Это про русскую мысль. Она слишком широка, это ей мешает, она всегда хочет сказать обо всем так, чтобы не осталось ни одного проблемного вопроса, ни одной неоправданной слезинки ребенка, и под грузом этой ответственности русская мысль проваливается, образуется некий осадок, который не был ею в полной мере учтен.
