– Ешь ты, ешь! – снова давила на него пожилая медсестра. – Не будешь нормально питаться, не будут твои раны заживать. Весь госпиталь только о нем и говорит, а он никак не реагирует.
Она опустила тарелку с едой себе на колени, отвернулась к окну и заговорила уже намного тише, будто разговаривала сейчас сама с собой:
