Атмосфера этой книги отличается от всех предыдущих - грусть, тоска, одиночество, потеря и умение отпускать. Но несмотря на свою мрачность и серьезность (а скорее благодаря этому), она при этом очень психологична и заставляет задуматься об отношениях с другими и самим собой.
Эта книга должна быть 5-ой,путаница какая-то получилась...поменяйте местами 4 с 5
Эта книга серии стала для меня самой интересной: до конца непонятно, кто убийца и каковы все-таки его мотивы. Подозревала всех подряд на протяжении чтения 🙈 Финал печальный, но какой-то жизненный, что ли, несмотря на довольно "книжный" антураж повествования. Также понравилось, что в этом романе нет соплежуйства и "кухонной" философии, чем грешат предыдущие книги серии. Друзья, если вам по душе серия про Армана Гамаша, смело читайте!
Когда книга уже 4-я по счету, согласитесь, автор несколько тормозит. Тем не менее параллельные линии Рут и Розы, Клары и Питера весьма хороши, как и поэтические вставки из Маргарет Элвуд. Посмотрим, возможно 5-я будет динамичнее и забористей))
Из пяти прочитанных книг Пенни эта оказалась наиболее сложной. Эмоционально тяжёлая, потому что убийство совершает хорошо знакомый персонаж. И до последних строк не хочется верить, что это так. И кажется, что здесь ошибка. Но, видимо, ошибки нет...
На мой взгляд это одна из лучших книг Луизы Пенни. Не смотря на открытый финал, не смотря на чувство незавершенности.
Как здорово, что автору удаётся повышать крутость своих детективных романов.
Читаю подряд один и тот же сюжет - маленькая деревня и убийство.
Но настолько прекрасны герои, место, обстоятельства, поднимаемые глубинные вопросы, что хочется ещё и ещё.
Психологически точно, атмосферно, шикарно.
Замечательный глубокий психологический и духовный детектив.
Это четвертый детектив Луизы Пенни, который я прочла и , на мой взгляд, самый сильный. Заставляет задуматься о своих собственных мотивах, побуждениях, о том , что у каждого из нас есть как светлая, так и темная сторона, и о том , что тебе позволит твоя совесть. И о том, что она есть не у всех.
