До сих пор Джек Обри был слишком занят с экипажем судна, чтобы уделять достаточно внимания образованию мичманов, но он взглянул на вчерашние координаты, согласно которым, с подозрительным однообразием, широта «Софи» составляла 39°21ˇ N и была довольно точна, а долгота была такой, какую судно могло бы достичь, если бы рассекло горный хребет позади Валенсии до глубины около 37 миль.
— Что за чушь вы мне показываете? — спросил он юношей.
Действительно, на такой вопрос ответить было невозможно; то же касалось и ряда других предложенных им вопросов. Да они и не пытались на них ответить. Однако согласились, что на судне их держат не для того, чтобы они развлекались и демонстрировали мужскую красу в увольнении, а изучали профессию, и что их журналы (которые они захватили с собой) не отличаются ни точностью, ни полнотой или регулярностью и что судовой кот делал бы записи аккуратнее. В будущем они будут обращать самое большое внимание на наблюдения и счисления координат мистером Маршаллом, ежедневно вместе с ним отмечая на карте местоположение судна; никто из них не вправе сдавать лейтенантский экзамен, не говоря о получении командной должности («Да простит меня Господь!» — произнес про себя Джек Обри), будучи невеждой, который не способен быстро определить координаты своего судна с точностью хотя бы до минуты. Кроме того, каждую субботу они должны будут показывать свои дневники, аккуратно и четко заполненные.
— Надеюсь, писать вы еще не разучились? Иначе вам придется пойти в обучение к писарю.
Они закивали головами: да, сэр, они в этом уверены, они постараются. Но капитан, похоже, не был в этом убежден, он велел им сесть на рундук, достать перья, листы бумаги, передать ему вон ту книгу, которая великолепно подойдет для диктовки.
