улыбнулась.

— Прочему ты так думаешь, Кати?

Она пожала плечами:

— Но ведь ты же, член «Братства Огня».

— А-а, понятно.

Я не знала, что ей ответить, но, во всяком случае, колдуньей я себя не считала. Я ещё раз всмотрелась в лицо своей подруги.

— Кать, да что с тобой, в конце концов? У тебя глаза какие-то печальные.

— Разве заметно?

— Очень заметно. И вообще, ты выглядишь какой-то уставшей, бледной. Что-нибудь случилось?

Она закивала.

— Ну, что?

— Кажется, моя мачеха и отчим — «колдуны мрака», — тихо проговорила Катька.

Слова Катьки потрясли меня ещё больше, чем то, что она сообщила мне накануне. Я, словно, пробивалась в своём сознании, будто, через какую-то пелену, завесу, тонким слоем отделявшую меня от окружающего мира.

— Подожди, почему ты так решила? — спросила я, пожелав расставить все точки над «i».

— В среду, когда я вернулась домой, на ней было роскошное белое платье с глубоким вырезом, так что можно было видеть её шею. Надо сказать, что шея у неё красивая.

— И что?

— Там был тот самый голубой кулон. Знаешь, сначала я думала, что мне показалось, я не хотела верить в увиденное, но…

— Но что?

— Но…

— Ну же, Кать, не томи! — возмутилась я манерой Катьки вести рассказ.

— Это был тот самый кулон. Голубой с живым огнём в его переливающихся гранях.

Я представила себе на миг Маргариту Петровну с пышной рыжей шевелюрой непокорных волос.

У неё был всегда какой-то холодный отрешённый взгляд, который меня озадачивал. Я помнила свою последнюю встречу с Катькиной «мамой», когда сама Катька находилась на лечении в психушке.

К тому же, это отчим Виталик и Маргарита Петровна сдали её в психиатрическую клинику якобы из «добрых побуждений», а на самом деле желая скрыть прошлое Кати. Рассказ Катьки о том, что у неё когда-то была сестра-близнец, которую она совсем не помнила и не знала, как-то не вязался с моим рассудком. Всё это казалось слишком необычным, фантастическим, чтобы в это можно было поверить целиком.

— Подожди, может быть, это совсем другой кулон, просто очень похожий на тот, которым обладают настоящие колдуны, — безнадёжно предположила я.

Катька покачала головой, тем самым выражая мне своё полное несогласие со мной:

— Нет. Это — тот самый кулон. Именно тот самый.

— А Виталик? На каком основании ты делаешь вывод, что он — тоже член «Братства Мрака»?

— Как-то утром неделю назад я встала пораньше, чтобы вымыться в ванной, и уже затем ехать в институтскую библиотеку. Но в ванной был включён свет. Сквозь узкую щёлку я увидела там Виталика, он стоял перед зеркалом и примерял украшение. В зеркале отразился кулон в форме слезы. Меня тогда ещё очень поразила его необычная форма и необычный живой блеск.

— Он заметил тебя?

— Нет.

— А может это — тот самый кулон, что ты тогда увидела у «матери»? — спросила я.

— Может и так, только я почему-то уверена, что у них два кулона.

— Скажи, Маргарита Петровна что-нибудь заметила?

— Нет, у нас были гости, и она была занята угощением, суетилась, бегая из кухни в гостиную и из гостиной в кухню.

— А гости? Они тоже колдуны? — спросила я.

— Не знаю, — Катька снова пожала плечами, — только почему-то лица у всех были какими-то злыми и бледными, как у мертвецов. Я тогда сослалась на головную боль и закрылась у себя в комнате.

Рассказ Катьки потряс меня, и я не переставала об этом думать и мечтала при любом представившемся случае поделиться с «мадам Кэт», чтобы вместе нам принять хоть какое-то решение, пока Эдуард отсутствовал.

Кэт выслушала меня довольно спокойно, как, впрочем, и всегда. Наконец, она как-то просто сказала:

— Да уж, «заварила ты кашу» с этим самым кулоном.

— Это не я её заварила. Это события так сложились.

Кэт улыбнулась:

— Да ладно тебе дуться. Слушай, а что ещё Катя говорила про кулон и его обладателей?

— Только то, что я уже рассказала тебе.

— Интересно, сколько должно быть этих колдунов?

— Что значит, «сколько»? — не поняла вопроса Кэт.

Ну, ведь, в каждой организации существует определённое количество членов разве не так? Вот, например, у нас: Эд, я, ты, Роб, Оксана, Лиза, Катя, Леночка — всего восемь. А в «Братстве Мрака» сколько?

— Интересно, я не задумывалась над этим. Но я подозреваю, что их достаточно много.

— Их определённое число.

