Кітаптан алынған дәйексөздер Аддиктология: психология зависимого поведения. Учебное пособие. Диагностика. Терапия. Приемы. Примерыавтор Геннадий Старшенбаум
МКБ-11. ПАВ. Наркотик. Токсикомания. Привыкание. Коаддикция. Коморбидность. Химическая зависимость. Поведенческая зависимость. Аддиктивные гемблинг и гейминг. Игровая аддикция. Сверхценное увлечение. Аддиктивное влечение. Психическая зависимость. Физическая зависимость. Толерантность. Абстиненция. Компульсия. Обсессивно-компульсивное расстройство. Созависимость. Токсические эмоции. Личностные расстройства.
3 Ұнайды
От чувства беспомощности в травмирующей ситуации и от неспособности контролировать переполняющие эмоции такой пациент защищается «толстой коркой» нарциссизма – грандиозностью и самовозвеличиванием, презрением и холодностью, идеализацией и подчинением. Все это часто прикрывается поверхностной любезностью, дружелюбной уступчивостью и податливостью. Разрываясь между страхом перед унижающей внешней силой и нарциссическими потребностями, имеющими защитную природу, такой человек приобретает поразительную нестабильность и ненадежность.
2 Ұнайды
1-я группа включает практически здоровых подростков с патологически протекающим пубертатным кризом при истерической, психастенической и эпилептоидной акцентуациях характера слабой и средней степени выраженности.
«Собутыльник» предпринимает попытки найти контакт с аддиктом через совместное употребление ПАВ. Часто в этой роли оказываются жены алкозависимых и девушки наркоманов. Другой мотив приобщения к ПАВ у созависимых – это их прием «назло», чтобы досадить больному алкоголизмом или наркоманией за «исковерканную жизнь».
Среднестатистический портрет российского гемблера выглядит следующим образом (Хвостиков, 2009). Это мужчина в возрасте 21–30 лет, в половине случаев холостой или разведенный, со средним образованием, отягощенный наследственностью по линии родителей алкогольной зависимостью и в трети случаев сам зависимый от алкоголя. Он испытывает различные страхи, проявляет подозрительность и конфликтность, обидчивость и мстительность, соперничество, авантюризм и одержимость, стремление к реализации своих идей любыми средствами.
Тенденция к формированию взаимных высокозависимых отношений приводит к развитию многолетнего «бесконечного анализа» как варианта психоголизма. Поэтому психотерапевту надо хорошо знать свои особенности и то, как они могут проявляться, чтобы вовремя почувствовать и остановить свою готовность вступить в созависимые отношения.
Когнитивная терапия преследует следующие цели: пациентка должна научиться регистрировать собственные мысли и более четко понимать их. Она должна осознавать соотношение между определенными дисфункциональными мыслями, неправильным поведением и эмоциями; анализировать свои убеждения и проверять их правильность, формировать реалистичные и адекватные интерпретации и постепенно видоизменять неверные представления.
Терапия особенно эффективна при выраженных тенденциях к хроническому течению болезни; она должна фокусироваться на дисфункциональных идеях, касающихся внешности, питания и веса. Одновременно корригируются когнитивные основы заниженной самооценки, чувства неполноценности и дефицитарного восприятия себя.
Идеализируется нарциссически самодостаточное тело, обходящееся без пищи и других плотских потребностей. Настойчиво отрицаются самопроизвольная рвота и признаки пола, игнорируются их исчезновение и похудание тела, наконец, отрицается возможность смерти. Повышенная двигательная активность больных обусловлена не только чувством голода, но и иллюзией всемогущества и независимости от внешних ресурсов. Кроме того, физическое изнурение играет роль искупления вины и очищения, а также способствует борьбе с «избыточным» весом. Достигается повышенное внимание семьи и отвергание матери как нечуткой и неотпускающей.
Больные специфически реагируют на появление признаков полового созревания: они перемещают свои сексуальные страхи на свое тело в целом и фиксируются на его общих очертаниях и, соответственно, на массе тела, которая представляется избыточной. У девушки, попавшей в провоцирующую ситуацию, возникает бессознательный страх полового акта как разрушительного проникновения, страх беременности, отождествляющейся с полнотой, детскими фантазиями об оральном зачатии и пожирании плодом изнутри. Появляется страх наказания за соперничество с матерью, страх расставания как необходимого условия освобождения от ее влияния, девушка переживает неспособность психологически отделить свою личность от материнской и в соответствии с мазохистской установкой избирает роль жертвы.