Во мне шестьдесят кило, а в подруге – сто, она все равно утащит, куда ей надо, как оса муравья. Смысл дергаться? «Сдайся, враг, замри и ляг», – советовал в таких случаях пролетарский поэт – тезка нашего Вольки
Я отвернулась, глядя на снующий по улице народ.
Никого такого колоритного, как наши бабуленции, не заприметила, зато увидела, как по пешеходному переходу к метро кудрявая Римма протащила долговязого Борю. Тот был в принесенном родительницей
достал потрепанную записную книжку. – Смотрите, вот прикинул: один бриллиант, что со сколом, я переограню по методу Толковского, чтобы была современная идеальная огранка, и сделаю
