автордың кітабынан сөз тіркестері Школьные-прикольные истории (сборник)
Олег Кургузов
Кто на кого похож
Учитель сказал нам:
– Каждый человек своим поведением напоминает какое-нибудь животное… Один ленивый, как, например, медведь. Другой попрыгунчик, как заяц. Попробуйте нарисовать своих мам и пап в виде симпатичных животных. Это будет хорошая шутка, она развеселит ваших родителей.
Когда я пришёл домой, папа лежал на диване, читал газету и зевал. Я нарисовал его медведем в берлоге.
А тут мама возвратилась из магазина с тяжёлыми сумками. И я нарисовал её верблюдом с огромными тюками.
Мама и папа посмотрели на мои рисунки и рассмеялись. А потом мама спросила:
– Ты рисуешь для школы?
– Конечно! – сказал я. – Это такое задание.
– Ну! – сказал папа. – Зачем же выдавать домашние секреты?! Нарисуй меня лучше в виде бобра, который без устали строит дом. А мама пусть будет беззаботной порхающей птичкой.
Я так и сделал. Папу – бобром, маму – птичкой. И сдал рисунки учителю.
И тогда папу привлекли к ремонту школы. А маму заставили петь в родительском хоре.
Хорошая шутка получилась.
Джем твоего письма
(Сказка нежная)
Мальчик Киря печатал на пишущей машинке письмо своей бабушке. У бабушки было плохое зрение, и печатные буквы она разбирала легче, чем рукописные.
Мальчик Киря умел печатать на машинке только одним пальцем, поэтому он часто промахивался мимо нужной клавиши и нажимал не ту букву. Поэтому в письме у Кири было много ошибок.
Закончить своё письмо к бабушке Киря хотел фразой: «Ждём твоего письма». Но он перепутал очерёдность букв «Ж» и «Д», и у него получилось «Джем твоего письма».
Бабушке очень понравилось всё письмо внука. Но особенно ей понравилась последняя фраза: «Джем твоего письма».
«Значит, – решила бабушка, – для Кири моё письмо – это такое же счастье, как его любимый джем».
Бабушка прослезилась от радости и вместе с ответным письмом отправила внуку баночку его любимого клубничного джема.
А на бумажке, которой была закрыта баночка, она написала большими бабушкиными буквами: «Джему моего сердца».
3 Ұнайды
С днём рождения! – захлебываясь от восторга, сказал он.
Но Скворцов не отреагировал. Стоял, словно загипнотизированный.
– Ты чего? – испугался Тарасов. – Ты же мечтал… Я знаю! – неуверенно начал он, разглядывая одноклассников.
И тут позади него раздалось весёлое тявканье. Тарасов обернулся.
На диване с полотенцами на головах, держась за сердце, сидели Сашины родители.
1 Ұнайды
Мама куда-то ушла из дому. И мы остались одни. И нам стало скучно. Мы перевернули стол. Натянули на ножки стола одеяло. И получилась палатка. Словно мы в Антарктиде. Там, где сейчас наш папа.
Мы с Витькой влезли в палатку.
Мы были очень довольны, что вот мы с Витькой сидим В палатке, хотя и не в Антарктиде, но как будто бы в Антарктиде, и вокруг нас льды и ветер. Но нам надоело сидеть в палатке.
Витька сказал:
– Зимовщики не сидят так всё время в палатке. Они, наверное, что-нибудь делают.
– Наверняка, – сказал я, – они ловят китов, тюленей и что-нибудь ещё делают. Конечно, они не сидят так всё время!
Вдруг я увидел нашу кошку. Я закричал:
– Вот тюлень!
– Ура! – крикнул Витька. – Хватай его! – Он тоже увидел кошку.
Кошка шла нам навстречу. Потом остановилась. Внимательно посмотрела на нас. И побежала обратно. Ей не хотелось быть тюленем. Она хотела быть кошкой. Я это сразу понял. Но что мы могли поделать! Мы ничего не могли поделать. Надо же нам ловить кого-то! Я побежал, споткнулся, упал, поднялся, но кошки уже нигде не было.
– Она здесь! – орал Витька. – Беги сюда!
Из-под кровати торчали Витькины ноги.
Я полез под кровать. Там было темно и пыльно. Но кошки там не было.
– Я вылезаю, – сказал я. – Здесь кошки нет.
– Здесь она, – доказывал Витька. – Я видел, она побежала сюда.
Я вылез весь пыльный и стал чихать. Витька всё под кроватью возился.
– Она там, – твердил Витька.
– Ну и пусть, – сказал я. – Я туда не полезу. Я час там сидел. С меня хватит.
– Подумаешь! – сказал Витька. – А я?! Я больше тебя здесь лазаю.
Наконец Витька тоже вылез.
– Вот она! – крикнул я.
Кошка сидела на кровати.
