Когда шторм наконец утих, мы обнаружили, что нас отнесло далеко с курса, хотя несколько дней я еще не знал, насколько корабль или то, что от него осталось, был жестоко поврежден.
Если Бог пожелает, чтобы до конца моих дней у меня не осталось ничего, кроме твоего голоса, то и тогда я буду счастлив.
И в тот же миг на губах у нее мелькнула прежняя улыбка.
– Лицемер! – бросила она, и ее глаза заблестели.
