что выше всего нужно ставить не то, чтобы жить, но чтобы хорошо жить.
5 Ұнайды
Индийская поговорка гласит, что учитель приходит тогда, когда к этому готов ученик.
2 Ұнайды
Платон, конечно, спорил с этим обвинением: в диалоге «Пир» он показал, что Алкивиад был во всем обязан Сократу, но правильно философствовать и духовно преображаться мог только в присутствии Сократа, тогда как в обычной жизни он оставался безрассудным авантюристом.
2 Ұнайды
«О Зевс, – воскликнул Алкивиад, – что делает со мною этот человек! Он полагает, что повсюду должен одолевать меня! Но если уже этому суждено быть, удивительный ты человек, то пусть, по крайней мере, Агафон возлежит между нами!»
«Нет, нельзя, – отвечал Сократ, – ведь ты меня прославил, и я должен теперь, в свою очередь, восхвалять моего соседа справа. Если Агафон возляжет справа от тебя, он, разумеется, не станет восхвалять меня еще раз до тех пор, пока я не восхвалю его. Брось, странный ты человек, и не завидуй моей похвальной речи в честь юноши. А мне очень хочется пропеть ему похвалу».
«Нет, – сказал Агафон, – не останусь здесь рядом с тобой, Алкивиад, и перейду во что бы то ни стало на другое место, чтобы Сократ восхвалил меня».
«Все это в порядке вещей, – заметил Алкивиад, – в присутствии Сократа никому другому нельзя привлекать к себе красивых. И теперь какое ловкое и убедительное основание придумал он, чтобы Агафон поместился подле него!»
1 Ұнайды1 түсініктеме
Когда Алкивиад кончил, стали смеяться над его откровенностью. Казалось, будто он все еще влюблен в Сократа. Последний заметил: «Кажется, Алкивиад, ты совершенно трезв. Иначе ты никогда так ловко не смог бы кружиться вокруг да около, стараясь затемнить ту цель, ради которой все это было тобою сказано, и как бы мимоходом, в конце речи, ввернул, что все это ты говорил не для того, чтобы оклеветать меня перед Агафоном. Ты рассчитывал, что я должен любить только тебя и никого другого, что Агафон должен быть любим только тобою и никем другим. Но меня ты не провел, и вся твоя “сатирическая и силеническая драма” стала ясной. Позаботься же, дорогой Агафон, чтобы она не имела никакого успеха и чтобы на нас никто не мог клеветать!»
1 Ұнайды
Ведь он все говорит о вьючных ослах, о кузнецах, о сапожниках, о кожевниках; кажется, будто у него одни и те же обороты, так что всякий неопытный и нерассудительный человек станет смеяться над его речами. Но стоит «раскрыть» их и заглянуть вовнутрь, и всякий найдет, что единственно только его речи, во-первых, полны внутреннего смысла, затем, что они наиболее божественны и содержат в себе очень много «статуэток добродетели», что они охватывают самые широкие области, в особенности все то, с чем надлежит считаться человеку, намеревающемуся стать прекрасным и благим». (…)
1 Ұнайды
Стоило также, мужи, посмотреть на Сократа, когда войско в бегстве отступало из-под Делия. Я служил тогда в коннице, он в гоплитах. После того, как наше войско рассеялось, он шел вместе с Лахетом. Встретившись с ними, я тотчас, как увидел их, побуждал их не бояться, говоря, что не брошу их. Вот тут-то я и мог наблюдать Сократа еще лучше, чем при Потидее – самому мне бояться было нечего, так как я был на коне, – прежде всего, насколько он превосходил Лахета присутствием духа. Затем мне вспоминаются твои, Аристофан, слова, и, мне кажется, Сократ и там шествовал так же, как и здесь, в городе, «выступая горделиво, с устремленным по сторонам взором», спокойно посматривая и на друзей и на врагов. Всем и каждому издали было ясно, что, если кто заденет этого человека, он хорошо сумеет постоять за себя. Поэтому-то в полной безопасности вернулся и Сократ, и его приятель. Ведь того, кто на войне так себя держит, почти никогда не трогают; преследуют тех, кто бежит без оглядки. (…)
1 Ұнайды1 түсініктеме
Погрузившись с раннего утра в какое-то размышление, он стоял и думал; так как дело у него не подвигалось вперед, он не прекращал течения своих мыслей и все стоял. Наступил полдень; люди стали обращать на это внимание и с удивлением говорили один другому: вот Сократ с раннего утра стоит, чем-то озабоченный. Наконец, когда наступил уже вечер, некоторые из тех, кто был помоложе, – дело происходило летом – вынесли [из палаток], после вечерней еды, матрацы, отчасти чтобы спать на холодке, отчасти чтобы наблюдать, будет ли Сократ стоять и ночью. Он простоял до зари и солнечного восхода; затем, совершив молитву Солнцу, ушел.
Теперь не хотите ли послушать о поведении Сократа во время сражений – тут справедливость требует воздать ему должное. Во время происшедшей битвы, за которую стратеги присудили мне награду за храбрость, жизнь мне спас не кто иной, как Сократ: он не захотел оставить меня раненого [на поле битвы], спас меня и мое оружие. Я и тогда, Сократ, советовал стратегам присудить тебе награду за храбрость, и тут ты ни в чем не можешь упрекать меня, не будешь говорить, что я лгу. Так как стратеги, считаясь с моим положением, хотели мне присудить награду за храбрость, то ты еще энергичнее стратегов настаивал на том, чтобы я ее получил, а не ты.
1 Ұнайды
Все это произошло со мною до того времени, как мы отправились вместе в общий поход под Потидею, во время которого мы столовались вместе. Тут, прежде всего, Сократ превосходил не только меня, но и всех прочих своей трудоспособностью. Нередко случалось, что обыкновенно бывает в походах, нам быть отрезанными [от подвоза продовольствия] и потому голодать. И тогда в выносливости все были в сравнении с ним ничто. Зато на пирушках он один мог кутить так, как никто, особенно в выпивке, и не по доброй воле, а когда его принуждали к этому. Тут Сократ пересиливал всех и, что удивительнее всего, никто никогда не видел Сократа пьяным. Впрочем, мне кажется, подтверждение этому мы увидим и теперь. В выносливости от холода – а зимы там жестокие – он показывал чудеса. В особенности один раз, когда стояла жесточайшая стужа, и все либо совсем не выходили из палаток, либо, если кто и выходил, удивительно как сильно закутывался, подвязывал под ноги и обматывал их войлоком и овечьими шкурами, Сократ и тут выходил в том плаще, какой он обыкновенно носил ранее, и на босу ногу ходил по льду легче, чем все остальные, обутые. Солдаты стали косо смотреть на него, думая, что он издевается над ними.
1 Ұнайды
Можете себе представить, каково было после всего этого мое настроение! С одной стороны, я считал себя оскорбленным, с другой – пришел в восхищение от натуры, выдержки и мужества Сократа: я встретил человека с такою силою духа, с таким самообладанием, с каким не помышлял никогда встретиться. В результате я и не мог сердиться на него и не мог отказаться от общения с ним; опять-таки я недоумевал, как склонить его в свою пользу. Я твердо знал, что деньгами его совершенно нельзя «ранить», еще значительно меньше, чем можно ранить железом Эанта; то же оружие, которым единственно я рассчитывал пленить его, ускользнуло от меня. В недоумении ходил я вокруг да около, будучи порабощен этим человеком так, как никто еще никем порабощен не бы
1 Ұнайды
- Басты
- ⭐️Философия
- Платон
- Диалоги с Сократом
- 📖Дәйексөздер