Ведь все духовное богатство мира в нас заключено настолько, насколько мы способны это богатство мира осмыслить и вобрать в себя, не ограничиваясь только тем, что храним в памяти мертвым грузом размытые впечатления и смутные воспоминания о пережитых событиях, являющихся фактом исключительно нашей биографии.
Кстати, забавно, что Писсарро называли «импрессионистом овощей» и «создателем капусты». Такие уничижительные прозвища ему придумывали, потому что на первых порах сюжетами его творчества были сельские виды – небольшие картинки, отдельные пейзажи.
Нужно иметь наметанный взгляд, чтобы видеть отличия. Мы, обыватели, сходство можем уловить, а отличия в нюансах – нет. Такой дар есть только у художника, который доводит признаки несходства до обострения и вскрывает их таким образом, что нам это кажется удивительным.
как бы ни банально звучало, непрерывный процесс совершенствования и познания тождествен постоянному восхождению.
искусство – отражение анархического подхода к миру, выражение свободы. Если его перефразировать, то выходит, что всякое красивое произведение анархично.
каждому времени – свое искусство, а каждому искусству – своя свобода.
. Для него важна такая работа, как предмет восторга, предмет любования. В этом смысле нас искусство чуть-чуть облагораживает. Стоит вспомнить античную фразу, которая гласит, что искусство смягчает нравы, делает нас возвышеннее. В любом случае, оно нас изменяет.
Дега конструирует и о которой как бы в очередной раз говорит – «наблюдай, не рисуя, и рисуй, не наблюдая»
Я думаю, литература только мешает художникам. Вы заражаете художника тщеславием, вы прививаете ему любовь к суете, и это – всё. Вы ни на йоту не улучшили общественный вкус… Несмотря на вашу писанину, он никогда не был так низок, как сейчас. Разве нет? Вы даже не помогаете нам продавать нашу живопись. Человек покупает картину не потому, что прочел статью в газете, а потому, что его приятель, который, по его мнению, кое-что понимает в искусстве, скажет, что картина эта через десять лет будет стоить вдвое дороже, чем теперь… Ведь так?»
художник, как говорил Окуджава,, «как слышит, так и пишет». Он что-то, конечно, продумывает, но до конца не может полностью отдать себе отчет в том, каким будет результат. И вообще, он не обязан объяснять то, что создал. Это дело зрителя, интерпретатора и каждого смотрящего («красота в глазах смотрящего», как сказала Маргарет Волф Хангерфорд в своем романе «Молли Бэун»). Каждый, например, для себя должен объяснять его творчество с позиции определенного понимания, определенного знания и отношения с искусством.