Оптимат уже отошел к стене, где сидели другие, и отхлебнул воды из бурдюка. Он пнул ногой своего прикорнувшего товарища.
— Эй, Крыса! Да проснись ты, че ты, как рыбоед, дрыхнешь все время?!
— Че? — Крыса дернулся и тряхнул головой, рефлекторно схватившись за рукоятку кинжала на поясе. Оптиматы загоготали.
— Полегче, приятель! Ты не прирежь нас тут. Маленький хозяин хочет послушать про рыбоедов.
Крыса потер лицо руками и еще раз тряхнул головой.
— Хозяин? А-а-а, малец… А что про эту гниль слушать-то? Рыбоеды они и есть рыбоеды…
— Ты расскажи про ихних воинов.
Крыса задумался, еще раз провел по лицу руками и тупо посмотрел на бурдюк, из которого второй оптимат пил воду.
— А-а-а. Ну, это… короче, рыбоеды — они разные бывают. Слушай сюда, малой. Первый вид такой же, как тут, в замке. Они поменьше, шерсть у них такая… э-э-э… мягкая, что ли. Они спят все время, сонные ходят, драться они вообще не умеют. Их можно просто ножиком резать, они вообще даже не сопротивляются! Чик — и на корм свиньям!
Лукас слушал, широко раскрыв глаза и боясь пропустить даже одно слово.
— И другие есть еще… крупнее. У них шерсть жесткая, у каких-то даже гребень такой есть яркий, по всему ихнему хребту идет. И челюсти. Святая Мега, у них зубища как у волкодава. Я сам видел, как одна такая тварь перекусила ногу лучнику под…
— Да ладно! — прервал его Рваный. — Че, прям вот перекусила?
Крыса немного подумал.
— Ну, не то чтоб прям перекусила. Но вырвала кусок мяса из ноги — это точно. Это я тебе клянусь Тремя, хошь вместе, хошь по отдельности. Это, будь спокойный, я сам видел!
