– Киа-а-а, пташечка моя!.. О, с чем конфетки?
Как же, не прошло и четверти часа, а на пороге комнаты нарисовалась драгоценная сожительница. Умиротворение, вызванное тишиной, одиночеством и предвкушением мести, сдохло в муках, едва родившись.
– Цикута, ландыш, аконит. Букетик и конфеты, два в одном. – Киара усмехнулась, оценив сверх всякой меры изящные манеры лорда-канцлера. – Женщина, у меня передоз людей и нелюдей в организме, покинь личное пространство.
Ее требование, как и всегда, проигнорировали, запрыгивая на кровать с радостным воплем. Возле двери, как бдительный страж порядка, уселся Бусик и с независимым видом принялся за умывание. «Почему мои человеческие рабы такие чокнутые?» – наверняка думал он в этот самый миг. Ну, или не думал; кошачья душа – потемки.
