Своего первого одержимого я убила, когда мне было десять.
Хотелось бы забыть тот день, но роковое воспоминание преследует в кошмарах, ходит по пятам и даже спустя девять лет следит за мной сквозь зеркало.
Следит ее глазами, какими они были в самые беззаботные дни моего детства.
Кожа в уголках его рта треснула и разорвалась до середины щек. Челюсть вышла из суставов и так и осталась висеть в протяжном вопле, даже когда звук стих. Позвоночник неестественно выгнулся, и над порванной курткой парня выступило несколько костяных шипов. Пальцы на руках, которыми Фрай царапал пол, вытянулись, и из каждой подушечки показалась острая длинная кость.
Кейлор и его брат – одной крови. И именно поэтому столь редкая и сильная магия оказалась бесполезна.
Эти древние чары защитят от любого врага. Но не от того, с которым у вас в жилах течет одна кровь.
– Мы не судьи, Аста. Наше дело – избавлять людей от их ночных кошмаров, убивать чудовищ и сражаться с монстрами.
– Но что делать, если монстр здесь – человек?
Что ж, это на нее похоже. Виви постоянно твердила, что девушка, чтобы привлечь внимание парня, никогда не должна душить его своим обществом. Наоборот, она должна быть «желанной добычей» в охоте, которую на самом деле сама и затеяла.
