Когда-то я любила свое одиночество, свою независимость, пусть даже это означало, что мне не на кого полагаться, кроме самой себя. Даже в последние годы, когда моя семья стала заметно многочисленнее, я все еще считала себя отдельным существом – то ли по привычке, то ли по упрямству, я не знала, и это уже не имело значения. Какова бы ни была причина, это погубило меня
