В I в. до н. э. начали так искусно подделывать римские динарии, что отличить поддельную монету от римского оригинала невозможно. В 1961 г. в дакской крепости Тилишка в области Сибиу было обнаружено 14 литейных форм, которые использовались для чеканки динариев. Местные мастера очень точно воспроизвели все особенности римской монеты. Крепость была покинута во времена Буребисты.
Первые серии дакских монет были сделаны в подражание тетрадрахмам Филиппа II Македонского. Другие монеты, ходившие в основном к югу от Карпат, в гетской зоне, имитируют тетрадрахмы Александра Великого. Третья группа состоит из гето-дакских монет гибридного типа, представляющих собой комбинацию двух вышеупомянутых категорий. Встречаются и другие монеты; некоторые из них подражают монетам Александра Аррида, другие – монетам греческих городов (такова, например, дакская серебряная монета, имитирующая тетрадрахму города Лариса). Монеты появились в гето-дакском мире в III в. до н. э. для обеспечения нужд внутренней торговли.
Из классических текстов мы знаем, что бастарны в какой-то момент вторглись на территории гето-даков и вступили с ними в конфликт. Так, Юстин/Трог рассказывает, как Орол, глава местного племени даков, сражался с бастарнами около 200 г. до н. э. Точно так же упоминается в литературных источниках Ремакс, вождь другого дакского племенного объединения в Мунтении и Южной Молдавии; именно к нему около 180 г. до н. э. обратился за помощью город Истрия, которому грозило нападение Золта, вождя фракийцев. В этой связи стоит подчеркнуть, что между гето-фракийцами и греческими городами Причерноморья во времена Дромихайтеса и Буребисты существовали тесные политические и экономические связи; местные «цари» становились «защитниками» этих центров.
После первого набега кельтских воинов между двумя народами установились мирные взаимовыгодные отношения, и регион сразу почувствовал культурное влияние кельтов.
Самые ранние румынские находки, которые можно отнести ко времени первых набегов кельтских воинов на восточный берег Тисы, датируются, самое раннее, 300–280 гг. до н. э. Следовательно, влияние кельтского элемента в Карпатах и на Дунае начало чувствоваться лишь в период латен III, т. е. во время второй крупной фазы кельтской экспансии. Говоря о присутствии кельтов на румынской территории в то время, следует принять во внимание два фактора. С одной стороны, после поражения сенонов Рим воздвиг барьер, что привело к перегруппированию кельтов, сосредоточенных на северо-западе Балкан.
С другой стороны, македонская и фракийская военная и государственная мощь были дезорганизованы, что способствовало набегам кельтских воинов практически во все районы Балкан. Судя по всему, волна кельтских вторжений, прерванная под Дельфами зимой 279/278 г. до н. э., достигла некоторых районов Юго-Западной Румынии, в частности Олтении.
Роль кельтов
Тридцать лет назад считалось, что кельты играли определяющую одностороннюю роль и одинаково влияли на все территории, населенные гето-даками; согласно этой теории, именно кельты вызвали переход местного населения во второй железный век.
Появившись в Карпато-Дунайском регионе, кельты обнаружили здесь историческую и культурную среду, совершенно отличную от той, с которой они сталкивались в Центральной Европе, Северной Италии, Великобритании и на Балканах. Для иллюстрации этого утверждения достаточно упомянуть всего два фактора: 1) когда кельты подошли к Карпатам, которые им необходимо было пересечь, чтобы добраться до устья Дуная и греческих причерноморских городов, то обнаружили вполне сформировавшуюся местную культуру латен, а также военно-политическую организацию под руководством басилевса Дромихайтеса, упомянутого в греческих текстах; 2) как уже было в какой-то степени в Словакии и Венгрии, кельты встретили в Румынии смесь скифских или псевдоскифских элементов с крепкими местными племенами.
Латен IV. 100 г. до н. э. – 106 г. н. э
Период, когда предводителем дако-гетов был отец царя Буребисты и на который приходится начало правления последнего, соответствует переходной фазе латен IV. Этот период занял I в. до н. э. (под-фаза IVa) и I в. н. э. (IVb) – вплоть до момента, когда Дакия была завоевана римлянами, а Дакское царство разрушено.
На протяжении периода латен III социальное и хозяйственное развитие народов Дунайско-Понтийского региона шло рука об руку с развитием остальных фракийцев к югу от Дуная и опережало развитие народов Карпатской зоны. Поэтому следует подчеркнуть, что – до событий на нижнем Дунае, до борьбы Дромихайтеса с Лисимахом, когда пути кельтов на Рим после поражения сенонов были перекрыты, – только в Дунайско-Понтийском регионе народ достиг уровня цивилизации латен, причем кельты не принимали участия в формировании этой культуры (рис. 66). К моменту появления кельтов в Карпато-Дунайском регионе существовала зона гето-фракийской культуры латен, а в Карпатах – зона с преобладанием чисто гальштатского культурного контекста.
Отрядам кельтских воинов удалось добраться до Западной Румынии, не говоря уже о нижнем Дунае, только после 300 г. до н. э. Греческие города западного черноморского побережья находили в гетских басилевсах ценных союзников; примером может служить басилевс Залмодегикос, живший в III в. до н. э. (его имя стало нам известно из надписи, найденной в 1959 г. в Истрии), Ремакс (ок. 200 г. до н. э.) и многие другие.
Образ жизни становился все более характерным для оппидумов – т. е. почти городским; литературные источники говорят о таком положении вещей в регионах к северу от Дуная (см. об этом у Страбона и Арриана). В этих текстах упоминается также поход Александра Великого за Дунай в 335 г. до н. э. и поход Зопириона, военачальника и наместника Александра во Фракии, в 326 г. до н. э. В 313 г. до н. э. геты из Добруджи были союзниками Каллатиса в его борьбе против Лисимаха. Примерно к 300 г. до н. э. геты Добруджи и нижнего Дуная объединились и образовали практически государство – развитый тип военной демократии во главе с басилевсом Дромихайтесом – победителем Лисимаха, собственное государство которого основывалось на значительно более продвинутой, чем у гетов, экономической и социальной организации.