— А ты веришь, что «родственники» твоей Кати — колдуны? — спросила Кэт.

— Почему бы и нет. Однажды, когда я заходила к ней, Маргарита Петровна как-то странно встретила меня.

— И в чём же проявлялась эта «странность», как ты говоришь?

— Её взгляд был очень холодный, неживой, что ли.

— Неживой, — пробормотала Кэт.

Она откинула назад чёлку, поправила сбившуюся причёску. На её лбу заиграло «солнечное пятно» — знак принадлежности к «Братству».

— Кстати, Эд мне вчера звонил он скоро будет здесь, и у него для нас работа.

— Я всегда знала об этом.

— Конечно, тебя же «оповещают» твои ангелы.

Кэт улыбнулась и этим самым она ещё больше походила на озорную девчонку.

— Ты хочешь, чтобы я сходила к Маргарите Петровне? — спросила я, пытаясь угадать мысли «мадам Кэт».

Она пожала плечами:

— Ну, не знаю. Что мы этим добьёмся?

— Может, кое-что узнаем. Только учти, одна я не пойду, ни за что не пойду. Мне хватило и бабки Алисы.

— Ладно, я могу пойти с тобой. Мы представимся подругами Кати, а сами попробуем выяснить, сколько членов в том «Братстве Мрака»

— Но как ты выяснишь? — спросила я. Кэт подмигнула мне, при этом её глаза сверкнули, как две маленькие молнии.

— Предоставь это мне, — сказала она.

— Хорошо. И когда же?

— Я думаю, сначала нужно дождаться Эдуарда. Уж он-то нам кое-что расскажет о своём путешествии на земли своих предков.

— И твоих тоже, — закончила я, — не забывай, он же — твой кузен.

— Конечно, Мари, я никогда об этом не забываю и не забуду.

Я бросила взгляд на розовый кулон Кэт. В последнее время она почти не снимала его, будто искала защиты у своего загадочного талисмана.

— Скажи, Кэт, почему ты не снимаешь свой кулон? — спросила я.

— Возможно, потому что я чувствую защиту, которая мне сейчас особенно необходима. Но, Мари, я чувствую, этому кулону ещё предстоит сыграть свою роль и оставить свой след в истории нашего «Братства».

— Чувствуешь?

— Я почти уверена в этом.

Я посмотрела ещё раз на кулон. Мне показалось, что внутри него как бы заструилось, заиграло маленькое солнышко. Будто, внутри этого кулона существовала целая вселенная, целый мир, такой загадочный и такой красивый, будто, он был сказочным. Мне показалось, что кулон как бы «улыбнулся» мне в ответ на мою улыбку.

Эдуард или «Эд», как его называла «мадам Кэт» возвратился в пятницу, как раз в разгар всех этих страстей. Как мы и предполагали заранее, он сразу же оповестил всех членов «Братства» о сборе в «офисе» ровно в 20.00 по местному времени. Причём, оповещение это было сделано через нашу секретаршу Леночку Анкуддинову путём сотовой связи. Помню, в субботу меня почему-то целый день клонило в сон, а вечером я наспех накинула на себя красную футболку, джинсы и кроссовки, предварительно накормила своих питомцев и на прощание сказала им:

— Ну, что ж, друзья мои, живите мирно до моего возвращения.

Затем я взяла такси и поехала в сторону «Трудовой, 27», где и располагался наш «офис». Причём, таксист был почему-то крайне удивлён моей просьбе поехать именно туда.

— Вы что, хотите попасть прямиком в «ведьминский дом»? — спросил он меня перед тем, как завести двигатель.

— Почему «в ведьминский»?

— Все так в Воронеже называют это место, — как ни в чём не бывало, бросил таксист.

«Недалёкий обыватель», — подумала я.

— Да, а если Вы доставите меня туда всего за пять минут, я заплачу в три раза больше стоимости проезда, — отрезала я.

Таксисты — большие любители, что называется, «заработать на халяву», и деньги — именно та тема, которая с успехом «затыкает им рот», дабы они не совали свой нос в чужие дела. Я это знаю давно ещё со времён своего неудавшегося брака с Алексом, и с успехом в очередной раз воспользовалась этим средством.

Причём, водитель такси так постарался, что не прошло и трёх минут, как я оказалась в месте своего назначения правда, при этом он нарушил все правила дорожного движения, и, к счастью, не был задержан ни одним «гаишником-дояром». Я заплатила ему то, что обещала, и он без лишних вопросов мгновенно скрылся из виду.

«Так-то лучше», — подумала я.