Я чуть было её не схватил за хвост, но Витька толкнул меня, кошка прыг – и на шкаф! Попробуй её достань со шкафа!
– Какой же это тюлень, – сказал я. – Тюлень разве может сидеть на шкафу?
– Пусть это будет пингвин, – сказал Витька. – Как будто бы он сидит на льдине. Давай будем свистеть и кричать. Он тогда испугается. И со шкафа прыгнет. На этот раз мы пингвина схватим.
Мы стали орать и свистеть что есть мочи. Я, правда, свистеть не умею. Свистел только Витька. Зато я орал во всё горло. Чуть не охрип.
А пингвин будто не слышит. Очень хитрый пингвин. Притаился там и сидит.
– Давай, – говорю, – в него что-нибудь кинем. Ну, хотя бы подушку кинем.
Кинули мы на шкаф подушку. А кошка оттуда не прыгнула.
Тогда мы на шкаф закинули ещё три подушки, мамино пальто, все мамины платья, папины лыжи, кастрюльку, папины и мамины домашние туфли, много книг и ещё много всего. А кошка оттуда не прыгнула.
– Может быть, её нет на шкафу? – сказал я.
– Там она, – сказал Витька.
– Как же там, раз её там нет?
– Не знаю! – говорит Витька.
Витька принёс таз с водой и поставил его у шкафа. Если вздумает кошка со шкафа прыгнуть, пусть прямо в таз прыгает. Пингвины любят в воду нырять.
Мы ещё кое-что покидали на шкаф. Подождали – не прыгнет ли? Потом подставили к шкафу стол, на стол стул, на стул чемодан и на шкаф полезли.
А там кошки нет.
Исчезла кошка. Неизвестно куда.
Стал Витька со шкафа слезать и прямо в таз плюхнулся. Воду разлил по всей комнате.
Тут мама входит. А за ней наша кошка. Она, видимо, в форточку прыгнула.
Мама всплеснула руками и говорит:
– Что здесь происходит?
Витька так и остался в тазу сидеть. До того напугался.
– До чего же удивительно, – говорит мама, – что нельзя их оставить одних на минутку. Нужно же натворить такое!
Нам, конечно, пришлось убирать всё самим. И даже пол мыть. А кошка важно ходила вокруг. И посматривала на нас с таким видом, как будто бы собиралась сказать: «Вот, будете знать, что я кошка. А не тюлень и не пингвин».
Через месяц приехал наш папа. Он рассказал нам про Антарктиду, про смелых полярников, про их большую работу, и нам было очень смешно, что мы думали, будто зимовщики только и делают, что ловят там разных китов и тюленей…
Но мы никому не сказали о том, что мы думали.
Я мылила занавески по кусочкам. Пока я намыливала один кусочек, другой совсем размыливался.
Алёша нарисовал цветными карандашами деревья, цветы, траву, грибы, небо, солнце и даже зайца.
– Чего здесь не хватает! – спросил он папу.
– Всего здесь достаточно, – ответил папа.
– Чего здесь недостаточно? – спросил он брата.
– Всего хватает, – сказал брат.
Тогда Алёша перевернул рисунок и написал на обороте вот такими большими буквами:
И ЕЩЁ ПЕЛИ ПТИЦЫ.
– Вот теперь, – сказал он, – там всего хватает!
о всё, что ты любишь, оно какое-то одинаковое, чересчур съедобное, что ли. Получается, что ты любишь целый продуктовый магазин, и только… А люди? Кого ты любишь? Или из животных?
Тут Мишка весь встрепенулся и покраснел:
– Ой! – сказал он смущённо. – Чуть не забыл: ещё – котят! И бабушку!
– Что ж, Миша, – сказал он, – ты многое любишь, спору нет. Но всё, что ты любишь, оно какое-то одинаковое, чересчур съедобное, что ли. Получается, что ты любишь целый продуктовый магазин, и только… А люди? Кого ты любишь? Или из животных?
Тут Мишка весь встрепенулся и покраснел:
– Ой! – сказал он смущённо. – Чуть не забыл: ещё – котят! И бабушку!
утерброды люблю, прямо с чем попало, особенно если толсто намазать картофельным пюре или пшенной кашей.
Люблю печёнку, котлеты, селёдку, фасолевый суп, зелёный горошек, варёное мясо, ириски, сахар, чай, джем, боржом, газировку с сиропом, яйца всмятку, вкрутую, в мешочке, а могу и сырые. Бутерброды люблю, прямо с чем попало, особенно если толсто намазать картофельным пюре или пшенной кашей. Так… ну про халву говорить не буду. Какой дурак не любит халвы? А ещё я люблю утятину, гусятину и индятину. Ах, да! Я всей душой люблю мороженое – за семь, за девять, за тринадцать, за пятнадцать, за девятнадцать, за двадцать две и за двадцать восемь.