– Скоро придёт и Эдвард, – сказала мама, – а я побегу готовить обед.
Хорошо, что мама сразу же за него взялась, ведь немного погодя через калитку галопом проскакал папа. Он работал всё утро и ужасно проголодался.
– Привет! – крикнул папа. – А обед готов?
– Скоро будет готов, – сказала мама, – но сначала зайди и поздоровайся с нашей гостьей.
– С гостьей? – удивился папа.
– Да, с Гиннекен, – сказала мама и с хитрецой кивнула: вряд ли папа, настолько сегодня занятый, сразу узнает Гиннекен.
– Ну да, конечно. Она же сидит, накрывшись пледом на стуле.
Он сказал это с той же хитрецой, что и мама.
– Ты об этом знаешь? – удивлённо спросила мама.
– Я же разговаривал с детьми утром, – с гордостью сказал папа. – Они рассказали мне о путешествии и показали лошадку на снегурках. Они уже побывали и в Амстердаме и в Дельфте. И, ты не поверишь, я сел на Гиннекен! Я ведь совсем не думал, что плед означает что-то другое. Это был просто плед, наброшенный на стул. Ты бы видела выражение лица Сократика. «Ты сел на Гиннекен! – закричал он. – И совсем её раздавил!»
И папа рассмеялся до слёз.