В гостиной на втором этаже. Где проходило совещание «Братства», было темно. Свет исходил лишь от двух жёлтых ночников в форме шаров и был очень тусклым. Но это вовсе не помешало мне увидеть лица присутствовавших. Эдуард был одет скромно в джинсы, как и я, и белую футболку, его лицо было задумчивым, и мне показалось, что он был чем-то озабочен. Рядом с ним сидела Кэт на мягком обтянутом красной материей кресле. Она почти ничем не изменилась, да и видела я её очень часто по сравнению с остальными сотрудниками нашего «агентства».

Леночка в синем строгом деловом костюме, как всегда, что-то писала в свой ноут-бук и приветствовала меня только кивком головы. Оксана сегодня была в роскошном красном платье в белый горошек, и надо сказать, ей очень шёл этот цвет. Только всё равно её лицо со дня смерти её друга, Сергея Плющинского, было грустным, ведь она так и не смогла забыть его «ухода» и простить себе это.

Тут же сидел, опустив голову Роберт-Жёлтая Кепка, только на этот раз он был без своей легендарной кепки, и потом, мне ещё не выпала возможность убедиться в его способностях, несмотря на рассказы «мадам Кэт», но, не теряя надежды, я всё равно находилась в ожидании этого удивительного момента.

Поискав глазами, среди собравшихся я заметила Катю и Лизу. Лиза всё ещё считала себя «сириусянкой», впрочем, никто из посвящённых в эту красивую историю и не пытался оспаривать обратное. На ней было совершенно белое платье, которое, как нельзя лучше, гармонировало с её юным симпатичным и уже загорелым личиком. Последней, на кого я обратила внимание, была Катя. Она приготовила блокнот и ручку, как будто, собиралась что-то записывать и делать какие-то пометки в своей записной книжке.

Я заняла своё место рядом с Кэт. Эдуард посмотрел на меня.

— Ну, вот, все и в сборе. Я уже сказал, Мари, пока Вас не было, что нам предстоит ехать в Англию в пригород Манчестера.

Я переглянулась с «мадам Кэт».

— В пригород Манчестера? — переспросила я.

— Ну, да. Накануне во вторник ко мне приходил тот самый человек в чёрной накидке и сказал, что в замке Томаса Корвана хотят произвести обряд посвящения в маги «Братства Мрака» Я не сомневаюсь, что Вы знаете, что это такое, Мари.

— Откуда же?

Он усмехнулся:

— Вы забываете, что я — член «Братства огня».

— Ах. Да, теперь я помню.

— Так вот, в ночь с 20 на 21 июля в замке кроме Обряда Посвящения будет производиться обряд открытия Врат и жертвоприношение.

— Жертвоприношение? — удивилась Оксана.

Она побледнела.

— Дело в том, что у них находятся двое парней, которых они держат в замке до памятной даты.

Оксана встала:

— Я….я… видела вчера сон. Там было двое, которые попали в Зазеркалье, и не могут вырваться оттуда.

В комнате стало тихо. Молчание прервал Эдуард.

— Ну, что ж, все дороги ведут в Манчестер, — сказал он.

Затем раскрыл сжатую до этого в кулак ладонь. На её дне лежал голубой кулон, который, казалось, испускал из своего нутра агрессивные искры.

— Что это? — спросил Кэт.

— Кулон, который мне принёс человек в плаще, один из «Братства Мрака» покинул этот мир. А роль новобранца сыграю я.

— Но ведь это же большой риск, — возразила я.

— Конечно. Но тогда для чего существует наша организация?

— «Братство Мрака»…Ваш человек тоже говорил Вам о нём?

Эдуард кивнул:

— Да.

— Когда же мы отправляемся в таком случае? — спросила я.

Я заметила лёгкую улыбку на губах Эдуарда. Он встал, прошёлся по комнате под пристальными взглядами всех собравшихся и бросил полено в камин, отчего огонь разгорелся ещё ярче.

— Вы ещё не знаете о способностях нашего Роберта?

— И мне выпадет уникальная возможность узнать об этом? — спросила я.

— Разумеется. Поэтому, 20 июля мы должны собраться здесь. Я позабочусь о чёрных балахонах, в которые мы должны облачиться, чтобы быть неузнанными.

Эдуард ещё раз встал, обошёл комнату и по очереди посмотрел на всех присутствующих. Мы сидели тихо, был только слышен треск камина, огонь оставлял тёплые отсветы на лицах собравшихся.

— Но если кто-нибудь из вас боится, вы можете остаться. «Братство» не вправе принуждать вас к риску.

Никто из нас не встал с места и не выразил сомнения. Только Оксана опустила лицо в ладони и зарыдала. Я легко коснулась её плеча:

— Ксюха, что с тобой? — осторожно спросила я девушку. Она подняла лицо о посмотрела на меня, её ясные чистые голубые глаза, как у ангела, засверкали от слёз.

— Я видела сон… Мой Сергей сказал, что он сейчас среди ангелов и будет помогать нам из другого мира.

Она прислонилась ко мне и снова зарыдала.